А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Его тело казалось огромным, сильным и по-мужски притягательным.
От воспоминаний о его объятиях и поцелуях у Клер на лбу выступил пот. Только мысль о его поцелуях разжигала в ней пламя. Она облизала губы, пытаясь представить себе, каким он был с Мерили. Был ли когда-нибудь этот ожесточенный человек нежным, любящим, заботливым и беззаботным?
Пытаясь избавиться от навязчивых воспоминаний и мыслей, Клер повернулась к нему спиной. Она спала неспокойным сном и проснулась уже на рассвете.
Они поели рано утром в меблированных комнатах неподалеку. Сквозь дымок, поднимающийся над чашками с горячим кофе и тарелками с сосисками и яйцами, Клер смотрела на улицу, заполненную людьми, фургонами и лошадьми. Видя яркое солнце и голубое небо, она не так остро чувствовала опасность, а большое скопление людей успокаивало ее. Клер снова подумала о путешествии, о черных тенях затаившихся в лесу налетчиков.
– Может быть, безопаснее встретиться с ним в городе?
– Он только и ждет удобного случая, чтобы напасть. Нам лучше запастись продуктами и побыстрее уехать.
Это было разумно, и Клер кивнула головой. Она так же понимала, что, если они останутся в городе, ей придется из ночи в ночь делить с ним одну кровать и жить в том же гостиничном номере.
– Мама сказала, что вы больше не хотите жениться, – сказал вдруг Майкл, пристально глядя на Форчена. О'Брайен быстро перевел глаза с малыша на девушку. Он секунду смотрел на нее широко открытыми голубыми глазами, а потом опять обратил свой взгляд на мальчика.
– Да, не хочу, – ответил полковник.
– Она сказала, что ваша жена умерла.
– Да, умерла…
– Мой папочка тоже умер.
Клер затаила дыхание, ожидая ответа Форчена.
– Вот об этом я и говорил, – наконец произнес он, бросив на Клер тяжелый взгляд. – Мы должны уехать. Нужно заехать в магазин за продуктами… Если вам с Майклом что-нибудь нужно, скажи мне. По пути мы заедем на конюшню… Майкл, тот человек, что пытался похитить тебя в ту ночь в Натчезе, по-прежнему преследует нас. Ты узнаешь его, если опять увидишь?
– Да, сэр.
– Когда бы ты его ни увидел, сразу же дай мне знать.
– Хорошо, сэр.
– Я давно сказала Майклу, что это его дедушка послал за ним этого человека. Он знает, что его дед хочет отнять его у меня, – напряженным голосом сказала Клер.
– Следите за Гарвудом. И ты, и ты. Форчен оплатил счет, и они поднялись по лестнице, чтобы забрать свои вещи. Как только они заплатили клерку и попросили, чтобы их багаж доставили на конюшню, О'Брайен взял Клер и Майкла за руки и повел их к входной двери.
– Не слишком ли это расточительно? – негромко спросила Клер. – Мы сами могли бы нести свои вещи.
Форчен взглянул на девушку, представляя себе, с каким трудом ей приходилось зарабатывать на жизнь себе и Майклу.
– Мы понесем муку, веревки и продукты. Выйдя из гостиницы, О'Брайен окинул взглядом улицу. Он заметил, что Майкл тоже внимательно всматривается в каждое лицо. Форчен выругался про себя, желая поскорее избавиться от Гарвуда и привезти мальчика домой в Атланту, чтобы он мог жить нормальной жизнью.
Они пересекли широкую пыльную улицу и подошли к большому магазину. Закупив основные продукты, Форчен для всех купил леденцов. Майкл с улыбкой на лице принял конфеты.
– Благодарю вас, сэр.
О'Брайен протянул угощение Клер. Она некоторое время внимательно смотрела на сладости, а потом взяла их.
– Спасибо, – тихо произнесла она. – Я приберегу их для Майкла.
Форчен опять с удивлением посмотрел на нее. Из рассказов Клер он понял, что она воспитывалась в обеспеченной семье, но он также понимал, что после побега из дома ее образ жизни, должно быть, резко изменился.
