А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Проникнув туда, она обнаружила большое отверстие, на полу полдюжины початков, в которых еще хранились зерна кукурузы.Острой палочкой женщина сделала лунки в земле и в каждую лунку положила по зернышку кукурузы. Мы не знали, насколько стары эти зерна, но надеялись, что они прорастут.То здесь, то там мы находили признаки того, что здесь какое-то время уже жили неизвестные нам люди, жили, а потом ушли.Строительство дома и оборонительных сооружений занимало почти все мое время. Среди упавших деревьев я нашел несколько достаточно прочных, чтобы сделать бревна для стен и для изгороди. Те стволы, которые лежали на земле, конечно, уже сгнили или начинали гнить, но верхние хорошо высохли и стали крепче.Я не жаловался на тяжелую работу, поскольку привык к ней с малых лет. Перетаскивание, перекатывание, переворачивание, установка бревен отнимали у меня скорее не силы, а время. Но мне всегда нравилось строить.Кеокотаа без устали бродил по холмам. Каждый вечер, когда он возвращался, мы беседовали о том, что он видел и где побывал. Порой не спеша я обследовал окрестности сам.Весна незаметно перешла в лето. Луга и склоны холмов уже пестрели цветами — подсолнухи, дельфиниум, прострелы и вездесущие золотые знаменосцы. А стены нашего дома уже поддерживали покатую крышу.Дважды я отправлялся обследовать ущелье. Осторожно выбирал путь, старался не оставлять следов. Это не составляло особого труда, поскольку шел я по камням и скалам. Держался скрытно, старался не пугать зверей и птиц, чтобы не выдать своего присутствия. Никаких следов — ни человека, ни лошади — я не обнаружил.Мы уходили охотиться далеко, и часто я брал с собой Пайзано. Так я назвал своего бизона, которому, вероятно, доставляло удовольствие повсюду сопровождать меня. Он носил тяжести и бродил за мной, как огромный щенок, который становился все больше день ото дня. Он не признавал никого, кроме меня, но позволял Ичакоми себя гладить.Мы собирали корни, листья, дикую клубнику, как только она появилась. Готовясь к будущей зиме, коптили и сушили мясо.Лето было в разгаре, когда я нашел пещеру, вернее, укрытое кустарником отверстие на дне небольшой лощины. Нашел я его случайно. Дикая курочка, подстреленная мной, забилась в кусты, я полез, чтобы забрать добычу, наклонился и увидел под каменистым уступом черную дыру.Подобрав камешек, я бросил его в отверстие. Он пролетел всего несколько футов. Попробовал еще раз — результат тот же. Тогда я попытался нащупать дно луком, держа его в вытянутой руке. Получилось, что глубина пещеры составляет четыре-пять футов.Я развел небольшой костер и соорудил факел. Наклонившись, опустил его внутрь. Передо мной открылось овальное помещение шириной около десяти футов и глубиной двадцать—двадцать пять. В стенах были отверстия — вероятно, проходы. Я спустился в пещеру, взволнованный своим открытием. Но главный сюрприз ждал меня, когда я взял острый камень и провел им по стене. Серовато-белая пыль покрыла мою руку.Селитра!Мне не во что было собрать ее. Выбравшись наружу, я тщательно отметил место, чтобы потом снова найти пещеру. Древесного угля я мог получить сколько угодно. Единственное, чего мне теперь недоставало, чтобы сделать порох, это сера.Несколько раз во время охоты я находил признаки полезных руд, однажды видел нечто, похожее на серебро, а серебру часто сопутствует свинец.Но теперь мне предстояло всерьез заняться поисками серы. Если бы мне только удалось найти ее! Мы бы сделали собственный порох, как на Стреляющем ручье.Взволнованный, я спешил в лагерь, Пайзано шел следом. Кеокотаа ожидал меня, стоя среди камней.— Я нашел следы, — сообщил он.— Индейцы? — встревоженно спросил я.Он сплюнул.— Капата! Он пришел и стоял здесь, за скалой. — Кеокотаа махнул рукой в сторону входа в ущелье. — Стоял долго, наблюдал.Ну что ж, этого следовало ожидать. В конце концов, мы знали, что он придет.— Он скоро вернется, я думаю. Придет за ней и за тобой! Глава 31 К нам подошла Ичакоми.— Я видела его, — сказала она.— Ты видела его?!— Он думал, что хорошо спрятался, но я видела его из вигвама. Он не видел меня, я была внутри. Он не один.