А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Если вы принесете мне жемчуг – а я не сомневаюсь, что вы это сделаете, – они должны опускаться вот сюда. – И она пальчиком провела по груди.
С особенным удовольствием она услышала, как лорд Эшдон застонал.
Непонятно, зачем Кэлборну понадобилось бродить в Гайд-парке в такое неподходящее время. Не успела она собраться с мыслями, чтобы поприветствовать приближающегося Кэлборна, как Эшдон схватил ее за руку и тихо произнес:
– А если я достану для вас жемчужное ожерелье, что вы дадите мне взамен?
– Вы сможете увидеть, как я его ношу.
– Так, как я вас в них себе представляю? Обнаженной? Едва ли.
– Да, так далеко, как они будут ниспадать, – пообещала она. Он никогда не сможет позволить себе ожерелье такой длины. Он способен не более чем на жемчужную удавку. А она будет счастлива показать ему свою шею.
– До того места, куда они будут ниспадать, – прошептал он, и его голубые глаза сверкнули кошачьим огнем. – И смогу прикоснуться там, где будет заканчиваться жемчужное ожерелье?
Коварный вопрос. Она не была уверена, что, коснувшись ее шеи, лорд Эшдон не соблазнил бы ее всю без остатка. По сути, она совершенно не сомневалась, что ему удастся именно это и что она обязательно позволит ему сделать это.
– Конечно. – Каролина решила положиться на бедность Эшдона и его невезение в карты.
– У вас острое чутье делового человека, леди Каролина. – Он отступил на шаг с видом джентльмена с безупречными манерами. Лжец. – Я постараюсь придерживаться вашей цены. С величайшим удовольствием. Как мне вас отыскать?
Это было сложно. Он должен продолжать, что ее мать против их встреч, иначе ее ожидает полный провал. Как все же трудно обманывать, приходится так много планировать и запоминать!
– Найдите Анни, миссис Уоррен, а она отыщет меня, – ответила она.
– Миссис Уоррен? Да, это будет весьма уместно, – подтвердил он. Ей это показалось подозрительным, но что еще оставалось?
– Какое общество! – восхитился герцог Кэлборн, присоединяясь к ним. – Какое-то особое событие или мне просто повезло?
– Просто повезло, – слишком резко ответил Эшдон.
– Леди Каролина! Миссис Уоррен! – поклонился Кэлборн. – Какое счастье повстречать таких прелестных барышень во время прогулки.
– Вы гуляете в Гайд-парке?
Эшдон был несколько груб и резок. Каро не могла понять, что с ним случилось, ведь всего мгновение тому назад он был таким милым.
– Да, гулял, – ответил Кэлборн, радостно улыбаясь. – С огромным удовольствием.
Какой он веселый человек, этот Кэлборн! Каро он всегда нравился за это. Жаль, что в его присутствии Эшдон становился таким свирепым, хотя, если честно, свирепость Эшдона казалась ей довольно забавной. Ей всегда хотелось заставить его рассмеяться, или разозлить, или обезуметь от страсти, просто заставить отреагировать и перестать быть таким важным и сдержанным. Ей всегда хотелось быть причиной всего этого. Если она собиралась лгать Эшдону, ей прежде всего следовало быть честной с собой.
– Вы из «Уйтса»? – несколько фамильярно спросил Эшдон.
В самом деле даже для Эшдона было неприлично разговаривать с герцогом в таком тоне.
– Да, в общем, я ненадолго зашел в «Уайтс». Кажется, мы разминулись, – ответил Кэлборн, глядя на Эшдона довольно дружелюбно, не обращая внимания на его грубость.
Иногда, особенно в такие моменты, Каро не хотела выходить замуж за Эшдона. В плохом настроении он был совершенно несносным, а такое случалось довольно часто.
– Да, кажется, так, – произнес Эшдон. – Какое счастье, что вы меня отыскали.
– Да, конечно, – решительно отозвалась Каро. – Он в вашем распоряжении, ваша светлость. Мы с миссис Уоррен должны идти, иначе мама пошлет по нашему следу собак.
– У вас есть собаки, леди Каролина? – сдержанно поинтересовался Эшдон.
– Фигурально выражаясь, лорд Эшдон. Не стоит беспокоиться, что сегодня ваши бриджи пострадают от собачьих зубов.
– Кажется у вас сегодня удачный день, Эшдон, – улыбнулся Кэлборн. – Леди Каролина, миссис Уоррен, день добрый всем вам.
– О, и миссис Уоррен? – поддел Эшдон. Анни повернулась к нему, едва сдерживая смех. – Лорд Даттон попросил меня передать вам его комплименты. Кажется, он собирается навестить вас сегодня позднее.
