А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Ламур Луис

Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт


 

Здесь выложена электронная книга Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт автора по имени Ламур Луис. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Ламур Луис - Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт.

Размер архива с книгой Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт равняется 218.18 KB

Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт - Ламур Луис => скачать бесплатную электронную книгу






Луис Ламур: «Джубал Сэкетт»

Луис Ламур
Джубал Сэкетт


Сэкетты – 4



Оригинал:
“JUBAL SACKETT”
Луис Ламур
Джубал Сэкетт
(Сэкетты-4) Глава 1 Ледяной ветер свистел и бесновался на горе Висящей Собаки, а я даже не мог мечтать о таком благе, как маленький костерок. Где-то рядом, выжидая, притаился неведомый враг. Огонь рассекретил бы мое укрытие.Вчера утром, оглянувшись на ходу, я заметил, как испуганный олень большими прыжками пересек луг. Позже, сразу после восхода солнца, позади меня внезапно вспорхнули птицы. Кто-то шел по моим следам.Закутавшись в теплое шерстяное одеяло, я свернулся калачиком возле ствола поваленного дерева за небольшим холмиком, поросшим кустарником. Ветер гулял над моей головой, за его шумом я боялся не услышать, как подкрадывается мой преследователь. Он мог залечь здесь, выжидая, чтобы убить меня.Я, Джубал Сэкетт, находился в одном дне пути от своего дома, расположенного на берегу Охотничьей бухты в предгорьях Нантахалья, близ горы Чанки-Гэл.Все известные мне белые противники остались за морем.А единственными краснокожими врагами были индейцы большого воинственного племени сенека, входившего в состав союза ирокезов. Наши отношения испортились после того, как мы подружились с племенем катоба, которое враждовало с ними. Жили они к северу за рекой Хадсона, и едва кто-нибудь из них забрел бы так далеко от родных вигвамов в одиночку в столь неподходящее время.Однако потенциальным врагом мог оказаться любой незнакомец, поэтому мудр тот путешественник, который всегда настороже.Я старался ничем не выдать своего присутствия, но тот, кто шел за мной, умел хорошо читать следы и, по-видимому, являлся искусным охотником и смелым воином. Такого врага приходилось особенно остерегаться, поскольку мне совсем не хотелось расставаться со скальпом. Ведь моя жизнь только-только начиналась.Что за странная необходимость влекла меня на запад, в эту пустынную дикую страну?Позади осталась семья, дом и все, чем я мог стать; путь вперед преграждали безымянные реки и болота, горы и леса, а дальше за ними простирались прерии, огромные, покрытые травой пространства, о которых мы только слышали, но ничего не знали. То немногое, что до нас доходило, мы почерпнули из рассказов индейцев, которые, если заставляла сильная нужда, приходили сюда охотиться в изобилующие дичью места, но избегали оставаться на этой земле и всегда возвращались домой. Когда дули пронизывающие ветры, индейцы не покидали своих костров и сидели сгрудившись вокруг них, с беспокойством вглядываясь в ночь. Какие тайны они скрывали здесь, чего остерегались, мы не ведали.Почему в крае, изобилующем всякой живностью, лугами, лесами, ручьями, никто не жил? Чьи могильные холмики встречались на склонах гор? Когда и кто построил каменный форт, разрушенный и теперь зарастающий кустарником? Что за ужасное и позорное событие свершилось здесь, если несколько поколений индейцев боятся этой страны?Существовала легенда о белых бородатых людях, которые очень давно пришли и поселились по берегам рек. Всех их истребили. Одни утверждали — чероки, другие — шайены. Но ни то, ни другое не достоверно, ибо основано лишь на воспоминаниях, передававшихся из уст в уста, а каждый рассказчик, как известно, блюдет свой интерес.