Когда они, упаковав свои скудные пожитки и продукты, сели на коней, О'Брайен сказал Клер:
– Вы вдвоем езжайте вперед. Я поеду следом.
Она кивнула, и, как только они выехали за город, Форчен пропустил их вперед на полмили. Они были у него на виду, к тому же он мог видеть предполагаемую погоню.
Так они проехали весь день, а ближе к вечеру начали пробираться через местность, поросшую кипарисами. Клер Драйден держала голову высоко поднятой вверх, и О'Брайен понял, что она боится болот. К радости Форчена, Майкл не выказывал страха, а наоборот, с огромным интересом рассматривал все, что их окружало.
В эту ночь они сделали привал на небольшом склоне холма. В нескольких ярдах от них земля исчезала под топью болот, поэтому когда Форчен повел коней на водопой, то отломал от дерева длинную ветку, чтобы использовать ее как удочку.
– Майкл, мы наловим рыбы к ужину.
– Разве это необходимо? – спросила Клер, глядя на темную воду.
– В болотах много всего, что можно есть… Клер поежилась, потирая руки.
– А кажется, что там водятся только змеи и крокодилы.
– У меня с собой кольт и нож. С Майклом и со мной ничего не случится. Пойдем, малыш…
К их возвращению Клер уже развела костер. Форчен сел рядом с Майклом и начал терпеливо объяснять ему, как работать с ножом, как чистить рыбу. Наконец он положил разделанную рыбу на решетку над костром. Наблюдая, как его сын, склонив голову, смотрит на поджаривающуюся рыбу, О'Брайен ощутил острое и непреодолимое желание крепко прижать к себе мальчика и сказать ему, что он – его отец. Форчен поднял голову и обнаружил, что Клер Драйден наблюдает за ним. Она быстро отвела взгляд, и Форчен понял, что ее волнует мысль, как скоро она потеряет этого ребенка… Майкл отошел от костра, сел на землю, снял с себя ботинки и пошевелил пальцами ног. Потом протянул руку и взял кусочек яблока.
Когда рыба была готова и Форчен ел, Клер посмотрела на него и спросила:
– Ты все еще собираешься плыть в Мобиль?
– Мы сядем на корабль, направляющийся в Мобиль или Апалачиколу, а потом поплывем прямо на север, в Атланту.
Майкл протянул голые ступни к огню. Он поел и поднялся, чтобы отнести свою тарелку в ведро, в котором мыли посуду. Мальчик вдруг пронзительно закричал и, подпрыгнув, заскакал на одной ноге.
– Меня что-то ужалило в ногу! Мама! Форчен усадил Майкла на бревно, пытаясь успокоить его и посмотреть, что случилось.
– Майкл, дай мне посмотреть.
– Нет! Мама! Мама!
Клер встала рядом с Майклом на колени и крепко обняла его.
– Что это было?
– Сороконожка укусила его, – объяснял Форчен, поглаживая малыша и пытаясь успокоить его. – Покажи мне свою ногу, Майкл.
– Нет! – всхлипывая ответил он, еще теснее прижимаясь к Клер.
– Майкл, дай нам посмотреть, – спокойно попросила девушка, вытирая слезы с лица мальчика. Он затих, а Форчен повернул ступню и посмотрел на отвратительное багряное пятно на его подошве.
– Если я отсосу немного крови, а потом прижгу это место, то, может быть, удастся избежать заражения. Но будет больно…
– Майкл, ты слышишь, что он сказал. Дай ему обработать твою ранку.
Мальчик, всхлипывая, прижался лицом к плечу Клер, а она кивнула Форчену.
От мысли, что придется доставить мальчику боль, у Форчена сжалось сердце, но он понимал, что это единственный способ быстро обезвредить рану. Поэтому он встал и, взяв нож, нагрел его на огне. Пока лезвие накалялось на горячих углях, О'Брайен достал из сумки бутылку бренди.
– Майкл, сделай большой глоток. Тебе будет не так больно.
Ребенок еще теснее прижался к Клер, вцепившись в нее руками. Она погладила его по спине.
– Майкл, – сказала она спокойным тоном, – выпей немного. Это поможет тебе справиться с болью.
Мальчик оторвал от нее заплаканное лицо и глотнул из бутылки, кашляя и отплевываясь.
