А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Ну вот. Двойная польза получается – мы худеем и расслабляемся. Снимаем стресс.
Линдси приподнялась на локте, посмотрела через шерифа на часы, стоявшие на тумбочке с его стороны, и застонала:
– Послушай, мы уже час тут кувыркаемся.
– Я шериф, имею право опоздать.
– А…
– И ты тоже, – перебил он ее.
Спустя полчаса они вошли в здание управления, и тут Линдси впервые подумала, что их роман скорее всего ни для кого не является тайной. Уж очень старательно все демонстрировали безразличие к их постоянным долгим отсутствиям.
Лукаса и его напарницу они нашли там же, в конференц-зале. Он пружинистым шагом, похожим на походку ягуара, загнанного в клетку, ходил вдоль стены. Джейлин сидела в конце стола с задумчивым видом и, казалось, наблюдала за ним.
– Извините, подзадержались немного.
Лукас резко остановился, удивленно посмотрел на нее, спросил:
– Вы о чем?
– Об обеде. Можете идти.
– А… – Он возобновил ходьбу. – Я не голоден.
Джейлин ткнула пальцем в стоящие на столе коробки с едой:
– Я привезла ему тут кое-что, но он отказывается есть. Думает.
– Случилось что-нибудь? – поинтересовался Меткалф.
– Нет, – отозвался Лукас и, бросив взгляд в сторону Джейлин, добавил: – Все без изменений.
Меткалф посмотрел на Линдси. В глазах его был вопрос: «Странный я получил ответ. Не совсем профессиональный. Принимать мне его или нет?» Та едва заметно кивнула.
– Не спрашивай лучше, чтобы не расстраиваться. Он с Самантой разговаривал, – пояснила Джейлин. – Она утверждает, что обязана принять участие в расследовании, помогать Люку.
– Еще чего не хватало! – воскликнул шериф.
– А как она может вам помочь? – спросила Линдси.
Джейлин пожала плечами.
– Полагаю, она и сама этого не знает, – заметил Лукас. – Она просто утверждает, что должна оставаться здесь.
– Вот! О чем я тебя и предупреждал, – сказал Меткалф.
Лукас остановился, повернулся к нему.
– С нашей стороны, не со стороны полиции.
– С твоей, – поправила его Джейлин.
– Какая разница?
– Возможно, и никакой, – ответила она.
Он махнул рукой, словно отметая ее аргументы.
– Примет Саманта участие в расследовании или нет – это ничего не меняет. Нам все равно приходится ждать. Мы в тупике. Улик нет, кто преступник – мы не знаем, куда он отправится – тоже неизвестно. Если этот сукин сын действует по своему обычному плану, он вполне мог давно перемахнуть в другой штат.
– Но Саманта утверждает, что следующее похищение будет здесь, в Голдене. – Линдси поежилась. – Если хотя бы на минуту допустить, что она права, то едва ли он отсюда уехал. Странно все-таки. Два похищения в одном месте. Он как будто ищет приключений на свою задницу.
– А может быть, он Люка ищет? – предположила Джейлин. – Показывает, что часть его игры – собрать нас всех в одном месте? Решил наконец-то поставить нас перед фактом?
– Тогда он действительно преуспел. Совершает первое похищение. Мы прилетаем сюда. Все игроки собрались в одном месте. То, что ему нужно. Несомненно, следующее преступление будет совершено здесь.
Джейлин уныло рассматривала разбросанные по столу тоненькие папочки.
– Получается, – медленно заговорила она, – если это на самом деле для него игра и он заманил нас сюда специально, то, может быть, он подбросил Люку… разгадку или, как это лучше сказать, какой-то факт, дающий ему равные шансы в игре. В противном случае побеждать будет всегда он.
Меткалф поморщился:
– Мне противна сама мысль о том, что в словах Зарины есть хоть какой-то смысл, но с ее словами о поврежденном рассудке я согласен. Но тогда можно ли ожидать, что этот подонок будет вообще придерживаться каких-то правил?
– Он играет по правилам, разработанным им же, – медленно проговорил Лукас. – Во всякой игре есть правила. Самые сильные его стороны, которыми он гордится, – осторожность и детальная разработка планов. От своих правил он не отступит. И наша задача – разгадать их.
– А вот это уже моя забота, – сказала Джейлин. – Давай анализировать. Ты не сможешь по-настоящему вступить в игру, пока не узнаешь правил. То есть они должны быть, и они наверняка находятся в этих папках. – Она похлопала ладонью по столу. – Иначе он бы прислал нам подсказку. Значит, нужно искать.
