А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Вдоль берега с пронзительными криками бежали несколько
десятков цурани. Томас понял, что еще несколько секунд, и они
присоединятся к нападавшим. Он решил дорого продать свою жизнь
и изо всех сил ударил лезвием меча по щиту одного из воинов.
Удар был настолько мощным, что щит солдата раскололся, и рука
его оказалась рассечена надвое. С пронзительным воплем цурани
свалился в воду.
Томас отразил щитом несколько ударов и вдруг услыхал рядом
с собой пронзительный свист. Воин, только что атаковавший его,
стал падать в воду. Из груди его торчала длинная стрела.
Меткими выстрелами гномы поразили еще нескольких вражеских
воинов. Остальные поспешно подались назад. В реке остались лишь
те, чьи тела были пронзены стрелами.
С противоположного берега раздался голос Долгана:
- Быстрее, Томас! Они готовят луки!
Словно в подтверждение слов карлика в нескольких дюймах от
лица Томаса с жужжанием пролетела стрела, выпущенная из
цуранийского лука. Он поспешно зашагал по отмели к
спасительному берегу. Следующая стрела ударилась о его шлем.
Томас споткнулся и едва не потерял равновесие. Когда он
выпрямился, ногу его чуть повыше щиколотки внезапно обожгла
резкая боль. Он ощутил слабость во всем теле и едва смог
преодолеть оставшееся до берега расстояние. Оказавшись у
берега, он почувствовал, как крепкие руки гномов бесцеремонно
схватили его за плечи и втащили на песчаный склон.
Томас опустился на песок. Голова его поникла. Кто-то
встревоженно проговорил над самым его ухом:
- Эти нечестивцы смазывают наконечники своих стрел сильным
ядом. Мы должны... - Томасу не удалось расслышать конец фразы.
Он потерял сознание.
Томас с усилием разлепил отяжелевшие веки. Ему не сразу
удалось понять, где он находится. Сперва он решил было, что
попал в плен к цурани. Но тут чьи-то руки бережно приподняли
его голову и поднесли к губам чашу с водой. Томас стал жадно
глотать холодную воду. Напившись, он почувствовал себя гораздо
бодрее. Головокружение прекратилось, зрение и слух постепенно
обретали былую остроту. Он разглядел чуть поодаль от себя двух
красивых юношей, облаченных в зеленые кожаные куртки без
рукавов.
- Ты был очень болен, - сказал тот, что напоил его водой.
Только теперь Томас догадался, что находится в эльфийском лесу.
- Что с Долганом? - хрипло спросил он.
Юноша-эльф с готовностью ответил:
- Карлики держат совет с нашей госпожой. Мы побоялись
переносить тебя в глубь леса. Это могло причинить тебе вред.
Пришельцы окунают наконечники своих стрел в сильный яд, который
неизвестен нам. Многие из людей, гномов и эльфов погибли от
него. Мы врачевали тебя как умели и очень рады, что ты остался
жив.
Силы постепенно возвращались к Томасу. Он кашлянул и
отрывисто спросил:
- Сколько времени я был в беспамятстве?
- Три дня. Ты был на волосок от смерти с тех самых пор, как
гномы выловили тебя из реки.
Томас оглядел себя с ног до головы. Эльфы раздели его
донага и укрыли теплым одеялом. Над головой они соорудили полог
из древесных ветвей. Неподалеку ярко полыхал костер, из котелка
поднимался пар, и Томас уловил аппетитный запах жаркого.
Усмехнувшись, эльф приказал хлопотавшим у костра товарищам
попотчевать гостя.
Томас сел на своей постели. У него слегка закружилась
голова. Но вскоре он снова почувствовал себя бодрым и
отдохнувшим. Ему дали большой ломоть хлеба, деревянную ложку и
миску с рагу. Еда оказалась на редкость вкусной. С каждым
глотком к Томасу возвращались прежние силы. Еще двое эльфов
сидели на небольшом пригорке справа от него. Они скользнули по
нему ничего не выражавшими взглядами и стали негромко
переговариваться между собой на своем наречии. Дружелюбие к
гостю проявлял лишь тот, кто первым заговорил с ним.
Томас повернулся к нему и спросил:
- Враг не пытался атаковать вас?
