А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ах, как бы ей хотелось тоже забыться сном хоть не надолго! Но все напрасно - стоило закрыть глаза, как тут же перед глазами вставал Эштон. Образ его преследовал её дни и ночи напролет, занимая днем все её мысли, а ночью она боялась уснуть, потому что он и во сне не давал ей покоя. А может быть, все это было лишь потому, что она утратила собственные воспоминания. Все, что осталось у неё в памяти, это не события её прошлой жизни, а лишь недолгая череда счастливых дней, когда они с Эштоном любили друг друга. Во всяком случае, сколько она не старалась направить свои мысли в другую сторону, все было напрасно.
На третий день путешествия она совсем пала духом. Ее измотанные нервы отказывались продолжать эту бесконечную борьбу с собственными чувствами. Она намеренно поставила перед собой задачу постараться воспринимать сидящего рядом мужчину в качестве родного отца и все это время старательно отгоняла в сторону неизбежные сомнения, не мог ли он ошибиться. В то же самое время она повторяла вновь и вновь, что она - Ленора. В концов, кому же не знать, кто она на самом деле, как не её родному отцу?! Однако же, брезгливо наблюдая за ним, когда он заплетающимся языком нес всякую чушь, она невольно задавалась вопросом: а можно ли вообще верить этому человеку? Да и помнит ли он сам, кто она такая?!
Только усилием воли она могла заставить себя откликаться на имя Ленора. Но даже это не могло отвлечь её от мучительных сомнений, которые грызли ей душу. Эта внутренняя борьбы скоро окончательно вымотала её. К тому времени, как их экипаж подкатил к огромному особняку на побережье и свернул на извилистую дорожку, ведущую к дому, она была совершенно измотана и телом, и душой.
Роберт Сомертон кое-как выбрался на землю и подал ей руку, чтобы помочь выйти из экипажа. Навстречу уже торопилась служанка. Ленора позволила ему взять её за руку, но при этом отвернулась, избегая его взгляда, и быстрыми шагами направилась к дому. Перед её удивленным взором появился прелестный двухэтажный особняк с широким крыльцом. Тяжелые темно-зеленые шторы прикрывали высокие французские окна* по обе стороны от входа. Пространство между квадратными колоннами занимали деревянные перила, такие же широкие перила были на винтовой лестнице, которая вела к веранде. Дом, хотя и не отличался таким великолепием, как Белль Шен, все-таки был достаточно красив, и при виде его она почувствовала странное облегчение, словно он обещал ей покой и безопасность.
Пока Ленора поднималась по ступенькам, служанка весело улыбнулась ей и присела в глубоком реверансе. Прикинув про себя, она решила, что та на добрый десяток лет старше её, но женщина так суетилась и бегала вокруг нее, будто в её распоряжении был секрет вечной молодости. На лице её сияла приветливая улыбка, в голубых глазах светилась доброта и мягкий юмор.
- Меня зовут Меган, мэм, - объявила она. - Мистер Синклер нанял меня, чтобы присматривать за домом, если вы не возражаете, мэм.
- Мистер Синклер? - Ленора удивленно изогнула тонкую бровь. - А я и не знала, что мистер Синклер был так любезен, чтобы побеспокоиться об этом. Или он заправляет всем домом?
Ее замечание, по-видимому, смутило служанку, но ненадолго.
- Но, мэм, ведь это же ваш дом! Что же странного в том, что ваш супруг позаботился об этом, пока вас не было?
Ленора остановилась на ступеньках, поджидая отца, и бросила на него подозрительный взгляд. Она хорошо помнила его обещание, что в доме не будет никого, кроме них обоих и слуг.
Откашлявшись и прочистив горло, Роберт поспешил успокоить дочь.
- Малькольм пообещал, что ноги его здесь не будет, так что, как видишь, ты зря волнуешься, Ленора.
___________
*Французское окно - застекленная двустворчатая дверь
- Надеюсь, что так оно и есть, - В голосе её не было и намека на дочернюю почтительность, но она всегда ненавидела, когда её против воли втягивали в темные махинации. - Я ведь уже предупреждала - мне нужно время, чтобы хорошенько во всем разобраться, - едва закончив, она вдруг усмехнулась, припомнив, сколько раз за последнее время она повторяла эти слова. Всю долгую дорогу, пока они добирались сюда, отец её без устали пел хвалы молодому человеку, будто нарочно стараясь подготовить её к мысли о неизбежности их будущей супружеской жизни. Но ей до сих пор была противна даже мысль о близости с Малькольмом, ведь её сердце по-прежнему принадлежало одному Эштону. Должно будет пройти немало времени, вдруг со страхом поняла она, прежде чем она обретет свободу.