– Благодарю вас, лорд Эшдон, – сказала Анни. – Очень любезно с вашей стороны передать мне сообщение, которое могло быть доставлено обычным путем.
После этого Анни ушла, утащив за собой Каро, которая была не прочь остаться. Лорд Эшдон и его разговоры про жемчуг ее очень взволновали. Если ему хотелось издеваться над ней и дальше, для этого следует лишь договориться о встрече.
На этой мысли она совершенно выбросила лорда Эшдона из головы на целые две минуты.
– Не можешь не думать о ней, да? – спросил Кэлборн Эшдона, когда они смотрели на женщин, уходящих из парка по Гросвенор Гейт.
Эшдон хотел солгать, но решил, что с Кэлом этого делать не стоит.
– Да, не могу, – ответил он. – Что очень хорошо, потому что моя обязанность – опозорить ее как можно больше и быстрее.
– Идея Уэстлина?
– Чья же еще?
– Ты обычно откровенен, Эш. Должно быть, дела в ужасном состоянии.
– Думаю, это зависит от того, что иметь в виду под словом «ужасный», – ответил Эшдон, не сводя глаз с Каро, пока она не исчезла из виду. – Лично я не знаю, как мне быть с Каролиной Тревелиан.
– Ты влюблен в нее. – Слова прозвучали как утверждение.
– Не будь смешным. Я почти ее не знаю, – резко произнес Эшдон. – Но знаю, что она не такая, как думает отец. Определенно, она не из тех, кого можно опозорить ради спортивного интереса.
– Но это про мать, а не про дочь, верно?
Эшдон кивнул.
– Но леди Дэлби тоже не такая, как я ожидал.
– Полагаю, это обычное мнение о ней, – улыбнулся Кэл. – Я всегда считал ее забавной и немного пугающей.
– В том, что касается ее дочери, она действительно пугает.
– Что ты собираешься делать?
– Опозорить ее, – тихо ответил Эшдон. – Что еще мне остается?
– Существуют более быстрые способы опозорить девушку, чем случайные встречи в Гайд-парке, – заметил Кэл.
– Да, существуют, – согласился Эшдон. – Загвоздка в том, что я должен добиться, чтобы ее падение было полностью ее виной, наследственность должна сказаться. Отец в этом совершенно уверен. Ее желание стать куртизанкой весьма своевременно, естественно.
– Естественно, – повторил Кэлборн. Они прогуливали лошадей по парку. Солнце стояло низко, и начал подниматься ветер. – А жемчужное ожерелье? С твоей помощью он готов доказать ее порочную наследственность?
Эшдон искоса посмотрел на Кэлборна.
– Ты ведь заходил в «Уайтс». Встречал там Даттона?
– Тебе станет легче, если узнаешь, что я с ним поспорил на нее?
– Да, конечно. Сильно полегчает.
Кэлборн улыбнулся.
– Он рассказал мне о ваших планах, но почему ты не обратился ко мне? Ты же знаешь, что я бы не отказал в помощи.
– Неужели, Кэл? – удивился Эшдон, остановившись, чтобы посмотреть на него. – Ты бы помог мне опорочить девушку ради мести?
– Выглядит не очень хорошо, не так ли?
Эшдон покачал головой и сухо проговорил:
– Но я не стал бы делиться с тобой опытом. Не вмешивайся, Кэл. Я сам справлюсь.
– С помощью Даттона.
Эшдон пожал плечами.
– Если он достанет мне жемчужное ожерелье, тогда да.
– И ты не боишься запачкать его?
– Даттона? Не думаю, что его можно замарать. Кроме того, у него своя игра с Анни Уоррен.
– Если он думает, что может играть свои глупые игры со мной, – возмущенно сказала Анни, когда они поспешили домой, – то у него ничего не выйдет.
– Ты имеешь в виду не лорда Эшдона?
– Конечно, нет. Лорда Даттона, – огрызнулась Анни, когда они поднимались по парадной лестнице.
– Лорда Даттона? В какие игры он играет с тобой? – удивилась Каро.
– В те же игры, в которые лорд Эшдон играет с тобой, – доложила Анни, когда лакей открывал им дверь. – Но только я не добровольный участник, и в этом вся разница.
Каро совершенно растерялась.
Во всем она винила лорда Эшдона. Если бы она не тратила так много времени на раздумья о нем, его противных глазах, дьявольских губах, его развратном воображении, она бы могла думать о ком-то еще. Но дела обстояли так, что ей этого не удавалось. Из-за Эшдона она находилась в таком состоянии, что ей стало все равно. Какой он ужасный, что ради него она совсем забывала про Анни и про то, что у нее было с лордом Даттоном, хотя что именно было у Анни с лордом Даттоном, оставалось для нее тайной.