Лицо эльфа осветилось лучезарной улыбкой:
- Пришельцы опасаются перебираться через реку. В этом им
препятствует волшебная сила, охраняющая наши леса от
посторонних. Здесь они чувствуют себя потерянными и
беспомощными, точно малые дети. Ни один из тех, кто ступил на
этот берег, не вернулся обратно.
Томас кивнул. Покончив с едой, он поблагодарил эльфа за
угощение и принялся одеваться. От былой слабости и
головокружения не осталось и следа. Поднявшись на ноги, он
несколько раз присел, затем наклонился и почувствовал, как
кровь быстрее побежала по его жилам. Мускулы, одеревеневшие
после трехдневного забытья, обрели прежнюю упругость. Раненая
нога больше не беспокоила его. Царапина от наконечника
цуранийской стрелы была искусно залечена целителями-эльфами.
- Наконец-то я узнал тебя! - обратился он к самому
общительному из эльфов. - Ты принц Калин. Ты приезжал к нам в
Крайди, когда герцог сообщил королеве о цуранийском корабле.
Калин с улыбкой кивнул своей златокудрой головой.
- И я узнал тебя, Томас из Крайди, хотя ты очень изменился
за истекший год. А это, - он кивнул в сторону двоих
неразговорчивых товарищей, - Галейн и Элгевин. - Те
поклонились, слегка привстав с пригорка. - Если ты уже
достаточно оправился после болезни, мы можем проводить тебя ко
двору королевы.
Томас кивнул:
- Пошли!
Эльфы тщательно уничтожили следы своей стоянки и пустились
в путь. Поначалу они двигались медленно, чтобы дать Томасу,
едва вставшему на ноги после тяжелой болезни, время
приноровиться к их шагу. Но тот ступал с не меньшей легкостью и
проворством, чем сами эльфы, и вскоре они зашагали быстрее.
Через некоторое время они перешли на бег. Томас, облаченный
в доспехи, со щитом за спиной и мечом у пояса не отставал от
безоружных эльфов. Те недоуменно переглянулись и пожали
плечами.
Они остановились на привал лишь в середине долгого дня.
Томас огляделся по сторонам и с мечтательной улыбкой произнес:
- Как здесь хорошо!
Галейн покачал головой:
- Боюсь, никто из людей не согласился бы с тобой,
бесстрашный Томас. Этот лес наводит на них ужас. Им повсюду
мерещатся духи и призраки, они слышат здесь жуткие звуки, от
которых кровь стынет в жилах.
Томас усмехнулся:
- У большинства людей недостает воображения. А у иных оно
развито не в меру. Этот лес полон удивительного покоя и
очарования. Здесь все дышит миром.
Эльфы удивленно вскинули брови. Калин пристально посмотрел
на Томаса и сказал:
- Нам лучше все же не задерживаться здесь, если мы хотим
прибыть в Эльвандар до наступления темноты.
Поздним вечером они оказались возле широкой поляны. Томас
застыл как вкопанный. Глаза его округлились от изумления,
настолько необычным было представшее перед ним зрелище. Вокруг
поляны возвышались исполинские деревья. Они были столь высоки,
что любой столетний дуб в сравнении с ними показался бы
низкорослым карликом. Все кроны деревьев были соединены между
собой веревочными мостиками и причудливыми переплетениями
ветвей, образовывая некое подобие висячего города с улицами,
перекрестками и домами. По городу бродили эльфы, грациозно
раскланиваясь друг с другом. Томас задрал голову, но ему не
удалось разглядеть верхушек гигантских деревьев, казалось,
достигавших темного купола неба. Листва большинства из
окружавших поляну деревьев была темнозеленой, но тут и там
встречались ветки с золотистожелтыми, красными, серебряными и
даже белыми листьями, светившимися в темноте. Этим мягким,
переливчатым светом была залита вся поляна. Томас догадался,
что ночная тьма не властна над Эльвандаром.
Калин положил ладонь ему на плечо:
- Пойдем!
Они вышли на поляну, и Томас обнаружил, что эльфийский
древесный город был гораздо больше, чем ему показалось вначале.
Огромные поляны, аллеи и тропинки виднелись всюду, куда бы он
ни кинул взгляд, и высоко над ними вздымались шатры из
переплетавшихся между собой древесных ветвей. Сердце Томаса
радостно забилось. При виде волшебного Эльвандара он ощутил
прилив такого небывалого счастья, словно после долгих
странствий вновь очутился в родном доме, по которому томилась
его душа.
