А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Она подумала о том, куда он взял Майкла и что они сейчас делают. Постояв немного, Клер вернулась на балкон, села и принялась рассматривать двор внизу. Там стояло множество скамеек, были разбиты цветочные клумбы и росли экзотические высокие растения. Если полковник и заметил великолепие, окружавшее их, то не пришел в трепетный восторг, как она и Майкл. Он, казалось, не обращал внимания, принимая это как само собой разумеющееся. Форчен относился одинаково спокойно как к шикарной гостинице, так и к ночевке в лесу.
С наступлением сумерек тени стали вытягиваться.
– Мама! – раздался возбужденный голос Майкла, и Клер поспешила в первую комнату их номера. Мальчик сгружал на стол множество различных свертков. О'Брайен с коробками под мышкой закрывал входную дверь.
– Мама, посмотри, что купил полковник О'Брайен! – малыш достал книжку.
Зная, с какой любовью относится Майкл к тем нескольким книгам, которые у него были, Клер пересекла комнату и, взяв в руки покупку, посмотрела на заголовок. «Джим из Миссисипи» Джона Санта-Клэра…
– Как мило. Майкл очень любит читать.
– Посмотри на это, – сказал он, показывая деревянного солдатика. – И на это, – Майкл достал длинный леденец-карандаш. – И он купил мне новые штанишки.
– Это замечательно, Майкл! – воскликнула Клер, понимая, что раньше у нее не было возможности сделать для мальчика то, что сделал полковник. Она повернулась и посмотрела на него. В пыли после долгой дороги, в помятой рубашке и с отвисшими огромными карманами он стоял и смотрел на ребенка. Радость на его лице стерла обычное суровое выражение. Бросив свою шляпу на стол, Форчен перевел взгляд на девушку. В руках он держал какой-то сверток.
– Это все, что я мог сделать. В магазине продавались ленты, материал и шали… Вот я и купил это для тебя. Ты умеешь шить, и думаю, что сможешь сшить себе платье.
Клер взяла из его рук сверток с материей. Это был шелк насыщенного розового цвета. Она негромко охнула, проведя рукой по гладкой поверхности материала.
– Какой красивый! – воскликнула она. – Из него выйдет великолепное платье! Спасибо.
Она подняла глаза и встретила невозмутимый взгляд Форчена. В дверь постучали, полковник ответил; и в дверях появились двое слуг с еще одной ванной и горячей водой. Он пригласил их войти.
– Спасибо, – сказала Клер, удивленная тем, что Форчен сделал ей подарок. Прижимая к груди кусок материи, она рисовала в своем воображении новое платье. Впервые за долгое время ей сделали подарок, если не считать простеньких поделок из бумаги, сделанных для нее Майклом. До этого времени она отвергала подарки, которые предлагали ей мужчины… Но она знала, что Форчен не потребует от нее ничего взамен.
– Какой красивый, – повторила Клер, ощупывая шелк. – Я спущусь вниз и оставлю вас с Майклом.
– Мы скоро присоединимся к тебе и вместе поужинаем.
Клер кивнула и, положив шелк, вышла из комнаты. Она спустилась вниз по лестнице и села в тень на одну из скамеек.
Выходя из комнаты, девушка посмотрела на них: оба с влажными вьющимися волосами и сверкающими глазами. Кроме цвета глаз, Майкл был точной копией Форчена, только в миниатюре…
Форчен казался красивым даже в помятом кителе, когда они направились в столовую комнату гостиницы. Это была просторная комната с высоким потолком и неброским интерьером, с зеркалом во всю стену позади стойки бара из красного дерева и всего несколькими посетителями, сидевшими вокруг стола. Столы были накрыты белыми скатертями.
Они сели за столик у окна. Клер сидел напротив Форчена, а Майкл – рядом с ним.
Открыв меню, Клер испуганно взглянула на цены, и на ее лице застыл ужас. Она наклонилась через столик к Форчену.
– Здесь все очень дорого, – прошептала она. – Мы можем найти в городе местечко и подешевле.
– Клер, я плачу за ужин, – сухо ответил Форчен. – Это не проблема. После рыбы и кроликов, жаренных на костре в лесу, мы можем поесть нормально.