Ходили подобные слухи и о темнокожих людях, которые якобы внешне не похожи ни на индейцев, ни на африканцев и живут отчужденно в уединенных долинах, руководствуясь странными обычаями. Кроме слухов о них, до нас ничего не доходило, так как их долины расположены слишком далеко от наших. В задачу моей экспедиции не входило разгадывать их тайны. Я искал эту землю.Мой отец, Барнабас, прибыл в эту заокеанскую страну из Англии, где родился. Я был третьим сыном в семье. Мои старшие братья Кин Ринг и Янс поселились среди холмов, а младший, Брайан, и единственная наша сестра Ноэлла вернулись с матерью в Англию, где Брайан посвятил себя изучению права, а сестра рассчитывала получить образование и воспитание в более цивилизованной стране, чем эта. Не думаю, что когда-нибудь снова увижу их или услышу что-нибудь о них, — разве что ветер принесет издалека какую-то весточку.В семье меня прозвали Чужаком; внешне я имел сходство с родными, но и отличался от них заметно. Мы с братьями любили друг друга, однако меня ждал удел одиночки и скитальца. Не случайно я отправился в страну, дорога назад из которой для многих оказалась заказана.Из членов моей семьи лучше всех меня понимал отец, в котором, как и во мне, наряду с большой физической силой и необычайным боевым духом уживались поэтичность и мистицизм.Я никогда не забуду последнего вечера, проведенного вместе с ним. Каждый из нас понимал, что это действительно последний вечер. И Лила, приготовившая нам ужин, тоже знала. Лила — валлийка, жена Джереми Ринга, старого друга моего отца. До отъезда из Англии она была служанкой моей матери.Отец, Лила и я обладаем особым даром. Некоторые называют его внутренним зрением, ясновидением. Так или иначе, но мы, все трое, часто представляем то, что должно произойти. Иногда картина очень четкая, но чаще она является в виде каких-то плавающих проблесков, будто сквозь туман или облака. Этим даром наделены в какой-то степени все члены нашей семьи, но мы — больше других, хотя я не часто пользовался им, мне не хотелось угадывать, что должно случиться.Но как и когда умрет мой отец, я знал, знал об этом и он, когда мы говорили с ним в последний раз. Близость смерти он принимал как саму жизнь и предвидел, что погибнет с оружием в руках, померявшись силой с врагами. Он предпочел такой конец.В ту ночь мы расстались, обменявшись крепким рукопожатием и посмотрев друг другу в глаза, сознавая, что видимся в последний раз.Память о нем я буду хранить всю жизнь. И где бы он ни был, он всегда будет знать, что где-то далеко на западе его сын, его кровь, идет один дикими тропами, чтобы открыть новую страну для тех, кто последует за ним.Меня разбудил слабый стук дождевых капель, и я пошевелился в одеяле, аккуратно свернутом наподобие конверта. Близился рассвет. В укрытии, где я спал, было уютно и сухо, но мою постель отделяло от мокрой земли всего несколько дюймов. Отбросив одеяло, но еще окончательно не проснувшись, я прежде всего убедился, что оружие при мне.Разровняв свое импровизированное ложе, я взял прутик и нарисовал четыре креста. Краснокожие очень любопытны, и для большинства из них 4 — магическое число. Индейцы всегда верили в колдовство, или, как некоторые говорили, в магию. Я рассчитывал на то, что тот, кто преследовал меня, наткнувшись на этот знак, обязательно удивится, а возможно, даже немного встревожится, станет осторожнее.Итак, в предрассветный час я спустился с горы, пересек заросли лавра, небольшой ручей и пошел по краю луга, намереваясь выйти на ту дорогу, которую искал.Почти сто лет назад, поразив мир своей жестокостью, по этому пути прошел Де Сото, оставляя за своей спиной стертые с лица земли поселения. Некоторые старые индейцы сохранили смутные воспоминания о Де Сото, но в ответ на наши расспросы только пожимали плечами. Мы, странствующие по этой земле, знали, что это — не Новый Свет. Термин — лишь образ, сложившийся в умах тех, кто прежде не имел понятия об этой земле.