А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

VadikV

77
Джеймс Херберт: «Крысы»



Джеймс Херберт
Крысы

Крысы Ц 01




«Джеймс Херберт. Крысы»: Центрполиграф; М
осква; 1994
ISBN 5-7001-0125-4

Джеймс Херберт
Крысы

Пролог

Старый дом пустовал больше года. Он стоял, заброшенный, на берегу пе
ресохшего канала, и зелень, постепенно разросшаяся вокруг стеной, закрыл
а его со стороны дороги. С тех пор как увезли старуху, домом никто не польз
овался. Правда, как-то соседские ребятишки разбили несколько стекол. Но э
то было совсем неинтересно. Какой смысл швырять камни, если в ответ Ч мер
твая тишина.
После смерти мужа старуха жила одна. Она никогда не выходила из дом
а, и лишь изредка за кружевом занавески смутно маячила ее тень. Старуха ни
когда не раздвигала шторы Ч только смотрела сквозь них.
Каждую неделю бакалейщик доставлял ей продукты, в том числе сухое м
олоко, и оставлял их у черного хода. Раз в три месяца банк оплачивал ему сч
ета, но никто никогда не проявлял никакого интереса и не предъявлял ника
ких претензий по поводу продуктов. Ему просто вручали список всего необх
одимого, но если он иногда забывал положить фунт масла или два фунта саха
ра, никто не замечал, никто не жаловался.
Пожалуй, бакалейщик был единственным, кого волновала судьба стару
хи.
Когда муж старухи был еще жив, бакалейщик изредка видел ее. Но и тогд
а она почти все время молчала. Они вообще были странные люди. Никогда нику
да не ходили, никого не приглашали в гости. Обеспечены они были неплохо, по
тому что долгое время жили за границей. После возвращения муж нигде не ра
ботал. Потом старик умер Ч бакалейщик не знал, от чего. Говорили, что это б
ыл рецидив какой-то тропической болезни, которую он подхватил за границ
ей. После его смерти никто не видел старуху, но бакалейщик слышал ее. Ничег
о особенного Ч лишь скрип ступенек да звук открываемой двери. А однажды
он услышал, как она на кого-то кричала. На кого Ч он не знал. Люди стали спр
ашивать друг друга о старухе, но никто ничего не знал. Однажды ночью кто-т
о слышал, как старуха плакала. Другие слышали смех. Но потом больше месяца
царила абсолютная тишина.
Только когда бакалейщик нашел на крыльце нетронутой последнюю до
ставленную им коробку с продуктами, он с неохотой обратился в полицию. С н
еохотой Ч потому что боялся худшего и не хотел лишаться регулярных выго
дных заказов.
Выяснилось, однако, что старуха не умерла, а только сошла с ума. Посла
ли за полицейским. Потом приехала “скорая помощь”. И старуху увезли. Для б
акалейщика это было то же самое, что она умерла Ч заказы прекратились. Вс
е было слишком хорошо, чтобы длиться долго.
Так дом опустел. Никто не входил в него, никто не выходил, никому не б
ыло до него дела. Через год дом едва можно было разглядеть с дороги. Первый
этаж закрывали кусты, второй Ч деревья. Постепенно о существовании дом
а забыли.

