А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Сделай мне одолжение, скажи пару слов.
– Кто… вы? – преодолевая приступы удушья спросил Граустер. – За…чем… зачем это… все?
– Здесь дело не в том, кто я такой, – спокойно ответил Хандор. – Дело в том, кто ты. А? Кто ты?
Граустер посмотрел на него ничего не понимающими взглядом.
– Ну, ты что, урод, не понял? Я тебя спросил, кто ты такой? Ты Артак Граустер, президент этой корпорации?
– Да, – выдохнул тот.
– У меня больше нет вопросов, – сказал Хандор наводя на дохляка парализатор. – Хотя нет, еще кое-что ты узнать должен. Тебе большой привет от Дэновера Краста. Он около пяти лет назад работал на тебя и ты сделал что-то такое, что ему очень не понравилось. Помнишь или нет?
Граустер сделал над собой усилие, но видимо ничего такого вспомнить не мог. В данный момент, буквенное сочетание Краст ему ничего определенного не говорило. Он отрицательно замотал головой.
– Нет так нет, – спокойно согласился Хандор и взвел пружину парализатора, – не велика беда.
– Подождите, – взмолился Граустер, который наконец осознал, что с ним никто не шутит, – я заплачу вам вдесятеро больше чем вам заплатили.
Хандор улыбнулся.
– В сто раз больше!
Это были последние слова Артака Граустера в этой реальности. Две миниатюрные капсулы, одна за одной, пробили белоснежную сорочку. Он обмяк, уставившись ничего не видящими глазами на шикарную репродукцию одной из своих любимых тварей. Ею оказалась какая-то громадная рептилия с бородавчатой, покрытой слизью кожей. В ее выпученных глазах, без сомнения, светилась искра интеллекта, но интеллекта совсем чуждого, даже враждебного человеческому.
Беззвучной, кошачьей походкой Хандор обошел стол и снял с безвольно опущенной руки президента часы. Их место заняли те, что только что были у него на руке. Нажав на них несколько кнопок он запустил таймер.
– Ну все, – констатировал он очевидное, точно зная, что его никто не слышит, – может еще встретимся.
Он защелкнул браслет президентских часов у себя на запястье, спрятал ручку-парализатор и вышел в приемную.
– Так быстро? – удивилась Олина поднимаясь из-за стола.
– А зачем зря тратить время? – в тон ей ответил Хандор. – Да, господин Граустер просил его не беспокоить. Ему необходимо подумать над моими предложениями. Так вы проводите меня?
– Да, обязательно. Идемте.
Повторять просьбу дважды не было никакой нужды. Ни у охранника на директорском этаже, ни у охраны холла идущий в сопровождении секретаря мужчина не вызвал никаких вопросов. У наружных дверей девушка замялась.
– Мне дальше нельзя, у меня еще два часа рабочего времени. Если я выйду на улицу, то могу потерять работу.
– Знаете, можно потерять гораздо больше, чем просто работа, – загадочно высказался Хандор. – Идемте, идемте. Не бойтесь. У вашего шефа сейчас и так дел по горло. В ближайший час он про вас и не вспомнит. Проводите меня хотя бы до парковочной площадки. Вам же было дано указание меня проводить?
Олина неуверено прошла сквозь оборудованную всевозможными детекторами, вращающуюся дверь.
На парковочной площадке наружной охраны не оказалось. Видимо здесь всецело полагались на электронику. Сильно разочаровав свою провожатую, Хандор не направился к одной из дорогих припаркованных машин, а вышел на примыкающее к площадке шоссе и поднял руку. Остановилось такси.
– Ваше предложение еще в силе? – неуверено спросила девушка.
– Конечно же в силе, – улыбнулся Хандор открывая дверцу.
– Я вас буду ждать.
– Зачем же меня ждать? – спросил он. – Я уже здесь.
Он взял ее за талию и без видимого усилия оторвал от земли. Вскрикнула от неожиданности она уже на заднем сиденье такси.
– Вперед, – бросил он таксисту захлопывая дверцу.
Машина резко взяла с места.
– Что вы себе позволяете?! – закричала она примерно через квартал и начала вырываться. – А ну выпустите меня немедленно!
– Не волнуйся, все будет немного лучше, чем могло бы быть, – сказал Хандор как можно ласковей, легко удерживая ее на месте. – Правда совсем немного, но это все, что в моих силах.