Скоро я вышел на тропу, проложенную бизонами, которых бродило здесь меньше, чем на Великих Равнинах, но зато тут они были крупнее. Надо сказать, что бизоны были лучшими первопроходцами. Давным-давно они обнаружили все солончаки, перевалы в горах и места для водопоя. Нам, пришедшим сюда позже, оставалось только идти их тропами, самыми удобными и надежными.Оказавшись на хорошей тропе, я побежал. Мы, живущие в лесах, как и индейцы, часто перебегаем, а не переходим с места на место, чтобы преодолевать большие расстояния там, где мало лошадей и еще меньше дорог.Мои братья тоже бегали хорошо, но они тяжелее меня и не столь проворны. Несмотря на мою большую физическую силу, я весил на двадцать фунтов меньше, чем Кин Ринг, и на тридцать — чем Янс.Наращивать мускулатуру нам помогала повседневная жизнь. Наши хижины и частоколы вокруг них строились из бревен, которые приходилось рубить в лесу и вручную доставлять оттуда. Бревна, предназначенные для частоколов, ставились вертикально в специально вырытые траншеи. Только пару лет назад нам удалось приобрести лошадей у испанцев с Флориды, которые нарушили свой собственный закон, продав их нам перед отъездом домой, за море.Все хозяйственные работы требовали большой физической силы. Достаточно сказать, что бревна, используемые для строительства хижин, достигали двадцати дюймов в толщину и имели длину до тридцати футов. Рабочему люду известны всякие хитрости и приспособления, позволяющие управляться с тяжестями, но в конечном итоге все сводится к простой мускульной силе. К тому же мы увлекались борьбой, метанием копья, поднятием огромных камней и, соревнуясь друг с другом, развили в себе редкостную силу.Быстрые и подвижные, наши друзья индейцы, будучи отличными бойцами, никогда не достигали таких результатов, чему очень удивлялись. Повседневная жизнь племени не побуждала молодых воинов к поднятию тяжестей. Их мышцы, непривычные к такому напряжению, оставались длиннее и тоньше, чем у нас.Я бежал по лесу легкой трусцой, беззвучно ступая мокасинами по влажным листьям. Добравшись до вершины холма, покрытого густой растительностью, скрылся за стеной деревьев и осмотрелся. Моя видавшая виды одежда из оленьей кожи сливалась с серыми стволами и кустарниками.Дождь ненадолго прекратился, хотя над дальними холмами ураганный ветер раскинул сизую пелену. Никогда прежде мне не доводилось видеть земли столь прекрасной.Я внимательно разглядывал пройденный мною участок пути, который открывался с высоты, где я стоял, и ничего не замечал. Ушел ли я от своего неизвестного преследователя? Конечно нет. На сей счет не могло быть сомнений.Где-то впереди петляла Теннесси. О ее длинной, узкой долине мы слышали. Мой отец возложил на меня задачу найти новую землю, куда, в случае необходимости, семья могла бы перебраться.В Англии отца преследовали по навету, ошибочно полагая, что он обнаружил в заливе Уош пропавшие сокровища короля Джона. Он остановил свой выбор на Америке, не имея никаких субсидий ни от короля, ни от губернатора. Оказав услуги властям Виргинии, он добился того, что они не тревожили нас. Однако в любой момент мог быть назначен новый губернатор, и отец предложил нам искать новую землю, западнее, и иметь план действий на тот случай, если ситуация изменится, чтобы быстро собраться и уйти в места, находившиеся вне досягаемости короля и его приспешников.— Ищи землю, Джубал, найди нам путь на запад, — напутствовал меня отец. — Король не представляет ни размеров этой колонии, ни того, как ее размеры влияют на управление ею. В Старом Свете землей владеет король, он раздает ее своим лордам за то, что они ему служат, а работают на ней крестьяне, принадлежащие лордам. Там за землю держатся все, иначе останешься ни с чем. Здесь хватает земли для всех, и нет нужды одному человеку работать на другого. — Он замолчал и посмотрел мне в глаза. — Помни своих братьев, Джубал, и всех, кто носит нашу фамилию. Даже в дикой, пустынной стране нам нечего бояться, если будем держаться вместе.— Я не забуду.