Он повернулся к Майклу.
– Что бы тебе хотелось заказать, Майкл? Бифштекс, по-моему, звучит неплохо.
– Бог мой! Майкл не ест бифштексов. И посмотри, сколько он стоит! – негромко воскликнула Клер, довольная тем, что никто не сидел поблизости от их столика и мог бы услышать их разговор.
– Держу пари, что Майкл ест бифштекс, и если он захочет его, то и получит. Как насчет бифштекса для всех?
– Я просто не могу есть такое дорогое мясо! Она заглянула в меню: дешевле всего стоило тушеное мясо.
– Я закажу вот это блюдо.
– Только не сегодня. Если бы бифштекс ничего не стоил, ты стала бы его есть?
– Да, но ведь это не так.
Подошел официант, и Форчен заказал три порции бифштексов и два бокала вина. Клер смотрела на Форчена и пыталась представить себе, насколько он богат. Или он делает это только из-за того, что они проделали нелегкий и немалый путь?
Когда перед Клер поставили сочный бифштекс и томатный соус, она посмотрела на свою тарелку так, словно никогда в жизни не ела такого вкусного блюда. Взяв нож и вилку, она, разрезала мясо на кусочки и медленно жевала каждый, закрыв глаза. Клер открыла глаза и заметила, что Форчен наблюдает за ней.
– М-м-м-м, это изумительно! О'Брайен наблюдал за девушкой, потягивая вино и почти забыв о еде. Она жевала мясо так, словно была в экстазе. В каких-то вещах ей также легко доставить удовольствие, как и Майклу, и Форчен понял что она, должно быть, все это время жертвовала всем ради мальчика. Он взглянул на Майкла, сидящего рядом с ним, потом снова на Клер, представляя, какую жизнь они вели все эти годы. Закричи он сейчас, и они мгновенно среагируют… Клер и Майкл привыкли к опасности, как привыкают к ней солдаты. Но роскошь для них непривычна. Форчен был готов биться об заклад, что отрез розового шелка был первым подарком девушки с тех пор, как она сбежала из дома. Он вспомнил Кэла и Рафа, их щедрость, рождественские подарки, когда еще был ребенком, и праздники, проведенные с Мерили… Его засыпали подарками.
– Разве ты не собираешься есть свой бифштекс, которого так хотел? – спросила Клер и, не дожидаясь ответа, снова прикрыла глаза и продолжила жевать.
– Мама, это вкусно!
– Это божественно, – со вздохом ответила Клер. Она провела кончиком языка по губам и промокнула рот салфеткой. Ее манеры были великолепны, и Форчен понял, что она выросла в хорошем доме. Он откусил небольшой кусочек мяса и принялся неторопливо жевать его. Во время еды Форчен продолжал с восхищением наблюдать за Клер. Никогда ему не приходилось видеть человека, который бы так смаковал еду, как она.
Потом подали мороженое. Майкл и Клер ели его с таким наслаждением, что О'Брайен, забыв обо всем, с интересом наблюдал за ними.
– Вы никогда раньше не ели мороженого? – спросил он, удивляясь.
– Нет! Это изумительно! – сказала Клер, облизывая ложку языком. Форчен наблюдал, как изо рта показывался ее розовый язычок, потом вновь исчезал за плотно сжатыми пухлыми губками. Он нервно заерзал на стуле, вспоминая поцелуи, о которых старался не думать.
Наконец обед закончился и прежде, чем подняться по лестнице, они все вместе вышли во двор, где царила прохлада и благоухали цветы. К их возвращению голубое платье Клер, чистое и поглаженное, уже лежало на диване. Она взяла его и отнесла в спальню, радуясь тому, что завтра утром она сможет надеть чистое белье.
Форчен и Майкл растянулись на диване. Форчен читал ему «Джима из Миссисипи». Она долго сидела и слушала, потом поднялась и вышла на балкон, где воздух был прохладнее.
