А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

За его
спиной виднелась рукоять длинного двуручного меча.
Другой всадник являлся полной противоположностью первого.
Массивная фигура, с трудом втиснутая в фиолетовую тогу,
казалось, заставляет крепкого коня приседать на задние ноги.
Бугрящиеся мускулы ног и плечевого пояса вызвали среди
Этла-Нитов испуганно-восхищенный шепот. Квадратное лицо с
грубыми чертами имело неестественный для Этла-Нитов красный
цвет. Надменные взгляды, который бросал на дворян Этла-Тиды
этот человек, были полны самодовольством и нескрываемой
угрозой.
Позади трех главных посланников южного соседа шли слуги.
Они несли большой деревянный сундук и вели за поводья шесть
легконогих стройных коней, подобных тем, на которых красовались
всадники.
Соблюдая ритуал, послы на условленном месте спешились. При
этом здоровяк заметно покачнулся и сохранил равновесие, только
оперевшись на плечи услужливо подскочивших слуг.
-- Он же пьян. -- Тихо сказал Трис Никар-Вазаму.
Это поняли все собравшиеся. По двору прошла волна тихого
шелеста:
-- Неслыханно!
-- Небывалое оскорбление.
-- Надо немедленно прекратить прием.
-- Как они посмели!
Никар-Вазам шепнул Трису и Ремину:
-- Я еще ни разу не видел Второго помощника посла
Долор-то-Рона трезвым. Маг-Император тоже знает об этом.
Большой прием не будет остановлен.
Но Триса больше заинтересовал коротышка в малиновом.
Южанин шел необычной вихляющей и расхлябанной походкой, словно
марионетка, дергающаяся в руках нетрезвого кукловода. Его
длинные, почти до колен, руки свободно болтались в такт
движению. Ни грамма жира не было на теле коротышки! Только
кости, мускулы и кожа. Острый проницательный взгляд колючих
глаз из-под низкого лба быстро пробегал по лицам людей.
"Опытный боец, -- профессионально отметил Трис, -- очень
опасный."
Словно прочитав его мысли, Никар-Вазам сказал:
-- Тот, что идет справа -- Первый помощник посла
Греан-Мор. Он считается лучшим фехтовальщиком из всех
Этла-Нитов. Ни в Южной Империи, ни в Этла-Тиде, ни в восточных
странах нет никого, кто по своей воле осмелился бы скрестить с
ним мечи.
И снова торжественно затрубили трубы.
-- Идут Император-Маг Этла-Тиды Тзот-Локи и Маг-Советник,
Верховный жрец Бога-Спасителя Крон-то-Рион.
По лестнице с другой стороны дворцовой площади спускались
высшие правители Этла-Тиды. Дойдя до широкой площадки между
грифонами, они остановились и сели на подставленные слугами
троны из золота и серебра.
Маг-Император Тзот-Локи, действительно, казался очень
старым, гораздо старше своего возраста. Его длинная белая
борода и прямые, до плеч, седые волосы были тщательно расчесаны
и уложены, производя впечатление некоего древнего величия.
Высокий лоб и большой нос с горбинкой говорили о мудрости и
благородстве. Ярко-синие глаза из-под кустистых бровей смотрели
не по годам живо и проницательно. Он был одет в темно-синюю
мантию, которая полностью скрывала его фигуру, оставляя
открытыми только голову и кисти рук. Голову венчала массивная
золотая диадема, обильно усыпанная сияющими на солнце
драгоценными камнями.
Крон-то-Рион, хотя и был ровесником Мага-Императора,
выглядел гораздо моложе. Его черные волосы и бороду,
постриженные в точности как у Тзота-Локи, лишь местами тронула
седина. Темно-карие глаза за несколько мгновений обежали
собравшихся на площади людей, и Трис невольно отвел глаза,
поняв, что Крон-то-Рион использует магические силы, стараясь
почувствовать общее настроение дворян Этла-Тиды. На коричневой
мантии Мага-Советника на золотой цепи висел небольшой каменный
диск с древними письменами. А в руке он сжимал длинный посох из
сучковатого дерева с молочно-белым хрустальным шаром наверху.
-- А где же молодая жена Мага-Императора? -- Спросил Ремин
у Никар-Вазама.
-- Каррил-Томитек-Тилан находится в дальних комнатах
дворца. Крон-то-Рион решил, что встреча с коварными южанами
может быть опасна для нее. Неизвестно, что они могут
предпринять, чтобы избавиться от будущего законного наследника
Этла-Тиды.
