А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Мне кажется, вы уже можете отпустить меня...
Стараясь не обращать внимания на тянущую боль, которая скрутила чресла, Эштон вел себя по-прежнему галантно: справившись с собой, он осторожно опустил её на кровать, застланную свежими простынями.
- Прошу вас отметить, сударыня, что вы в постели, целая и невредимая, и ни одной новой ссадины. Только мне почему-то кажется, что на вас слишком много всего надето, чтобы вы чувствовали себя удобно. Вы позволите вам помочь?
Она отклонила его предложение, подавив смущенный смешок.
- Нет уж, лучше я подожду Уиллабелл ...
- А почему, позвольте спросить?! Чем вас не устраивают мои заботливые руки? Неужели вы считаете, что репутация жены пострадает, если станет известно, что собственный муж помог ей лечь в постель? - Его губы раздвинулись в широкой ухмылке, и Лирин увидела, как ослепительно сверкнули белоснежные зубы. - Обещаю быть паинькой.
Лирин притворно нахмурилась, показывая, что не верит ему ни на грош.
- Похоже, вы из тех мужей, что более, чем серьезно относятся к своим супружеским обязанностям.
- Еще бы! - фыркнул он. - А как же иначе?
Она расхохоталась.
- Почему-то мне не верится, что с вами я в безопасности...
- Да Бог с вами, сударыня! Неужели вы можете себе представить, чтобы мужчина набросился на собственную жену, будто голодный зверь?
- Если ему невтерпеж, почему бы и нет? - коротко бросила она.
- Похоже, вы меня раскусили, - тут же сознался он, - но разве мне нельзя доверять? Если уж я смог держать себя в узде, когда снимал с вас платье, так неужели же это не лучшее доказательство, что мне всего нужнее вы и ваша любовь?
- Сдаюсь. Вы меня убедили, - Лирин откинулась назад, успев признаться в душе, что уступила достаточно охотно, во всяком случае, более охотно, чем следовало бы. Казалось, она вот-вот отбросит мысль о том, что следует быть осторожной и не позволять эмоциям завладеть собой. Что же такое было в этом мужчине, что заставило её уступить с такой легкостью? Конечно, он красив, более того, дьявольски привлекателен, никто этого и не отрицает. Но кроме этого, была в нем какая-то особая мужественность, которая отчаянно влекла к себе. - Только постарайтесь сдержать слово, сэр. Доверие - это то, без чего брак невозможен.
У Эштона вырвался довольный смешок, и он принялся сражаться с тугими крючками. Через мгновение из груди его вырвался глухой стон - платье сползло с плеч, приоткрыв отвратительный рубец. Он сдвинул вниз тонкую ткань, чтобы хорошенько рассмотреть его и Лирин беспокойно зашевелилась.
- Тише, тише, любовь моя, - серьезно сказал он. - Я только хочу рассмотреть его получше. - Эштон взял лампу и поднес её поближе. При виде багрового рубца, пересекавшего сверху донизу хрупкую спину, внутри у него все закипело. Рана тянулась от левого плеча наискосок, она уже немного поджила и покрылась засохшей коркой, но рваные ранки по краям, где была разорвана кожа, были ещё хорошо заметны. Внезапно Эштон нахмурился, вспомнив толстуху-надзирательницу, которая так жестоко стегала хлыстом бедняг, неосторожно приближавшихся к костру, но по его мнению, рана была нанесена чем-то гораздо более тяжелым, чем ивовый прут. - Почему-то я сомневаюсь, что вы заработали эту рану, просто свалившись с лошади.
Предположение, что кто-то напал на неё ещё до падения с лошади, произвело на Лирин ошеломляющий эффект. Такого она даже вообразить себе не могла, не говоря уже о том, чтобы вспомнить, как это случилось. Она уже повернулась было, чтобы обсудить с ним эту возможность, но испытала новое потрясение, натолкнувшись на пристальный взгляд его горящих глаз, которым он лихорадочно пожирал её. Все мысли мгновенно вылетели у неё из головы. Нежное заботливое выражение исчезло с его лица, черты его окаменели и напоминали маску. Он и не скрывал того безумного желания, что терзало его, словно лютый зверь. Лирин запаниковала. Она видела, как тяжело вздымается его загорелая грудь, покрытая твердыми буграми закаменевших мышц, как от тяжелого дыхания раздуваются ноздри. Все её чувства вдруг проснулись, сердце бешено застучало в груди и рванулось к нему. Его жаркий взгляд заставил кровь быстрее бежать в жилах, и все же она не могла понять, почему при одном взгляде на него она вся дрожит. Казалось, дотронься он до неё и она тут же уступит. В поисках спасения, боясь, что ещё немного - и у неё уже не будет сил сопротивляться той силе, что притягивала её к Эштону, Лирин вскочила на ноги и пробежав по комнате, бросилась под прикрытие ширмы.