— И обещай мне, Джубал. Пусть, как и ты, помнят о родне твои сыновья и дочери. Я завидую тебе, сын, и очень хотел бы увидеть те земли, куда ты пойдешь. Я мечтаю промокнуть под тамошним дождем, укрыться в тени деревьев, вдохнуть запах тех далеких сосен. — Он помолчал и добавил: — Я тоже пойду на запад, Джубал.— Я знаю.— Пусть щепки лежат там, где они упали.— Пусть будет так.Слишком долго стоял я, глядя на обширную прекрасную землю, открывшуюся мне, думая об отце и о том огромном пути, который он прошел со дня своего рождения в болотистой Англии до своего прибытия сюда в числе первых переселенцев.Пелена дождя посветлела, стала тоньше, а потом совсем исчезла. Луч солнца пробился сквозь просвет в облаках, высветив длинную, похожую на буханку гору. Чилови… Отсюда мне надо взять на север. Я резко повернулся… и это спасло мне жизнь.Брошенное сильной рукой копье вонзилось в дерево, около которого я только что стоял, его древко вибрировало.Грохнувшись на землю, я быстро покатился к поваленному дереву. Укрывшись за ним, стал ждать, держа наготове натянутый лук со стрелой. Глава 2 Занятая позиция оказалась достаточно удобной. Его копье, хорошее, искусно сделанное оружие, торчало у меня перед глазами. Он не захочет его потерять. Что ж, пусть придет, и тогда у меня станет одним врагом меньше.Мой тыл надежно прикрывало гигантское нагромождение корней и земли от упавшего дерева, а рядом валялось множество сосновых шишек, на которые нельзя было наступить не создав шума. Тем не менее я не должен ничего упустить.Индеец довольно долго испытывал мое терпение. Однако и меня жизнь научила не пороть горячки. Мой слух, настроенный на малейший звук, обострился до предела, а тело напряглось, приготовившись к молниеносному движению. Но ничего не происходило, а время тянулось страшно медленно. Низко свисавшие ветки закрывали солнце, а деревья, похожие на темные колонны, расставленные с небольшими просветами между ними, мешали даже острому глазу уловить посторонний предмет среди них.Дрозд перелетел с ветки на ветку, а затем поднялся и полетел вдоль длинного прохода между стволами в том же направлении, в котором двигался я. Где-то зацокала белка. Других звуков я не слышал, а ведь даже мокасины на ходу издают легкий шорох.Разглядывая все вокруг, я не упускал из поля зрения копье. Вдруг до меня донесся слабый шорох. Я резко повернул голову. И в этот момент копье исчезло! Обескураженный, я тихо выругался. Какого дурака свалял! Меня отвлек звук палочки или щепки, которую он бросил. Как ребенка, поймал на приманку!Больше того, теперь он вернул себе копье, видимо, свое любимое оружие. Конечно, индеец очень искусно метнул его, и только чудо спасло мою жизнь. Повезет ли так еще раз?Несомненно, заполучив копье, он переместился — но в каком направлении? Решив убить меня, наверняка ждал теперь где-нибудь в засаде. Мне следовало уходить, иначе противник скоро обнаружит гул. Если уже не обнаружил. Но еще минуту я выжидал.Вдоль ствола огромного упавшего дерева тянулся узкий участок земли, на котором не оказалось ни одной шишки, а ветки начинались где-то на расстоянии тридцати футов от корней.Припав к стволу, я бесшумно двинулся вперед, затем пролез под ним, между свисающими кусками коры и затаился. Кругом — ни звука. Медленно и предельно осторожно начал следующий маневр. Еще одно бесшумное движение — и я уже среди живых деревьев, недосягаемый для копья, если противник и видит меня.Несколько месяцев тому назад я приходил сюда, на Дикий Запад, чтобы исследовать русло Великой реки, о которой мы слышали. Я знал, что тропа, по которой мне предстояло идти, за лесом делает резкий поворот, и шел, стараясь не промахнуться. Несколько часов спустя, добравшись наконец до тропы, я не обнаружил на ней никаких следов. Решив, что опередил его, я снова перешел на бег.Что за человек преследовал меня? Странствующий охотник за скальпами? Индейцы редко ходят в одиночку. На охоту или на войну они обычно отправляются небольшими группами. Однако мой преследователь, без сомнения, сильный воин, уверенный в себе противник, с которым следовало считаться, был один.