Глава 1

Генри Гайлфойл медленно и неуклонно спивался. Он начал пить шесть лет на
зад. Тогда ему было сорок. До этого Генри считался удачливым продавцом Ми
длэндской компании и собирался стать менеджером всего района. Потом слу
чилась беда. К своему несчастью, Генри влюбился в одного из младших прода
вцов. Пять недель он возился с молодым Френсисом, брал с собой в деловые по
ездки по всей стране. Сначала Гайлфойл не был уверен, что парень пойдет на
это, но со временем застенчивость и тихая замкнутость Френсиса уменьшил
и пропасть, которую Генри обычно трудно было преодолеть с другими мужчин
ами.
Генри так никогда и не узнал, почему Френсис решил стать продавцом. Профе
ссия не соответствовала его характеру. Сам Гайлфойл чувствовал себя как
рыба в воде в любой компании. Ему ничего не стоило, сбывая товар, отпустить
грязную шуточку, лукаво подмигнуть, похлопать по спине, чтобы расположи
ть покупателя. Профессиональные достоинства скрывали недостатки его м
ужской натуры. К тому же он был хорошим актером. Френсис Ч иное дело. Гомо
сексуализм, казалось, приглушил его характер. Парень постоянно испытыва
л чувство вины, и это только усиливало его застенчивость и замкнутость. Н
аверное, он выбрал специально профессию продавца, чтобы доказать самому
себе, что может работать с людьми. Возможно, он полагал, что необходимость
думать о других позволит ему забыть о собственных недостатках.
Однажды они остановились в маленьком отеле в Бредфорде. Свободным оказа
лся только один номер на двоих с односпальными кроватями. После обеда он
и долго пили с клиентом в заурядном стриптиз-клубе. Это был темный подвал
, который назывался-то клубом лишь потому, что в нем имелся бар, а посетите
ли платили взносы.
Весь вечер Гайлфойл исподволь наблюдал за Френсисом. Парень смотрел на д
евушек достаточно заинтересованно, но без той похоти и вожделения, котор
ые были написаны на лицах клиентов и самого Гайлфойла. Когда одна из выст
упивших девушек сбросила последнюю деталь туалета, Гайлфойл с деланным
добродушием хлопнул парня под столом по ноге и на долю секунды задержал
руку на его бедре. Их глаза встретились, и Генри понял... О, это сладостное мг
новение, когда он окончательно убедился!
Конечно, он и раньше замечал кое-какие признаки. И даже устраивал Френсис
у небольшие испытания и проверки. Ничего смелого, ничего такого, что могл
о бы вызвать хотя бы малейшее смущение в случае отказа. И вот сейчас он убе
дился окончательно. В глазах юноши он увидел не удивление, не опасение и у
ж, конечно, не тревогу, а такую радость. Остаток вечера пролетел, как во сне.
Всякий раз, когда Генри смотрел на Френсиса, сердце его начинало бешено к
олотиться, но он продолжал вести себя безупречно. У его вульгарного и отв
ратительного, невероятно отвратительного клиента не возникло ни малей
шего подозрения. Они были мужиками в мире мужиков и поэтому улыбались гр
удастым и уродливым женщинам. Мальчик, конечно, неопытен, но они ему покаж
ут, как ведут себя настоящие мужики, когда перед ними голые бедра и мясист
ые сиськи! Гайлфойл осушил свой стакан, откинул назад голову и рассмеялс
я.
Когда они вернулись в отель, выбранный Генри не случайно, Френсиса замут
ило. Юноша не привык пить, а Генри накачивал его виски целый вечер. Сейчас
он жалел об этом. Не перестарался ли? Френсиса стало тошнить еще в такси по
дороге из клуба. Потом его вновь вырвало в номере Ч Генри едва успел дота
щить его к раковине. Мальчик был в полубессознательном состоянии. Гайлфо
йл заказал черный кофе и влил в него три чашки. Пиджак и рубашка Френсиса з
апачкались. Гайлфойл нежно снял их и смыл самые больше пятна.
Потом Френсис расплакался.
Он сидел на кровати, обхватив голову руками, и бледные плечи его судорожн
о вздрагивали. На длинные тонкие пальцы упал локон белокурых волос. Генр
и сел рядом с юношей и положил ему руку на плечо. Френсис опустил голову на
грудь Гайлфойла, и тот обнял его.
Они долго сидели так. Гайлфойл баюкал парня, как пятилетнего малыша. Пост
епенно рыдания Френсиса стихли и перешли в редкие всхлипывания.
Гайлфойл медленно раздел Френсиса и уложил в постель. Несколько минут он
смотрел на него, потом разделся сам, лег рядом и закрыл глаза.
Никогда Генри не забудет эту ночь. Они занялись любовью, и мальчик удивил
его тем, что не был таким неопытным, как казался.
Тем не менее Генри влюбился в него, хотя прекрасно осознавал всю опаснос
ть своего положения. Он не раз слышал грустные истории о романах между му
жчинами среднего возраста и юношами. Но он был счастлив. Впервые за все вр
емя он после занятия любовью с мужчиной ощущал себя чистым. Не было ни вин
ы, ни презрения к самому себе, ни отвращения. Напротив, Генри испытывал нео
быкновенное чувство свободы и полноты жизни.
Добившись солидного заказа от клиента в Бредфорде, они вернулись домой.
Какое-то время все шло хорошо.
Через несколько недель Генри Гайлфойл рассчитывал стать менеджером вс
его района. У него было много больших заказов, и они виделись с Френсисом к
аждый день и почти все вечера.
Потом все стало меняться. Неуважительно начала вести себя с ним молодежь
. Ничего особенного Ч просто время от времени Гайлфойл слышал за спиной
резкие ответы. Коллеги старше стали сторониться его. Они не избегали Ген
ри, но в его компании чувствовали себя слегка напряженно. Гайлфойл списа
л это на свое скорое повышение по службе.
Однако вскоре он начал замечать двусмысленные ухмылки на лицах некотор
ых машинисток, а старая дева, мисс Робсон, даже перестала с ним разговарив
ать.
И наконец тот роковой день. Генри Гайлфойл только что вернулся с обеда из
паба, где для него всегда был зарезервирован столик, когда он находился в
городе. Он зашел в туалет, заперся в кабине, спустил брюки и сел. Задумавши
сь об одной сделке, которую он собирался провернуть, когда станет менедж
ером района. Генри рассеянно взглянул на дверь и похолодел. Дверь был пок
рыта рисунками, и все они были о нем. Очевидно, после того, как кто-то начал
первым, это превратилось в игру. За рисунки даже выставлялись оценки. Гру
бые карикатуры изображали Гайлфойла и Френсиса. Ошибки быть не могло. Он
сразу узнал юношу по длинным локонам, ниспадающим на лоб, и тонким чертам
лица. Рисунки глумились над его любовью. Глумились жестоко и безобразно.