В спальне горела лампа, освещая балкон неярким светом. Клер подняла голову и посмотрела на звездное небо. Следом на балкон вышел Форчен и сел рядом с ней. Он зажег сигару, затянулся и выпустил дым. В воздухе запахло крепким табаком. О'Брайен снял китель и шарф и остался только в рубашке с расстегнутым воротом. Они сидели молча, наслаждаясь вечерней прохладой, и Клер чувствовала еще острее, чем раньше, близость Форчена. С волнением она думала о предстоящей ночи. Она посмотрела на О'Брайена и заметила, что он смущенно поглядывает на нее.
– Клер, я хочу поговорить с тобой.
У нее упало сердце. Неужели он хочет попросить ее уехать и оставить их здесь, в Батон-Руж. Она ждала молча, положив руки на колени. Форчен подался вперед, поставил ноги на пол, оперся руками о колени и сплел пальцы. Черный завиток волос упал на его лоб. Наконец он посмотрел на нее.
– Завтра мы отправляемся в Новый Орлеан, – сказал он густым и спокойным голосом. – Я говорил тебе, что там живет со своей семьей мой брат, и мне хочется, чтобы они познакомились с Майклом. Утром я хочу сказать Майклу правду.
Она задержала дыхание, встала и, пройдя мимо него, направилась в комнату. Клер почувствовала острую боль и не могла сдержать слез. Теперь она уж точно теряет своего Майкла… Это произошло быстрее, чем она ожидала. Девушка подошла к кувшину с водой, смочила полотенце и вытерла лицо, пытаясь успокоиться.
– Клер, Майклу рано или поздно придется узнать об этом, – сказал Форчен, следуя за ней в комнату. – Тревор Венгер расскажет о Мерили. Мне не удастся предотвратить встречу деда и внука. К тому же мне хочется, чтобы Майкл познакомился со своими дядями. Хочу, чтобы он знал, что я – его отец, – ровным голосом говорил Форчен, и Клер чувствовала непреклонность в его голосе.
– Знаю, – сказала она, пытаясь взять себя в руки. У нее дрожали колени и непрерывно лились слезы. – Просто я очень сильно люблю его!
Она резко повернула голову и посмотрела О'Брайену в глаза.
– Я все отдала ему – свою любовь, внимание, мечты. За эти годы он стал мне как родной!
– Но он тебе не родной, – заявил Форчен, глядя на нее своими холодными голубыми глазами. Клер снова почувствовала злость в его голосе. – Он – мой сын.
Кивая головой, Клер приложила влажное полотенце к глазам.
– Я успокоюсь… Только оставь меня одну. Он молча ждал. Девушка знала, что он не ушел, но продолжала прижимать к глазам холодное полотенце. Все ее мышцы напряглись, и она изо всех сил пыталась не разрыдаться. Никогда еще ей не было так больно, как сейчас.
– Клер, может быть… ты присядешь? Она покачала головой.
– Клер?
Девушка отняла от лица полотенце и повернулась к Форчену спиной.
– Я много думал об этом, – неторопливо, словно взвешивая каждое слово, произнес он. – Я видел, как ты относишься к Майклу, и знаю, что Майкл любит тебя и не может жить без тебя…
Клер резко обернулась, почувствовав слабый луч надежды. Может быть, он разрешит ей остаться няней при Майкле?
Форчен нервно прошелся по комнате, взъерошил рукой волосы и потер, ладонью скулу.
– Я любил Мерили всем сердцем и не полюблю больше ни одну женщину.
Он положил руки на бедра и посмотрел на Клер. Она ждала, не понимая, к чему он клонит.
О'Брайен продолжал:
– Она была любовью всей моей жизни… Ты нужна Майклу и очень хорошо к нему относишься, – неохотно добавил он.
У Клер заколотилось сердце. Он смягчится и разрешит ей быть няней Майклу! Скрестив пальцы рук, девушка затаила дыхание.
– За время нашего путешествия я увидел, как сильно любит тебя Майкл, – Форчен замолчал, и Клер ждала, не смея дышать. – Любовь здесь ни при чем, но я хочу, чтобы ты вышла замуж за меня… Так ты сможешь остаться с Майклом!
ГЛАВА 11
Клер открыла рот от удивления: «замуж!»
У нее задрожали колени и закружилась голова. Она подошла к стулу и схватилась за спинку.
Клер подняла голову и увидела слегка нахмуренное лицо Форчена.