Герольд Императора провозгласил:
-- Маг-Император Этла-Тиды рад приветствовать в своем
дворце посольство Южной Империи. Добро пожаловать, Посол Южной
Империи Великий Маг Юнор, Первый помощник посла Греан-Мор и
Второй помощник посла Долор-то-Рон!
Старый Посол Юнор со своим герольдом подошли к нижним
ступеням лестницы:
-- От имени Повелителя Южной Империи Горвана, -- начал
герольд, -- Великий Маг Юнор и его помощники передают
Магу-Императору Этла-Тиды пожелания здравствовать и
властвовать!
-- Маг-Император благодарит Повелителя Горвана и
спрашивает, чем вызвано прибытие в Этла-Тиду столь высокого
посольства?
Все присутствующие на площади напряженно замерли, ожидая
ответ, который решит дальнейшую судьбу государства. И в
наступившей тишине прозвучали слова самого Посла Юнора, на этот
раз не прибегнувшего к помощи глашатая:
-- Повелитель Южной Империи просит руки твоей старшей
дочери, принцессы Лоранон-Локи-Неи. В качестве приданого он
рассчитывает получить права на владение Зеленой долиной. А
после смерти Мага-Императора, да отдалит Бог-Спаситель этот
печальный день, Повелитель Горван возродит под своей мудрой и
сильной властью единое государство Этла-Нитов!
Дворяне Этла-Тиды возмущенно зашумели. Все то, о чем
говорили они последние месяцы, стало жестокой реальностью.
Многие также отметили слова Великого Мага Юнора о "старшей
дочери". Ведь принцесса Лоранон-Локи-Нея была пока единственным
ребенком Тзота-Локи, а до появления на свет дитя от второй жены
оставалось целых три месяца. Неужели послам южан было известно
что-то определенное, или же они вели искусную игру?
А посол тем временем продолжал:
-- В качестве свадебного подарка Повелитель Горван
преподносит своей невесте сундук с нарядами и украшениями для
свадебной церемонии и шесть знаменитых южных скакунов, чтобы
она поторопилась прибыть на встречу к своему будущему супругу.
Крон-то-Рион что-то шепнул своему герольду и тот громко
прокричал, стараясь перекрыть шум толпы:
-- Как скоро ожидает Повелитель Горван услышать ответ
Мага-Императора?
Над площадью вновь повисла тишина.
-- Посольство Южной Империи, -- опять ответил сам Юнор, --
будет ожидать положительного ответа в Этла-Тиде. Но должен
предупредить, что если через три недели мы не вернемся в Лирд
-- Столицу Южной Империи, Повелитель Горван расценит это как
оскорбление его страны и вынужден будет силой добиться
уважения.
Война! Это слово словно зазвенело в гробовой тишине,
царящей на площади. О войне много говорили в последнее время,
но когда она столь четко и явно обозначилась, большинство
дворян Этла-Тиды, не воевавшей почти столетие, оказалось к ней
морально не готово.
И только один голос, наполненный едва скрываемой горечью и
яростью, раздался в тишине:
-- Может быть, Повелитель юга Горван хочет узнать и мое
мнение?
Все взгляды обратились наверх, где на галерее, в окружении
своих прекрасных подруг, стояла принцесса Лорана.
-- У нас на юге. -- Проревел в ответ Второй помощник посла
Долор-то-Рон, грубо оттолкнув слуг, поддерживавших его, --
женщина не имеет права подавать голос, пока ее не спросит
мужчина.
-- Слава Богу-Спасителю и Богине Вестиде, что мы живем не
на юге. -- Насмешливо ответила девушка.
Красное лицо Долор-то-Рона стало совершенно пунцовым:
-- Это не надолго, красотка! Мой господин быстро научит
тебя повиноваться. И я ему в этом охотно помогу.
Дворяне Этла-Тиды онемели от таких неслыханных
оскорблений. Их руки непроизвольно легли на рукояти мечей. Но
всех опередил Трис, громко, так чтобы все на площади могли
слышать, сказавший:
-- Как смеет эта красномордая пьяная свинья оскорблять
благородную принцессу в ее доме?
Долор-то-Рон перевел мутный взгляд с Лораны на строй
дворян.
-- Кто это сказал? -- Грозно промычал он.
