А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Так, значит, мясо вы скормили собакам? — сказал он, медленно подходя ближе. В его движениях было что-то угрожающее.
Элайзия попятилась.
— Только подойди, и я заору и позову на помощь стражников!
— Ты позовешь на помощь? Это я должен звать на помощь, чтобы меня оградили от пыток, которым ты, несомненно, замышляешь меня подвергнуть!
— Как ты смеешь… — начала Элайзия, но, наткнувшись спиной на стену, поняла, что идти дальше некуда. А он стоял совсем близко — высокий, широкоплечий. Его тело излучало жар, но в глазах она заметила насмешливый огонек.
— Клянусь, я сейчас позову на помощь! — предупредила она.
— Торопитесь, потому что лично мне помощь требуется срочно, — ответил он.
Она не могла бы сказать, кто из них сделал первый шаг. Если она явилась сюда, чтобы помучить его, то и сама мучилась не меньше. Она прикоснулась губами к его губам, и окружающий мир словно взорвался. Все запреты и преграды рухнули, она приподнялась на цыпочки и прижалась к нему. Он обнял ее, плащ упал на пол. Дрожа, он поднял ее на руки, уложил на кровать и сам лег рядом. И прикоснулся рукой к ее щеке.
— — За это не жаль и жизнь отдать! — шепнул он.
— Нет-нет! Не хочу, чтобы из-за меня ты лишился жизни, — пробормотала она.
— Я умру счастливым, — сказал он, снова припадая губами к ее губам.
Они понимали, что страшно рискуют. Внизу Этьен. Кто-нибудь в любую минуту мог войти в комнату.
Дэвид предупредил такую случайность и забаррикадировал дверь, придвинув к ней сундук. Потом вернулся к Элайзии, на ходу сбрасывая с себя одежду. Она почувствовала, что дрожит от предвкушения: ей безумно хотелось поскорее прикоснуться к его горячему мускулистому телу. Это было ужасно, просто ужасно! Мама будет шокирована, отец будет шокирован, а брат, узнав об этом, наверняка оттаскает ее за волосы.
Но ей было все равно…
Она словно завороженная смотрела, как он приближается к ней.
— Тебя заставят дорого заплатить за это, — прошептала она прерывающимся голосом.
— Сейчас меня может остановить только одно, — сказал он, нежно ее обнимая.
— Что?
— Твое слово, Элайзия. Ты хочешь, чтобы я остановился?
Она не нашла подходящих слов, а лишь обняла его и поцеловала.
Глава 20
К тому времени как Брайана заснула, у Аллоры уже созрел план. Покопавшись в сундуке, она извлекла неприметную серую тунику, натянула ее через голову, накинула поверх плащ и крадучись спустилась вниз по лестнице.
В кухне спорили слуги, обсуждая наилучший способ приготовления лопаточной части туши кабана. Аллоре удалось проскользнуть мимо незамеченной. Опустив голову, она торопливо пересекла двор, направляясь к северной башне.
Брет предупреждал ее, что его люди глаз не спустят с ворот. Если бы она попыталась выйти, ее сразу же узнали бы даже в этой одежде. Но добраться до северной башни, возможно, удастся.
А если ее поймают… Ну что ж, она уже начала привыкать к приступам гнева у Брета.
Вопреки ожиданиям ее никто не остановил. Этьен и Гастон, закутанные в плащи, возились с чем-то у колодца и разговаривали между собой.
Она проскользнула внутрь и стала подниматься по лестнице. Добралась до верхней площадки и только было хотела войти в комнату, как замерла на месте, услышав стон. Приглушенный гортанный стон.
Она судорожно глотнула воздух и зажала рукой рот, чтобы не вскрикнуть. Глаза защипало от слез. Так вот почему Этьен и Гастон спокойно занимаются чем-то снаружи, вместо того чтобы стоять на посту! Кто-то находится в комнате Дэвида, и сейчас его подвергают пыткам! «О Дэвид, Дэвид, Я одна во всем виновата!» — прошептала она. Услышав, как хлопнула дверь, Аллора посмотрела вниз. Это вернулся Этьен.
Она решительно повернулась к двери, готовая ворваться в комнату и защитить Дэвида от зверств. Но, навалившись плечом на дверь, обнаружила, что та не поддается.
Стоны прекратились.
— Не пора ли подняться и посмотреть, как там чувствует себя наш пленник, — сказал кому-то Этьен, и Аллора услышала его приближающиеся шаги.
Она молнией бросилась вниз и притаилась в темном уголке на следующей лестничной площадке, выжидая, пока поднимавшийся вверх Этьен пройдет мимо. Прямо к Дэвиду ей не удастся проникнуть. Но она все же может спасти его!