Наступило долгое, мучительное молчание. Наконец Эштону удалось в полной мере овладеть собой, и он хрипло спросил.
- Может быть, мне прислать к вам Уиллабелл?
- Нет, благодарю вас. Думаю, что и сама справлюсь.
- Не хотите, чтобы я помог вам расстегнуть платье до конца?
У неё вырвался нервный смешок. Дрожащие пальцы то и дело путались в завязках, дергали крючки, и прошло немало времени, прежде чем она избавилась от нижней юбки и сбросила одежду на пол.
- По-моему, вы настоящий распутник, сэр.
Эштон прошелся по комнате. Его душил смех.
- Это как раз то, что я услышал от вас три года назад.
- Ну, что ж, стало быть, в голове у меня кое-что уцелело. Это радует.
Он встретился с ней взглядом поверх ширмы.
- Вы так же красивы, как и тогда.
- Будьте так добры, передайте мне сорочку и халат. Они в гардеробе, попросила она, стараясь избегать той темы, которая, она ничуть не сомневалась, могла завести их далеко.
Эштон старательно выбрал в груде белья именно то, что наиболее выгодно подчеркивало изящество её форм, и повесил рубашку на край ширмы. Ожидая, пока она переоденется, он с удовольствием скинул двубортный пиджак, расстегнул несколько пуговок на жилете и воротничок у рубашки. Развязав широкий галстук, он отбросил его в сторону. Заметив, что Лирин покинула свое убежище, он окинул её голодным взглядом, отметив и мягко округленные ягодицы, и стройные бедра. Он двинулся за ней, забыв обо всем, помня только, что эта женщина принадлежит ему и чувствуя охотничий азарт, словно дикий кот, яростно преследующий свою самку. Лирин беспокойно подобралась, какой-то инстинкт подсказал ей, что он рядом. Она почувствовала его руку на своем плече и окаменела. Жаркая волна желания омыла её с ног до головы, она успела заметить его горящий взгляд и подумала, что ещё немного - и сердце у неё разорвется. Кровь забурлила. Приблизив свое лицо, он испытующе взглянул ей в глаза. Когда он накрыл её губы своими, в её темно-зеленых глазах на мгновение вспыхнула неуверенность, но через мгновение тяжелые веки бессильно опустились и Лирин молча подставила ему губы для поцелуя. Он был нежным и сладким, мягким и неуверенным, его губы слегка приоткрыли её рот, словно пробуя её на вкус. Между ними пробежала искра, и огонь страсти вспыхнул мгновенно, будто в охапку сухой соломы кинули зажженную спичку. Его жадные, требовательные ласки пробудили в ней древний, как мир, инстинкт женщины. Лирин и не подозревала, что желание может быть таким - острым, жгучим, дурманящим голову, сводящим с ума... Его руки скользнули вниз, ладони крепко сжали её маленькие, упругие ягодицы, в то время, как он покрывал жгучими поцелуями все её тело. Лирин слабо застонала и, вытянувшись на носках, прильнула к нему всем телом.
Резкий стук в дверь заставил их вернуться к действительности. Хрипло выругавшись сквозь зубы, Эштон заставил себя оторваться от жены и бросил недовольный взгляд на дверь. Поначалу он решил не обращать внимания, рассчитывая на то, что докучливый посетитель уйдет, но в дверь постучали снова. На этот раз громко и требовательно. Эштон со стоном отодвинулся от Лирин и направился к окну. Отодвинув задвижку, он резко распахнул обе створки, высунувшись наружу, надеясь, что холодный, ночной ветерок охладит его пылающую голову прежде, чем он сойдет с ума от бешенства и неутоленного желания.
Лирин тоже потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Когда она откликнулась, голос её ещё немного дрожал.
- Да? Кто там?
Из-за запертой двери до неё донесся - увы! - слишком хорошо знакомый голос.
- Марелда Руссе. Можно войти?
Взбешенный Эштон взъерошил и без того растрепанные волосы, и хрипло пробормотал.
- Когда-нибудь я сверну ей шею!
- Одну минуту, Марелда, - Лирин подошла к двери и, дождавшись, когда Эштон кивнул, повернула ключ.