Они подошли к лестнице, вырубленной в исполинском стволе и
спиралью вздымавшейся вверх. Томас поставил ногу на нижнюю
ступень и улыбнулся. Чувство радости, которым было охвачено все
его существо, становилось все сильнее и искало выхода. Впервые
волшебные превращения, которые происходили с ним, радовали его,
а не пугали, как те устрашающие видения, что проносились перед
его глазами во время сражений.
Томас и эльфы взбирались наверх по широким ступеням. Вскоре
они достигли нижних ветвей древесного города. Здесь бродили
мужчины-эльфы, многие из которых были одеты в зеленые кожаные
куртки воинов, наподобие тех, что носили Калин и его кузены.
Наряды других состояли из камзолов и штанов ярких цветов или
длинных туник. Одеяния женщин отличались красотой и изяществом.
Волосы их мягкими локонами падали на плечи. Некоторые украсили
свои шелковые платья драгоценными камнями, сверкавшими и
переливавшимися в свете волшебных листьев. Все эльфы были
высоки, стройны и удивительно красивы и выглядели совсем юными.
Томас и его спутники оставили лестницу и ступили на большую
толстую ветвь. Калин предупредил Томаса чтобы тот не смотрел
себе под ноги. Он знал, что у людей на такой высоте начиналось
головокружение. Но Томас, стоя на самом краю ветки, отважился
взглянуть вниз.
- Как здесь красиво! - воскликнул он, обернувшись к Калину.
- Эльвандар нравится мне все больше и больше!
Эльфы снова обменялись недоуменными взглядами, и Калин
предложил Томасу продолжить путь.
Вскоре они добрались до перекрестка древесных дорог, и двое
эльфов свернули в сторону, оставив Томаса и Калина одних. Принц
эльфов уверенно шагал вперед, перебираясь с ветки на ветку.
Томас не отставал от него. Он ни разу не оступился и шел по
этому удивительному воздушному пути, не глядя под ноги. Вскоре
они очутились на широкой площадке, образованной сплетением
сотен прочных и тонких веток, наподобие тканого ковра.
Разноцветные листья составили вокруг площадки высокий
светящийся купол. Калин привел Томаса в тронный зал Агларанны.
Королева сидела в центре площадки на высоком деревянном троне.
Вокруг нее расположились придворные. Кроме Томаса, здесь
находился еще один из представителей людского племени. Он был
одет в серый наталезский плащ и отличался таким высоким ростом,
что Томас без труда догадался: перед ним был Длинный Леон, брат
Гримсворта. В свете волшебных листьев смуглая кожа
разведчика-скорохода отливала бронзой. Он закончил разговор с
Агларанной и, почтительно поклонившись, отошел в сторону.
Калин подвел Томаса к трону и представил его своей матери.
При виде юноши в белых с золотом доспехах королева слегка
изменилась в лице, но, быстро овладев собой, милостиво
улыбнулась гостю. Она предложила ему оставаться в Эльвандаре
столько, сколько он пожелает.
Томас едва успел поблагодарить Агларанну за ее радушие, как
к трону сквозь толпу придворных пробрал
ся Долган. Его круглое лицо расплылось в несколько
смущенной улыбке.
- Ох, и рад же я видеть тебя живым и невредимым, паренек! -
воскликнул он. - Не серчай, что мне пришлось бросить тебя!
Понимаешь, у нас просто не было другого выхода. Эльфы обещали
позаботиться о тебе, а мне надо было поскорее представиться ее
величеству да проведать об исходе битвы у Каменной Горы.
- О чем речь. Долган! Мне и в голову бы не пришло поставить
это тебе в вину. Скажи, что нового?
Долган покачал головой:
- Новости плохие, Томас. Мы отрезаны от своих. Боюсь, нам
придется на некоторое время задержаться в Эльвандаре. А у меня,
знаешь ли, просто голова кругом идет от этакой высоты! Я же не
белка какая-нибудь, чтоб скакать по веткам! - и гном обиженно
засопел.
Томас расхохотался, откинув голову. Долган взглянул на него
и ласково улыбнулся, позабыв про свои горести. Ведь Томас
смеялся впервые с тех самых пор, как надел на себя доспехи
дракона.
Глава 16. НАСТУПЛЕНИЕ
Колеса тяжело груженных телег жалобно скрипели. В воздух то
и дело взвивались бичи и опускались на спины усталых волов,
впряженных в повозки, медленно тащившиеся по пыльной улице к
берегу моря. Арута, Лиам и мастер Фэннон ехали верхом впереди
отряда воинов, охранявшего повозки, курсировавшие между замком
и пристанью. Позади, тяжело ступая по дороге, шла толпа
оборванных горожан. Многие из них толкали впереди себя тачки с
домашним скарбом, другие несли на спинах огромные узлы. В
гавани их ожидало несколько кораблей.
У развилки дорог Арута оглянулся и бросил горестный взгляд
на то, что осталось от городских построек. Некогда шумный и
процветавший портовый городок Крайди был сожжен почти до
основания. Из беспорядочного нагромождения изуродованных огнем
развалин слышались удары молотов и визг пил. Эти звуки
разносились далеко окрест в раннем утреннем тумане и
перекрывали даже многоголосый гомон толпы. Мастеровые пытались
починить немногие из уцелевших строений.
Цурани ворвались в город на закате два дня тому назад.
Перебив часовых, не успевших поднять тревогу, они сломали
ворота и промчались по улицам до самого порта. Там они сожгли
три корабля и сильно повредили еще два. Поврежденные суда
отправились в Карс, те же, которые удалось спасти от рук
цурани, переместились вдоль берега и стали к северу от скалы
Гроза моряка.
Вражеские солдаты подожгли почти все портовые сооружения,
но те не слишком сильно пострадали от огня. Гораздо хуже дело
обстояло с большей частью зданий в центре города. Огромный
деревянный дворец Гильдий мастеров, которым так гордились
горожане, оба постоялых двора и больше дюжины домов
ремесленников сгорели до основания. Теперь на их местах
возвышались лишь груды обгорелых бревен и обломков черепицы,
скрывавшие каменные фундаменты. В огне пожара, прежде чем его
удалось потушить, погибла почти половина всех строений Крайди.
Арута наблюдал за происходившим с высокой башни замка.
Зарево гигантского костра отражалось в проплывавших по небу
облаках. Принц в бессильной ярости сжимал кулаки и кусал губы.
Лишь на рассвете он вывел гарнизон из ворот замка. Но цурани
давно уже скрылись в ближайшем лесу.
Даже теперь при воспоминании об этом принц едва не застонал
от досады. Фэннон убедил Лиама не выводить гарнизон за пределы
замковых стен до наступления рассвета. Старый воин опасался,
что цурани завлекут солдат в лес, где могут скрываться гораздо
более значительные силы неприятеля. К тому же он подозревал,
что хитрые пришельцы могли затаиться у стен замка и ворваться в
него, едва лишь отворят ворота. Лиам послушался совета Фэннона.
Арута же был уверен, что смог бы уберечь город от разрушений,
окажись он той ночью на его улицах во главе гарнизона
крайдийцев. Они смогли бы перебить небольшой отряд цурани,
заставший горожан врасплох, и с триумфом вернуться в замок.
Предоставив своему коню двигаться шагом, Арута задумался о
событиях последних дней. Накануне к ним прибыл посланник от
Боуррика. Герцог приказывал Лиаму покинуть Крайди. В последнем
сражении пал его личный адъютант, и теперь герцогу было не
обойтись без помощи старшего сына. Война с цурани длилась уже
третий год. Боуррик все это время был разлучен со своими
детьми. Теперь же он хотел, чтобы хоть один из его сыновей
находился рядом с ним в военном лагере близ Вабона. Вопреки
ожиданиям Аруты, герцог поручил командование замковым
гарнизоном не ему, а старому Фэннону. Арута стиснул зубы и
сурово нахмурился. Он не станет выполнять приказы старика!
Теперь, оставшись без поддержки Лиама, всегда покорно
подчинявшегося ему, мастер клинка вынужден будет прислушиваться
к мнению младшего из принцев! Арута не смог подавить возникшее
в его душе чувство досады и легкой зависти. Он любил брата, но
не мог не признать, что Лиаму недостает твердости, отваги и
уверенности в своих силах. Всем этим в избытке обладал он сам.
Как жаль, что не ему довелось увидеть свет первым!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65