Выбежав во двор, она немного постояла в темноте, переводя дыхание. Она знает, что надо делать.
План был безумный, но это единственный выход: А если подумать, то не такой уж и безумный. Она делала это и раньше, когда ей было лет десять, не больше, и тот дерзкий поступок они совершили вместе с Дэвидом. Но ведь они остались живы. Значит, не такой уж это страшный риск.
Теперь надо сделать все по порядку. Аллора побежала через двор в главную башню, моля Бога, чтобы не наткнуться на Брета в зале.
Его там не было. В зале сидели за столом и тихо беседовали Лилит с сэром Кристианом, а в уголке притулился, опустив голову, отец Джонатан, видимо, размышлявший о смысле жизни.
Сейчас ей не хотелось видеть никого из них. Войдя к себе в комнату, она увидела там Мери, которая аккуратно укладывала в сундучок только что выстиранные вещички Брайаны. Малышка крепко спала.
— Миледи! — испуганно воскликнула Мери.
— «Наверное, вид у меня диковатый, если я так напугала служанку», — подумала Аллора.
— Мери, мне нужна твоя помощь, — сказала она, заметив, что девушка попятилась от нее. — Я прошу лишь, чтобы ты позаботилась о Брайане, если… если со мной что-нибудь случится. Я должна уйти к своему дяде.
— Нет, леди, только не это, Зачем это вам?
Аллора набрала полную грудь воздуха и медленно его выдохнула, стараясь побороть готовые хлынуть из глаз слезы.
— Так нужно, Мери. Брет держит Дэвида в заложниках. Если я уйду к Роберту, он, возможно, захочет вернуть меня в обмен на Дэвида. — Она помедлила. Да, Брет сделает это хотя бы ради того, чтобы она была несчастной. Он на это способен.
Но ей все равно. Дэвид страдает, его пытают. Она должна что-нибудь сделать. Она уже просила его освободить, но ничего не получилось. Остался последний шанс.
— Как вы доберетесь до дядюшки? — спросила Мери.
— Нырну с парапета южной башни. Это единственное место, где…
— Там скалы, миледи. Вы забыли о скалах. Вы разобьетесь насмерть и оставите бедную малышку сироткой…
— Я знаю место, где надо нырять. Разве ты не помнишь? Когда мы были детьми, нам рассказывали, как викинги на спор ныряли со скал. Мы с Дэвидом тоже поспорили однажды. Когда мы вернулись, я впервые в жизни увидела отца в страшном гневе. Даже боялась, что он выдерет меня! Но я знаю, что смогу повторить это, Мери, я должна. Пока не говори никому о том, что я затеяла, а некоторое время спустя найди Брета и расскажи ему обо всем; скажи, чтобы Дэвида больше не пытали, потому что он должен быть в хорошем состоянии, чтобы его можно было обменять.
— Миледи, вы замерзнете…
— Я сразу же найду дядюшку. Дай мне только время дойти до южной башни и собраться с духом. А потом иди к Брету…
Она чмокнула в щеку растерявшуюся Мери и задержалась, глядя на Брайану. Из глаз ее хлынули слезы.
— Я должна освободить его, — прошептала она. — Иначе ты не сможешь меня любить.
Покопавшись в сундуке, Аллора выудила самую легкую тунику: нельзя, чтобы лишний вес тянул ее ко дну, а как только она окажется в ледяной воде, то уже не будет иметь никакого значения, какая на ней одежда — шерстяная или полотняная.
Удар в дверь раздался в тот самый момент, когда они лежали в объятиях друг друга, переполненные новыми волшебными ощущениями. Встревоженная Элайзия вскочила на ноги, испугавшись не столько за себя, сколько за Дэвида.
— Одевайся. Ради Бога, Дэвид, одевайся скорее, — шепотом скомандовала она.
— Элайзия…
— Не будь дураком…
— Я не трус и не боюсь твоего брата.
— Значит, ты и в самом деле дурак. Вставай и одевайся и не смей ни слова говорить ему.
— Я скажу то, что обязан сказать…
— Только посмей! Я буду все отрицать и скажу, что ты это выдумал, проклятый варвар'
Она уже оделась и, чуть не плача, возилась с застежкой плаща.
Как могло ей такое прийти в голову? Нет, это какое-то безумие!
И он должен это понять.
— Я тебя ненавижу! Я никогда не собиралась делать… это! — прошипела она, обводя жестом постель. — Я буду все отрицать!
Резко повернувшись, она бросилась к двери и совсем расстроилась, наткнувшись на придвинутый к двери сундук. Как она ни старалась, ей не удалось сдвинуть его с места.
Натянув на себя одежду, Дэвид подошел к двери, чтобы отодвинуть сундук.
