А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


в этом случае он идет к успеху и славе совсем иными путями.
Фаворит должен всегда следить за собой. Ведь если он прото-
мит меня в приемной меньше, чем обычно; если лицо его будет
приветливей, а брови не так насуплены; если он любезно вы-
слушает меня и проводит чуть дальше к двери, я решу, что ему
грозит падение, - и не ошибусь,
1 Не слишком хороший характер у того, кто нетерпим к дурно-
му характеру ближнего: будем помнить, что в обращении тре-
буются и золото, и разменная монета.
1 В разглашении тайны всегда повинен тот, кто доверил ее дру-
гому.
1 Человек может возвыситься лишь двумя путями - с помощью
собственной ловкости или благодаря чужой глупости.
D Есть ли при дворе что-нибудь более презренное и недостойное,
нежели человек, не способный помочь нашему возвышению?
Не понимаю, как это он дерзает там показываться!
D Неужели нельзя изобрести средство, которое заставило бы
женщин любить своих мужей?
П На ученую женщину мы смотрим как на драгоценную шпагу:
она тщательно отделана, искусно отполирована, покрыта тон-
кой гравировкой. Это стенное украшение показывают знато-
кам, но его не берут с собой ни на войну, ни на охоту, ибо оно
так же не годится в дело, как манежная лошадь, даже отлично
выезжанная.
[I Щедрость состоит не столько в том, чтобы давать много, сколь-
ко в том, чтобы давать своевременно.
О Как трудно быть вполне довольным кем-то!
СЗ Все страсти лживы: они стараются надеть маску, они прячутся
даже от самих себя. Нет такого порока, который не родился бы
под какую-нибудь добродетель или не прибегал бы к ее помощи.
СЧ Справедливость по отношению к ближнему следует воздавать
безотлагательно; медлить в таких случаях - значит быть не-
справедливым.
ЛАБРЮЙЕР ЖАН де (1645-1696 гг.)
С] Не столько ум, сколько сердце помогает человеку сближаться
с людьми и быть им приятным.
D Скромность так же нужна достоинствам, как фигурам на кар-
тине нужен фон: она придает им силу и рельефность.
О Благородно только то, что бескорыстно.
С1 Ум всех людей, вместе взятых, не поможет тому, у кого нет
своего: слепому не в пользу чужая зоркость.
СЗ И при зарождении и на закате любви люди всегда испытывают
замешательство, оставаясь наедине друг с другом.
О Тосковать о том, кого любишь, много легче, чем жить с тем,
кого ненавидишь.
СЧ Нам следует искать расположения тех, кому мы хотим помочь,
а не тех, от кого мы ждем помощи.
О Мы преисполнены нежности к тем, кому делаем добро, и страст-
но ненавидим тех, кому нанесли много обид.
СЗ Суть учтивости состоит в стремлении говорить и вести себя так,
чтобы наши ближнисбыли довольны и нами и самими собой.
О Талантом собеседника отличается не тот, кто охотно говорит
сам, а тот, с кем охотно говорят другие; если после беседы с
вами человек доволен собой и своим остроумием, значит, он
вполне доволен и вами.
О Подчас легче и полезнее приладиться к чужому нраву, чем
приладить чужой нрав к своему.
ШЁФТСБЕРИ
АНТОНИ ЭШЛИ КУПЕР
XVII-XVIII века
Родился 26.02.1671 г
Умер 15.02.17131-.
Я принял за прави-
ло все говорить не
иначе как скрыто или
изящно с насмешкой
над самим собой, или
косвенно, в форме
"мыслей о разном".
Шефтсбери
1. ЖИЗНЬ
1 Английский философ, мыслитель-моралист.
Граф.
> После смерти отца унаследовал титул лорда.
Одним из первых в Великобритании ввел в философский оборот
понятие <здравый смысл>.
/ Если под словом <смысл> мы понимаем мнение или суж-
дение, а под словом <здравый> - всеобщность его принятия
большим числом, то будет трудно показать, кто же явля-
ется законодателем здравого смысла... Определить
ШЕФТСБЕРИД.Э. (1671-1713 IT.)
здравый смысл так же сложно, как и понятие истинной веры
или ортодоксии. /
Шефтсбери широко пользуется выражением <часовой меха-
низм> в качестве фундаментального концептуального образа для
философской метафоры и для построения принципиальных упо-
добительных аналогий.