– Что, поссорились? – с неохотой сунул таксист нос не в свои дела.
– Веди машину и помалкивай, – отрезал Хандор.
– Ладно, ладно, зачем же так нервничать?
Видя, что ни на таксиста, ни на ее неожиданного похитителя слова не действуют, Олина прекратила взывать к справедливости. Теперь она только недовольно сопела не оставляя попыток вырваться из намертво сомкнувшихся рук Хандора. Ее лицо раскраснелось, а ноздри смешно раздувались при каждом вздохе.
Через минут десять Хандор попросил таксиста остановится. Машина заняла место в одном из стояночных карманов скоростной городской магистрали. Стоянка была пуста. Мимо проносился поток машин, счастливые владельцы которых уже закончили работу в деловом центре и теперь спешили домой. Полиции не наблюдалось.
– Ну все, будем прощаться, – сказал Хандор. – Вот, это тебе, протянул он таксисту купюру в сто кредитов.
– У меня не будет столько сдачи, – расстроился таксист.
– Это все тебе – компенсация за потерянное рабочее время. – Хандор достал из кармана невзрачную ручку. – Слушай меня внимательно. Очень скоро тебя найдет полиция и будет расспрашивать обо мне. Расскажи им все, что видел. Что я силой усадил эту девушку в к тебе в машину, где ты нас подобрал и что случилось потом.
– А что случилось потом? – непонял таксист.
Хандор нажал на спуск парализатора. Таксист расслабившись откинулся в кресле, так пока и не узнав, что же с ним такое случилось.
– Что вы делаете?! – опять начала вырываться Олина, до этого спокойно следившая за словами Хандора.
– Понимаешь, просто ты мне понравилась и я не хочу, чтобы с тобой случилось то, что должно было случиться. Знаешь, я бы тебя с удовольствием попытался взять себе. Может быть у нас что-то и получилось бы, но я не могу. При моем образе жизни я себе этого просто не могу позволить. Так что прости меня пожалуйста. Это для твоей же пользы. Знаешь, твоего шефа уже практически нет. Это вопрос, – он посмотрел на часы, – минут тридцати. Но я очень надеюсь, что ты еще найдешь себя в этом мире. Я не думаю, что для такой как ты будет трудно найти себе занятие.
Олина с недоумением глядела на него широко раскрытыми глазами. Она была еще в таком возрасте, что хватило бы даже трети из услышанного, чтобы легко сбить ее с толку.
– Ну все, не обижайся. Так надо. Да, тебя обязательно будут обо-мне спрашивать. Лей на меня любую грязь, какую только сможешь выдумать. Это мне вряд ли повредит. Ну, будь здорова.
Щелчек парализатора и она мгновенно расслабилась всем телом. Удивленные, зеленые глаза так и остались широко раскрыты. Хандор устроил ее поудобней на заднем сиденье, поднял открытое до этого стекло водителя, запер изнутри все дверцы и вышел из машины. Подергав за ручки он убедился, что все замки сработали.
До отлета оставалось около часа.
В городскую урну полетели часы Граустера, удостоверение личности на имя Бульда Кроса и ненужный уже парализатор.
Через несколько кварталов он остановил еще одно такси и наплевав на меры предосторожности, согласно которым следовало по меньшей пере пару раз сменить машины, добрался до порта. Еще несколько минут потребовалось на то, чтобы забрать вещи из камеры хранения.
Через двадцать пять минуты он уже проходил таможенный досмотр, а служака визового отдела погашал его визу.
– Почему так быстро? – спросил таможенник, хотя нельзя сказать, чтобы его это очень интересовало. – Не сложился бизнес?
– Да, продукция нашего предприятия здесь никого не заинтересовала, – ответил Хандор. – Но ничего, поищем счастья в другом месте.
Таможенник улыбнулся и сказал золотые слова:
– Если долго не снимать усилие, то обязательно что-то получиться.
– Это точно, – согласился Хандор принимая из рук таможенника свои документы.
В одном из залов ожидания зоны отчуждения он узнал, что посадка на нужный ему челнок уже была объявлена. Неторопливой походкой уверенного в себе человека он направился к нужному порталу.
