А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— отчаянно воскликнула Кайла.
Она хотела убежать, но Симон снова ее поймал. Остальные рабы бросились врассыпную, ища, где бы спрятаться. Издали донесся шум сражения, но Симон не обратил внимания. У него потемнело в глазах от ужаса.
— Говори! — потребовал он. — Скажи, что ты меня обманула! Эрис жива!
Кайла истерично закричала, задыхаясь от рыданий:
— Отпусти, пожалуйста!
— Говори!
— Она умерла! Она убила себя! Отпусти меня!
— Ты лжешь! — взревел Симон. Он уже дрожал всем телом. — Не говори мне этого. Эрис…
Кайле наконец удалось вырваться. Она бросилась прочь, отчаянно спеша спрятаться. На Симона опустилась пелена отчаяния.
— Эрис! — простонал он. — Эрис!
Он снова побежал по коридорам к комнатам Эрис, отчаянно выкрикивая ее имя.
Пракна быстро шел по коридорам, пытаясь отыскать Ричиуса. Он обещал своей королеве, что будет защищать Шакала. И он знал, что Ричиус вошел во дворец, чтобы разыскивать Бьяджио. Пракна остался без защиты солдат. Почти все они остались в западном крыле пробиваться через баррикады нарцев. Охранников оказалось больше, чем предполагали лиссцы, но Пракна не сомневался в победе.
— Ричиус! — звал он, заглядывая в каждый уголок.
Но никого не было, только разбегались прочь рабы, даже не пытаясь сопротивляться. На Пракну нахлынуло ощущение собственной непобедимости. Лисе Изнасилованный уходил в прошлое, оставался блекнущим воспоминанием. Сегодня возродился Лисе Победоносный, которого не остановит ничто. Пракна всегда знал, что это случится когда-нибудь, но сейчас надо найти Вэнтрана. Вэнтран один, ищет Бьяджио в этом опасном дворце. Пракна шел дальше и вдруг из-за одной двери услышал рыдания. Он прислушался.
— Эрис! — жалобно повторял голос. — Танцовщица моя…
Узнав этот голос, Пракна остановился. Это был Даркис.
Адмирал подошел крадучись и заглянул внутрь. Симон Даркис лежал на полу и плакал, держа пару изящных туфелек. Пракна был потрясен, и даже его полное ненависти сердце на какую-то долю секунды смягчилось. Поглощенный горем нарец даже не услышал его шагов. Пракна поднял саблю.
— Даркис! — негромко приказал он. — Посмотри на меня.
Симон посмотрел на Пракну. Он увидел страшное лицо лиссца, полное безумия, заметил саблю в его руке. И не пошевелился. Он не мог двигаться. Он прижимал к груди туфельки Эрис.
— Эрис погибла, — тихо сказал он. Пракна ничего не ответил.
— Я пытался ее спасти! — выдавил из себя Симон. — Действительно пытался! И будь я проклят за то, что не смог!
Он знал, что хочет сделать Пракна, и сам удивился, насколько это ему безразлично. Он мог стремительно вскочить и спасти себе жизнь, мог с легкостью вырвать у Пракны саблю… Но он только плакал, как ребенок, и ждал — а ослепленный своей чудовищной яростью лиссец возвышался над ним. Симон печально улыбнулся, желая себе смерти.
Пракна держал саблю — и не мог нанести удара. Глядя на лежащее у его ног существо, Пракна не испытывал ничего, кроме жалости. Он еще никогда не видел настолько сломленного горем человека. Даже его похожая на призрак Джлари не казалась такой беспомощной.
— Убей меня, — прошептал Симон. — Убей. Он жаждал умереть, и его отчаяние испугало Пракну. Командующий флотом опустил оружие:
— Я не стану твоим палачом, пес!
— Трус! — бросил Симон, утирая нос рукавом. По его лицу струились слезы. — Убей меня!
Пракна вложил саблю в ножны. Вся его ярость испарилась, оставив только мрачное сочувствие.