Я все бежал и бежал, легко и плавно. Несколько раз мельком замечал следы бизонов и оленей. В полдень остановился у маленького ручейка, чтобы напиться. У края воды виднелись следы крупного медведя. Они оказались совсем свежими, оставленными буквально за несколько минут до моего появления.Внимательно оглядевшись, я начертил внутри медвежьего следа четыре маленьких крестика и. войдя в воду, двинулся против течения, бдительно маскируя свой путь. Быстрый поток смывал мои следы, оставленные в его ложе. Затем я сделал сотню шагов по течению ручья, следуя за бревном, с которого слезла вся кора, и взобрался на скалистый уступ, по которому прошел до конца, стараясь не сдвинуть с места ни один листик, ни один камешек. Непроизвольно изменив направление, направился обратно, к моему последнему ночному пристанищу, находившемуся теперь довольно далеко отсюда.Поднявшись в горы, нашел проход между скалами, о котором знал. Через него пролегала тропа, идущая параллельно избранному мною пути. На ней я не обнаружил свежих следов. Я шел и думал, как понравилось бы мое решение отцу, а также Кину Рингу и Янсу, хотя Янс, наверное, предпочел бы подождать преследователя в засаде и покончить с ним.У меня же не было желания убивать того человека, несмотря даже на то, что он пытался расправиться со мной. Если возникнет необходимость, тогда конечно…Приближалась ночь. Пришла пора отдохнуть и перекусить. Я выбрал три древних дуба, стоявших на густо поросшем травой берегу небольшой речки. Один из них сильно наклонился.Развести костер, поджарить на открытом огне мясо, поесть, слушая негромкий плеск волн и потрескивание костра, — и спать! Об этом я мечтал, но не мог себе позволить, так как за мной гнался хитрый и коварный враг, который мог снова меня обнаружить и подкрасться, как сделал совсем недавно.Я не сомневался, что он скоро найдет мою тропу. Многие другие потеряли бы ее, но не он. Тогда у меня появилась идея.Развести огонь — дело одной минуты. Горсть раскрошенной коры, несколько сосновых щепок от старого пенька, которые я прихватил с собой, удар кремнем о сталь, искра — и тоненькие струйки дыма потянулись в небо. Теперь сильно дунуть пару раз — и огонь, вспыхнув, весело затрещал. Правда, не всегда получалось все так просто. Чтобы разжечь костер, надо заранее как следует подготовиться. Огонь — лучший, надежный друг человека, но он же его потенциальный враг…Тот, кто преследовал меня, должен выйти на мой костер. Сейчас его, как любого дикаря, снедало любопытство, и я верил, что он захочет узнать, с кем имеет дело.Туда, куда я направлялся, белые люди не ходили, хотя индейцы рассказывали мне, что очень далеко на западе есть люди, которые говорят на том же языке, что и во Флориде, и носят на головах железные шлемы. Но чтобы попасть туда, надо форсировать Великую реку, которую, как считают некоторые, открыл Де Сото. Однако те, кто разбирается в исторических фактах, знают, что к ее берегам на двадцать лет раньше вышел Альварес де Пинеда. Кто еще видел эту реку? Остается тайной, но те, кто возвращался оттуда, рассказывали о следах многочисленных сражений и жертвах.Мой костер вспыхнул. Небольшое жаркое пламя поднялось чуть выше обычного. Я непроизвольно как бы приглашал своего преследователя подойти. К этому времени он уже знал, что не в моих привычках разводить огромные или очень яркие костры, и я надеялся, что индеец заметит мое приглашение. Если его одолевало любопытство относительно меня, то и мне интересно было узнать, кто он такой и почему странствует в одиночку там, где принято ходить только группами?