/ <Часовой механизм> - вообще излюбленное <сравнитель-
ное> представление XVII века (Uhr-werck, clock-work): че-
ловек как винтик универсального механизма Вселенной;
миру присуща сложность того же упорядоченного плана,
что и в часах, и столь же сокрытая от глаз, как и внутрен-
нее устройство часов, заданное глазу не шестеренками и
их сцепленностью, а всего лишь стрелками с их - если
строго -толькооговорённымзначением. /
Страдал тяжелой болезнью - астмой.
Был остроумно-находчив и осторожно-осмотрителен.
/Джон Толанд:
<Мне вспоминается разговор, о котором я узнал от
близкого родственника старого лорда Шефтсбери.
Последний беседовал с майором Уильдманом о много-
численных религиозных течениях в мире. Собеседники
пришли к заключению, что, несмотря на то, что неве-
жество народа и стремление священников к выгоде
привели к бесконечной раздробленности, все же у всех
умных людей есть одна религия. Находившаяся в
комнате леди, которую занимало больше ее шитье, чем
их разговор, несколько встревоженная, спросила, что
же это за религия, на что лорд Шефтсбери прямо
ответил: "Мадам, умные люди никогда этого не
говорят">./
Сочинения Шефтсбери:
<Исследование добродетели или заслуг> (1699);
<Письмо об энтузиазме> (1708);
расположения духа> (1709);
<Солилоквия, или Совет автору> (1710);
<Характеристики людей, нравов, мнений, эпох> (1711);
<Моралисты> (1709);
<Философский образ жизни>
/Первоначально это произведение вышло под названием
<Общественный энтузиаст> (1705). /.
ШЕФТСБЕРИ А. Э. (1671-1713 гг.)
2. СУДЬБА
СОКРОВЕННОЕ
Сегодня дела мои шли успешно, в итоге представления мои
восхищены до небес: <Мир превосходен! Все великолепно! Ка-
ждая вещь мила и привлекательна - люди, слова, компания,
общество, можно ли желать лучшего?> Назавтра приходят раз-
очарования, неудачи, огорчения. И что же следом? <О, жалкое
человечество! О, испорченность! Кто бы стал жить среди лю-
дей? Кто - писать и творить для такого мира!>
ЧН Как известно, областью философии является учить нас, что мы
такое, хранить нас в нашем тождестве с нами самими и так
направлять господствующие над нами образы, страсти и умо-
настроения, чтобы мы были постижимы для самих себя и узна-
вались не только по чертам лица и внешнему виду. Ибо, конеч-
но, не через одно лицо свое мы - это сами мы. Когда фигура
наша и вид претерпевают изменения, то тут не мы меняемся.
Но есть нечто такое, чему стоит полностью преобразиться и
видоизмениться, - вот и мы уже превратились и перестали
быть самими собою.
Была у древних знаменитая надпись в Дельфах - <Познай се-
бя>, что означало: раздели себя, будь двумя. Ибо коль скоро
разделение произведено правильно, то, думали они, все, что
есть в душе, будет понято правильно и будет устроено с благо-
разумием. Такое доверие испытывали они к этому внутреннему
слову солилоквии. Ибо как особая черта философов и мудрецов
рассматривалась их способность поддерживать свою внутрен-
нюю беседу. И они гордились здесь тем, что никогда не бывали
менее одиноки, как оставаясь наедине с собою. Ибо человек
низкий, полагали они, никогда не бывает с собою и при себе. И
не потому, что его совесть не может не волновать и не возму-
щать его постоянно, - но они думали, что у такого человека в
нем самом недостаточно внутреннего интереса к себе, чтобы он
мог пользоваться такой великодушной способностью и возвы-
ситься до того, чтобы стать другим себе самому: честно допу-
щенный в товарищество, он поспешит обмануть своих друзей и
позаботиться о них так, как то ему свойственно.
Я отчетливо ощущаю, что во всех значительных проектах есть,
на первый взгляд, некий налет химерической фантазии и само-
мнения, ввиду чего сами прожектеры являются, скорее, в ка-
ком-то смешном свете.
ШЕФТСБЕРИ А.
(1671-1713 гг.)
Все мы бываем в замешательстве, когда бежим вслед за тенью,
забывая о субстанции. Ибо если доверять тому, чему учит нас
рассуждение, то все, что прекрасно или прелестно в приро-
де, - лишь бледная тень изначальной красоты.
О ветхая Первопричина, ты времени древнее, но вечно юная - -
в цветении, как вечность!