Клер посмотрела на Форчена, тот кивнул, и она опять обратилась к Майклу:
– Тебе будет не очень больно… Сделай еще большой глоток.
– Мама…
– Прошу тебя, Майкл.
Он отхлебнул немного бренди, закашлялся, потом сделал еще глоточек и протянул бутылку Форчену. Тот снова закупорил ее.
О'Брайен взял нож и посмотрел на Клер.
– Майкл, будет больно, но зато ты вылечишься.
– Да, сэр, – сквозь всхлипывания ответил мальчик.
Сцепив зубы, Форчен вновь открыл бутылку и, надрезав ранку раскаленным лезвием, обработал ее жидкостью. От крика Майкла его сердце разрывалось на части. Он согнулся над мальчиком, отсосал немного крови и сплюнул на землю. Потом снова полил ранку бренди.
– Вот и все, Майкл, – сказал О'Брайен мальчику, который стонал, судорожно вцепившись руками в Клер. – Осталось только замотать твою ножку.
Форчен встал на корточки, быстро укутал мальчику ногу и, попытался взять его на руки, чтобы успокоить. Наконец ему удалось оторвать малыша от Клер и посмотреть на него.
– Теперь тебе будет лучше.
Майкл кивнул и опять прижался к Клер. Она посадила его на колени, обняла, как младенца, и начала убаюкивать. Длинные ноги Майкла свисали с ее колен. Через несколько минут он заснул.
Форчен вымыл тарелки, очистил место у костра, расстелил скатку и начал готовиться ко сну; занимаясь своими делами, он искоса наблюдал за девушкой и Майклом. Мальчик нуждался в Клер, зависел от нее. Через несколько дней они будут в Новом Орлеане… Там он намеревался купить Клер билет на корабль, следующий в любой восточный город, по ее выбору, и дать ей денег, чтобы она начала свое собственное дело. О'Брайен наблюдал, как Клер качает мальчика, негромко напевая и откидывая назад волосы с его лица.
Она спрашивала, можно ли ей остаться няней, а он не разрешил, желая порвать в своей ярости узы, связывающие их, желая, чтобы она ушла из их жизни навсегда… Но Майкл любил ее и нуждался в ней.
Форчен был бессилен. Он видел, насколько они близки. Майкл безоговорочно повиновался Клер. Когда ему было больно, он искал защиты и понимания у нее.
О'Брайен подошел к ним.
– Он спит. Я возьму его, – сказал он, наклоняясь, чтобы взять Майкла на руки. Форчен встал на колени, осторожно положил мальчика на покрывало и откинул ему с лица волосы. – Надеюсь, он не обижается, что я причинил ему боль.
– Нет, конечно. Завтра он успокоится. Мне не следовало разрешать ему снимать ботинки.
Форчен погладил Майкла по голове и встал. Он засыпал догорающий костер и засунул нож в ботинок. Клер достала иголку и нитку, склонила голову над рубашкой.
– Скоро ночь.
– Знаю. Я уже с трудом вижу, что делаю, – ответила она, не поднимая головы.
О'Брайен посмотрел в сторону болот, затем в противоположную сторону, откуда они недавно приехали, и потом направился к своим вещам. Он достал из мешка одежду, принес ее к дереву и, встав на колени, начал запихивать в свое пальто другую одежду. Форчен взглянул на Клер и заметил, что она наблюдает за ним.
Он затолкнул одежду в рукава пальто. Затем приставил набитое тряпьем пальто к дереву, закинул сверху рубашку, а поверх нее положил шляпу.
– Этим никого не провести, – спокойно отметила Клер.
– В темноте это будет похоже на меня.
– Для чего это делать, если мы будем дежурить?
– Не думаю, что сейчас мы будем дежурить. Но он может напасть на нас и до наступления утра. А сейчас, пока еще темно, я положу Майкла на твое покрывало, а сюда брошу чучело, чтобы создалось впечатление, что здесь кто-то спит.
Форчен достал и, подойдя к одеялу, на котором сидела Клер, протянул ей винтовку, негромко сказав:
– Возьми оружие и оставайся рядом с Майклом. Так ты будешь в безопасности. А я пойду посмотрю вокруг. В темноте меня не будет видно.