— Вставай! — приказал он. — Убирайся отсюда.
Симон крепче прижал туфельки к груди.
— Куда мне идти? У меня ничего не осталось!
— У тебя осталась жизнь, Рошанн. Радуйся этому. А теперь поторопись. Беги, иначе мне тебя не спасти.
Даркис с трудом поднялся на ноги, растерянный, не знающий, что делать. Распухшие от слез глаза безнадежно смотрели на мир. Туфельки впитывали катившиеся у него из глаз слезы. Он тупо смотрел на Пракну, как сквозь туман.
— Тебе здесь оставаться опасно, — сказал Пракна. — Беги как можно скорее. Найди лодку и уплывай с Кроута. Вэнтрану я скажу.
— Ричиус…
— Иди!
Этот приказ вывел Симона из оцепенения. Продолжая сжимать туфельки, он бросился прочь.
Ричиус не мог прекратить избиение. Он даже не пытался этого сделать. В западном крыле дворца гудела битва: лисская армия штурмовала баррикады, воздвигнутые защитниками. Там будет бойня. Лиссцы намного превосходят нарцев числом. А Пракна довел солдат до исступления, наполнив их жаждой крови. Спустя какое-то время бой закончится и дворец будет превращен в развалины. Быстро бегущее время работало против Ричиуса.
Он должен найти Бьяджио.
Но вместо графа ему навстречу вышел странный человечек с робкой улыбкой. Он был одет в расшитый золотом шелк и стоял в самом конце коридора, глядя на идущего к нему Ричиуса. Со всех сторон до них доносился шум битвы, грозившей докатиться и сюда. Однако человечек твердо стоял на своем посту, преграждая Ричиусу путь.
Ричиус наставил на него меч.
— Отойди! — предупредил он. — Я не остановлюсь.
— Я вас узнал, юный Вэнтран, — сказал человечек. — Я видел вас в Черном городе,
— Ты слуга Бьяджио? — спросил Ричиус. — Прочь с дороги! Мне нужен твой хозяин.
— Вы его не найдете, — сообщил слуга. — Его здесь нет. Но он велел мне передать вам, что он вас ждет.
— Что? — рявкнул Ричиус. — Где этот гад?
— Уехал, — ответил человечек. — Я — Лерайо, камердинер графа Бьяджио. Граф отплыл в Черный город. На Кроуте вы его не найдете, король Вэнтран.
Это известие ошеломило Ричиуса. Он опустил меч.
— Сукин сын! — проворчал он, сомневаясь в том, можно ли верить этому слуге. — Почему? Зачем он уехал? Лерайо нахмурился, обдумывая этот вопрос.
— Полагаю, это соответствовало его целям. Но я еще не передал вам все, что мне приказано.
— Говори! — приказал Ричиус.
— Граф Бьяджио велел передать вам вот это.
Слуга засунул руку в карман жилета и вытащил оттуда нечто белое и непонятное. Ричиус прищурился, стараясь лучше разглядеть, что именно ему показывают.
— Что это? — сердито спросил он.
Лерайо подошел ближе, опустив это что-то в ладонь Ричиуса. Это оказалась прядь коротких волос, мягких и белых. Трийских волос.
Ричиус недоуменно рассматривал их.
— Объясни мне, — приказал он. — Чьи это волосы?
— Граф Бьяджио удерживает вашу жену, король Вэнтран. Он увез ее в Черный город. Он просит, чтобы вы…
— Нет! — Ричиус схватил крошечного слугу и притиснул к стене. — Это невозможно!
Лерайо сохранял спокойствие, даже когда Ричиус начал его душить.
— Это правда. Она искала вашу дочь — ту, которую зовут Шани. Вашу жену захватили и доставили сюда на нарском корабле. Даю вам слово: она цела и невредима. Пока.
Ричиус отпустил раба и отшатнулся.
— Ты лжешь! — прошипел он.
— Я не лгу, — спокойно ответил Лерайо.