– Вы это серьезно? – изумился Меткалф. – И что вы собираетесь искать? Иголку в стоге сена?
– Ну, сена здесь не так уж и много, – отозвался Лукас. – За восемнадцать месяцев расследования улик у нас – кот наплакал: заключения о смерти, протоколы осмотра мест, где были обнаружены жертвы. Но убивал он их определенно не там, а где – мы не знаем. Есть еще протокол допроса одной выжившей похищенной, которая заявляет, что преступник разговаривал с ней. Она показывает, что он неглуп и говорит, как она утверждает, с адским равнодушием и спокойствием. Еще у нас есть протоколы допросов родственников, друзей и коллег жертв. Имеются кое-какие косвенные улики – волосы и куски кожи, которые, возможно, принадлежат преступнику; есть еще его записки с требованием выкупа, напечатанные на лазерном принтере. Вот и все, чем мы располагаем.
– Бумаг много, а пользы от них пока никакой, – резюмировала Линдси.
– Но какая-то подсказка в них все-таки должна быть, – выпалила Джейлин. – Разве не так? Он здесь, в Голдене. Мы гоняемся за ним уже больше восемнадцати месяцев и сейчас стоим на пороге нового похищения.
– Если Зарина не ошибается, – вставил Меткалф.
– Ее зовут Саманта, – поправил шерифа Лукас.
– На плакатах с ее изображением стоит другое имя, – проворчал шериф.
– Уайат, перестань, – пробормотала Линдси.
– Это ее сценический псевдоним, – сказал Лукас. – Уайат, прошу тебя – хватит. Ошибается Саманта или нет, нам все равно остается только ждать. Мы не узнаем, здесь ли преступник или уехал, пока он не проявит себя. Если он уже находится в другом месте и похитит там очередную жертву, нам об этом сообщат. В случае, если он еще здесь, нам опять же не остается ничего другого, кроме как ждать, когда он кого-то похитит.
– Хреновая у нас роль в вашей игре, – мрачно заметил Меткалф.
– Можно ожидать, – продолжал Лукас, – что свою очередную жертву он похитит либо завтра вечером, либо утром в четверг. По словам Саманты, предполагаемая жертва – Кэрри Воган. Предлагаю провести это время за бумагами, еще раз их внимательно прочитать и попытаться найти подсказку.
– Одно правило игры мы уже знаем – время похищения, – сказала Линдси. – Примерно с двенадцати дня в среду до двенадцати дня в четверг. Правильно?
Джейлин кивнула:
– Верно. Все жертвы пропадали именно в эти двадцать четыре часа.
– Пусть это будет первое правило. – Лукас придвинул к себе папки. – Давайте искать второе.
Среда, 26 сентября
Меткалф вошел в конференц-зал, говоря на ходу:
– Кэрри Воган в порядке, но сильно нервничает. С ней находится наш детектив, рядом с домом – патрульная машина.
Лукас глянул на часы.
– Почти двенадцать. Если он еще в городе и спланировал еще одно похищение, он попытается его совершить до двенадцати завтрашнего дня.
– Если мы правильно угадали его первое правило, – заметила Линдси.
– Да, если… – отозвался Меткалф. – На всякий случай я распорядился закрыть Зарину в комнате.
Лукас слегка нахмурился и, не отрываясь от бумаг, произнес:
– Очень мудрый поступок.
– Я тоже так подумал. Только, по-моему, она не имеет ничего против.
– Наверное, потому, что ты не назвал ее Зариной.
Меткалф сел за стол.
– Никак не пойму, – он пожал плечами, – почему ее приятели из цирка не идут ее выручать.
– Скорее всего потому, что она их просила не приходить сюда. Не волнуйся, это сплоченная команда и, когда нужно, они умеют действовать сообща.
– Ты так уважительно говоришь о них…
– Я их действительно уважаю. Большинство из них сироты, с детства вынуждены заботиться о себе сами, но не стали преступниками. Это порядочные, законопослушные люди. Что тебе еще от них нужно?
Линдси заметила, что ее туповатому любовнику не понравилась характеристика, данная Лукасом циркачам. Шериф предпочел бы видеть в них потенциальных преступников. Лукас разрушал его примитивный стереотип, лишал его возможности сразу наклеивать на людей нужные ему ярлыки. Кроме того, Меткалф очень болезненно воспринимал любой намек на неправильность своих действий или образа мыслей – в таких случаях он сразу начинал злиться.
Понимая его настроение, с трудом подавив ехидную усмешку, она сухо сказала:
– Похоже, обедать нам придется здесь, всем вместе. Могу сходить за едой. Кто что хочет – заказывайте.