Он подошел к Майклу, осторожно взял его на руки и положил рядом с Клер. Потом вернулся, бросил на покрывало Майкла еще тряпок, а девушка бросила ему свое шитье. На спальном месте образовалась горка из одежды. Когда он достал свои шпоры и скрылся в темноте, у Клер по телу пробежали мурашки от страха перед возможными событиями.
Во мгле были видны только яркие огоньки светлячков, и слышалось громкое кваканье лягушек. Оставшись одна, девушка положила руку Майклу на плечо и постоянно оглядывалась по сторонам. Теперь вода в болоте казалась совершенно черной, на нее невозможно было смотреть без страха. К тому же Клер боялась, что поблизости водятся аллигаторы.
Она взвела курок, готовая в любой момент защитить Майкла. Она сидела и смотрела на чучело в рубашке и шляпе. Если подойти поближе, то сразу можно понять, что это – муляж, но на расстоянии, может быть, он и похож на Форчена, сидящего у дерева.
– Я устала. Думаю, сегодня я лягу спать пораньше. Мне вспоминается давнее, еще довоенное, время, когда я была маленькой девочкой, – отчетливо произнесла Клер на случай, если Гарвуд где-нибудь поблизости, надеясь, что ее болтовня убедит его, что Форчен и на самом деле слушает ее. В полной тишине она рассказывала о своем детстве, не отрывая пальца от курка винтовки.
Сквозь дружный рев лягушачьего хора до нее донеслось позвякивание. Оно было едва различимым, но Клер услышала его. Она вспомнила, что О'Брайен взял с собой шпоры. Затаив дыхание, она напрягла слух и окинула взглядом местность. В нескольких ярдах от нее уже невозможно было что-либо увидеть. Она напряглась, выжидая, и потом услышала новый звук. Волосы от страха встали дыбом.
Вдруг послышался какой-то шуршащий звук, а потом громкий удар. Она посмотрела на чучело – сквозь него прошел нож и воткнулся в ствол дерева.
Вскочив на ноги, Клер вскинула винтовку, но в это время прогремели два выстрела, и в воздух взлетели клочья тряпья, оставшиеся от чучела.
– Положите ружье, мисс, иначе вы – покойница, – раздался в темноте чей-то равнодушный голос, и Клер узнала Гарвуда, когда он подошел поближе. В руке он держал пистолет, направленный на нее.
ГЛАВА 10
– Только не трогайте нас, – попросила Клер и, опустив винтовку на землю, подняла руки.
– Разбуди мальчишку. Теперь вы пойдете со мной.
– Гарвуд, – откуда-то слева от Клер раздался голос Форчена.
Наемный убийца развернулся и пальнул из пистолета в темноту. В этот же момент Клер увидела вспышку от выстрела револьвера Форчена. Когда Гарвуд упал, она подняла винтовку.
– Мама?!
– Все в порядке, Майкл, – сказала она, направив винтовку на неподвижное тело, лежавшее на земле. Из-за деревьев выскочил О'Брайен, держа в руке оружие.
Пока он присел на корточки у тела Гарвуда, Майкл поднялся, и Клер крепко прижала мальчика к себе.
Форчен посмотрел на нее.
– Гарвуд мертв. Он не будет больше доставлять нам волнений. Седлаем лошадей и отвезем его тело в ближайший город. Майкл поедет со мной, а тело я положу поперек седла его лошади.
Клер кивнула головой, погладив Майкла по плечу.
– С тобой все в порядке? – спросила она Форчена.
– В моей фуражке появилась новая складка, – небрежно ответил он, заталкивая пистолет в кобуру.
Через полчаса они собрались и двинулись вперед. Зная, что Гарвуд больше не угрожает им, Клер почувствовала облегчение. Неожиданная встреча с ним ошеломила ее – все произошло очень быстро. Через несколько минут она увидела, как Майкл откинулся на грудь Форчена, и поняла, что он снова заснул.
– Слава Богу, что он не проснулся окончательно, к тому же было очень темно. Он никогда прежде не видел человека, который стреляет.
– В Атланте ему не придется видеть ничего подобного.