- Прошу прощения, я, кажется, забыла у вас книгу на той неделе, торопливо пробормотала Марелда, ворвавшись в комнату. - А мне так хотелось почитать на сон грядущий. Стоит мне только взять книжку, и глаза просто закрываются. - Ее настороженный взгляд быстро обежал комнату, быстро обнаружив того, ради кого она, собственно, и явилась сюда, - О, Эштон! - с самым невинным видом удивилась она, несмотря на терзавшие её подозрения. Марелда заметила и их смущения, и растерзанную одежду, и глаза её сузились от гнева, хотя на губах по-прежнему играла улыбка. - Прошу прощения, мне так неудобно, что я... побеспокоила вас, дорогой.
Брови у Эштона сдвинулись, и он хмуро взглянул на нее, ничуть не стараясь скрыть раздражения.
- Я быстро, - сказала Марелда, хорошо понимая, что он злится. По-моему, я оставила книгу где-то на стуле. - Обежав взглядом комнату, она заметила хорошо знакомый томик, который видела ещё во время своего первого визита к Лирин. Хоть она и была доведена до отчаяния настолько, чтобы на скорую руку придумать первый попавшийся предлог пробраться в спальню Лирин и помешать им, ей с трудом удалось сдержаться, когда выяснилось, что Эштон и в самом деле там.
- Ах да, Эштон ... - Марелда обернулась, - Мне показалось, что в конюшне какая-то подозрительная возня. Это было как раз перед тем, как я поднялась сюда. Неужели что-то случилось с лошадьми? Может, стоит кого-то послать проверить? Или ты сам сходишь?
- Я сам проверю, в чем там дело, - прорычал Эштон, терпение которого почти истощилось.
- Я могу побыть с Лирин, пока тебя не будет, - предложила Марелда, обезоруживающе улыбнувшись.
Они оба вздрогнули, когда в комнате неожиданно прозвучал иронический голос Лирин.
- Спасибо, Марелда, не стоит.
- Ну что ж, тогда доброй ночи. И приятных сновидений, - промурлыкала Марелда, выскользнув из спальни.
Стиснув зубы, чтобы не дать вырваться клокотавшему в нем гневу, Эштон сорвал со стула пиджак и накинул его на плечи.
- Эта ведьма все выдумала!
Лирин молча согласилась с этим. Но взглянув ему в глаза, благоразумно решила перевести разговор на другую тему. Он и так готов был взорваться в любую минуту.
- Надеюсь, с лошадьми все в порядке.
- Скорее всего, это просто очередная выдумка Марелды, - пробурчал в ответ Эштон. Он вновь привлек Лирин к себе, и его потемневшие от гнева глаза немного смягчились. - Это пытка - уйти от тебя сейчас.
- Пока нет, но вот если вы останетесь, это будет пыткой для нас обоих, - прошептала она в ответ чуть слышно. - Я ещё не готова принять это. Идите, - подтолкнула она его. - Вам надо посмотреть, что там с лошадьми. А мне нужно время, чтобы спокойно все обдумать.
Раздался короткий стук в дверь. Эштон невольно нахмурился, оторвался от проверки счетов и с неудовольствием посмотрел на дверь. Почти в то же самое время за его спиной старые настенные часы хрипло пробили одиннадцать. Эштон потянулся и зашагал по кабинету, стараясь справиться с раздражением, которое накапливалось в нем постепенно, капля за каплей, и вот-вот готово было выплеснуться через край. После того, как его заставили попусту прогуляться до конюшен и обратно, он готов был побиться об заклад, что за дверью его поджидает какая-то новая неприятность. Но то, что он увидел, распахнув дверь, превзошло все его самые смелые предположения. На пороге стояла Марелда, бесстыдно нацепив на себя тончайший, почти прозрачный пеньюар, который скорее обнажал, чем прикрывал соблазнительное тело. Это было нечто воздушное, вроде тончайшей паутины. Темные, роскошные волосы разметались по плечам, как хвост кометы, и стоило ей войти, как Эштон сморщился от сладкого, приторного запаха её духов, которой мгновенно заполнил комнату. Соблазнительно улыбаясь, она закрыла за собой дверь и прижалась к ней спиной, выставив напоказ маленькие груди. Крохотные пуговки сосков кокетливо напряглись, натянув тонкую ткань. В глазах её Эштон прочел, что достаточно лишь сделать - и плод сам упадет к нему в руки. Взгляд её звал и манил, но видя, что он даже не шелохнулся, Марелда двинулась к нему - неторопливо, слегка покачивая бедрами, с таким решительным видом, что Эштон счел за благо отступить, чтобы избежать неизбежного соприкосновения.
Темные брови Эштона сурово сдвинулись. Он бросил на неё неодобрительный взгляд.
- По-моему, ты совершаешь ошибку, Марелда.