Ну, я не предполагал, что он придет один. Итак, нужно готовиться. Период мирного спокойного существования окончился, хотя мы и так все время были настороже.Пока мы ели, я обдумывал сложившееся положение — оно не радовало. Теперь требовалось больше пороха и больше свинца для пуль. А пороха у меня оставалось еще на одну зарядку. Сера стала жизненно необходима.У нас были стрелы, но мы пользовались каждым удобным моментом, чтобы, сидя у костра или стоя на часах, делать новые. Вся наша жизнь зависела от умения наших рук, все, что мы имели, мы либо находили, либо делали сами из подручных материалов. К счастью, я никогда не жил другой жизнью. На Стреляющем Ручье мы пользовались кое-какой утварью с кораблей, но ее не хватало. Почти все необходимое делали своими руками.Мне отчаянно хотелось найти серу, но она не попадалась, несмотря на все мои усилия. Каждый наш поход по окрестностям имел целью не только охоту, но и поиски нужного нам сырья и более подходящего топлива. Разные деревья горят по-разному, и мы искали те, что горели долго, жарко и давали лучший древесный уголь. Для этого больше всего подходят деревья твердых пород, кроме дуба, но они встречаются не часто.Мне не нравилась сложившаяся ситуация. Мы оказались в положении обороняющихся против невидимого противника, а я предпочитал наступление. Но наше жилище и малые силы заставляли нас готовиться к обороне. Кеокотаа, опытный воин, соглашался со мной.— Мне не нравится, — заявил он мне как-то. — Тот, кто нападает, выбирает и время, и место, и способ как напасть.Я был вполне согласен с ним.— Идем! — поднялась Ичакоми. — Будем сражаться. Мы, три женщины, умеем обращаться с луком и копьем.Ох какой соблазнительный вариант! Но я колебался. Нашу крепость не так просто атаковать, запасы воды находились в вигваме. Я не думал, что Капата подожжет наше жилище, ведь он, конечно, не хотел убивать Ичакоми, а надеялся захватить ее и вернуться с ней к начи. И нас было только двое, двое мужчин, а нужна была по меньшей мере дюжина. Единственный наш шанс — разделить противников и уничтожить их по одному, но это нелегко сделать.И тут Ичакоми напомнила мне:— Ты шаман. Ты мастер магии. Начи, которые ушли с Капата, знают это.Да, все индейцы верили в магию, в колдовство! Как и мы, англичане, они очень суеверны, только английские суеверия несколько иного рода. Суеверие могло оказаться грозным оружием. Если я сумею посеять в них сомнение, если я заставлю их поколебаться…Те начи, которые примкнули к Капате, знали, что их Ни'-квана встречался со мной и отнесся ко мне с большим уважением. Я уже получил известность как колдун. Кеокотаа, по крайней мере, не сомневался, что я обладаю сильной магией. Если бы мне удалось использовать мою славу для того, чтобы защитить всех нас!Конечно, я отдавал себе отчет, что такой способ — слабая защита, но я прожил уже достаточно долго и знал, что победа одерживается сначала в мыслях, а потом в реальности. Вероятно, я мог бы показать им символы, несущие идею колдовства. Индейцам даже необязательно знать, что они означают.О своих задумках я помалкивал. Но вечером в одиночестве вышел из вигвама. Стараясь оставаться незамеченным, подобрал черепа четырех оленей, которых мы съели, и развесил на ветвях дерева над тропой, ведущей к нашему жилищу.Четыре оленьих черепа, стерегущих тропу.Я знал, где лежат и другие черепа, и пошел искать их. Вскоре у меня оказалось много черепов, и я развесил их группами по четыре на деревьях, окружавших наш вигвам.Колдовство для индейца означает власть, и всю свою жизнь он ищет правильное колдовство. Он мечтает о сильной магии своих предков, хочет обладать ею и боится, когда ею обладают другие.Индейца мало волнуют материальные блага. Он охотится, собирает растения, так и живет. Единственное, чего он жаждет обрести, — это более сильная магия, большая мудрость и власть, сосредоточенная в нем самом, равная власти духов, окружающих его. Духи могут подвергнуть его опасности, если он не заручится их поддержкой.Капата руководствовался злобой, ненавистью, ревностью и желанием обладать властью над всеми начи. Те, кто примкнул к нему, верили в его сильную магию. Удастся ли мне поколебать их веру в него?Стоило попытаться.