– А ты не ожидаешь сопротивления со стороны Тревора Венгера?
– Думаю, что он попытается… Он не оставит это дело…
Голос Форчена звучал холодно и твердо. Клер задумалась о предстоящих трудностях. Как все это повлияет на Майкла?
– Ты уверен, что не сможешь как-нибудь уладить дело с дедом? У него ведь нет причин не разрешать мальчику остаться с тобой.
Форчен резко повернул голову.
– Он будет против… Потому что хочет моей смерти… Он один из тех, кто избил меня хлыстом. Тревор надеялся, что я умру. Венгер ненавидит меня за то, что я женился на его дочери, увел ее от богатого человека, за которого он хотел выдать Мерили замуж.
Ошеломленная, Клер уставилась на него. Она понимала, что отец может быть равнодушным и бессердечным, его могут не волновать чувства дочери, как в случае с ее собственным отцом. Но у нее не укладывалось в голове, как человек может желать смерти отца своего внука. Она вздрогнула, вспомнив ужасные шрамы на спине Форчена.
– Я – янки… Янки женился на Мерили, когда, по мнению Венгера, у меня было мало денег. Он презирал меня. И Майкла он хочет забрать только из-за своего эгоизма. Человек, заботящийся о ребенке, никогда не будет нанимать убийцу, чтобы доставить ему этого малыша.
Клер ехала молча, в мыслях соглашаясь со словами Форчена. Что же за чудовище этот Тревор Венгер? Как у такого человека могут быть кровные узы с Майклом?
Ранним утром они въехали в маленький городок штата Луизиана. На улицах не было ни души. Только горел свет в окнах салунов. Участок шерифа и тюрьма оказались закрытыми. Форчен остановил лошадь и осторожно спешился, поднимая Майкла с седла.
– Подождите меня здесь, я постараюсь отыскать кого-нибудь из участка.
Клер слезла с лошади и села на обочину дороги, Форчен встал на колени и положил рядом с ней Майкла – голова мальчика лежала на коленях у девушки. Она взглянула на О'Брайена – их лица были совсем близко.
– Устала? – спросил он.
– Да.
– Ты, наверное, жила где-нибудь в Техасе, значит, должна уметь спать в седле.
Клер улыбнулась: теперь, когда они отделались от Гарвуда, тревоги Форчена, наверное, ушли.
– Я загляну в салун и посмотрю, нет ли там кого-нибудь из суда, кто помог бы забрать тело. И присмотрю место, где мы остановимся.
– Это было бы замечательно, полковник! Мне совсем не хочется садиться на лошадь.
Он взял винтовку и положил ее рядом с девушкой.
– На случай, если к вам подойдет кто-нибудь и начнет приставать. Пальнешь, и я тут же прибегу.
Клер наблюдала, как Форчен шел: широкими шагами, легко переставляя длинные ноги; он быстро удалялся по узкой пыльной улочке.
На улице стало тихо. Она прислонила голову к столбу, борясь со сном. Через несколько минут она подняла голову и увидела, что Форчен вышел из салуна с коренастым человеком. Парочка спустилась вниз по улице и вскоре скрылась в темноте. Вернулись они уже втроем. Клер, отгоняя от себя сон, смотрела на приближавшихся к ней людей.
– Шериф Лейвилл и Эдвин Пог. Это моя жена, миссис О'Брайен и ее сын, Майкл, который спит.
– Рад познакомиться с вами, мэм, жаль, что при таких обстоятельствах. Давайте закончим это дело.
Мужчины внесли тело Гарвуда в участок, и девушка закрыла глаза.
– Клер…
Она открыла глаза. Сдвинув на затылок фуражку, рядом с ней на коленях стоял Форчен.
– Вниз по улице расположены меблированные комнаты, принадлежащие сестре шерифа. Мы можем остановиться там.
Клер кивнула и взяла под уздцы лошадей, пока Форчен поднимал Майкла.
– Когда мы доберемся туда, я отнесу его наверх и уложу. Затем вернусь и позабочусь о лошадях.
– О лошадях могу позаботиться и я.
– Нет, ты останешься с Майклом.
Она не стала возражать, чувствуя, что валится с ног от усталости. В двухэтажном доме викторианского стиля горел свет, на пороге стояла женщина.