У Ричиуса закружилась голова. Неужели это возможно? Он зашарил рукой по полу, подбирая обрезки оброненных волос. Быстро проведя по ним пальцами, он убедился, что они такие же мягкие и шелковистые, как волосы Дьяны. Однако это еще не доказательство. Хотя все возможно, когда имеешь дело с Бьяджио.
— Она у него, — твердо заявил Лерайо. — Он отплыл прошлой ночью на борту «Бесстрашного». И он хочет, чтобы вы последовали за ним.
— Мой Бог! — простонал Ричиус.
Рассказ слуги казался невероятным, но Бьяджио способен на все. И Ричиус бросился бежать по коридору, призывая на помощь.
Пракна бежал к западному крылу, когда услышал крики Ричиуса. Вэнтран был вне себя от ужаса. Увидев Пракну, молодой человек резко остановился. Он едва мог дышать. Битва шла совсем рядом, ее шум заглушал все звуки. Доносился звон бьющегося стекла, отчаянные крики и звонкие удары металла о металл. Пракна бежал узнать, как дела у его армии.
— Ричиус! — воскликнул он. — Что случилось? Ричиус был покрыт потом. Ловя ртом воздух, он пытался говорить.
— Дьяна! — прохрипел он. — Она у него!
— Дьяна? — изумился Пракна. — Твоя жена?
— Бьяджио. Он ее захватил. Пракна ничего не понимал.
— Успокойся, друг, — посоветовал он. — Дыши глубже. И объясни мне, что случилось.
Ричиусу с трудом давалось каждое слово, но Пракне удалось разобрать, что Бьяджио каким-то образом удалось увезти жену Ричиуса в Черный город.
— Боже, Пракна, помоги мне! — молил Ричиус. — Он ее убьет! Мне надо к ней.
Пракна прислушался к шуму сражения. Ему не терпелось вступить в бой.
— Ричиус, послушай меня, — попросил он. — Иди наружу и береги себя. Спрячься. Когда все закончится, мы придумаем, как освободить твою жену.
— Нет! — умоляюще воскликнул Ричиус. — Будет слишком поздно. Если мы поплывем прямо сейчас, то сможем их догнать. Бьяджио уплыл на «Бесстрашном» этой ночью.
Пракна почувствовал, что бледнеет. «Бесстрашный»! Мир внезапно погрузился в тишину.
— Откуда ты знаешь? — спросил лиссец. — Ты уверен, что именно на «Бесстрашном»?
Ричиус кивнул. Он все еще не восстановил дыхание.
— Да, уверен. Мне сказал раб Бьяджио. Они близко, они не могли уплыть далеко! Еще не успели. Мы можем их догнать, Пракна, если поплывем на «Принце».
Пракна покачал головой:
— Не могу… наши люди…
— Они могут сами за себя сражаться! — взревел Ричиус. — Им не нужны ни ты, ни я! Пожалуйста, Пракна, я тебя умоляю. Помоги мне.
— Ричиус…
— Проклятье, ты мой должник! Это ты меня в это втравил, заносчивый ублюдок! А теперь помогай мне спасти жену!
— Ладно, — сдался Пракна. — Я тебя отвезу. Ричиус осмотрелся.
— Мне нужен Симон, — с отчаянием сказал он. — Ты не знаешь, где он?
— Его здесь нет, — ответил Пракна. — Объясню потом. — Он заставил Ричиуса повернуться и повел прочь от шума битвы. — Пошли, нам надо спешить.
Они выбежали из дворца, бросив своих кровожадных товарищей и торопясь к «Принцу Лисса». В душе Пракна ликовал. Наконец-то у него появилась возможность сразиться с Никабаром! Перед его глазами стояли лица погибших сыновей. Очень скоро он отомстит за них.