В головном офисе «Старка» уже спохватились. Не только рядовые охранники, но и служаки элитных отделов передвигались по территории исключительно рысью. Все входы в здание были заблокированы, а муниципальная полиция поставлена в известность о случившемся.
– Меня не интересуют ваши технические трудности, – кричал в небольшую радиостанцию начальник охраны, – отчет о всех лицах побывавших на верхнем этаже через пять минут должен быть у меня на руках! Если опоздаете хоть на минуту, всех разгоню к чертовой матери!
На начальнике охраны был строгий, очень дорогой костюм. Даже гражданская, изготовленная на заказ, одежда не могла скрыть его могучие формы. Кадры подобного рода выковывались с исключительной любовью только в элитных армейских подразделениях. Это официально конечно…
Покончив с распоряжениями, он тяжелым взглядом обвел кабинет Граустера. Всех, кроме двух колдовавших над своим кормильцем врачей, как ветром сдуло. Один из них с видом знатока высматривал что-то на мониторе компьютера экспресс-диагностики военного образца, а другой брал у своего самого высокого босса еще один забор крови для страховочного анализа. Виновник паники лежал на носилках у своего рабочего стола раздетый до пояса.
Начальник охраны подошел к врачам и спросил:
– Ну что с ним?
– Похоже ему ввели какой-то препарат, действующий парализующе на мышечные волокна. Вот, – врач ткнул пальцем в пару красных точек на груди Граустера, – предположительно в это место была проведена инъекция. Странно, но препарат действует избирательно. На сердечные мышцы и мышцы обеспечивающие работу легких он не подействовал. Нам еще нужно несколько минут, чтобы определить что это за вещество.
– Парализатор, – нахмурился начальник охраны.
– Специализированную бригаду уже вызвали? – прослушав что тот сказал спросил врач.
– Да, они уже должны быть здесь с минуты на минуту. Что-то здесь не так, – начальник охраны сел в одно из кресел. – Я не понимаю, если это покушение, то почему же всего-навсего парализатор.
Наконец до врача дошло:
– Так вы знаете, что это за вещество?
– Нет, я не знаю что там за вещество, но я знаю, что это за приспособление. Было бы смешно, чтобы я этого не знал при моей профессии. Если это то, что я думаю, то это практически безобидная штука. Ее скорее применяют для развлечений и мелких делишек и я никак не могу понять, зачем его применили здесь и сейчас.
Он с подозрением осмотрел кабинет.
– Я еще понимаю, чтобы сюда заложили взрывное устройство, а парализовали босса для того, чтобы убийца мог спокойно убраться отсюда, но мои люди только-что дважды просканировали этот кабинет и никаких следов взрывчатки. Я даже не знаю, что это может быть. Если вы говорите, что его состояние стабильно, то мы сможем узнать что на самом деле здесь произошло только через несколько часов, когда президент придет в себя. Я не слышал, чтобы эта ерунда действовала дольше четырех часов.
Опять ожила радиостанция. Начальник вставил в ухо наушник и выслушал короткий доклад.
– А мне плевать, где ты ее будешь искать. Ищи где хочешь, хоть весь город переверни, а стерву мне эту найди. Да свяжись с отделом наблюдения и возьми у них картинку того парня, с которым она вышла. Давай, давай. Шевелись. На все у тебя час. Если нужно будет, подключи федералов, мы все оплатим, а патрулю, который найдет тех, кто нам нужен, пообещай хорошие премиальные. Действуй.
Он вынул наушник и пожаловался доктору:
– Ну ничего сами решить не могут. Каждого надо подгонять. Где же эта бригада?!
Третий раз вспоминать о существовании реанимационных бригад не потребовалось. Обвешенные всевозможными блестящими штучками, с пластиковыми контейнерами в руках, в кабинет влетела четверка парней в синем и ни на кого не обращая внимания, не сбавляя темпа, направилась к пострадавшему. Тут же защелкали замки вскрываемого оборудования, а через каких-то секунд пятнадцать они окружили Граустера таким вниманием, какое бывает только у стервятников к добыче, когда ее мало и на всех все равно не хватит.
Хандор сидел в челноке и занимался тем, что следил за струйками дождевой воды по иллюминатору. Дождик начался совсем недавно и перед дальней дорогой предвещал удачу. По крайней мере, всем в челноке хотелось думать именно так – вот они так и думали. Пилот объявил пятиминутную готовность и немногочисленные пассажиры усердно защелкали пряжками пристежных ремней и зажужжали приводами противоперегрузочных кресел, выбирая, как им казалось, оптимальное положение. Стюард, который заодно исполнял обязанности навигатора и второго пилота важно прохаживался по центральному проходу и на помощь пассажирам отнюдь не спешил.