То, что он пытался убить меня, следовало ожидать. Здесь, в диком краю, любой незнакомец — потенциальный враг. Отодвинувшись в тень высокого дуба, я ждал, положив лук рядом, но пистолет держал на коленях, надеясь, однако, что мой гость поведет себя дружественно, хотя, если ему предназначено судьбой умереть, не стану ему мешать. Жуя кусочек сухой оленины, я прислушивался и вглядывался в темноту. Он возник внезапно на краю светового пятна, отбрасываемого костром, — мужчина моего роста, но более изящного телосложения, индеец, принадлежавший к неизвестному мне племени.Левой рукой я указал ему на место на земле около огня. Он подошел легкой походкой, но прежде чем сесть, повесил над углями кусок задней части оленьей туши.— Мясо! — сказал он.— Хорошо! Садись.Маленьким прутиком я пошевелил угли под мясом и подложил в костер еще несколько сучьев, которые весело затрещали.— Ты идешь далеко?— К Великой реке и дальше.— Я видел эту реку, — гордо заявил он, — и Далекие Земли за рекой.— Ты говоришь на моем языке.— Я много говорил с англичанином. В моей деревне.Англичанин? Так далеко на Западе?— Где твоя деревня?— Далеко. — Он показал рукой на север. — Много дней. — Он посмотрел мне прямо в глаза и с большой гордостью произнес: — Я кикапу Кеокотаа.— Племя воинов, — подтвердил я.— Тебе известно. — Он был польщен.— Все ветры приносят вести о храбрости кикапу. В каждом вигваме воин хотел бы иметь скальп кикапу, если бы только мог его добыть.— Так-так, — самодовольно подтвердил он. — Мы великие воины, путешественники.— А кто этот англичанин? И где он теперь?— Он мертв. Он был храбрый человек и умирал долго.— Ты убил его?— Сенека. Он хотел убить нас обоих.— Но ты убежал?Кеокотаа пожал плечами:— Я здесь.Наш костер почти погас, оставленный без присмотра. Я подбросил в него несколько веток, индеец тоже. Он отрезал кусок оленины.— Мне следовало бы побывать у кикапу, — заметил я. — Ваше племя давно на этой земле.— Мы приходим, мы уходим. — Он посмотрел на меня. — У тебя есть жена?— Мне еще рано. Я должен сначала переплыть много рек.— А моя жена умерла. Она была хорошая женщина. — Он помолчал и добавил: — Самая лучшая.— Сожалею.— Не надо. Она жила хорошо, она умерла хорошо.Мы сидели молча, жуя оленину, которую отрезали от куска.Потом он спросил:— Ты пришел из-за горы?— Да.— Слышал о Барн-а-басе?Пораженный, я уставился на него:— Что ты знаешь о Барнабасе?— Все говорят о Барн-а-басе. Он великий воин. Великий вождь. — Индеец помолчал и добавил: — Он был великим воином.— Был?В тот момент мне показалось, что сердце мое остановилось, а потом снова застучало медленно и тяжело.— Теперь он мертв. В деревнях поют о нем песни.Мой отец… мертв? Он был так силен, так неуязвим! Для него не существовало слишком длинных дорог, слишком бурных рек, слишком высоких гор!— Он умер как подобает воину, убив тех, кто напал на него. Умер и тот, кто шел рядом с ним.— Только один погиб вместе с ним? Молодой?— Такой же, как Барн-а-бас. Старше. — Индеец испытующе посмотрел на меня: — Ты знаешь Барн-а-баса?— Это мой отец.— А!..Наступило долгое молчание. Я вспомнил отца, и горе сдавило мою грудь, сжало горло. Уставившись в землю, я представлял наши редкие споры, резкие слова, которые я произносил. Каким же я был глупцом! Он — лучший из отцов! А легко ли быть отцом сильных сыновей, воспитанных в чужой стране, мужающих, самоутверждающихся, любящих своего отца, но при этом стремящихся освободиться от его влияния, ищущих его недостатки, промахи, для того чтобы легче расстаться с ним. Так заведено со времен сотворения мира.Приходит время, и молодые жаждут обрести самостоятельность.Я знал, что он умрет, и почти наверняка знал, каким образом, но не думал, что это случится так скоро.Сидя в молчании у костра рядом с незнакомым индейцем в качестве единственного компаньона, я думал о Барнабасе Сэкетте, великом повороте в его жизни, когда он пересек океан и обосновался на дикой, неизведанной земле, затем вернулся за нашей матерью.Наша мать… Чувствовала ли она, что отец скоро уйдет из жизни? Она вернулась домой, в Англию, чтобы воспитывать нашу сестру Ноэллу в менее суровых условиях. С ней отправился и Брайан. Мы верили и надеялись, что она приняла мудрое решение.