44
«Бесстрашный»
В десяти морских милях от Кроуга адмирал Никабар приказал «Бесстрашному» и сопровождавшим его дредноутам замедлить ход и начал описывать круги, которые никуда не вели. На парусах взяли рифы, чтобы ослабить напор ветра, и корабли медленно кружили, постоянно меняя галс. Над морем встало солнце, окрасившее воду в ярко-зеленый цвет. Бьяджио стоял на мостике «Бесстрашного» и смотрел на восход. По правому и левому борту «Бесстрашного» бесцельно дрейфовали по волнам вместе с ним «Черный город» и «Внезапный». Графа радовал вид дредноутов под утренним солнцем. Мощные, непобедимые, они возвестят его возвращение в империю. Бьяджио скрестил руки на груди, кутаясь в алый плащ. На палубе было ветрено, и по чувствительной коже графа постоянно пробегала дрожь, но он не хотел спускаться вниз. Ему хотелось увидеть приближение «Принца».
Ренато Бьяджио долго шел к этой минуте. Подъем был тяжел и долог и дался нелегко, потребовав напряжения всех способностей и сил. Веревочки, за которые пришлось тянуть, были длинными и неверными. Не все сложилось идеально. Его предал Симон. Чтобы выманить Эррита на Кро-ут, пришлось прибегнуть к самым жестоким мерам. И для осуществления великого плана он вынужден был пожертвовать своей дорогой родиной — по крайней мере временно. И в Нар он вернется не триумфатором. Ему придется заниматься политикой, приручать армию, остерегаться убийц.
Да, и есть еще женщина Вэнтрана. Она плыла с ним на корабле — против воли. Поскольку она не могла бы бежать, не бросившись в воду, Бьяджио не стал приставлять к ней стражника. Вспомнив ее лицо, граф невольно улыбнулся. Она была исключительно хороша. Теперь Бьяджио понимал, почему Шакал ради нее покинул империю. Некоторые женщины действуют на мужчин именно таким образом.
И некоторые мужчины тоже.
Улыбка сбежала с губ Бьяджио. Он не понимал, почему Симон его предал. Больше того, это причиняло ему боль. Порой ему хотелось убить Симона — но он понимал, что никогда этого не сделает. Он даже не станет его разыскивать, не будет выяснять, куда он скрылся. Возможно, Симон уедет с Шакалом в Люсел-Лор. Или, может быть, просто затеряется где-то в империи, постоянно озираясь и тревожась. Рошанны умеют скрываться. Бьяджио печально вздохнул. Если бы у него был цветок, он сейчас швырнул бы его в море.
— Почему такое разочарование, Ренато? — неожиданно спросил Никабар.
Адмирал возник из ниоткуда, прервав раздумья Бьяджио. Его лицо расплывалось в улыбке — он предвкушал близящееся сражение.
— Просто думаю, друг мой, — ответил Бьяджио. — И жду.
— Думаешь об Эррите? Бьяджио ухмыльнулся:
— Как можно меньше.
— Он победил снадобье, знаешь ли, — заметил адмирал, хмуря лоб. — Он оказался сильнее, чем я думал.
«Сильнее меня?» — подумал Бьяджио.
Впервые это показалось ему возможным. Поначалу Бьяджио был уверен, что абстиненция убьет Эррита. А в конце концов оказалось, что она только сделала его сильнее. Сам факт, что можно бросить снадобье и остаться в живых, заслуживал внимания.
— Я больше не хочу говорить об Эррите, — заявил он. — И не забывай — нам еще надо будет иметь дело с лиссцами. Никабар кивнул и посмотрел в сторону Кроута.
— Они сюда явятся, — пообещал он. — Пракна устоять не сможет.
— Когда?
— Скоро, — ответил Никабар. — «Принц» — корабль быстрый. — Его улыбка стала еще шире. — Но все-таки недостаточно быстрый. Когда с него откроют огонь…
— Если откроют огонь, — прервал его Бьяджио. — И не раньше, чем это случится. Держи себя в руках, Данар. Сначала я хочу заполучить к нам на борт Вэнтрана. — А потом он добавил, уже чуть мягче: — Не беспокойся. Лиссцы слишком кровожадны, чтобы уплыть без боя. Ты сможешь схлестнуться с Пракной. А когда мы вернемся в Нар, делай с Лиссом, что хочешь.