– Вы, должно быть, и есть О'Брайены, – произнесла она, когда они поднимались по лестнице. – Посмотрите на малютку… Прямо спит на ходу. Заносите его в дом. Я – Ингрид Ройер. Бедняжки… Брат сказал мне, что ужасный бандит пытался ограбить вас; надеюсь, он не слишком напугал вашего мальчика.
– Все произошло очень быстро, – ответил Форчен, следуя за ней.
Женщина запахнула свой голубой капот и откинула назад косу – длинные каштановые волосы доставали ей до пояса.
– Сегодня очень душная ночь. Мне жаль, что у нас нет двух свободных комнат… Зато у нас четыре мальчика, так что наш дом переполнен.
– Очень мило с вашей стороны, что вы нас пустили, – сказала Клер.
– И одна комната – блаженство для нас, – добавил Форчен.
Даже несмотря на усталость, Клер по-прежнему было непривычно жить в одной комнате с О'Брайеном. Но другого выбора не было… Либо комната в гостинице, либо – снова привал в лесу.
Ингрид Ройер открыла дверь и пригласила их в длинную, узкую комнату с обычной железной кроватью. Помимо кровати в комнате стояло еще два стола из красного дерева, кресло-качалка, комод и умывальник. Горела лампа, окна были открыты.
– Я старалась приготовить комнату к вашему приходу. Вы можете постелить на пол одеяла, если хотите положить на них спать вашего сына. Мы всегда так делаем для наших мальчиков, когда у нас гостят родственники и все кровати заняты.
Форчен положил Майкла на одеяла.
– Он может спать на чем угодно. Я распоряжусь о лошадях, а когда вернусь, запру дверь.
Она рассмеялась и махнула рукой.
– Я понимаю, что вы попали в ужасную переделку, но в этом городе вам нет нужды запираться. В тюрьме у моего брата сидят разве что только изрядно подвыпившие гуляки, или же Генри Ла-Порт позволит своей козе опять забраться в соседский огород. Завтра весь город будет говорить об отступнике. Представляю, им захочется, чтобы прежде, чем его похоронить, тело вынесли на всеобщее обозрение.
– Они могут делать все, что угодно… – уходя, сказал Форчен.
– Если вам что-нибудь понадобится, постучите ко мне в дверь. Наша спальня – первая дверь в конце коридора.
– Большое спасибо за заботу о нас, – поблагодарила Клер.
– Я закрою дверь, миссис О'Брайен. Услышав это имя, Клер стало неловко за обман, и она остро почувствовала неизбежность ночи, которую предстояло провести с Форченом в одной комнате. Майкл ни о чем не спросил, а другим не было до этого никакого дела.
Клер присела и взглянула на пораненную ногу Майкла. Ступня не вспухла, не изменила свой цвет.
Она взяла кувшин с водой, умылась, быстро сняла туфли и чулки, зная, что в любой момент может вернуться Форчен. Потом вытянулась на кровати и тут же уснула. Когда вошел О'Брайен, в комнате горел свет одной маленькой лампы. Сбросив рубашку, он пересек комнату и посмотрел на Клер. Она лежала на спине, закинув одну руку за голову, ее волосы были разбросаны по подушке. На лбу выступили маленькие капельки пота. Юбка платья поднялась немного выше колен. Корсет был расстегнут немного больше обычного. Глубокий треугольный вырез обнажал полные груди… И он вспомнил первый вечер, когда увидел ее в ванной. Взгляд полковника блуждал по телу девушки… Полная упругая грудь, мерно поднимающаяся и опускающаяся, тонкая талия… Стройные красивые ноги казались бледными в мягком свете лампы. Одна нога согнута в колене. Оглядывая Клер, Форчен мысленно снял с нее голубое ситцевое платье. О'Брайен почувствовал, как в нем начинает пробуждаться желание: его плоть напряглась и запульсировала. Он откинул с лица Клер несколько прядей мягких шелковистых волос. От духоты в комнате кожа девушки была горячей и влажной. Полковник поднял одну прядь ее волос и позволил ей медленно просочиться сквозь пальцы. На комоде он обнаружил веер. Взяв его, он снова вернулся к кровати и, обмахивая им девушку, неотрывно смотрел на нее.