Остаток дня они провели в конференц-зале, размышляя над скудными материалами о совершенных преступлениях, иногда отрываясь от них и обсуждая отдельные детали. Шли часы, а они ни на йоту не продвинулись вперед, к разгадке.
Самая, казалось бы, многообещающая улика – платок, найденный Самантой возле цирка, – не принесла им никаких дополнительных сведений. Согласно отчету, присланному из Квонтико, это был ширпотреб, который продавался в сотнях магазинов штата. Кроме пятен грязи и песчинок, на нем не нашли ничего интересного: ни единого следа человеческих волос, кожи и т. д.
В отчете содержалось предположение, что едва заметное пятнышко на платке является следом масла, но какого – на данный момент выяснить оказалось невозможно. Для определения его вида и марки, говорилось в отчете, потребуется дополнительное время.
– Ставлю десять против одного, что это след от попкорна. А где у нас продают поп-корн? В любом магазине. В двух киосках его делают.
– В четырех по уик-эндам, – поправил шерифа Лукас и вздохнул.
– И здесь тупик, – резюмировала Джейлин.
К одиннадцати вечера они страшно устали. Причин оставаться на ночь в управлении полиции у них не было, поэтому, подумав, что утро вечера мудренее, решили разъехаться и отдохнуть, Лукас и Джейлин отправились в гостиницу.
Утро четверга выдалось суматошное – Меткалф и Линдси то и дело уезжали на вызовы и подолгу не возвращались. Лукас и Джейлин сидели в конференц-зале, напряженно ожидая новостей, в основном молчали.
– Это у меня ощущение времени сбилось, или оно действительно так медленно движется? – спросил он ее в половине одиннадцатого.
– Оно не движется, а тащится. – Джейлин подняла голову и посмотрела на Лукаса – тот беспокойно ходил по залу вдоль доски, где они развесили всю информацию о похищениях. – И поджимает нас. Если он собирается на этой неделе…
– Знаю, знаю, – перебил он ее и, немного помолчав, спросил: – Ты разговаривала с Самантой сегодня утром?
– Да.
– Ничего нового от нее не услышала?
– Нет. Она тоже волнуется. Только не мечется по комнате, как ты.
Лукас, хмурясь, вернулся к своему стулу.
– Уж лучше бы он начал действовать. Тогда бы у нас появилась хоть какая-то новая информация. Я не хочу новых жертв, но как иначе?
– Новая жертва станет подтверждением того, что мы на верном пути.
– Да, черт подери! – прошипел он.
В комнату ввалился Меткалф, красный, запыхавшийся, рухнул на стул.
– Я не понимаю – словно все разом рехнулись. Сегодня четверг, а по количеству происшествий можно подумать, что пятница в самом разгаре. Пьяные дебоши, бытовые скандалы, потасовки у баров… Какой-то придурок попытался ограбить банк.
– Безуспешно, я полагаю, – сказал Лукас.
– Да, благодаря моим людям. Представляете, ворвался в банк с игрушечным пистолетом, из тех, у кого на конце ствола загорается лампочка? Я уж было хотел его пристрелить, из принципа. За то, что все утро мне испортил, паскудник.
Джейлин прыснула в кулак и сказала:
– Бойкий денек для такого маленького городка. Жители газетных сообщений начитались?
– Наверное. Ну а как у вас дела?
– Никак, – коротко ответил Лукас.
– Он тоже малость свихнулся, – усмехнулась Джейлин.
– Да мы тоже не лучше, – осклабился Меткалф и повернулся к двери, в которую вошел полицейский с конвертом в руке. – Ну что там еще стряслось? – нервно спросил он.
– Не знаю, шериф. Стюарт попросил меня передать это вам.
Стюарт Келли дежурил сегодня в приемной.
Лукас проводил глазами полицейского до двери, перевел взгляд на Меткалфа, Тот вскрыл конверт и только начал читать вложенный в него лист, как лицо его перекосилось, словно от боли, и побелело, а длинные пальцы задрожали.
– Господи! – прошептал он.
– Уайат, что случилось? – Не получив ответа, Лукас вскочил со своего стула, обогнув стол, подошел к шерифу, увидел в руках его листок бумаги с коротеньким текстом, отпечатанным большими буквами, и фотографию. У него перехватило дыхание.
– Господи! – повторил Меткалф, – Он похитил Линдси.
Глава 4
Лукас бросил на стол перед Самантой фотографию в прозрачном пластиковом файле и невозмутимо произнес:
– Что ты можешь сказать о ней?
Саманта, сдвинув брови, взяла фотографию, и ее без того бледное лицо совсем побелело.