Лорд Даттон в доме Дэлби считался своим, и, конечно, с Анни он тоже был знаком. Когда Анни впервые поселилась у них, Каро почти не сомневалась, что Даттон занимал ее воображение довольно сильно. Но из этого ничего не вышло, и Анни никогда не говорила о своей симпатии к лорду Даттону. Это стало концом чего-то, что так и не началось. И, по ее мнению, это было к лучшему, поскольку лорд Даттон, несмотря на его привлекательность, возможно, в связи именно с этим, казался непорядочным.
Из смятенных раздумий Каро вызволил Фредерикс, объявив:
– Леди Дэлби желает, чтобы вы присоединились к ней за чаем, леди Каролина и миссис Уоррен.
– Прекрасно, – проговорила Каро. – Я промерзла до самых костей.
– Она не одна, – прошептал Фредерикс, открывая перед ними дверь в желтую гостиную.
Конечно же, София была не одна. С ней находились леди Луиза Кирклэнд, ее тетушка и компаньонка, Мэри, леди Джордан, и леди Амелия Кавершем, дочь графа Альфреда и кузина леди Луизы. Все они обернулись на Анни и Каро, вошедших в комнату. Каро никогда прежде не встречалась с леди Амелией, поскольку они вращались в разных социальных кругах, и она не могла вообразить, что именно привело ее к ним сегодня. Однако догадаться было можно. Жемчужные серьги у нее в ушах вдруг показались невероятно тяжелыми, и она едва сдержалась, чтобы не прикрыть уши от стыда.
София представила гостей, Анни и Каро присели на стулья, которые Фредерикс подал им. Шесть женщин уставились друг на друга с молчаливым любопытством. Леди Амелия и леди Луиза были светлокожими, хотя у леди Луизы с ее рыжими кудрями кожа гораздо светлее. У леди Амелии волосы золотисто-белокурые, а небесно-голубые глаза смотрят из-под темных бровей. Она так же прекрасна, как слухи о ней. Мэри, леди Джордан, сестра больной матери Луизы, вышедшая замуж за маркиза Мелверлей, казалась слегка пьяной. Как ни грустно об этом говорить, но в этом не было ничего необычного.
Когда молчание стало неловким, София, естественно, взяла ситуацию в свои руки.
– Как удачно, Каро, что на тебе серьги лорда Эшдона. Не правда ли, они прекрасны, как я и говорила, леди?
К чести Каро, она гордо подняла голову и спокойно взглянула на дам, которые смотрели на нее во все глаза.
– Дорогая, конечно же, мы говорили о них. – София одобрительно улыбнулась Каро. – Кажется, весь город говорит только об этом.
– Как замечательно, – смогла выдавить из себя Каро.
– Да, но теперь, когда сезон едва начался, дела идут не столь быстро, – посетовала София. – О чем же говорить еще, если не о расторгнутых помолвках?
Каро повернулась к матери и уставилась на нее, черпая уверенность в шутливом взгляде ее черных глаз.
– Это верно. О, простите меня, – запинаясь, произнесла леди Амелия. – Я именно это имела в виду, но как замечательно, что вы отказали лорду Эшдону.
Повисло неловкое молчание, и леди Амелия поспешила исправиться:
– О, простите! Как неуместно с моей стороны. Я хотела сказать, что это просто замечательно. То есть если бы лорд Эшдон сделал предложение мне, я бы с радостью его приняла.
Каро решила, что леди Амелия Кавершем – совершенная ведьма, и, если бы Эшдон когда-либо взглянул на нее, она бы стала презирать их обоих.
– Не смешите, леди Амелия, – вмешалась София. – Конечно, это замечательно, я сама так подумала, и, осмелюсь сказать, лорд Эшдон тоже почти такого же мнения. Он, конечно, не ожидал отказа, но у моей дочери есть свои стандарты, которым лорд Эшдон, к сожалению, не соответствует.
Отлично сказано!
– Полагаю, у всех нас есть свои стандарты, леди Дэлби, – пропела леди Луиза. Несмотря на безупречную родословную, она была немного грубовата. – Почти невероятно, что лорд Эшдон не соответствует требованиям леди Каролины.
– Да, – тихо проговорила София, продолжая улыбаться. – У каждого свои вкусы. Наверное, сказывается воспитание, но что тут поделаешь.
При этих словах Анни откашлялась и посмотрела на свои колени. Каро не поняла, пытается Анни сдержать смех или тошноту. В этот напряженный момент Фредерикс открыл дверь и объявил:
– Леди Дэлби, к вам лорд Даттон.
– О, как мило. – София увидела, как зарделись щечки леди Луизы. – Можно ли его уговорить подождать? Я теперь занята.