– Я в состоянии обеспечить вас обоих. Не думаю, что смогу полюбить еще кого-нибудь, поэтому в будущем я ничего не потеряю.
Он почесал затылок с таким видом, словно решал очень запутанную задачу.
– Таким образом ты сможешь стать матерью Майклу и остаться с ним, – он замолчал, внимательно глядя на нее. – Если хочешь, чтобы между нами установились и интимные отношения, я не против, но люблю я только Мерили. Если ты не хочешь, чтобы я прикасался к тебе, – скажи об этом…
Сердце Клер так сильно билось, что она едва услышала последние слова Форчена. Она чувствовала, что начинает терять сознание.
Она может навсегда остаться с Майклом! Ей не придется разлучаться с ним! Она сможет остаться его матерью… Клер понимала, что Форчен наблюдает за ее реакцией и почувствовала внезапное облегчение.
Она разрыдалась. Радость настолько переполняла ее, что она была не в силах остановить дрожь и слезы.
– Клер?
Девушка попыталась взять себя в руки. Она всхлипнула, решительно вытерла глаза и подняла голову.
– Я не могу сдержать слезы… Мне казалось… я теряю его… Я так сильно люблю его!
– Знаю, поэтому и делаю тебе это предложение. Это единственный выход, если ты хочешь остаться с ним.
– Ты был так зол на меня…
– Это со временем пройдет. Я злился, но теперь все в прошлом. К тому же мы можем перестать оглядываться назад. Ты хочешь выйти за меня замуж?
– Да! Силы небесные, конечно, да!
– Мы не любим друг друга, и здесь ничего нельзя изменить, – говорил Форчен, пристально глядя на Клер своими голубыми глазами. – Со временем, возможно, мы станем ближе. Ты никогда не любила мужчину, поэтому я не знаю, поймешь ли ты меня… Я любил Мерили всем сердцем…
Клер вытирала слезы, катящиеся по щекам.
– Я понимаю и принимаю это. Я знала, что мне не встретить в жизни мужчину, которого я полюблю и выйду за него замуж, – сказала она, все еще пораженная предложением Форчена стать его женой.
– Ты молода. Может быть, ты еще встретишь свою судьбу…
– Никогда! – выдохнула Клер. Ей хотелось прыгать и кружиться по комнате от радости. – Я люблю Майкла всем сердцем, и все, что мне нужно, – видеть, как он растет, и знать, что я – его мать.
Форчен подошел к ней поближе и коснулся теплыми пальцами ее подбородка.
– Я хочу, чтобы Майкл стал частью общества Атланты. Мы познакомимся со множеством людей. Ты никогда не любила, и не исключено, что ты встретишь человека, которого полюбишь, – говорил Форчен, его голос становился все тише и неумолимее. – Я не хочу, чтобы мальчика коснулся даже маленький скандал.
– Этого никогда не случится! – Ты не понимаешь, что такое – любить кого-нибудь… Но хочу тебя сразу предупредить – если ты полюбишь какого-нибудь мужчину, я отпущу тебя, но Майкла не отдам.
– Я поняла.
– Ты вся дрожишь, – нахмурившись, сказал Форчен.
– Я думала, что потеряю его! – Клер отстранилась от него и вытерла глаза.
– Клер, – произнес Форчен. Теперь он заговорил безразличным тоном. – Я говорил тебе, что мы можем исполнять супружеские обязанности, если ты этого захочешь. Если же нет, я не буду прикасаться к тебе.
Она посмотрела в его чистые голубые глаза, едва в состоянии думать о чем-либо, кроме как о Майкле.
– Я ничего не знаю о мужчинах. Раз ты не любишь меня, – она почувствовала, как начинают краснеть ее щеки, – я бы предпочла, чтобы между нами не было близости.
– У меня есть естественные потребности, и я буду удовлетворять их, но, клянусь тебе, что буду осторожен и благоразумен. Ведь я тоже не хочу никаким скандалом ранить Майкла. Об этом не узнаешь ни ты, ни кто-то из наших друзей.
Клер покачала головой. Сейчас она могла думать только о том, что сможет остаться матерью для Майкла и видеть, как он растет.
– Я хочу, чтобы мы были друзьями, насколько это возможно, – торжественно произнес Форчен, и Клер опять кивнула головой.