— Какая же ты лгунья, Элайзия! Наверное, мне придется действительно похитить тебя, чтобы доказать это!
Он отодвинул сундук. Она приоткрыла дверь и с опаской выглянула на лестницу. Но того, кто ломился в дверь, уже не было.
Это испугало ее еще больше.
— Похитить меня? — воскликнула она. — Ишь ты! Да кто ты такой? Лаэрд тюремной башни — вот кто ты, Дэвид! Грязь под моими ногами. И таким останешься!
С этими словами она выскользнула на лестницу, тихонько закрыв за собой дверь, чтобы не хлопнула. Переводя дыхание, она минутку постояла, прижавшись спиной к двери, и тут услышала, как кто-то поднимается наверх. Это был Этьен. Наклонив голову, — Элайзия торопливо прошла мимо него, невнятно пожелав спокойной ночи.
Чуть задержавшись, она услышала, как Этьен сказал, обращаясь к Дэвиду:
— Милорд просит вас пожаловать к нему, Дэвид Эдинбургский. Прошу вас следовать за мной.
Элайзия запаниковала. Неужели Брет все знает? «Не будь дурочкой! — сказала она себе. — Откуда Брету знать?»
Она притаилась в темном уголке, чтобы проследить, куда поведут Дэвида. Неужели в главную башню?
Но нет. Следуя за Дэвидом и Этьеном, она дошла вместе с ними до часовни. Они пошли внутрь. Элайзия спряталась в углу под каменной аркой входа и, дрожа, прижалась к стене. Отсюда ей было видно, что происходит внутри. Брет стоял перед алтарем: темноволосая голова опущена, руки сложены за спиной. Этьен пропустил Дэвида вперед и, оставив его перед Бретом, отошел в глубь часовни.
— Сожалею, что мне приходится держать тебя здесь, Дэвид. Я часто бываю не согласен со своей женой, но в одном с ней нельзя не согласиться: после смерти Айона ты здесь, возможно, единственный здравомыслящий человек.
— Я никогда не был сторонником войны ради войны, милорд, — сказал Дэвид, чуть склонив голову.
Элайзия закусила губу. Молодец! Не возражает брату, но и не угодничает перед ним.
— Но ты похитил мою сестру! — напомнил ему Брет. — Нет, милорд. Ее похитил Айон, а мне лишь было поручено заботиться о ней в дороге.
— Утомительное, наверное, задание?
Элайзия возмущенно расправила плечи и чуть было не набросилась с кулаками на Брета. Но благоразумие победило, и она осталась стоять на месте.
— Клянусь вам, я не позволил бы себе причинить ей зло! — горячо заверил его Дэвид.
Она увидела, как ее брат с. серьезным видом кивнул головой.
— Я верю тебе. И верю также, что ты единственный человек, кто может установить мирные отношения между пограничными лаэрдами и мной, избежав ненужных кровопролитий и разрушений. Поэтому я и попросил привести тебя сюда, в часовню. Поклянись, что больше никогда не поднимешь против меня оружие, что признаешь меня как верховного лаэрда этих мест, назначенного самим Айоном, и я тебя освобожу.
Дэвид некоторое время стоял молча. Элайзия и сама не заметила, что задержала дыхание, ожидая его ответа, пока ей стало невмоготу.
Наконец он опустился на одно колено и торжественно произнес:
— Клянусь вам, Брет д’Анлу, граф Уэйкфилд, что я, Дэвид Эдинбургский, признаю в вас верховного правителя и никогда больше не подниму оружия против вас. — Он поднялся с колена и невесело добавил: — Но я не могу обещать за других и не могу дать гарантию, что безрассудные проявления непокорности прекратятся. Вы, видимо, плохо знаете Роберта Кэнедиса, если думаете, что он прислушается к моим словам. Мне кажется, он всю жизнь мечтал стать хозяином Дальнего острова и намерен теперь любой ценой осуществить свою мечту.
— Я благодарен тебе за откровенность, — сказал Брет, — и отпускаю тебя.
Обрадованный Дэвид направился к выходу из часовни. Элайзия уже приготовилась бежать со всех ног, но он вдруг обернулся к Брету:
— Я хочу вам также поклясться в этой часовне, что между мной и Аллорой всегда были самые невинные отношения.
— Я тебе верю.
— Не хочу сказать, что я не любил ее. Любил. И люблю. Мы знали друг друга всю жизнь, и у нас было много общего. Но поверьте, милорд, меня вам нечего опасаться. Никогда.
— Я и не опасался, — спокойно заметил Брет. — Но удовлетвори мое любопытство, скажи, почему ты так горячо оправдываешься?
Дэвид помедлил с ответом.