Никабар хмыкнул:
— Я перестал тебя понимать, Ренато. Ты не такой, как прежде.
Бьяджио с любопытством посмотрел на друга.
— Правда? — спросил он. — Может быть. Пожалуйста, сделай, как я сказал, Данар. В последний раз.
— Сделаю, — неохотно пообещал Никабар. — Я не буду ничего начинать, пока Шакал не будет на борту. — Адмирал посмотрел в сторону кормы. — Смотри, Ренато! — Он показал пальцем.
Бьяджио оглянулся и увидел на палубе Дьяну Вэнтран. Она смотрела в пустой океан, не замечая любопытных взглядов, погруженная в свои мысли. Бьяджио внимательно всмотрелся в нее. Дьяна оказалась странным существом, и он сам не понимал, как к ней относится. Поначалу он ненавидел ее — просто потому, что она была женой Шакала. А теперь он порой с удивлением замечал, что она ему нравится.
— Извини, Данар, — сказал граф и зашагал на корму.
Моряки, столпившиеся поглазеть на женщину, при его приближении разошлись. Бьяджио подошел к лееру и встал рядом с Дьяной. Она мельком глянула на него и снова обратила взгляд к морю. На ее плечах был плащ, но Бьяджио заметил, что она дрожит от холода.
— Тебе следовало сидеть в каюте. Здесь ветрено, — заметил он.
— Почему мы остановились? Подумав, Бьяджио ответил:
— Мы ждем. Дьяна кивнула:
— Ричиуса.
— Разумеется.
Она посмотрела на него:
— Значит, вот как все кончится? Ты убьешь его здесь и сейчас? Без пыток?
Граф мягко улыбнулся, не обращая внимания на ее уколы.
— Он приедет на лисской шхуне. Мы остановились, чтобы ее встретить.
Она устремила на него полные боли глаза.
— Я тебя ненавижу, — сказала она. — Я верила, будто смогу показать тебе, как ты заблуждаешься, но ты настолько безумен, что не понимаешь ничего, кроме мести. И теперь…
Ее голос прервался. Дьяна отвернулась и попыталась оттолкнуть Бьяджио, чтобы он ушел.
— Уходи! — попросила она. — Оставь меня!
Но Бьяджио не хотел уходить. Волшебство, исходящее от этой женщины, притягивало, манило быть рядом с ней. И это не было плотским влечением. Дело было в чем-то другом. Возможно, в ее кротости. Как бы то ни было, Бьяджио не мог уйти.
— Скоро Нар будет моим, — объявил он. — В империи будут перемены.
— Пожалуйста…
— Со мной следует считаться, Дьяна Вэнтран, — предостерег Бьяджио. — Были такие, кто меня недооценивал. Теперь они мертвы.
— И ты этим гордишься?
— Мои враги заслужили смерть. Они украли у меня империю, зная, что она должна была принадлежать мне. Я не узурпатор, а законный наследник Нара. И когда я займу Железный трон, все пойдет по-иному.
— Твой Черный Ренессанс! — презрительно бросила Дьяна. — Да, я о нем слышала. Фантазия безумца. Граф покачал головой.
— Вы так мало понимаете — что ты, что твой муж. Черный Ренессанс несет империи мир. Не будет ни войн, ни междоусобиц. Я буду править железной рукой, потому что именно это нужно империи. Ты можешь называть это жестокостью…
— Я называю это безумием, — возразила Дьяна. — А теперь уходи. Пожалуйста. Оставь меня одну.
Она отвернулась и снова стала смотреть на горизонт, демонстративно не замечая Бьяджио, хоть он и стоял рядом, глядя на нее. Наконец Бьяджио отступил назад.
— Готовься. Ждать осталось недолго, — сказал он и вернулся на мостик.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82