– Думаю, это возможно, если ты будешь поменьше сердиться на меня.
– Я же сказал тебе, что злость пройдет. Ведь удалось нам уладить отношения друг с другом во время путешествия… Зная, что мы счастливы, и Майкл будет счастлив.
– Согласна.
– Я хочу спать с тобой в спальне.
Клер задержала дыхание и бросила на Форчена колючий взгляд.
– Это будет выглядеть убедительно для слуг, поможет нам стать ближе, и, может быть, ты изменишь свое мнение о физической стороне нашего брака, – он опустил руки с бедер. – Обещаю, что никогда не буду принуждать тебя к этому насильно.
Клер кивнула. Ради того чтобы остаться с Майклом, она была готова выполнить любые его требования.
Он протянул руку.
– Тогда заключаем деловое соглашение.
Клер протянула Форчену руку, испытывая необычное чувство, вверяя свою жизнь этому человеку. О'Брайен крепко и решительно сжал ее ладонь, и она торжественно пожала ему руку. Форчен тут же развернулся и вышел из комнаты. Клер хотелось знать, что он чувствует в этот момент. Может быть, его печалит потеря Мерили? Может быть, в его голове бродят уже другие мысли? Может быть, он хочет, чтобы на ее месте была Мерили?
Девушка пересекла комнату и на цыпочках подошла к Майклу. Влажные кудряшки прилипли ко лбу, одеяло было откинуто до пояса, обнажая его узкую грудь. Он казался маленьким, хрупким и беззащитным. Охваченная чувством любви и нежности, Клер отбросила со лба мальчика влажные пряди волос. Сердце девушки пело от радости: ей не придется расставаться с Майклом. Она повернула голову и увидела Форчена. Он стоял в дверном проеме без рубашки и босой. Она последний раз взглянула на Майкла, поднялась и прошла в комнату. О'Брайен посторонился, когда она входила в их спальню.
Когда Форчен закрыл дверь спальни, Клер повернулась и, затаив дыхание, посмотрела ему в лицо. Мягкий отсвет лампы падал на его широкие плечи. Ее взгляд скользил по его широкой груди, поросшей маленькими черными кудряшками, по плоскому животу, и ее сердце затрепетало. Краснея – ей не следовало рассматривать его так смело, – она подняла глаза и встретилась с ним взглядом.
– Утром я расскажу Майклу всю правду. Он должен знать, что его матерью была Мерили.
– Я понимаю, – ответила Клер, чувствуя, как к ее радости начинают примешиваться первые ощущения тревоги.
– Мы подружились, и теперь можем ехать в Новый Орлеан к семье моего брата. Мы сможем там пожениться… Или подождем до приезда в Атланту? Раз уж мы зарегистрированы в гостинице как муж и жена, думаю, нам лучше пожениться в Новом Орлеане. А свадебным путешествием нам будет поездка в Атланту, домой.
– Можно и в Новом Орлеане, – хмуро ответила Клер, боясь, что Форчен захочет изменить свое решение. – Чем быстрее мы поженимся, тем лучше будет для меня.
– Я не передумаю, – сухо сказал О'Брайен. – Нужно сообщить обо всем твоему отцу. Ты можешь навестить его, если захочешь.
Она кивнула.
– Я напишу ему. За все это время мне ни разу не хотелось домой, но теперь он болен и хочет видеть меня.
Форчен прошел по комнате и приблизился к столу, на котором стояла бутылка бренди. Он поднял ее.
– Хочешь немного?
– Нет, спасибо.
Форчен налил себе бокал и вышел с ним на балкон. Клер сняла туфли, чулки и, забравшись в постель, уставилась в темноту. Она слегка наклонила голову и увидела О'Брайена. Он сидел на балконе и потягивал бренди, положив свои длинные ноги на перила. «О чем он думает?» – размышляла Клер. Она представила себе возможность физической близости с ним, и ее нервы напряглись. Девушка не хотела близости с мужчиной, который не любил ее. Сегодня вечером она была просто благодарна Форчену О'Брайену за его великодушие.
«А если предположить, что Форчен опять полюбит?» – мелькнула сумасшедшая мысль в ее голове.