Наконец он отошел и, присев рядом с Майклом, осмотрел его ногу. Рана заживала. Майкл, как и Клер, спал, словно убитый. Форчен пригладил свои мокрые волосы, которые он вымыл внизу у водонасоса, сел на край кровати и снял башмаки. После чего он снова внимательно посмотрел на Клер, вспоминая, как она подняла ружье, готовая выстрелить в Гарвуда, как прильнул к ней Майкл, когда его укусила сороконожка.
Майкл завел их в тупик. Клер могла попытаться убежать, но она не сделала этого, и он поверил ее словам. Она понимала, что будет правильно, если Майкл останется с ним.
Форчен вздохнул и поднялся. Ему очень хотелось сбросить с себя одежду и почувствовать хоть какое-то облегчение от нестерпимой жары. Погасив лампу, он лег на кровать и посмотрел на Клер. В нем опять затеплилась тонкая струйка желания. Подложив руки под голову, Форчен лежал на спине и смотрел в потолок до тех пор, пока не уснул.
Проснувшись утром, Клер обнаружила, что в комнате никого нет.
Форчен и Майкл спустились вниз. Она, как смогла, умылась в тазу с водой, мечтая о ванной. Причесываясь, Клер услышала детский смех. Она подошла к окну и распахнула его. Во дворе дома бегал Майкл с тремя мальчиками. Собираясь выглянуть и позвать его, Клер нахмурилась, подумав о его ране, но он бегал так же легко и беззаботно, как и другие мальчики. Под навесом жевали корм лошади. Утро было прохладным и свежим. Теперь, когда Гарвуда не стало, ее настроение улучшилось.
Клер заплела волосы в косу, обмотала ее вокруг головы и спустилась вниз. За обеденным столом мистер Ройер и Форчен пили кофе.
– Заходи, Клер, – сказал он, поднимаясь и отодвигая для нее стул.
– Доброе утро, – поприветствовал ее мистер Ройер, широко улыбнувшись и показав щербину между передними зубами. – Все в городе только и говорят о вашей семье и грабителе. К нам уже заглядывали четверо соседей, чтобы познакомиться с вашим мужем и сыном.
Клер, улыбаясь, села за стол; ей было приятно, что к ней обратился первым Форчен, а не кто-то другой. Второй раз за все время он назвал ее по имени, и каждый раз его густой голос звучал как-то особенно. Во время скитаний никто, кроме Майкла, не знал ее настоящего имени.
– Садитесь, а я принесу вам завтрак, – сказала Ингрид, выходя из комнаты. Вернулась она с чашечкой горячего кофе. Форчен передал ей кувшинчик со сливками. Его рука коснулась ее; он выглядел свежим в новой рубашке из «шамбре». Она же почувствовала себя крайне неуютно в измятом, порванном и перепачканном платье.
– Вот ваш завтрак, – сказала Ингрид, ставя перед Клер тарелку с ветчиной, горячими бисквитами, мамалыгой и яйцами.
После завтрака они попрощались с Ройерами и, сев на лошадей, выехали из города. Клер отметила в поведении Форчена легкость и непринужденность, что было несвойственно ему раньше, и размышляла о причине такой перемены… То ли злость его улеглась, то ли после смерти Гарвуда к нему вернулись силы…
Форчен сдвинул на затылок фуражку и, повернув лошадь, подъехал к Клер ближе.
– Сегодня мы держим курс на юг, к Новому Орлеану. Как только мы приедем, я хочу познакомить Майкла со своей семьей и хочу, чтобы мальчик подружился с ними.
Все утро они ехали молча мимо рядов высоких сосен…
После полудня по Планк Роуд они въехали в Батон Руж и, минуя величественное здание, похожее на средневековый замок, попали в самый центр города.
– Это главное здание штата Луизиана, – сказал Форчен, и Клер посмотрела на огромное сооружение. В этот момент она отвлеклась от созерцания достопримечательностей и подумала о своей внешности. Насколько она была рада, что они наконец-то добрались до города, настолько ее страшило появление в местной гостинице.