- Пожалуйте в дом, мэм, - вежливо произнесла служанка. - Вы ведь приехали издалека. Думаю, от усталости у вас все косточки ноют.
Служанка придержала дверь и Ленора вошла в холл. Остановившись на пороге, чтобы дать глазам немного привыкнуть к царившему в дому полумраку. Но стоило ей только оглядеться, как судорогой страха скрутило желудок - у неё не осталось ни малейших сомнений в том, что она когда-то бывала здесь и не раз. Вдоль всего здания шел узкий коридор, лестница начиналась у одной стены, затем делала крутой поворот и заканчивалась у другой на уровне второго этажа. Все здесь говорило о несомненном вкусе - мебели было немного, но вся она была выдержана в спокойных, неярких тонах, которые создавали ощущение простора, до краев наполненного светом и воздухом. Деревянный пол в коридоре и комнатах был устлан разноцветными коврами. Справа от неё была дверь в огромную комнату, сплошь заставленную диванами, креслами и столиками - по-видимому, гостиную. Напротив, через холл, в середине роскошного бледно-розового персидского ковра стояли стол и стулья. Судя по всему, это была столовая.
- Я приготовила вам немного лимонаду и поставила в колодец охлаждаться, - сказала Меган. - Если желаете, я могу подать вам бокал другой попить с дороге. А может, хотите и пару печений?
Ленора улыбнулась.
- Звучит заманчиво.
- Располагайтесь в гостиной, мэм, - предложила служанка. - Я мигом, а вы пока отдыхайте.
Наступило неловкое молчание. Роберт Сомертон робко взглянул на дочь и наконец решился подойти.
- Ну что, дитя мое, нашла здесь что-нибудь знакомое?
Не позаботившись ответить, Ленора вошла в гостиную. Подойдя к французскому окну, она заметила, что из него открывается замечательный вид на море, и невольно залюбовалась. Чувствуя, как отец по-прежнему пристально смотрит ей в спину, ожидая ответа, она распахнула одну створку, позволив свежему соленому ветру ворваться в комнату. В комнате сразу запахло морем.
- Слуги здесь недавно, не так ли? - вдруг как о чем-то само собой разумеющемся сказала она.
Мохнатые, похожие на гусениц, брови Сомертона сдвинулись, глаза внимательно уставились в лицо дочери.
- С чего это ты взяла, дорогая?
- Меган поторопилась сказать, как её зовут, - Она досадливо передернула плечами. - Живи она в этом доме давно, неужели бы она не знала меня?!
- Когда тебя похитили, старых слуг рассчитали. А теперь Малькольму пришлось нанять новых.
Ленора задумчиво посмотрела отцу в глаза.
- И что, ни один из прежних слуг не вернулся? Даже те, кто был привязан к семье?
- Да, то есть, нет... Думаю, все они уже успели устроиться куда-то еще, - Роберт провел тыльной стороной ладони по губам и Ленора заметила, что они мелко-мелко дрожат. Глаза его обежали комнату. Наконец взгляд его упал на сверкающие в буфете бокалы и разноцветные бутылки. Словно мучаясь от нестерпимой жажды, он машинально облизал сухие, спекшиеся губы. Нервно одернув пиджак, он неровными шагами устремился к буфету, как будто его влекла туда неведомая сила. Вскоре он отыскал графинчик с виски и снова повернулся к ней. - Честно говоря, я не очень интересовался подробностями. Сам я совсем недавно вернулся в этот дом, - сделав большой глоток, он продолжал, - После того, как ты...и Лирин...покинули родительское гнездышко, я отправился путешествовать. И только много времени спустя решил навестить вас с Малькольмом, посмотреть, как вы устроились. Какое счастье, что я приехал!
- Счастье? - шепотом переспросила Лирин и с непонимающей улыбкой взглянула на отца. - Это ведь ещё неизвестно, не так ли?
Роберт пристально посмотрел ей в глаза.
- Что ты хочешь сказать?
Не отвечая, Ленора медленно стащила с рук перчатки, сняла шляпку, положила то и другое на стул и неторопливо прошлась по комнате. Она внимательно вглядывалась то в одно, то в другое, надеясь, что какая-нибудь хорошо знакомая вещь вдруг всколыхнет её память. Совершенно так же, как и на мебель, она поглядывала на смущенного отца, словно не веря, что это именно тот человек, которому она была обязана своим появлением на свет.