Клер отогнала от себя эти мысли. Главное сейчас то, что она не потеряет Майкла.
Девушка проснулась, когда Форчен вошел в комнату и лег на кровать. Услышав ровное спокойное дыхание О'Брайена, она осторожно повернулась стала внимательно рассматривать его. Она смотрела на его длинное стройное тело и чувствовала, как внутри начинает разгораться огонь. Через несколько дней он станет ее законным мужем. Клер опять легла на спину и стала смотреть в потолок, пытаясь представить себе, как воспримет Майкл известие о том, что его настоящая мать умерла. Возненавидит ли он ее за то, что она утаила от него правду? Сомнения и тревоги мучили девушку, но она очень сильно любила Майкла и чувствовала, что он должен знать правду. Она надеялась, что, когда Майкл оправится от потрясения, он вспомнит, как она любила его.
На следующее утро, проснувшись и открыв глаза, Клер увидела, что Форчен брился. Она наблюдала за ним сквозь слегка прикрытые веки: он был очень красив. При воспоминании о его вчерашнем предложении и своем согласии у Клер участился пульс. Он станет ее мужем! Она окинула взглядом его вылинявшие брюки, потом – пыльные ботинки и, подняв глаза, посмотрела на его обнаженную грудь.
– Майкл еще не проснулся, но, как только он оденется, мне бы хотелось поговорить с ним, – спокойным голосом сказал Форчен, переведя взгляд и встретившись в зеркале с глазами Клер.
Смущенная от того, что он перехватил ее любопытный взгляд, Клер покраснела. Откуда он узнал что она уже проснулась?
– Делай то, что считаешь нужным.
– Тогда мы спустимся на завтрак, а потом направимся на юг. Он будет долго запрягать свою лошадь, обдумывая то, что ему рассказали.
Форчен замолчал и продолжил бриться, а Клер выбралась из постели. Наклонив голову вниз, она стала расчесывать волосы. Когда девушка откинула волосы назад и расчесала еще несколько прядей, она заметила, что Форчен пристально и серьезно смотрит на нее, застегивая ворот своей голубой рубашки.
– Я оставлю тебя; пусть Майкл одевается и готовится в дорогу, а потом мы расскажем ему.
Клер кивнула, с ужасом представляя себе этот момент.
– Мы скажем ему, что собираемся пожениться?
– Да. Думаю, если он узнает о свадьбе, ему будет не так тяжело. Ведь он любит тебя.
– Спасибо тебе. Ты очень великодушен.
– Я тоже очень сильно люблю Майкла. Поэтому я и делаю это, – проговорил Форчен и вышел из комнаты. Когда за ним закрылась дверь, Клер нервно вздохнула, Поскольку она заключает законный брак, а муж является хозяином своей жены, значит, Форчен будет отвечать за нее, и она станет опять зависимой.
Клер умылась и надела чистое, выстиранное голубое платье. Она внимательно оглядела себя в зеркале – платье было хоть и поношенное, но зато свежее и выглаженное, и Клер почувствовала себя в нем гораздо лучше. Она вернулась к Форчену, предоставив спальню Майклу, чтобы он мог умыться и одеться.
Форчен стоял у французского окна. В ожидании мальчика нервозность Клер еще больше возрастала. Появился Майкл. Его волосы были влажны после умывания и зачесаны назад, голубая хлопковая рубашка, такая же поношенная, как и платье Клер, была заправлена в заштопанные штанишки, а темные глазки наполнены радостью. Форчен развернулся.
– Майкл, прежде чем мы спустимся к завтраку, нам необходимо кое-что рассказать тебе, – осторожно произнес О'Брайен.
– Да, сэр.
– Во-первых, мы с Клер решили пожениться.
Майкл так радостно переводил взгляд с одного на другого, что Клер казалось, что ее сердце сейчас остановится.
– Невероятно! Вы собираетесь пожениться! – полным изумления голосом сказал он. – И вы будете моим отцом?!
Лицо Майкла растянулось в широкой улыбке, он побежал навстречу Форчену, и тот, схватив его на руки, крепко прижал к себе.