Кровь бросилась Генри в голову, на глазах выступили слезы. Как они посмел
и? Как могли они разрушить дорогую ему любовь? Эти грязные недоумки прихо
дили сюда, в туалет, и, хихикая, корябали на двери.
С полчаса Гайлфойл тихо проплакал в туалете. Наконец до него дошло, как не
лепо, как смешно все это выглядит со стороны: мужчина средних лет, влюблен
ный в юношу, сидит в туалете со спущенными штанами и рыдает над словами и р
исунками тех, кто ничего не смыслит в его жизни.
Не в силах вернуться в контору и терпеть ухмылки так называемых друзей, Г
енри пошел домой и выпил там сразу целую бутылку виски. Так началось паде
ние Генри Гайлфойла.
На следующий день он вышел на работу, но теперь все стало по-другому. Тепе
рь он знал истинное отношение к себе и видел насмешку в каждом слове.
В обеденный перерыв Генри опять поехал домой, купив по дороге бутылку. Че
рез две недели он пришел в себя, но Френсис к этому времени внезапно исчез
. Он уехал не попрощавшись, а лишь оставив записку, в которой сообщал, что е
му жаль уезжать, но он больше не может выносить насмешки и издевательств
а сослуживцев.
Генри отправился к Френсису домой. Мать юноши устроила ему скандал и ясн
о дала понять, что их роман закончился. Окончательно его убедила в этом ее
угроза обратиться в полицию. Френсис был очень молод.
Падение Генри Гайлфойла было стремительным. Он потерял шансы на продвиж
ение по службе и не знал, что послужило главной причиной этого: его репута
ция или то обстоятельство, что теперь он редко бывал трезвым. Скорее всег
о и то и другое.
Он уволился и переехал в Лондон, чтобы затеряться в море таких же потерпе
вших крах людей. Следующие шесть лет Генри работал мало, зато постоянно п
ил, пока не пропил все деньги. Его вышвыривали из квартир значительно чащ
е, чем он мог припомнить. Изредка он подрабатывал на рынках, чаще всего в С
питалфилдсе, толкая тележки и загружая машины. На заработанные гроши Ген
ри покупал дешевую выпивку. Спал он где придется. Какое-то время ему удава
лось удовлетворять свои сексуальные потребности в пыльных старых кино
театрах. Правда, дважды ему угрожали: один раз потихоньку, второй Ч с гром
кими криками и кулаками. Свидетели его позора стали все зрители. В конце к
онцов Генри Гайлфойл опустился так, что и это все стало ему недоступно. От
него жутко воняло. Казалось, все поры его пропитала грязь, собранная на ры
нке и в сараях, где он ночевал. Все желания и потребности его тела были сож
жены алкоголем.
Теперь его беспокоило только одно: как сберечь скудные заработки, чтобы
купить очередное забвение?
Всю эту неделю Генри напряженно работал, сражаясь со своей страстью к сп
иртному, чтобы в субботу купить бутылку дешевого джина. Гайлфойл и сам не
мог объяснить, как прожил целую неделю без выпивки. Наверное, помог образ
бутылки, который ни на минуту не покидал его воображение.