- Похоже, мне ещё предстоит долго привыкать к Малькольму. Да и ему ко мне. Я уже привыкла считать себя женой Эштона. Для меня было страшным ударом узнать, что мы совершили непоправимую ошибку.
- Что ты имеешь в виду, дитя мое? - Отец замер на месте, как громом пораженный. - Хочешь сказать, что ты...спала с этим человеком?!
Ленора почувствовала, как жаром опалило щеки. Разве можно было рассказать этому совершенно чужому для неё человеку о том счастье, которое она каждую ночь испытывала в объятиях Эштона?! Разве можно позволить, чтобы все то, что было для неё бесценно, потом было запачкано или, того хуже, с похотливой улыбочкой за стаканом виски смаковалось Малькольмом или этим человеком?! Она отдалась Эштону, уверенная в том, что она принадлежит ему. Ни за что на свете она не откроет им ничего такого, что касалось бы их двоих, как бы они не сгорали от любопытства.
- Похоже, я бывала здесь, - задумчиво сказала она, сделав вид, что не расслышала его слов. - Я уверена в этом. Все кажется таким знакомым. Повернувшись к морю, она долго следила, как волны с ленивым шипением набегают на берег. - Мне кажется, я даже помню, как босиком бродила по берегу, а волны так приятно плескались у ног, - Она обвела руками комнату, - Я согласна с тем, что это мой дом...но ... - Подойдя к нему вплотную, она посмотрела на него пронизывающим взглядом, не отдавая отчета в том, что заходящее солнце, пробравшись сквозь оконные стекла, странным образом изменил теплый зеленый оттенок её глаз, сделав их похожими на сверкающие нестерпимым холодным блеском прекрасные изумруды. - Только вот...вас я совершенно не узнаю.
Не в силах оторвать взгляда от этих сияющих глаз, Роберт Сомертон почувствовал, как мурашки побежали у него по спине. Его затрясло и, как он не старался взять себя в руки, все было напрасно. Он подлил себе изрядную порцию виски и залпом осушил стакан. Это немного подбодрило его и, расправив плечи, он возмущенно взглянул на нее.
- Стыдись! Что может быть хуже, когда дочь не узнает родного отца?! Он шмыгнул носом и растерянно потер его ладонью, словно с трудом удерживаясь от слез. - Должен тебе сказать, Ленора, это больно ранит меня!
- Что же делать? Я и Малькольма не помню! - неуверенно пробормотала она, решив, что не стоит обращать внимание на то смутное воспоминание, которое ненароком всплыло в её памяти во время поездки в Новый Орлеан образ светловолосого незнакомца с длинными усами был таким расплывчатым, что под него могло подойти по меньшей мере десяток мужчин.
- Вот это здорово - забыть собственного мужа! - Сомертон повернулся на каблуках и с возмущением уставился на дочь, как будто не в силах поверить, что подобные слова могли слететь с её губ. Сделав ещё один внушительный глоток, он уставился себе под ноги и сокрушенно покачал головой. - Не знаю, право, что это с тобой, бедная моя девочка! Ты выбросила из памяти человека, который тебя только что на руках не носил! Причем без малейшего сожаления...будто он значит для тебя так же мало, как вот тот гребешок на волне, - Осушив стакан, Сомертон глубоко вздохнул, чувствуя, как тепло разливается по всему телу. - И в то же самое время ты открываешь свое сердце подонку, который соблазнил твою родную сестру, а потом отбросил её в сторону, будто ненужную тряпку, когда сделал с ней то, что хотел! Может быть, Эштон Уингейт и не убивал Лирин собственными руками, но даже в этом случае он виновен в её смерти! Если бы он не увез Лирин, она была бы жива! - Сомертон заглянул в её подернутые пеленой слез глаза, будто пытаясь найти хоть какой-то намек на одобрение. - Неужели ты совсем ничего не помнишь? Не помнишь, как мы оплакивали её смерть? И как ты поклялась отомстить ему?!
Совсем подавленная, Ленора покачала головой, упрямо не веря ни единому слову.
- Эштон любил Лирин. Я уверена в этом! И я ни за что не поверю, что он убил её или причастен к её гибели, чтобы вы мне там не говорили!
Роберт Сомертон сделал несколько шагов к дочери и уже протянул руку, чтобы примирительно погладить её по плечу, но Ленора со слабым криком отпрянула в сторону. У него вырвался тяжелый вздох. Сомертон вернулся к буфету, снова доверху наполнил стакан и принялся расхаживать по комнате, потягивая обжигающий напиток и стараясь обрести душевное равновесие.