-- Я! -- Трис вышел из толпы и встал перед Вторым
помощником. -- И добавлю, что у нас на севере, в отличие от
юга, гости соблюдают приличия. А про таких как ты, говорят:
"Посади свинью за стол, она положит на него ноги".
Смех сотен людей потряс Императорский дворец, снимая
напряжение и вселяя храбрость в сердца колеблющихся.
Насмешку Долор-то-Рон перенести не смог. Он стряхнул со
своего локтя руку Греан-Мора, пытавшегося удержать своего
товарища, и приблизился к Трису.
-- Возьми свои слова обратно, щенок, а не то я вобью их
тебе в глотку вместе с зубами и языком! -- Проревел Второй
помощник, обдав Триса отвратительной волной перегара. Он навис
над молодым человеком, словно вставший на дыбы рассерженный
медведь.
-- Еще на севере про таких говорят: "Молодец -- против
овец, а против молодца -- сам овца". -- Прямо в лицо гиганта
рассмеялся Трис.
Новая волна смеха прокатилась по площади. Долор-то-Рон
сверху вниз посмотрел на насмешника и на удивление спокойно
сказал:
-- Раз ты безоружен, щенок, то и я проучу тебя только
кулаками.
И Второй помощник посла левой рукой нанес Трису
сокрушительный прямой удар в челюсть. Трис с легкостью мог
отклониться или блокировать атаку, но не стал делать ни того,
ни другого. Наоборот, почти не почувствовав боли, он нарочно
покачнулся и сделал шаг назад, словно от сильного потрясения.
Ему было нужно, чтобы все видели, что не он ударил первым, и
тогда его ответные действия будут рассматриваться, как
самозащита.
Долор-то-Рон с довольной ухмылкой двинулся вперед и
попытался ударить своего обидчика еще раз, уже правой. Тогда
Трис левой рукой перехватил кисть противника и, резко подняв
вверх, завернул за спину так, что у того хрустнули суставы.
Одновременно он сделал шаг в сторону, словно обходя противника
слева. Теперь ему открылся незащищенный бок Долор-то-Рона, и
Трис нанес молниеносный удар правой рукой прямо в почку.
Внутри второго помощника посла что-то глухо булькнуло.
Трис разжал захват и Долор-то-Рон рухнул ему под ноги,
позеленев от боли и жадно ловя открытым ртом воздух, словно
выброшенная на берег рыба. Трис нагнулся над поверженным
противником и тихо сказал ему:
-- Боюсь, что теперь Ваш лекарь категорически запретит Вам
употреблять какие-либо спиртные напитки до конца и без того
Вашей недолгой жизни...
И в то же мгновение позади раздался яростный рев. Трис
быстро повернулся и увидел одного из слуг Долор-то-Рона,
бросившегося на него с длинным кинжалом. Нападавший почти не
уступал ни ростом, ни налитыми огромной силой мускулами своему
господину. Говорили также, что этого слугу и его хозяина
связывают чувства несколько более сильные и глубокие, чем
дружба, но Трис об этом тогда не знал, да и думать о чем-либо
было уже некогда. У него оставалось всего несколько мгновений,
чтобы парировать удар кинжалом, и едва ли кому-нибудь из
Этла-Нитов удалось избежать смерти в подобной ситуации.
Но Трис двигался стремительно, словно тень, ускользающая
при включении света. Он выхватил манрикигусари, взмахнул рукой,
и цепочка -- живая серебристая змейка -- плотной рукавицей
обернула его правую ладонь. Кинжал уже почти коснулся груди
Триса, когда защищенная рука перехватила лезвие и вырвала
оружие у ошеломленного противника. Слуга еще продолжал по
инерции двигаться вперед, когда Трис легким движением скользнул
за его спину. Еще один взмах рукой, и цепочка обернулась вокруг
бычьей шеи противника, а удар ногой под колени вывел его из
равновесия. Слуга упал на колени, и его тело наклонилось вперед
на половину прямого угла, однако он не мог упасть, удерживаемый
цепью, врезавшейся в горло.
Несколько мгновений онемевшие от изумления Этла-Ниты
наблюдали необычную картину: огромный слуга Долор-то-Рона
уподобился псу, вставшему на задние лапы и рвущемуся с поводка;
руками он беспомощно хватал воздух, хрипел, наливался пунцовой
краснотой. Наконец, Трис отдернул манрикигусари, и она послушно
свернулась у него в руке, а освобожденный гигант рухнул без
сознания лицом вниз.