О конечной точке этого путешествия Хандор не имел ни малейшего представления. Когда он приобретал билет, то ему сообщили только, что этот мир заселен людьми, имеет большой порт, находится в соседней галактике и что улететь оттуда не составляет никаких проблем. Это его вполне устроило. Когда он уходил от погони, то менял не только такси по дороге в порт. Не лишне было и в космосе попутать след, тем более, что накладные расходы все равно оплачивал клиент.
Пилот запустил двигатели. Стюард неискренне пожелав приятного путешествия покинул салон. Еще через минуту машина мягко оторвалась от поверхности и развернувшись, круто пошла вверх.
На мониторах всех таможенных постов порта появилось стандартное сообщение муниципальной службы безопасности. Под заголовком «Обязателен к задержанию!» значился следующих текст:
«По подозрению в преступлении против законов Конфедерации разыскивается Бульд Крос, – далее была вставлена фотография Хандора, заснятая одной из камер наблюдения в вестибюле концерна Страк. – При оказании сопротивления применять адекватные меры. О задержании доложить в центральное управление. Премия задержавшему патрулю – 2500 кредитов».
– Ну надо же! Вот не везет! – обиделся таможенник, выпустивший Хандора минут пятнадцать назад и с силой грохнул сканером документов о стойку барьера, обозначавшего условную линию муниципальной границы.
Немного успокоившись, он доложил о том, что подозреваемый покинул пределы конфедерации и со смутными мыслями о неминуемом служебном расследовании продолжил работу.
В президентском кабинете Страка паника постепенно спадала, неуправляемо перетекая в глубокое раздумье. Реанимационная бригада уже сворачивалась.
– Больной в стабильном состоянии, – говорил один из врачей, судя по всему старший, начальнику охраны. – Мы поддержали его стимуляторами. Теперь с ним все будет хорошо. Это только дело времени. Судя по реакции организма, концентрация в крови парализующего вещества постепенно падает. По моему оно доже не выводится естественным путем, а просто начало разлагаться. Не думаю, что может случиться что-то неожиданное, но я бы посоветовал доставить больного в нашу клинику для более детального осмотра. У нас хорошие специалисты. Не помешало бы проверить, как препарат подействовал на отдельные органы. Наша платформа на крыше. Вы даете свое согласие?
– Хорошо, забирайте его, только очень аккуратно. Если с ним что-то случиться, я вам не завидую.
Последняя фраза была сказана таким тоном, что врач тут же пожалел, что предложил гораздо больше, чем экстренная медицинская помощь, но отступать было поздно.
Посадочную площадку, располагавшуюся на крыше башни Страка было не узнать. Обычно она пустовала, так как президент корпорации не любил, когда что-то делалось над его головой и не разрешал пользоваться площадкой. Если бы он нашел бога на небе, то и тому, по всей видимости, пришлось бы подвинуться в какое-нибудь другое место и не маячить над головой. Но на небесах было тихо, а если он там и был, то маскировался очень умело. Рядом с ярко раскрашенной антигравитационной платформой медиков, стояла еще парочка подобных аппаратов службы охраны, серых и безликих, как будни в каменоломне. Не смотря на дождь, народу собралось прилично. Заботливо укутанный одеялами господин Граустер уже находился на борту реанимационной платформы под неусыпным вниманием медиков и личной охраны. Начальник охраны отдавал последние распоряжения и согласовывал свои действия с только что появившимся вицепрезидентом, когда время вышло.
Полыхнула вспышка. Самая яркая, какая только может быть в природе, способная даже на большом расстоянии бесследно выжечь сетчатку незащищенного глаза. Башня офиса содрогнулась под ударом мощного взрыва, легко смахнувшего со стола посадочной площадки все, что на нем находилось. Изорванные в клочья тела и мгновенно разобранные на части антигравитационные платформы полетели вниз, к первым вечерним огням города, следом за стеклами верхних пятнадцати этажей. Когда ветер сдул поднятую взрывом пыль, на посадочной площадке уже никого не было.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55