- Нет, Эштон, - Влажные, алые губы раздвинулись в самой соблазнительной улыбке. Марелда подняла руки к плечам, и тончайший пеньюар бесшумно соскользнул с её плеч и лег возле ног. - Послушай, я уже устала охотиться за тобой. Сначала ты бегал за всеми женщинами по очереди. Теперь у меня на дороге стоит твоя жена. Мне это безумно надоело, поэтому я и пришла к тебе сама, чтобы предложить свою любовь. Теперь я открыто хочу сказать тебе об этом, чтобы ничто больше не стояло между нами. Ни одна другая женщина не будет с такой радостью выполнять все твои желания, любые, даже самые неожиданные...потому что я знаю тебя гораздо лучше, чем все эти незнакомки, за которыми ты бегаешь. Это все пройдет - твои мимолетные увлечения, все, все...а я останусь. Когда-нибудь ты безумно устанешь от них, только я всегда буду рядом, я и моя любовь к тебе.
Он покачал головой, не веря своим ушам. Вот это настойчивость! Ай да Марелда! Он бы ещё мог понять её неугомонное желание заполучить его в мужья, если бы он когда-то ухаживал за ней, уверяя её в страстной любви.
- Марелда ... мне очень жаль. Я...я не тот человек, что вам нужен, и даже если бы это было так, все равно я вынужден был бы ответить вам отказом.
Не желая так легко отказаться от своего замысла, когда желанная добыча была так близко, Марелда вкрадчиво промурлыкала, стараясь заглянуть ему в глаза.
- Ты ведь свободен, Эштон! Я сама пришла к тебе, чтобы сказать возьми меня, я так хочу! Ты и сам знаешь, что любишь меня. Так зачем же отрицать это?
Эштон изумленно взглянул на нее, подобный ход рассуждений находился за пределами его понимания. Он с трудом перевел дыхание и как можно мягче сказал, выдавив из себя кривую улыбку.
- Вы ошиблись, Марелда. Мне очень жаль, но вы и в самом деле ошиблись. Поймите же наконец, что я безумно влюблен в свою жену, - Улыбка его исчезла и он намеренно отчеканил, глядя ей прямо в глаза, - Я люблю Лирин.
Его слова наконец дошли до её сознания и Эштон поразился вмиг произошедшей в ней перемене. Соблазнительная улыбка превратилась в хищный оскал. В темных глазах загорелся опасный огонь. Какое-то странное шипение вырвалось из горла Марелды. Она двинулась к нему, словно собираясь вцепиться ему в глаза скрюченными, похожими на когти, пальцами.
- Тише, Марелда. Успокойтесь! - резко приказал он. Схватив её за руки, Эштон попытался было успокоить взбешенную девушку, но та отбивалась, будто дикая кошка. - Успокойтесь, говорю! Вам же хуже будет!
Хриплый крик вырвался из груди Марелды. Вырвавшись из его рук, она подхватила с пола пеньюар, просунула руки в рукава и туго затянула пояс. На побелевшем от ярости и пережитого унижения лице багровели пятна румян, а ярко-алые губы делали её похожей на уличную девку. Быстрым, резким движением откинув с лица растрепавшиеся волосы, она яростно бросила Эштону в лицо все, что она о нем думает, не особенно заботясь о приличиях. Брови Эштона удивленно ползли вверх по мере того, как он узнавал все больше и больше подробностей о некоторых аспектах своего появления на свет, о воспитании, данном ему родителями и, наконец, о всех близких и далеких родственниках. Марелда постаралась ничего не упустить и не забыть ни единой детали, пока не добралась до событий последнего времени.
- Ты проклятый бродяга, речной пират! Сначала вводишь бедную девушку в соблазн, щеголяя в обтягивающих бриджах и расстегнутых до пупка рубахах, а когда она, готовая пожертвовать ради него всем - женским достоинством, невинностью, честью, приходит к тебе, чтобы отдать свое нежное сердце в твои руки, ты отбрасываешь её словно огрызок яблока! А потом уходишь, будто ничего и не было, а мне что прикажешь делать?! У кого искать утешения - у другого?! - Уже взявшись за ручку двери, Марелда повернулась к нему, и он в последний раз увидел её искаженное бешеной яростью лицо. - Мерзкий ублюдок! Скотина! Ничтожество и дурак - все вы такие! Одно слово - мужчина!
Выкрикнув последние оскорбления, она вылетела из комнаты и с грохотом захлопнула дверь. Через мгновение Эштон услышал, как так же оглушительно хлопнула дверь её спальни.
Глава 5
Марелда покинула Белль Шен с быстротой летней бури.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56