А что же станут теперь делать Кин Ринг и Янс? Кин Ринг, мой сильный, серьезный старший брат, родился на шкуре бизона в самом пекле битвы с индейцами. Старый друг моего отца, Джереми Ринг, стоял над моей матерью, которая рожала, и отражал атаки врагов.А Янс? Дикий, неуправляемый Янс, сильный как медведь, мгновенно приходящий в ярость и также быстро отходящий. Увижу ли я их еще?Где-то в глубине души зловеще прозвучало: нет… я не сомневаюсь, что больше не увижу их, так же, как и мы с отцом ведали, что смерть его близка, потому что в нас текла кровь Нилы, знаменитой прорицательницы.Мои братья нашли свою страну, я — нет. Их страна находилась в горах позади меня, моя — впереди, на западе.Кеокотаа посмотрел на меня сквозь огонь костра:— Ты — сын Барн-а-баса. Я — кикапу. Мы пойдем вместе.Так оно и случилось. Глава 3 Высокие деревья стояли голые и черные, но на их ветвях уже появилась легкая, нежная весенняя зелень. Почки вот-вот готовы были распуститься. Я пошел к реке напиться и спугнул крупного окуня, фунтов на двадцать по крайней мере. Он уплыл, потревоженный моим присутствием. Ниже по течению олень поднял голову от воды, и прозрачные капли упали с его морды. Он равнодушно взглянул на меня и удалился, очевидно ничуть не обеспокоенный нашей встречей.С наступлением утра дым от костра смешался с поднимавшимся от земли туманом, и мы не слышали никаких звуков, кроме слабого потрескивания огня и тихого шипения влажных веток. Какое-то движение в зарослях дикого клевера заставило нас обернуться. Что-то огромное, темное, устрашающее двинулось к нам по луговой траве, медленно проявляясь из тумана.Чудовище остановилось, почуяв запах костра, и уставилось на нас. Теперь и мы разглядели, что перед нами стоит крупный рогатый бизон. Его голову, грудь и загривок покрывала густая шерсть, на которой сверкали капли утренней росы. Вокруг него клубился туман, и он изучал нас маленькими черными глазками, почти скрытыми шерстью.Бизон находился всего ярдах в пятнадцати, за ним виднелись другие.Так и не поняв, что мы из себя представляем, бык опустил голову и стал рыть копытом землю.— Мясо, — указал Кеокотаа, — много мяса.Я достал пистолет, прицелился в точку на груди бизона около его левой передней ноги и нажал на спуск. Пистолет подпрыгнул от выстрела, я положил его на землю рядом с собой и взял второй, но стрелять пока не стал.Огромный бизон продолжал стоять, глядя на нас, потом ноги его медленно подкосились, зверь рухнул на колени, затем опрокинулся и вытянулся на земле.Остальные животные явно не понимали, что произошло. Звук выстрела не встревожил их, поскольку они не имели представления об огнестрельном оружии и могли принять грохот выстрела за раскат грома.Один молодой бычок подошел и понюхал лежавшего вожака. Запах крови ему совсем не понравился. Тогда мы встали и направились к ним. Молодой бычок опустил голову, однако при нашем приближении повернул назад, стадо потянулось через луговину.Взглянув на Кеокотаа, я не заметил на его лице признаков удивления. Слышал ли он раньше выстрелы из огнестрельного оружия, видел ли его? Позже я узнал, что и не видел, и не слышал, но он был кикапу и ничему не удивлялся.Специальными ножами мы начали свежевать тушу, каждый делал это по-своему, но вместе получилось неплохо: шкуру сняли, выбрали лучшие куски мяса. Поправив наш костер и сделав приспособление для сушки мяса, мы нарезали на полоски вырезанные куски и повесили их коптить. Затем растянули шкуру, чтобы оскоблить и высушить ее.Никто в наше время не имел такого прекрасного вооружения, как я. На охоте я обычно использовал большой английский лук, стрельбе из которого нас обучал отец, и, надо сказать, добился неплохих результатов. Кроме того, я носил острый как бритва нож с двенадцатидюймовым лезвием. Но моя истинная сила, которую я намеревался демонстрировать только в случае крайней необходимости, заключалась в двух длинноствольных пистолетах, которые отец добыл на пиратском судне. Очевидно, к пиратам пистолеты попали в качестве трофеев, а делались, скорее всего, на заказ для какого-то важного лорда.