В моем небольшом узелке хранился мешочек с магическими предметами, такой же, как и у любого индейца. Но они обычно носили их на шее. Правда, у меня в мешочке лежали не те предметы, которые бережет индеец, а особые магические вещи, в частности, увеличительное стекло. Теперь я вынул его и положил в маленький кармашек у пояса. Я пока не знал, как использую лупу, но она могла оказаться полезной.Теперь следовало тщательно спланировать быт. Мы загодя обеспечили себя мясом, кроме того, женщины собрали много растений по берегам ручьев, на лугах, на склонах гор. Запасы на зиму при необходимости мы могли бы использовать для того, чтобы кормить защитников крепости до тех пор, пока ситуация не разрешится.Капата держался где-то рядом. Вряд ли он будет ждать долго. Он нетерпелив и зол, и теперь, когда нашел нас, ему, несомненно, не терпелось поскорее закончить дело.Вдруг я вспомнил о «ежах», специальных приспособлениях, которые бросали в траву, чтобы задержать всадников. Их делали таким образом, что они всегда лежали острием вверх, и лошадь, наступив на «ежа», или получала травму, или пугалась и отказывалась скакать вперед. В древние времена рыцарей и замков такие приспособления помогли отразить множество нападений. И если бы мне удалось сделать «ежей» и разбросать их в траве вокруг нашего жилища, оставив проходы, известные только нам, мы задержали бы или остановили атаку Капаты и его сообщников, особенно ночную.«Еж» представлял из себя обычный четырехгранник с острием на каждой грани. Осененный своей идеей, я начал вырезать куски дерева с заостренными частями, собирать иглы дикобраза, острые куски когтей — все, что попадалось под руку.Когда женщины увидели, что я делаю, они тоже немедленно принялись за работу и скоро за минуту собирали «ежа». К ночи у нас уже образовалась их целая куча. Ориентируясь на стоявшие вдали деревья, я наметил тропки, которые показал всем, и повсюду в траве на подходах к форту разбросал «ежей».Дикие звери редко появлялись там, где живут люди, по крайней мере в ненаселенной местности, где достаточно пищи, поэтому я не боялся, что о наших «ежей» поранятся звери. Пайзано предпочитал оставаться с нами и уже не выходил за изгородь.Мы работали и разговаривали. Ичакоми задавала бесконечные вопросы о моем народе, о той земле, откуда он пришел. Она полюбила наши песни. Не то чтобы я хорошо пел, вовсе нет. Однако я все же пел ей старые английские, ирландские и шотландские баллады, которые когда-то пел мой отец, или Джереми О'Хара, или кто-то еще из моряков.Прошло два дня. Как-то ночью, прежде чем лечь спать, я взял лук, вышел к изгороди и стоял в темноте, прислушиваясь. Мы поступали так периодически и до появления Капаты, исключительно из-за того, что ночью звуки передаются лучше и легче услышать приближение врагов.Было очень тихо. По звездному небу плыли редкие облака. Глядя на звезды, я старался распознать созвездия, которые показывал нам Саким, но припомнил всего несколько.Сегодня утром прошел короткий ливень, но теперь уже не осталось никаких признаков дождя. Завтрашний день обещал быть ясным. Я выжидал, прислушивался, но не различал ничего. Ночь была такой же спокойной, как и предыдущие.Я уже собрался возвратиться в вигвам, но внезапно остановился. Какой-то звук привлек мое внимание, или мне послышалось? Казалось, сердце остановилось, а слух напрягся до такой степени, что улавливал едва различимые шорохи. Я вытянул из колчана стрелу и, держа ее наготове, всматривался в темноту через отверстие между бревнами изгороди. Я ждал.Легкий шорох в траве повторился. Зверь? Мои глаза не улавливали ни очертаний, ни сгустившейся тени. Но вот я увидел их! К нам приближалось несколько теней. Я наложил стрелу на лук.Определить, на каком расстоянии они находятся, я пока не мог, но, вероятно, враги почти достигли края того участка, по которому мы разбросали своих маленьких «ежей».Позвать Кеокотаа, разбудить остальных? Нет, рано. Пусть спят. Вероятнее всего, здесь они сейчас не нужны. Я поднял лук.Теперь они подошли ближе. Я уже различал их неясные очертания. Внезапно раздался испуганный, сдавленный крик боли. Фигура подпрыгнула, и я выпустил стрелу. Большая темная мишень находилась всего футах в тридцати от меня, и стрела попала в нее. Человек выпрямился. Я видел, как он схватился руками за грудь, вероятно пытаясь выдернуть стрелу.