– Полагаю, он может подождать, леди Дэлби, но он пришел к миссис Уоррен, – доложил Фредерикс, глядя на Анни.
Взгляд, которым леди Луиза и леди Амелия одарили Анни, стоил чистого золота. Все, даже трубочисты, знали, что Луиза Кирклэнд сходила с ума по лорду Даттону и что лорда Даттона не интересовало ничто, кроме собственных удовольствий. Дочь маркиза едва ли могла привлечь его.
Взоры присутствующих обратились к Анни, которая небрежно произнесла:
– Сообщите лорду Даттону, что меня нет дома, Фредерикс.
– Да, миссис Уоррен, – поклонился Фредерикс, с тенью улыбки на губах выходя из комнаты.
Это было совершенно очаровательно. Миссис Уоррен скрывается от лорда Даттона? Как быстро эта сплетня облетит город?
Луиза Кирклэнд чуть было не лопнула.
– Еще чаю, леди Луиза? – спросила София, наклонившись к ней. – У вас такой вид, словно вам хочется чего-нибудь выпить.
– Я в порядке, – сухо ответила Луиза. – Благодарю.
– Боюсь, мы помешали вашей встрече, миссис Уоррен. – Леди Амелия бросала нервные взгляды на свою кузину.
– Нет, нисколько, – ласково произнесла Анни. – Лорд Даттон, если простите мое высказывание, бывает несколько самоуверенным и довольно надоедливым.
– Надоедливым? – прокудахтала леди Амелия.
– Очаровательно надоедливым, – уточнила Анни, улыбаясь и помешивая чай.
Действительно, Каро никогда еще не видела Анни такой безжалостной. Как это было замечательно! В конце концов, Амелия Кавершем никогда прежде не заходила к ним, пока на ее пороге не появился лорд Эшдон, и тогда все узнали, что Луиза Кирклэнд терпела Софию Дэлби только ради того, чтобы повидаться с маркизом Даттоном. Это было совершенно очевидно, и дамы с Аппер-Брук-стрит насладились местью.
– Совершенно уверена, что лорду Даттону не понравится, что его считают надоедливым, – откровенно резко сказала леди Луиза. – Он явно не имеет понятия, что его дружба вам не нравится, миссис Уоррен.
– Мне трудно об этом судить, леди Луиза, – мягко отвечала Анни, пристально глядя на Луизу Кирклэнд. – Поскольку я совершенно прямо сказала ему, что его внимание не приветствуется, хотя я признаю, что не могу отвечать за других женщин в этом доме, это сугубо мое личное мнение.
– Нахожу лорда Даттона несказанно милым, – улыбнулась София. – А вы, леди Луиза?
Луиза прокашлялась и ответила:
– Он производит впечатление приятного человека.
– Мне всегда нравилось его общество, – высказалась леди Амелия.
– Его дядя был итальяшкой, – проворчала Мэри, леди Джордан. – Подозреваю, у него просматриваются характерные черты.
Поскольку все в комнате говорили о качествах лорда Даттона, Каро посчитала необходимым сказать что-нибудь от себя о достоинствах маркиза.
– Мне он всегда казался немного испорченным. – И, когда все посмотрели на нее, добавила: – Хотя это не вредит его обаянию.
– Странно, что вы говорите об испорченности, леди Каролина. – Луиза села как можно более прямо. – Со стороны Эшдона было невероятной щедростью подарить вам эти серьги, не так ли? Особенно после того, как свадьба расстроилась. Он подарил их вам в знак помолвки?
Каро ответила так легко, словно говорила правду, – ситуация не предполагала ничего, кроме сердечной лжи.
– Да.
– Он не потребовал их обратно, когда помолвка не состоялась? – спросила Луиза.
– Наоборот. – Каро продолжала в том же духе. – Он вложил эти серьги в мою руку и поклялся, что всю жизнь будет осыпать меня жемчугом, пока я не изменю своего решения и не приму его предложения. Он был так настойчив!
– Могу поспорить, что он был предельно убедителен. – София слегка улыбнулась.
Каро залилась румянцем, что только усилило впечатление, что Эшдон страстно ухаживал за ней. Хорошо бы так было на самом деле! По существу, он просто торговался за то, чтобы она стала его любовницей. Этот болван не мог понять, что в качестве жены она стоила бы ему гораздо меньше, чем намеревалась вытянуть из него как куртизанка.
Как объяснила мама, это была тактика, и, когда она не видела Эшдона лицом к лицу, все это казалось ей бессмысленным. В его присутствии все планы в ее голове улетучивались, и оставалось только страстное желание броситься к нему в объятия и прижаться к его сильному восхитительному телу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29