– Не понимаю. Линдси? Он похитил Линдси?
– Как видишь. Теперь скажи: зачем ты заставила нас следить за Кэрри Воган?
– Потому что я ясно видела ее лицо. Да, ее, а не Линдси, не знаю, зачем он…
Лукас хлопнул ладонью по столу. Саманта, вздрогнув, вскинула голову и уставилась на него.
– Думай, Саманта. Где она находится? Там же, где ты видела Кэрри?
– Да. Комната та же. Тот же стул. Та же газета. Даже повязка выглядит как та. Единственная разница – на стуле сидит не Кэрри, а Линдси. – Она, словно в забытьи, отодвинула от себя фотографию.
Лукас сел напротив нее.
– Фотография отпечатана на принтере. Разумеется, она чистая. Открой файл, дотронься до нее.
– Я и так все вижу.
– И все-таки, Сэм. Дотронься до нее.
Она помедлила, затем пододвинула к себе файл и осторожно, подрагивающими пальцами, начала вытягивать фотографию. На лице ее не дрогнул ни один мускул, и Лукас понял, что ничего нового она не увидела.
– Нет, – Саманта покачала головой, – больше ничего нет.
– Ты уверена?
– Абсолютно. – Она вложила фотографию в файл. – Он похитил ее сегодня утром? Недавно, во всяком случае. Я видела, как она входила и выходила.
– Уайат получил конверт меньше часа назад. Двадцать минут назад ее машину обнаружили припаркованной возле небольшого кафе, куда она обычно заезжает выпить кофе. – Он говорил ровным, бесстрастным голосом. – Никто из работников кафе не видел, как она подъехала. В кафе она тоже не заходила. Пока нам не удалось найти никого, кто бы видел ее в том районе.
– Он уже потребовал с шерифа выкуп?
Лукас кивнул.
– Сколько?
– Ровно столько, сколько у него есть на счету, – двадцать тысяч.
– Ровно двадцать?
Лукас снова кивнул.
– Раньше похититель не был столь точен. Он приблизительно определял, сколько семья может заплатить. Сейчас сумма указана до цента. Мне кажется, это не простое совпадение.
– Нет, ни в коем случае. Ты хочешь сказать, что с каждым разом он становится все смелее? Теперь он щелкнул тебя по носу.
– Что-то вроде того, – согласился Лукас и опять кивнул. – Он похитил полицейского, что или очень глупо, или он просто обнаглел. А на дурака он не похож.
– Когда он требует доставить выкуп?
– Завтра в пять дня.
Саманта наморщила лоб:
– Но если ему известно, сколько у шерифа на счету, он мог бы потребовать деньги и сегодня. Зачем ему давать тебе двадцать четыре часа на поиски Линдси?
– Он и дает их мне, чтобы я попытался найти ее. Проверяет, на что мы способны. Не исключено, что он затаился где-то поблизости, наблюдает за нами, изучает наши методы.
Саманта внимательно посмотрела на него:
– Что ты еще думаешь? Что чувствуешь?
– Ничего не чувствую.
– Но ты же знаешь Линдси, ты был рядом с ней все эти дни. Неужели ты ничего не улавливаешь?
Лукас покачал головой.
– Отказываюсь верить, – вздохнула Саманта. – Хотя, возможно, она без сознания.
– Может быть.
Ей не нужно было касаться его руки, она и так понимала, что скрывается за его холодным тоном и застывшим, словно маска, лицом.
– Записку с требованием выкупа получил Меткалф. Почему? Потому что он ее шеф? Маловероятно. Скорее всего потому, что он ее любовник.
Лукаса догадка Саманты нисколько не удивила. Он давно догадывался об их отношениях.
– Второе. Они, собственно говоря, и не очень-то скрывались. По-моему, даже специально – чтобы к ним с расспросами не лезли.
– А где Меткалф сейчас?
– На пути к вам, в цирк.
Саманта подскочила на стуле.
– Что?! Люк, ты должен его остановить.
– Успокойся. С ним поехала Джей. Она проследит, чтобы он там не наделал глупостей.
– Он не поверит, что мы не причастны к похищению.
– Но ваш цирк находится рядом с кафе, возле которого нашли машину Линдси. Возможно, кто-нибудь из ваших артистов что-нибудь видел. Меткалф хочет всего лишь поговорить с ними.
– Поговорить? Ты прекрасно его знаешь и вполне догадываешься, чего он хочет.
– Мне и догадываться не нужно. Десять минут назад он хотел прийти сюда и бросить тебе в лицо вот эту самую фотографию. Сядь, Саманта, и успокойся.
Она опустилась на стул и с горечью произнесла:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32