– Я так рад, что вы поженитесь! – воскликнул Майкл. – Я ведь говорил маме, что вы, может быть, и женитесь на ней, но она сказала, что вы больше никогда не женитесь.
Форчен посмотрел поверх головы мальчика на Клер, и она покраснела.
– Майкл, иди сюда и присядь, – сказала она, похлопывая рукой по дивану рядом с собой. – Мне тоже нужно кое-что сказать тебе.
– Хорошо, мамочка! – ответил он, когда Форчен опустил его на пол и отвернулся. Когда Майкл бежал по комнате, она заметила, что его штанишки стали короче. «Неужели он так быстро растет?» – подумала Клер, понимая, что он станет таким же, как и его отец. Мальчик прыгнул на диван, и девушка взяла его руку. Он смотрел на нее широко открытыми глазами и слегка поерзывал, словно ему трудно сидеть спокойно.
– Я люблю тебя, Майкл.
– И я тебя люблю, – ответил он своим высоким детским голоском.
– Я хочу рассказать тебе о твоем рождении. Ты не знаешь, что случилось на самом деле, и вот пришло время тебе узнать об этом.
Глаза Майкла стали еще шире, он с удивлением посмотрел на Клер.
– Что случилось?
Заметив, что Форчен стал к окну, спиной к ним, Клер глубоко вздохнула. Рассказывать Майклу правду было для нее нелегким делом. Девушка сильно сжала руку Майкла, молясь, чтобы ее рассказ не так сильно ранил его, и попыталась справиться со слезами.
– Майкл, когда я была девочкой и жила в Северной Каролине, однажды вечером заглянула на конюшню, чтобы проверить свою лошадь.
И вдруг я услышала, что кто-то стонет. В одном стойле я увидела красивую молодую женщину. Она была больна, а рядом с ней лежал крохотный ребенок. Она отдала его мне и попросила позаботиться о нем. Из-за болезни эта женщина умерла в ту же ночь.
Мальчик широко открыл глаза. Она продолжала:
– Я провела с малышом всю ночь, а на следующий день попыталась умолить своего отца разрешить мне оставить малыша. Но он не разрешил и отдал ребенка в сиротский приют. Мой отец хотел, чтобы я вышла замуж за человека, которого я не любила. И вот однажды вечером я сбежала из дома, зашла в приют и сказала, что родители ребенка нашлись, и я должна отнести его к ним. Мне отдали маленького мальчика, и я с ним убежала.
– Это был я? – спросил Майкл, наклонив голову и внимательно посмотрев на Клер.
– Да, это был ты.
– Ты не моя мама? Та женщина была моей мамой?
– Да, Майкл. Она родила тебя, а в ту ночь на конюшне попросила позаботиться о тебе… И я дала ей обещание…
– Ты моя мама! – воскликнул Майкл и внезапно бросился в объятия Клер. Он обвил ее руками вокруг шеи. – Ты – моя мама, а не она!
– Я люблю тебя, Майкл! – сказала девушка и крепко прижала к себе мальчика, не обращая внимания на слезы, текущие по щекам. – Люблю, даже не родив тебя! Она тебя любила очень сильно, и я тебя очень сильно люблю!
– Ты – моя мама! – настаивал он.
– Майкл, послушай меня, – сказала Клер, освобождаясь от рук мальчика. – Майкл, я всегда буду тебе мамой. Но у тебя так же есть мама, которая родила тебя, очень сильно любила и умерла. И у тебя есть папа, который жив. Я сказала тебе, что он умер… Но это неправда… Я сбежала из дома и не знала, как тебе объяснить отсутствие папы. Перед смертью твоя мама не сказала мне ни своего имени, ни имени своего отца… Но она сказала, как зовут тебя. Твой папа жив и очень любит тебя. В ту ночь она сказала мне, что тебя зовут Майкл О'Брайен. Майкл, полковник О'Брайен…
Мальчик повернулся и посмотрел на Форчена, который теперь наблюдал за ним. Его глаза были красными, на скулах ходили желваки, и Клер поняла, что он пытается совладать со своими чувствами.
– Я твой… – начал говорить Форчен, потом сделал глубокий вдох и бросился к Майклу. В его глазах стояли слезы. Мальчик побежал ему навстречу. О'Брайен подхватил малыша и крепко обнял.