Напрасно трудимся над тем, чтобы понять это начало Чувства
и Мысли, начало, кажущееся нам столь близким к движению,
однако столь отличное от него и от самой материи, - оно
поэтому не терпит, чтобы мы постигли, как мысль в материи
рождается, но не терпит и того, чтобы мы уразумели, как мате-
рия рождается из мысли.
Ибо помимо бесконечного нет ничего, что могло бы видеть
связи и сопряженности в бесконечном.
Вы говорите - природа. А что такое природа? Что это не-
кий смысл? Некое лицо? Есть ли у нее разум и разумение? Нет?
Кто же тогда разумеет за нее, кто печется и заботится о ней?
Никто, ни единая душа, но каждый - сам о себе.
Ибо будь в природе два или больше начал, так они должны
были бы согласоваться друг с другом или бы остались в несо-
гласии. Если бы остались в несогласии, то все было бы в заме-
шательстве, пока одно из начал не взяло бы верх. А если бы
они согласовались, то должна была бы наличествовать ка-
кая-то естественная причина, чтобы им согласоваться, и
такая причина не могла бы уже идти от какого-то особого и
частного замысла, плана или мысли, - что вернуло бы нас
назад к признанию одного начала и к подчинению ему двух
остальных. И поэтому, когда мы сравним каждое из этих
трех мнений, то есть что нет никакого направляющего дея-
тельного начала; что есть более чем одно начало; и что
может быть только одно начало, и что может быть только
одно такое начало, - мы поймем, что последнее мнение
единственно состоятельное.
3. УЧЕНИЕ
<Но что бы ни полагать,-.заметил Теокл, - о> несложной и
несоставной материи - вещь в лучшем случае весьма трудная
для уразумения, - материя, будучи сложной и совмещенной в
известном числе таких частей, как те, что единятся и сговари-
ваются между собой в этих наших каркасах и телах и в дпугих.
ШЕФТСБЕРИ А. Э. (1671-1713 гг.)
подобных нашим, - если она способна представить нам столь
много бесчисленных примеров частных форм, разделяющих ее
простой принцип, посредством которого они живут, действу-
ют и обладают некоей натурой или гением, особо им придан-
ным и пекущимся об их благополучии, - как же можем мы не
замечать этого в целом и отрицать это великое и всеобщее
Одно в самом мире? Как быть столь противоестественным,
чтобы отрекаться от божественной Природы, общей нашей
родительницы, и отказываться признать всеобщего верховно-
го правящего Гения?
-- Правители, -- возразил я (Филокл, другой участник бесе-
ды), - когда ездят инкогнито, то не требуют, чтобы их замеча-
ли, и не требуют, чтобы оказывали им почести, если являются
одетыми не по чину. И у нас даже могут быть причины предпо-
лагать, что они будут недовольны, если мы будем слишком
старательны в своих попытках раскрыть их инкогнито, коль
скоро сами они или стремятся остаться незримыми, или же пе-
реодеты до неузнаваемости. А что касается внимания, которое
мы уделяем этим незримым силам, следуя принятому нашей
религией, то тут у нас есть зримые правители, чтобы отвечать
за нас. Наши законные начальники учат нас, что мы должны
признавать и что совершать в своем почитании, И мы исполня-
ем свои обязанности, подчиняясь их наставлениям и следуя их
примеру. Но если следовать философии, то я не нахожу, что бы
принуждало нас столь убежденно признавать оспариваемый
титул. Как бы то ни было, вы по меньшей мере должны понять,
в чем тут спор, и знать, как описать эти силы. Разве нельзя
задаваться вопросом -- какова субстанция этих сил - мате-
риальная или нематериальная?>
При бесконечности вещей не может видеть все с полнотой ум,
у которого нет бесконечного видения. А коль скоро каждая
отдельная вещь соотносится со всем вообще, то ум не может
знать совершенной и истинной связи какой бы то ни было
веЩи в мире, который неизвестен ему во всей полноте и
совершенстве.
Давайте представим человека, совершенно чуждого морепла-
ванию и не знающего природы моря и вод; пусть он внезапно
очутится на борту какого-нибудь судна, бросившего якорь
посреди океана, вдалеке от всякой суши, - пока стоит безвет-
рие, - пусть человек этот осмотрит всю эту громоздкую, не-
ипк-ппсйимукуи нопппвижнуот машину спели глади мопской.
ШБФТСБЕРИ А. Э. (1671-1713 гг.)
пусть сначала увидит он все, что находится внизу, а потом
весь такелаж, мачты и паруса над головой. Легко ли будет ему
видеть, что все это - одно целое и правильное устройство, что
все вещи зависят одна от другой, как сможет догадаться он о
предназначении помещений внизу, кают и складов! Но, не зная
предназначения и замысла всего перечисленного, неужели он
заявит, что мачты и такелаж - бесполезны и обременительны
и по этой причине вынесет свой приговор всему сооружению и
станет презирать его строителя? Мой друг, не будем выдавать
своего невежества, но подумаем, где мы находимся, в каком
всебытии. Подумайте о многих частях этой громадной маши-
ны, в которых мы так мало разбираемся и от которых невоз-
можно нам найти все концы и применения, - когда, вместо
того чтобы смотреть на самую вершину, мы видим только ка-
кую-нибудь нижнюю палубу и сами находимся в этой темной
клети, заключенные в своей плоти, ограниченные трюмами и
самыми нижними помещениями судна.
Теперь же, рассмотрев все это согласованное единосообраз-
ное сооружение и признав универсальную систему всебытия,
мы, чтобы быть последовательными, должны признать универ-
сальный ум; и ни один здравомыслящий человек не должен
отнимать у него престол его.
Ни человека, ни другое животное, какими бы полными по сво-
ему составу ни были они - по отношению к себе самим внутри
себя, нельзя признать столь же полными - по отношению ко
всему вне их, но их нужно рассматривать как находящихся в
связях - каждый с системой своего рода. Так, система челове-
ка находится в связи с системой животного мира, эта послед-
няя - в связи с нашим миром, землей, а земля в свою очередь -
с еще большим миром и с универсальным всебытием.
Все вещи этого мира связаны в единство. Как ветвь связана с
деревом, так и дерево непосредственно связано с землей, воз-
духом и водой, питающими его. И как плодородная почва
соответствует дереву, так же точно сильный и прямой ствол
дуба или ильма отвечает вьющимся ветвям плюща или вино-
града; точно так же самые листья, семена и плоды этих деревь-
ев согласованы с различными живыми существами; а из этих
последних - одни с другими и со стихиями, в которых они
живут и к которым они известным образом приспособлены и
подогнаны, как некое добавление к ним: так, с помощью крыль-
ев К ВОЗДУХУ. С ПОМОШЬЮ ПЛЯВНИКОВ - < пппг г ппчпчп
ШЕФТСБЕРИА.Э. (1671-1713 гг.)
ног - к земле, равно как и другими соответствующими внут-
ренними частями более замысловатого состава и устройства.
Так, созерцая все на земле, мы по необходимости должны ви-
деть все в одном, как бы все слагая в одно единосогласие.
Такова же система и большого мира. Посмотрите на эту взаи-
мозависимость вещей, на связь между ними - между Солнцем
и этой населенной Землей, и между Землей и другими планета-
ми и Солнцем! Порядок, союз и согласие целого! И знайте, мой
друг, что, следуя этим путем, вы должны будете признать Уни-
версальную систему и согласный план всех вещей.
> Как говорят мудрые, Природа столь тонко связала концы, что
: одно переходит в другое и неразличимо.
Нам следовало бы воздерживаться от смеха, слыша, что ин-
дийские философы, желая успокоить народ, спрашивающий,
на чем держится это гигантское сооружение мира, отвечают -
держится на слоне. А на чем слон? - Щекотливый вопрос! Но
на него никоим образом нельзя отвечать. Вот только тут и
можно упрекнуть наших индийских философов. Им следовало
бы довольствоваться слоном и не идти дальше. Но у них еще в
запасе черепаха, спина ее достаточно широкая, как им кажет-
ся. И вот черепаха вынуждена нести новую тяжесть, а дело
обстоит хуже, чем прежде.
Есть нечто такое, что предшествует откровению, некоторое
предварительное доказательство разума, уверяющее нас в том,
ч то Бог есть.
4. МЫСЛИ
D Если люди терпят разговоры о своих пороках - это лучший
признак того, что они исправляются.
Единственный способ спасти человеческое здравомыслие и
сохранить разумность в мире - это дать свободу острому уму.
Однако никогда не будет свободен острый ум там, где отнята
свобода для насмешки.
D Если людям запретить серьезно говорить о некоторых предме-
тах, они будут говорить о них иронически. Если им вообще
запретить говорить о таких предметах или если они действи-
тельно почувствуют опасность таких разговоров, то они ста-
нут вдвойне маскироваться, облекаться в одежды таинствен-
ности и говорить так, что трудно будет понимать или ясно
истолковывать их тем, кто склонен причинять им вред.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73