— Ну что ж, милорд, скажу вам чистую правду: я люблю вашу сестру. Вот теперь я сказал все и с вашего позволения ухожу.
Он снова повернулся к выходу, а Элайзия, потрясенная услышанным, приросла к месту.
Но ей и не удалось бы сейчас убежать, потому что в часовню вся в слезах вбежала Мери, служанка Аллоры.
— Милорд! Она ушла! Миледи ушла!
Теперь на месте замерли все присутствующие: Брет, повернувшись спиной к алтарю, Дэвид почти у выхода из часовни, Этьен у стены и Элайзия в укромном уголке под входной аркой.
— Куда ушла? — заорал Брет. — Ворота по моему приказанию охраняются самыми надежными стражниками!
— Она ушла не через ворота, милорд. Она нырнула! Я умоляла ее не делать этого, но она узнала, что Дэвид Эдинбургский подвергается пыткам, и была уверена, что вы потом выменяете ее у дядюшки на Дэвида.
— Нырнула? — пророкотал Брет. Элайзия увидела, как руки брата сжались в кулаки. — Что за дурацкая затея?
— Наверное, с южной башни, — быстро сказал Дэвид. Брет подозрительно взглянул на него.
— Один раз мы с ней ныряли вместе. Нас за это здорово высекли, — пояснил Дэвид.
— Она погибнет! Она разобьется насмерть…
— Нет, милорд. Она очень замерзнет, но выберется на песчаный берег возле южного леса, — заверил его Дэвид.
Брет направился к выходу. Элайзия, выскочив из-под арки, бегом пересекла двор, прежде чем брат, сердито печатая шаг, вышел из часовни.
— Брет! — окликнула она его, подбегая сзади.
Он остановился и сердито оглянулся.
— Ты что здесь делаешь? Сию же минуту возвращайся в главную башню, Элайзия! Этьен, отведи ее туда, а если вздумает сопротивляться, оглуши и волоки силой. Господи, разве мало человеку забот с одной своевольной особой женского пола! — сердито воскликнул он. — Не путайся под ногами, Элайзия, и не возражай мне сейчас!
Этьен, крепко взяв ее за плечо, повел в главную башню. Брет, а за ним и Дэвид быстро прошли мимо. Она, закусив губу, поглядела им вслед. Зачем Аллора это затеяла? И вдруг она поняла, охнув от страха. Господи, должно быть, это Аллора пыталась открыть дверь. Аллора подумала, что Дэвид…
Элайзия покраснела и без понуканий со стороны Этьена сама заторопилась к себе. Господи, в такой холод… и острые скалы внизу… Элайзия горячо молила Бога, чтобы ее невестка осталась в живых после этой безумной затеи.
Несмотря на звездное небо, ночь казалась очень темной. Временами налетал пронизывающий холодный ветер.
Она, наверное, сошла с ума.
Нет, неправда. Много лет назад они здесь стояли с Дэвидом и, подначивая друг друга, готовились к прыжку. Она тогда прыгнула первой. Все происходило очень быстро. Стоит только решиться, а потом уже не будет времени испугаться.
Тогда стражники на крепостном валу и внимания на них не обратили. Сейчас там тоже стояли стражники: ее люди и люди Брета. Никому из них и в голову не придет, что она решится нырнуть в ледяную воду…
Она сняла теплый плащ и огляделась вокруг. Один из нормандских воинов заметил ее и теперь спускался по деревянному настилу, что-то крича другим стражникам.
Она вгляделась в зловещий мрак внизу. Какую глупость она делает! Нет, она может и должна это сделать, чтобы освободить Дэвида.
Стражники приближались, и у нее оставались считанные секунды.
Под порывом ветра тонкая туника облепила тело. Холод пронизывал до костей, темная бездна внизу пугала. Аллора подняла над головой руки, набрала в легкие воздуха и прыгнула. Сначала было страшное ощущение полета в бездну. Потом вода. Аллора больно ударилась о поверхность и чуть не лишилась чувств от холода. Несколько секунд, показавшихся вечностью, она не могла двинуться, ощущая только невыносимый холод. Почувствовав, что погружается все глубже и глубже, она начала бить руками и ногами, отчаянно пытаясь выбраться на поверхность.
Наконец она, задыхаясь, вынырнула. Страшный холод сковывал ее движения. Она попыталась плыть, но запуталась в собственной тунике, которая угрожала затянуть ее в мрачные глубины. Ей удалось сорвать с себя остатки туники. Набрав в легкие воздух, Аллора поплыла к берегу, надеясь сразу же укрыться в лесу. Ей вспомнилось, что там есть охотничий домик, где, конечно, можно согреться и найдутся одеяла, чтобы прикрыть наготу.
Берег был где-то недалеко. Еще немного, и она доплывет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41