Майкл прильнул к Форчену, и Клер увидела крепко сжатые глаза полковника и слезы на щеках.
Клер отошла в дальний конец комнаты и ждала, пока, наконец, не услышала звонкий голосок Майкла.
– Ты на самом деле мой отец?
– Да, я – твой отец. Клер рассказала тебе, как она забрала тебя из приюта… Твой дедушка – суровый и непреклонный человек. Он не хотел, чтобы я женился на твоей матери. Однажды вечером, когда меня не было дома, он забрал вас обоих и повез в Джорджию. Твоя мама заболела и сбежала от него, чтобы опять вернуться ко мне. Она умерла, как тебе уже сказала Клер. Когда вы вместе с Клер исчезли, он написал мне, что и ты, и твоя мама умерли. До недавнего времени я не знал, что ты жив… А когда узнал, начал тебя искать. Я обратился в сыскное агентство, чтобы они помогли мне найти тебя.
– Сыскное агентство? – переспросил Майкл, переводя взгляд то на Форчена, то на Клер.
– Теперь я нашел тебя, и, похоже, мне не остается ничего другого, как жениться на Клер. Ведь она стала для тебя матерью.
– Да, сэр, – мальчик повернулся и взглянул на девушку. – Мама?
Она подошла к нему, пытаясь понять его мысли. Майкл взял ее за руку.
– Я очень рад, что ты забрала меня из приюта и что вы с полковником О'Брайеном собираетесь пожениться, – с горячностью произнес он.
Клер кивнула и, наклонившись, поцеловала его в мягкую щечку.
– Майкл, – сказал Форчен и, подойдя к мальчику, взял его на руки. – Поначалу тебе будет непривычно, но я бы хотел, чтобы ты называл меня папой, а не полковником О'Брайеном.
– Папа, – проговорил Майкл и крепко обнял Форчена за шею.
Форчен посмотрел на Клер и улыбнулся, черты его лица смягчились. Вся его враждебность исчезла. Она улыбнулась ему в ответ, понимая, что Майкл с легкостью воспринял это известие. Форчен опустил мальчика на пол.
– А как насчет того, чтобы спуститься и позавтракать… Заодно я расскажу тебе о твоих дяде и тете. Сегодня ты встретишься с ними. Я написал им о тебе, Майкл.
– Да, сэр.
– У тебя еще есть двоюродный брат и сестра: Даниэлла, ей пять лет, и Джэред, ему три, – Форчен положил руку Майклу на плечо, и они вместе направились к двери.
У входа в столовую гостиницы Клер остановилась и взяла Форчена за руку:
– Здесь все стоит ужасно дорого. Уверена, что в таком большом городе есть место и подешевле.
– Клер, теперь за все плачу я, так что позволь мне волноваться о счетах, – со смешком сказал он. Перед ними появился человек в белом фраке, и Форчен, взяв Клер под руку, провел ее в столовую.
Когда официант положил перед девушкой меню, Форчен протянул руку через стол и убрал его.
– Позволь мне заказать для тебя, и тогда завтрак покажется тебе еще вкуснее.
Клер смущенно посмотрела на него и пожала плечами.
– Отлично. Тогда меня устроит все, что угодно… Кроме, конечно, кролика, яблок и холодных бисквитов.
Форчен улыбнулся, и в душе девушки затеплилась надежда, что они станут друзьями, а его злость к ней пройдет.
Во время завтрака они ответили на многочисленные вопросы Майкла и, затем поднялись в свой номер и собрали вещи.
Они ехали по дороге, идущей вдоль реки, и, по мере приближения к Новому Орлеану, беспокойство Клер возрастало. Она не знала, что подумают его родственники о ней… Клер посмотрела на свое платье – после длительного путешествия оно, несмотря на то, что она одела его чистым и выглаженным, помялось, намокло от пота и прилипало к рукам и спине. Может быть, она не понравится О'Брайенам… Ведь очевидно, что между ней и Форченом не было никакой любви.
Когда они въехали в город, Клер плотно сжала губы, надеясь, что Майкл не вспомнит и не скажет ничего о том месте, где они когда-то жили в Новом Орлеане.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22