– В таком виде меня не пустят в приличную гостиницу, – проговорила Клер, указывая на свое помятое платье.
– Конечно же пустят… Я скажу им, что мы путешествуем.
– Я зашила перед платья, которое порвал Гарвуд, но оно требует стирки. Мы нигде не останавливались надолго, у меня не было времени постирать одежду и дать ей высохнуть.
– Попытаемся исправить и это, – сказал он, поворачивая на широкую улицу. Через минуту они стояли в холле гостиницы, и Клер рассматривала растения в горшках, элегантную кожаную мебель и выкрашенные маслом стены.
– Мама, здесь тоже очень здорово, – пролепетал Майкл.
– Да, малыш. Тем более после столь долгого путешествия через всю страну.
Форчен подошел к ним и взял девушку за руку.
– Я снял номер для вас и уже приказал приготовить ванну. Мы с Майклом пойдем сделаем кое-какие покупки и оставим тебя на время одну. А потом вымоемся мы… В гостинице есть человек, который постирает и выгладит твою одежду.
– Спасибо, – ответила Клер. После долгого и утомительного путешествия предложение Форчена обрадовало ее.
Она поднялась по широкой и крутой лестнице, устланной толстым голубым ковром. Их номер располагался на третьем этаже, и опять, войдя в комнату, Клер с благоговейным трепетом осмотрела элегантно обставленный номер. Она стояла в центре гостиной и оглядывала мебель из темного орехового дерева, мягкие узорчатые ковры, открытое настежь французское окно, ведущее на балкон, на котором стояли изящные стулья и столик. Номер был изысканным, но все равно показался ей чрезвычайно экстравагантным.
– Мама, ну разве здесь не здорово?! – произнес Майкл, касаясь мраморной крышки стола. – Здесь лучше, чем в любой другой гостинице!
– Да, лучше, – согласилась Клер, не зная, откуда у Форчена, деньги на такую роскошь. В прошлый раз такое расточительство было необязательным, но теперь девушка была благодарна возможности провести ночь в этом прекрасном номере. К тому же она знала, что, когда они расстанутся, ей больше уже никогда не представится возможность побывать в таких номерах.
Она провела рукой по краю спинки кресла, обитого алым узорчатым шелком. Оглядывая комнату, Клер заметила, что Форчен наблюдает за ней с интересом и любопытством. «Что происходит сейчас в его уме?» – подумала она. Он пристально смотрел на девушку, и ей очень хотелось понять его мысли.
– Майкл, мы с тобой сходим за покупками, – сказал Форчен.
– Да, сэр. Посмотрите, я вижу крыши домов и верхушки деревьев, – проговорил мальчик, выглядывая из окна.
Полковник О'Брайен взглянул на Клер.
– Когда мы вернемся, тебе придется освободить нам одну комнату, чтобы мы смогли вымыться. Дай мне твое платье, которое ты хочешь постирать, я отдам его в прачечную.
– Подожди немного, мне нужно переодеться. Я отдам тебе это платье… Ведь оно больше всего подходит для встречи с твоей семьей, все другие в заплатках.
Она вошла в спальню, стащила с себя голубое поношенное платье и закуталась в одеяло, оставив открытыми плечи и руки.
Девушка встала в дверном проеме.
– Форчен, – окликнула Клер, понимая, что поступает фамильярно, называя О'Брайена по имени.
Полковник отвернулся от окна и направился к девушке, окидывая взглядом ее плечи. Под его взглядом Клер почувствовала себя более раздетой, чем было на самом деле. Он взял из ее рук платье.
– Теперь пошли, Майкл.
После их ухода она погрузилась в горячую ванну, испытывая блаженство от прикосновения к коже воды. Потом, пока вода не остыла, тщательно вымыла голову. Освеженная и бодрая, она вышла из ванной и насухо вытерлась полотенцем, жалея, что у нее нет чистой одежды. Клер надела заштопанное розовое платье и вышла на узкий балкон. Она расчесала волосы, потом заплела косу и уложила ее вокруг головы.
Снова войдя в комнату, Клер взглянула на застеленную кровать, ее пульс участился. На одном краю этой кровати ей предстоит провести сегодняшнюю ночь с Форченом О'Брайеном.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22