Их украшали хорошо пригнанные рукоятки из резного орехового дерева, искусно украшенные резьбой и золотыми фигурками. Стреляющий механизм представлял собой шедевр конструкторской мысли. Как рассказывал отец, его изготовил некий Фернандо, незаконнорожденный сын главы семейства оружейников Коминаццо, проживавшего в Бресции. Когда эта известная семья попала в немилость и ее схватили инквизиторы, Фернандо сбежал во Флоренцию, захватив с собой только свои инструменты.Страстно мечтая найти для себя подходящее место, он тайно трудился над созданием двух пистолетов. Пороховой заряд и пуля размещались в трубчатом магазине в рукоятке. Канал ствола закрывался вращающимся затвором, в котором создатель вырезал две камеры. Чтобы зарядить пистолет, стоило только направить дуло вниз и повернуть рычаг, находившийся на боковой стороне оружия. Таким образом пуля и мерка пороха падали в одну камеру, камера запиралась, происходило воспламенение и производился выстрел.Пистолет позволял сделать двенадцать выстрелов без перезарядки. Фернандо принес законченные и отделанные пистолеты Лоренцони, и тот взял его на работу. Гораздо позже такие образцы стал изготавливать и Лоренцони.Барнабас никогда не пользовался этими пистолетами, так как его смущал слишком сложный механизм. Когда мне разрешили осмотреть оружие, я понял, что смогу надлежащим образом обращаться с ним. Пистолеты были и красивы, и смертоносны, но, путешествуя, я предпочитал беречь боеприпасы и пользовался луком, а их носил в специальных чехлах.Мой отец вырос с луком в руках, который является самым эффективным оружием для охоты на болотную птицу и дичь… Подрастая, мы, мальчики, соревновались в стрельбе из лука по мишеням, часто с неправдоподобно большого расстояния.Пока я не убил бизона, Кеокотаа видел только чехлы, в которых лежали мои пистолеты. О существовании огнестрельного оружия он знал от французов, с которыми встречался в стране, расположенной в долине реки Иллинойс. Мне пришло в голову убедить его, что мое оружие однозарядно.Кеокотаа еще не стал моим другом. Мы оставались просто попутчиками. И в любой момент он мог изменить решение и попытаться убить меня. Правила поведения, которых европейцам полагалось придерживаться в общении друг с другом, — результат развития нашей культуры. Индеец, к какому бы племени он ни принадлежал, выходец из иной среды, в которой отсутствовали подобные нашим этические понятия. Он имел свои собственные представления, и на большинстве индейских языков слова «незнакомец» и «враг» означали одно и то же. Его долго учили, что самый лучший способ поведения — внезапное нападение, и то, что нам могло бы показаться подлейшим предательством, он считал вполне логичным.Мой отец достаточно долго общался с индейцами, но доверял немногим, и немногие доверяли ему. Так складывались их отношения. Чтобы индейцы и европейцы пришли к взаимопониманию, если это вообще возможно, потребовались бы годы. То, в чем белые видели милосердие, индейцы сочли бы слабостью. Если чужак случайно проникал в индейскую деревню, то его не трогали, пока он находился в ее пределах, дабы не нарушить мир в своем жилище.

Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт - Ламур Луис => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт автора Ламур Луис дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Ламур Луис - Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт.
Если после завершения чтения книги Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт вы захотите почитать и другие книги Ламур Луис, тогда зайдите на страницу писателя Ламур Луис - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Ламур Луис, написавшего книгу Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Сэкетты - 4. Джубал Сэкетт; Ламур Луис, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн