А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Гельмгольц был первым, кто заинтересовался вопросом, может
ли наблюдатель адаптироваться к таким призмам. Он описы-
вает следующий эксперимент.
<Возьмем две стеклянные призмы с углом преломления примерно 16Ї
или 18Ї и прикрепим их к оправе для очков, так чтобы их основания были
повернуты влево. Рассматриваемые через эти стекла объекты в поле зрения
будут, очевидно, смещаться влево от их действительных положений. Сначала
рассмотрим, не вводя в поле зрения руку, какой-нибудь предмет, до которого
мы можем дотянуться рукой, затем закроем глаз и попытаемся прикоснуться
к предмету указательным пальцем. Обычный результат тот, что мы промахи-
ваемся, отводя руку слишком далеко влево от предмета. Если после ряда
попыток или, что еще быстрее, после введения руки в поле зрения мы под
контролем зрения прикасаемся к предмету и затем повторяем эксперимент с
закрытыми глазами, то обнаружим, что более не промахиваемся, правильно
направляем руку к предмету. Столь же успешно мы будем дотягиваться и до
новых предметов, которые вводятся в зрительное поле вместо уже знакомых
нам. Предположим теперь, что, научившись делать это, мы снимем призмы и
уберем руку из поля зрения, после чего, посмотрев внимательно на какой-
нибудь предмет, закроем глаза и попробуем взять этот предмет. Мы обнару-
жим, что рука не попадает на предмет, оказавшись слишком далеко вправо от
него. После ряда неудач, однако, наша оценка направления глаз исправится
опять >.
Этот небольшой эксперимент демонстрирует эффект адап-
тации. Он включает тестирование <после> со снятыми при-
змами (тест <до> без призм также содержится в скрытом виде,
так как можно с уверенностью предположить, что до начала
эксперимента не будет никаких заслуживающих упоминания
ошибок в дотягивании до предметов). Ошибка, которую делает
наблюдатель после адаптационного периода, направлена в сто-
рону, противоположную направлению ошибки, которую он
делал в самом начале ношения призм. Послеэффект в этом
случае является негативным по следующей причине. Призмы
вызывают видимое смещение объекта влево от его фактиче-
ской позиции. Адаптация может быть понята как заучивание
наблюдателем правила: <Вещи находятся правее того места,
где они кажутся расположенными>. При надетых призмах
такое научение должно означать правильную локализацию,
однако оно ведет к ошибочной локализации, если призмы сни-
маются, причем ошибка должна быть <вправо>.
Позднее методика изучения адаптации была усовершенство-
вана. Вместо того чтобы измерять эффект, прося испытуемого
закрыть глаза и указать на увиденную за мгновение до этого
цель, испытуемый отмечает кажущееся положение цели в
условиях, когда он не может видеть свою руку. Суть этого
методического приема, как и методики Гельмгольца, состоит в
том, что если испытуемый мог бы одновременно видеть свою
196
ВОСПРИЯТИЕ НАПРАВЛЕНИЯ
руку и цель, то он просто скорректировал бы первоначальную
ошибку, пододвигая свою видимую руку к видимой цели. В но-
вой методике для отражения предмета и экранирования вида
руки используется зеркало, рука при этом находится под зерка-
лом (см. рис. 4-7). Точность локализации цели испытуемым
непрерывно регистрируется с помощью отметок на бумаге,
Рис. 4-7
помещенной под зеркалом. Испытуемый отмечает положение
цели до и после призм, а во время адаптационного периода
обычно движет свою руку вперед и назад, когда смотрит на нее
через призмы в течение нескольких минут. Происходит смеще-
ние центра совокупности отметок положения цели.
Означают ли эти данные, что воспринимаемое радиальное
направление преобразуется просто благодаря наблюдению руки
через призмы? Так и думал Гельмгольц, поскольку он завер-
шает описание своего эксперимента следующим замечанием
197
<Речь идет не об ошибочности мускульного чувства руки или оценке ее
положения, а об ошибочности оценки направления взгляда. Это подтвержда-
ется тем фактом, что, если после привыкания к рассматриванию предметов
через призмы и нахождению предметов с помощью правой руки мы закры-
ваем глаза и пытаемся дотронуться до тех же самых предметов левой рукой,
которой до этого не пользовались и которая находилась вне поля зрения, нам
удается сделать это без каких-либо затруднений, с полной уверенностью и
точностью. Поэтому в данном случае место определяется совершенно точно,
после чего оно может быть с уверенностью найдено с помощью другого орга-
на осязания>.
Однако вопреки мнению Гельмгольца последние экспери-
менты, как правило, не дают оснований для утверждения о
переносе эффекта адаптации на невидимую руку. Если произо-
шло изменение в зрительно воспринимаемом направлении объ-
екта, то мы, конечно, могли бы ожидать, что это обнаружится
при дотягивании или указывании любой рукой. Тот факт, что
этот эффект возникает только при использовании руки, кото-
рая была видна через призму, означает, что изменения скорее
коснулись самой руки, чем зрительного восприятия. В насто-
ящее время имеется внушительное количество данных, указы-
вающих на то, что происходящее в конце концов сводится к
переинтерпретации испытуемым ощущаемого положения своей
руки. Когда он смотрит на свою руку через призмы, она
кажется смещенной по отношению к своему истинному поло-
жению. Но наблюдатель имеет информацию и о правильном
положении руки, она носит проприоцептивный характер и воз-
никает в суставных сумках и мышцах, позволяя определить,
где одна часть тела находится по отношению к другой. Предпо-
ложим, однако, что в конфликте между зрительной и пропри-
оцептивной информацией зрение доминирует. В этом случае
зрительное положение руки определяло бы ее воспринимаемое
положение (в гл. 8, с. 86, представлены дополнительные свиде-
тельства того, что в ситуациях сенсорного конфликта зрение
доминирует).
Если рука локализуется там, где она видится, то возникает
вопрос о том, что происходит с проприоцептивной информаци-
ей. Существуют основания считать, что она попадает <в плен> к
зрительной информации, т. е. делается соответствующей ей.
Мы чувствуем свою руку так, как если бы она была располо-
жена там, где мы ее видим. В этом случае через несколько
минут, в течение которых рука ощущалась, скажем, слева от
того места, где она в действительности была, проприоцептив-
ные сигналы от руки, возможно, начинают обозначать благо-
даря ассоциациям положение слева от того, где она есть на
самом деле. Следовательно, в своем тесте <после> Гельмгольц
мог двигать руку вправо от предмета не потому, что, как он
думал, предмет зрительно кажется расположенным правее сво-
его фактического местоположения, а потому, что его рука ощу-
ВОСПРИЯТИЕ НАПРАВЛЕНИЯ
щалась слева от того места, где она была. Но когда руа ощуща-
ется, как если бы она была левее, чем на самом деле, то, чтобы
прикоснуться к только что виденному предмету, нужно напра-
вить руку несколько правее. Доказательством этому служит
также и тот факт, что испытуемый, показывая на невидимый
источник звука, будет ошибаться, только если показывает
рукой, виденной ранее через призмы, а не рукой, на которую он
через призмы не смотрел. То же самое происходит, когда испы-
туемый показывает с закрытыми глазами направление <прямо
перед головой>.
Тот факт, что зрительное направление в экспериментах
этого типа не меняется, когда испытуемый просто смотрит через
призмы на свою движущуюся руку, не удивителен. Почему оно
должно измениться? Ожидать изменения зрительного воспри-
ятия можно только тогда, когда наблюдатель располагает неко-
торой совершенно надежной информацией, согласно которой
облик видимых через призмы вещей искажен. Предположим,
испытуемый смотрит на свою руку, которая в этот момент нахо-
дится прямо перед ним. Призмы вызовут смещение видимого
положения руки в сторону, скажем влево. Таким образом,
чтобы быть направленными прямо на руку, глаза должны
повернуться влево. Поскольку комбинация информации <изо-
бражение занимает фовеальное положение, глаза повернуты
влево> означала в прошлом радиальное направление <слева>,
то именно так ситуация будет интерпретироваться и на этот
раз. Единственное основание для возникновения каких-либо
изменений связано с проприоцептивной информацией, которая
указывает на то, что рука находится прямо перед головой. Но
даже если эта информация и не была бы подавлена зрением,
что, очевидно, и происходит, маловероятно, что она могла бы
оказаться достаточно мощной, чтобы изменить направление
всего зрительного поля.
Можно было бы предполагать, что для возникновения зри-
тельных изменений наблюдатель должен научиться переинтер-
претировать направление, на которое указывают его глаза.
В данном примере при рассматривании находящегося <прямо
перед головой> предмета глаза поворачиваются влево. Если
доступна информация, что на самом деле предмет находится
<прямо перед головой>, то отсюда следовало бы, что и глаза
наблюдателя должны быть направлены прямо вперед,
поскольку они направлены на этот предмет. Существует
несколько возможных источников такой информации, и из
проведенных до сих пор исследований не ясно, какой из них
наиболее эффективен. Один из таких источников информа-
ции - это вид собственного тела наблюдателя. Поскольку тело
едва ли может быть смещено в сторону, его вид служит указа-
нием на то, что направление, в котором оно ориентировано,
. является направлением прямо вперед.
Другой возможный источник информации связан с движе-
нием наблюдателя. Обычно при движении вперед изображения
всех точек в поле зрения смещаются на сетчатке по направ-
лению к ее периферии, так как по мере приближения к любой
точке поля направление на нее все более отклоняется в сторону
(градиент расширения, обсуждавшийся в гл. 3 и изображен-
ный на рис. 3-34, с. 137). В самом деле, чем дальше на пери-
ферии поля находится точка, тем быстрее будет (при прочих
равных условиях) смещаться ее ретинальное изображение.
Однако изображение точки, к которой движется наблюдатель,
смещаться не будет, так как она находится <прямо перед голо-
>вой>. Таким образом, имеется характерный, связанный с дви-
жением вперед динамический узор, который может стать осо-
бенно заметным при быстром движении, например, в транспор-
?те. Во время ношения смещающих призм неподвижным цент-
;ром динамического узора будет точка, расположенная прямо по
линии движения испытуемого. Поскольку эта точка смещается
призмами, она будет сначала казаться находящейся в стороне.
Знание о положении неподвижного центра динамического
; узора может быть информацией о том, что именно здесь нахо-
сдится направление <прямо перед головой>.
! Пока еще неизвестно, ответственны ли эти источники
информации за изменения, но зрительная адаптация к смеща-
ющим призмам действительно была получена. В одной из работ
для измерения адаптации испытуемого просили указать, когда
вертикальная линия внутри цилиндра, окружающего его голо-
,ву, будет казаться ему находящейся <прямо перед головой> ".
:Во время адаптационного периода испытуемый дважды совер-
шал прогулки длительностью по 2 ч каждая, рассматривая
окружение через призмы, смещавшие объекты на 11Ї. Изме-
нение в установке линии достигало потом 1,29Ї. Однако, если
адаптационный период продлевался до 2-4 дней, половина
испытуемых достигала полной адаптации. Поскольку в этом
случае измерение адаптации указывает на восприятие направ-
ления и не является по своему смыслу неоднозначным (в отли-
чие, например, от показывания на цель рукой), представляется
очевидным, что происходит изменение воспринимаемой эгоцен-
трической локализации. Другие эксперименты показали, что
одни только движения головы или один только вид тела, даже
если сам испытуемый неподвижен, также приводят к адапта-
ции к смещающим призмам.
Однако для того, чтобы искаженное положение центра динамического
узора было однозначным источником информации о радиальном направле-
нии, перцептивная система должна также иметь информацию о том, что
наблюдатель идет прямо вперед.
Предметом бурных споров был вопрос о том, являются ли движения
200
ВОСПРИЯТИЕ НАПРАВЛЕНИЯ
Имеются надежные свидетельства того, что зрительная
адаптация заключается в переинтерпретации направления, на
которое указывают глаза (направления взгляда, как говорил
Гельмгольц). В одном эксперименте до и после адаптации к
линзам проводилась фоторегистрация положения глаз, причем
съемки осуществлялись в инфракрасном свете". Испытуемого
просили смотреть прямо вперед. Было обнаружено, что после
адаптации испытуемый, думающий, что он смотрит прямо впе-
ред, на самом деле отводит глаза в сторону. Так как радиальное
направление каждой точки в поле одновременно определяется
направлением, на которое предположительно указывают глаза,
все, что необходимо для смещения оценок радиального направ-
ления, - это центральная переинтерпретация положения глаз.
Основным поводом для обсуждения в этой главе исследова-
ний по адаптации к призмам было их возможное отношение к
проблеме воспринимаемого направления. Уже объяснялось, что
восприятие радиального направления обязательно связано с
интерпретацией на основе учета положения глаз, положения
в поле. Следующий вопрос был связан с происхождением этого
отношения. Учимся ли мы, когда глаза направлены прямо впе-
ред, понимать фовеальный стимул как означающий находя-
щийся прямо перед головой предмет, или же это отношение
врожденно детерминировано? Данные, что адаптация возможна
и, далее, что она, вероятно, основана на переинтерпретации
положения глаз, явно свидетельствуют в пользу предложен-
ного здесь объяснения, согласно которому восприятие радиаль-
ного направления основано на функционировании механизма
типа константности.
Можно, по крайней мере, предположить, что происхождение
оценок радиального направления у младенца основано на
работе того же механизма. Возможно, младенец научается соот-
носить при направленности глаз прямо вперед изображение
предмета на фовеа с его положением прямо перед головой. Но
возможно, что соотнесение определенного положения глаз с
воспринимаемым радиальным направлением задается от
рождения. Это может оказаться верным независимо от того, что
само соотнесение подвержено научению. Но даже если соотне-
сению научаются в младенчестве, еще неизвестно, использу-
ются ли при этом те же виды информации, которые служат
взрослому для адаптации к призматически смещенному изобра-
наблюдателя необходимым условием призматической адаптации. Некоторые
данные подтверждают мнение, что наблюдатель должен проявлять в движе-
нии активность, а не просто движение навязывается ему, а он остается пассив-
ным". Но теперь есть убедительные свидетельства того, что движение не
является необходимым условием" ".
201
жению. До тех пор пока младенец не начинает передвигаться,
информация о динамическом узоре ему недоступна. Но какой
бы ни была эта информация, в памяти хранится набор <пра-
вил>, с помощью которых на основании данных о положении
глаз делается вывод о радиальном направлении. При адаптации
к призмам у взрослого образуются новые <правила> и форми-
руются новые следы памяти. Адаптация усиливается по мере
того, как прочность новых <правил> начинает перевешивать
прочность старых. При таком рассмотрении процесса научения
нет необходимости считать, что в оценке положения в поле
точек сетчатки происходят какие-либо изменения или что
такой оценке должен прежде всего научиться младенец.
Означает ли это, что те изменения, которые происходят или
не происходят при адаптации, действительно зрительные, даже
в экспериментах, где тестированием определяются зрительные
направления? По этому поводу было много споров, основанных
на недоразумении. По определению, эгоцентрическая локализа-
ция видимой точки является разновидностью зрительного опы-
та, и, следовательно, любое изменение такого восприятия по-
ложения - это зрительное изменение. Однако если представ-
ленный здесь анализ правилен, а именно механизм, лежа-
щий в основе изменений, представляет собой переинтерпре-
тацию направления взгляда, то тогда основа этих изменений
не является зрительной. В основе изменений лежит перека-
либровка нейронных сигналов, которые несут информацию о
физическом положении глаз.
Ссылки:
В 1.
2.
3.
4.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41