* * *

Генри Гайлфойл, едва волоча ноги, брел по темным улицам вблизи доков. Голо
ва у него кружилась, походка была неуверенной. Он залез через разбитое ок
но в какой-то заброшенный дом. В районе еще не расчищенных развалин через
горы мусора, шатаясь, пробрался в его дальнюю часть Ч чтобы не нашли поли
цейские.
Он сел в углу комнаты, бывшей когда-то кухней, и поднес к губам бутылку. Поч
ти опорожнив ее. Генри впал в пьяное оцепенение.
Через несколько часов Гайлфойл внезапно проснулся. Его затуманенный мо
зг что-то отметил, но что именно, он не мог понять. Генри допил остатки джин
а и вдруг почувствовал резкую боль в левой руке. Он быстро поднес руку ко р
ту и в это время услышал какой-то шорох. Гайлфойл бросил бутылку в угол, от
куда донесся шум. Тыльная сторона левой руки была вся в крови. От запаха кр
ови Генри вырвало джином. Гайлфойл перекатился на бок и замер, дрожа. Внез
апно он вновь ощутил боль в вытянутой левой руке. Тогда Генри понял, что кт
о-то грызет его сухожилия. Он закричал, попытался встать, но споткнулся и
упал, больно ударившись лицом. Он хотел ощупать лицо, но вдруг почувствов
ал, что к руке прицепилось что-то теплое и тяжелое.
Генри попробовал стряхнуть эту тяжесть, но какое-то существо намертво в
пилось в его руку. Генри попробовал оторвать это существо другой рукой и
наткнулся на щетинистую шерсть. Несмотря на охватившую его панику. Генри
понял, что в него вцепилась крыса. Сильная, большая. Настолько большая, чт
о ее вполне можно было принять за маленькую собаку. Только она не рычала, и
у нее не было длинных ног, которыми она могла бы отбиваться. А руку Гайлфо
йла продолжали яростно грызть острые, как бритва, зубы.
Он вновь попытался встать, но теперь острая боль пронзила ноту. Генри отч
аянно закричал. Лишающая сознания боль ползла вверх по ноге к паху. Потом
чьи-то зубы впились ему в бедро.
Крошечные лапки пробежали по нему снизу вверх. Ощутив горячее дыхание. Г
енри наклонил голову, чтобы рассмотреть, кто же это взбирается по челове
ческому телу с такой скоростью? Огромные зубы, нацелившиеся было на его г
орло, впились в щеку и вырвали из нее огромный кусок.
Из щеки хлынула кровь. Генри Гайлфойл принялся яростно отбиваться рукам
и. Скорее, скорее из этого страшного места! Когда ему показалось, что он на
шел дверь, кто-то тяжелый прыгнул ему на спину, и он опять упал.
“Крысы! Ч крикнул он про себя. Ч Меня заживо съедают крысы! Господи, Госп
оди, помоги мне!”
У него вырвали кусок с затылка. Придавленный щетинистой массой, Генри уж
е не мог подняться. Твари пожирали его тело, пили кровь...
По спине Гайлфойла пробежала судорога, перед глазами поплыли неясные те
ни. Потом в них вспыхнула красная нестерпимая боль. Больше Генри ничего н
е видел Ч крысы вырвали ему глаза... Напоследок Гайлфойл почувствовал ра
зливающееся по всему телу тепло. Только тепло. Боли он уже не ощущал. Он ум
ер, ни о чем не думая, не вспомнив даже о своем любимом Френсисе.
В эту ночь крысы впервые попробовали человечины. Но, сожрав Генри Гайлфо
йла, они не утолили голод и вновь отправились на поиски пищи. Теперь тольк
о такой, какой они отведали в старом заброшенном доме.

Глава 2

Опять то же самое, думал Харрис, шагая по пыльной дороге в школу Святого Ма
йкла.
Еще одну чертову неделю учить этих маленьких негодяев. Вот счастье Ч пр
еподавать рисование подлецам, чьи лучшие работы красуются на стенах туа
летов. Господи Иисусе!
Каждый понедельник он думал об одном и том же. Самыми тяжелыми были первы
е три урока. К обеду его отношение к ученикам постепенно теплело. В этой то
лпе подлецов все же можно было найти одну-две яркие искорки. У Томаса есть
мозги, у Барни Ч талант, а у Кеуфа... Кеуф хитрый малый. Он никогда не станет
бухгалтером или банкиром, но не беспокойтесь, он будет делать деньги. Пус
ть и не очень честные, но Кеуф будет жить хорошо.
Харрис часто спрашивал себя, чем Кеуф отличается от остальных? Парень не
очень-то успевал по основным школьным предметам, не имел особо впечатля
ющей фигуры... Но в свои четырнадцать лет он уже обладал той дерзкой самоув
еренностью, которая и выделяла его из основной массы. Может, это из-за тру
дного детства? Но почти у всех детей из этого района было трудное детство.
Чего от них ждать? Их отцы работали на фабриках или в доках.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19