Остальные побежали вперед и попали как раз на участок, усыпанный «ежами». Через минуту, подпрыгивая и ругаясь, они стали отступать. Я выпустил еще одну стрелу, но сомневался, что она попала в цель. Затем все стихло. Только из леса доносились слабые стоны.Я ждал еще около часа, но так ничего и не дождался.Положив стрелу в колчан, походил еще вокруг ограды и наконец вернулся и лег на одеяла. Сегодня они не вернутся. Им встретилось нечто необычное, неожиданное, и надо решить, что делать дальше.Мы начинили траву иглами, и они принесли нам небольшую победу. Завтра мы наделаем еще больше «ежей».Проснулась Ичакоми.— Что случилось? — прошептала она.Я шепотом рассказал и успокоил ее. Вскоре мы уснули.Настало утро, светлое и ясное, и мы вышли, осматриваясь вокруг. Я увидел свою стрелу, лежавшую неподалеку. Первая попала в цель и, вероятно, торчала в теле воина, когда его уносили.Глядя на долину, открывавшуюся с нашего холма, я снова подумал о том, что мы нашли одно из самых красивых мест в горах и что здесь мы останемся. Пусть Капата пытается помешать нам, ему не удастся ни убить меня, ни заставить нас уйти отсюда. Мы останемся, кто бы ни пришел сюда, индейцы или испанцы. Я не хотел вражды. Но здесь мой дом. И я знаю, как его защитить.Давно ли другие люди, такие же, как я, пришли на Запад? На востоке было еще достаточно земли, но всегда находились беспокойные странники, желавшие увидеть, что находится за Великими Равнинами.Наша кукуруза взошла! И если мы сможем уберечь этот первый посев от оленей, у нас будет богатый урожай. Вокруг росла дикая малина и земляника. Попадались и другие ягоды, названий которых мы не знали. Изобилие ягод заставило нас задуматься над приспособлением для их сушки.Осматривая траву, я обнаружил кровь, там, где упал человек, в которого попала моя стрела. Убил я его или только ранил? Я все же предпочитал иметь тяжелораненого противника, и вовсе не из чувства сострадания, а просто потому, что в таком состоянии он становился обузой для своих товарищей.К тем, кто нападал первым, я не имел жалости.Маленькая победа радовала, но не обнадеживала. Капата хитер и бесстрашен. И он, несомненно, вернется.Нам все время приходилось добывать свежее мясо и беречь запасы, предназначенные для зимы. Если бы мы съели их сейчас, то зимой нам пришлось бы голодать.Кроме того, мы ждали и других врагов. Рано или поздно появятся команчи и, разумеется, Гомес.На гребне горы, примерно милей южнее нашего жилья, я набрал серебряной и свинцовой руды. Серебро не имело большого значения. Свинец — вот что волновало меня. Из него можно отлить пули.Сера… Где найти серу? В каких-то вулканических образованиях или в минеральных источниках?Но где они?Кеокотаа вернулся с охоты с тремя дикими курочками. Он нашел только старые отпечатки оленьих копыт и следы мокасин. Их обладатели шли с востока, держась скрытно, шли до те пор, пока не увидели черепа, которые я развесил над тропой. Здесь следы смешались.— Было много разговоров, — объяснил Кеокотаа. — Много следов, много движения. Никому не понравились черепа!Я снова пошел искать серу, а заодно и поохотиться. И ничего не нашел. В окрестностях шаталось слишком много индейцев, они распугали диких животных, которые ушли выше, в горы. Мне тоже следовало податься туда. А вдруг я найду там серу!На следующий день, когда Кеокотаа вышел из форта, в него дважды выстрелили из лука. Одна стрела легко его ранила в плечо, другая воткнулась в землю рядом. Намерения наших противников прояснились. Они решили убивать нас, когда мы будем выходить из крепости, а если мы не будем выходить, то умрем с голоду.— Твоя магия сильная, — заметил Кеокотаа. — Эти воины далеко от дома. Капата не принес им победы. Скоро они уйдут.Что ж, возможно. Но сейчас мы ели пищу, запасенную на зиму. Кроме того, наши противники распугали дичь, звери ушли в горы, а мясо было нам необходимо, чтобы выжить.— Я выйду, — сказал я. — Пойду за Капатой.Мне совсем не хотелось идти. Охотиться и убивать не в моих правилах. Но враги пришли и держали нас в осаде. Я надеялся, что мои магические черепа и «ежи», с которыми им пришлось встретиться, отпугнут их.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32