- Моя милая Ленора, - заявил он с видом заботливого отца, стараясь выбирать слова, которые бы помогли убедить её. - У меня и в мыслях не было оскорбить тебя. Господи, да неужели же я не вижу, что ты пока ещё не в себе! Поверь, единственное, к чему я стремился - это освежить в твоей памяти те факты, которые тебе известны так же хорошо, как мне. По воле злой судьбы ты попала в руки закоренелого мерзавца и я могу понять, как должна себя чувствовать невинная и беспомощна девушка, попав в его сети! Он наверняка сделал попытку обольстить тебя! Но, дорогое мое дитя, - Он лукаво хихикнул, - я не могу допустить, чтобы подобный человек верил в привидения. Уверен, что он ни минуты не сомневался, кто ты на самом деле, - Сделав ещё один глоток, он с победоносным видом взглянул на нее, восхищаясь собственной логикой. - Неужели ты и сейчас не хочешь видеть, как заблуждалась до сих пор?
У Леноры заломило виски, голова раскалывалась от боли. Она была в недоумении. Послушать её отца, так все было так просто. Но она не могла, да и не хотела сомневаться в том, что Эштон любил свою жену. К несчастью, она слишком устала, чтобы спорить с отцом. Сжав до боли руки, так что даже побелели костяшки пальцев, она сложила их на коленях. Ленора медленно покачала головой.
- Замолчи! Не хочу больше слышать об этом! - От гнева голос её пресекся, - С этой самой минуты будь любезен воздержаться от каких бы то ни было оскорблений в адрес Эштона Уингейта, слышишь? Он человек чести, и, чтобы ты там не говорил, настоящий джентльмен!
- Что я слышу? Неужто ты влюбилась в него?! Влюбилась в этого человека?!
Ленора взглянула прямо в глаза отцу, изо всех сил стараясь не разрыдаться.
- Да ...о, да! Я люблю его! - хотелось бы крикнуть ей в лицо всему миру. Но слезы застилали ей глаза и внезапно она в отчаянии поняла, что эти слова не вызовут у отца ничего, кроме грубых насмешек и злобы.
Сомертон лениво и цинично разглядывал опечаленное лицо дочери.
- Советую тебе не особенно распускать язык в присутствии Малькольма, процедил он. - Не думаю, что ему понравится, как его жена признается в нежных чувствах к другому. Как ты думаешь, что за этим последует? - Он закивал, как будто не сомневался, что она поняла его намек. - Вот то-то и оно. Дуэль, вне всякого сомнения.
Вдруг её как будто что-то толкнуло - Ленора вскочила и выбежала из комнаты. С неё довольно!
- Ленора!
Крик отца не остановил её. Щеки её горели, по лицу струились слезы, она с трудом удерживалась от рыданий. Ленора промчалась через холл с такой скоростью, что чуть не сбила с ног удивленную Меган, которая направлялась в гостиную, с трудом удерживая в руках тяжело нагруженный поднос. Ленора вихрем пронеслась мимо служанки, совершенно позабыв о том, что у неё с самого утра не было во рту и маковой росинки, и взлетела по лестнице на второй этаж.
Долгое путешествие вконец измотало её, но этот последний разговор, казалось, просто доконал бедняжку. Не успела она взбежать на самый верх, как слезы потекли рекой. Уже не сдерживая рыданий, Ленора бежала, не разбирая дороги, почти ничего не видя сквозь пелену слез. Повинуясь какому-то неосознанному чувству, а, может быть, просто увидев широко распахнутую дверь, она повернула направо и оказалась в дальней части дома. Ее взгляд дико блуждал по комнате, в которой она оказалась. Но даже сквозь слезы, что застилали ей глаза, Ленора успела разглядеть огромную кровать и поняла, что оказалась в спальне. Окна были распахнуты настежь, и свежий морской воздух наполнял комнату. Так же, как и внизу, в гостиной, здесь, должно быть, было много солнца. Даже сейчас оно заглядывало сюда, и комната в его лучах, казалось, была наполнена розовым светом. Стены, обитые какой-то мягкой светлой тканью, матово поблескивали, и все здесь как будто манило...казалось таким знакомым и близким. Зажав дрожащей ладонью рот, чтобы никто не услышал её рыданий, Ленора медленно прошла через комнату, подошла к высокому окну и, прислонившись к нему, невидящим взглядом уставилась вдаль, где волны прибоя с глухим рокотом разбивались о берег.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56