-- Лучше не вставай, -- процедил сквозь сжатые зубы Трис.
-- Не вставай...
Тот не встал. И больше никто из посольства Южной Империи
не сдвинулся с места.
Трис огляделся и увидел напряженно застывшие взгляды
потрясенных Этла-Нитов. Никто не мог понять, как молодой
человек среднего роста смог за несколько мгновений одержать
победу над двумя могучими опытными воинами. Из всей толпы Трис
выделил оценивающий взгляд Мага-Советника Крон-то-Риона и
восторженные глаза принцессы Лораны, стоящей у входа в один из
коридоров на втором этаже. Встретив взгляд серых глаз Триса,
принцесса немедленно скрылась, мелькнув в полутьме коридора
своей белоснежной туникой.
В зловещей тишине раздался голос Первого помощника посла
Греан-Мора:
-- Я вызываю тебя на поединок чести, молодой дворянин.
Завтра, на Главной площади, я буду иметь удовольствие снести
тебе голову своим мечом.
-- Взаимно! -- Коротко ответил Трис, все еще глядя наверх.
Вокруг Триса образовалось пустое пространство, словно
вокруг покойника. Крон-то-Рион что-то тихо говорил
Магу-Императору Тзоту-Локи. Выслушав Мага-Советника, тот
согласно кивнул головой. Герольд провозгласил:
-- Завтра утром состоится поединок чести между Первым
помощником посла Южной Империи высокородным Греан-Мором и
дворянином Этла-Тиды благородным Трисмегистом-Аттоном-Тонианом.
По традиции, завещанной предками, соперники будут драться на
дуэльных мечах обнаженными по пояс. Им запрещено пользоваться
магией и каким-либо другим оружием. За соблюдением правил
поединка будут следить Посол Южной Империи Великий Маг Юнор и
Маг-Советник Этла-Тиды, Верховный жрец Бога-Спасителя
Крон-то-Рион.
Посольство Южной Империи гордо удалилось. Слуги унесли
стонущего Долор-то-Рона и увели своего товарища, который все
еще продолжал тяжело дышать и растирать пальцами багрово-синюю
полосу вокруг шеи.
Большой прием продолжался. Глашатаи выкрикивали имена
вельмож, которые поднимались по лестнице к трону
Мага-Императора, чтобы получить благодарность и награду за
хорошую службу, или услышать порицание за нерадивость.
Постепенно вокруг трона собралось около дюжины высших
сановников, с которыми Тзот-Локи обсуждал какие-то важнейшие
вопросы, а Советник Крон-то-Рион тем временем тихо и незаметно
покинул Большой прием.
Старики-дворяне, в основном офицеры, тихо шептались по
углам, обсуждая инцидент, а Трис оказался окружен толпой
восторженной молодежи. Каждый старался сказать ему что-то
одобрительное или дать совет по поводу предстоящего поединка. К
Трису через плотную стену людей безуспешно старались пробиться
Ремин и Никар-Вазам.
Трис улыбался, что-то отвечал, и в то же время искал
глазами принцессу, но никак не находил. Вместо Лораны он увидел
Начальника стражи с дюжиной гвардейцев. Бесцеремонно растолкав
молодых дворян, Начальник стражи встал перед Трисом и объявил:
-- Маг-Советник Этла-Тиды Крон-то-Рион хочет видеть тебя в
своих покоях. Немедленно.
Трис согласно кивнул головой и пошел следом в окружении
гвардейцев, словно ведомый на казнь преступник под конвоем.
* * *
Проведя Триса по длинным коридорам Императорского дворца,
стража доставила его к маленькой узкой дубовой двери, возле
которой стояли четверо часовых. Внутрь вошли только Трис,
Начальник стражи и два гвардейца.
Личные покои Крон-то-Риона поразили Триса тем, что были
одновременно и роскошны и уютны, а это весьма редкое сочетание
во дворцах властителей. Толстый ковер покрывал весь пол, стены
были завешаны дорогой синей муаровой тканью, шитой серебром и
золотом. Вдоль стен стояли массивные золотые канделябры со
светильниками. Горючая смесь в них ярко пылала, не давая запаха
и копоти, и хорошо освещала просторную комнату. Можно было
разглядеть многочисленные папирусные свитки, хранящиеся в
специальных стойках. Посередине комнаты находился широкий и
низкий стол из красного дерева, украшенный золотой
инкрустацией.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51