А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Покончив с короткой лекцией, он развернулся и направился к своим.
Через несколько минут товар был уже загружен. Крамчик махнул Дэну на прощание рукой и запрыгнул в головной вездеход. Моторы натужно взвыли, сдвигая с места под завязку загруженные и осевшие на своих амортизаторах машины. Еще несколько минут, горьковатый запах отработанных газов говорил о недавнем присутствии конвоя, но вскоре выветрился и он.
Дэн забросив сумку за плечо, направился к ближней скалистой стене. На взлетную площадку ему заходить вообще не хотелось, к радиации у него было особенное отношение, он боялся ее, боялся не осознанно, как некоторые люди бояться высоты, а то, что рядом с горой отработанных топливных кассет был приличный фон, не стоило даже сомневаться. Некоторое время он шел вдоль стены, подыскивая себе убежище на ночь. Вскоре он обнаружил то, что искал. Это оказался небольшой, каменный выступ, торчащий из идеально ровной, базальтовой плоскости, на высоте в несколько метров над землей. Как ни странно, под выступом было сухо и вполне можно было ночевать, а жиденький кустарник хорошо маскировал место.
Он сбросил сумку и расстегнув, вытряхнул ее содержимое на траву. Там оказалась одежда, приличное количество консервированной еды, аптечка, несколько прямоугольных пакетов с водой и электронные мелочи, которые он прихватил непонятно зачем. На привезенных им припасах можно было продержаться не одну неделю, а не каких-то там три дня. Постелив теплую куртку, он уселся на нее, достал из кобуры пистолет, снял его с предохранителя и выставив оружие на вытянутых руках, несколько раз выстрелил. Тишину вспороли три короткие очереди, а на противоположной скале возникли три белых облачка. Оставшись довольным испытаниями, он отложил оружие и вскрыл первую, подвернувшуюся под руку упаковку с едой. В ней оказалась какая-то разновидность бутербродов, обезвоженная до такой степени, что невозможно было определить, из чего собственно все это сделано. Смочив первую пластинку водой, он приступил к позднему обеду.

В большом, алюминиевом, жилом боксе, с панелей которого почти полностью сошло покрытие, в небольшой комнатке было непривычно много народу. Все с обозленными, осунувшимися лицами. На узкой, продавленной кровати лежал сильно обожженный человек. Он часто дышал. Каждый его вдох, очень поверхностный, причинял страдания. Он морщился от боли, ожоги лица только усугубляли положение и несчастному становилось еще хуже. Он мучился и даже само проявление его муки вызывало боль. Человек умирал мучительной смертью. Введенные препараты только приглушили боль, больше здесь ничем ему помочь не могли. На загрязненных территориях не было клиник и доктора не водились.
– Больше никто не выжил, – сказал бородатый мужчина, повернувшись к стоящему рядом с ним, седому старику. – Они даже не захотели с ними говорить, а сразу начали стрелять. Наши не успели опомниться, когда все было кончено.
– Раз они не захотели по хорошему, то тогда их всех ожидает смерть. Мы будем убивать каждого, кто сунется на наши земли и тогда посмотрим, как на это посмотрят их хозяева. Не так уж их много здесь бывает, чтобы мы с ними не справились. Просто так мы не отдадим то, что всегда принадлежало нам. Мы заставим с собой считаться, тем более, что мы хотим выжить, а другого выхода у нас нет. Когда они возвращаются с товаром?
– Завтра, под утро.
– Собирайте людей, они не должны вернуться, – приказал Пратон, которому на старости лет предстояло к своему необъятному опыту контрабандиста, добавить еще и военные навыки.

Глава 9. Орфок 11(5).

В противоположной части галактики 342/385/П214 то же не сидели сложа руки.
Планетарная система была неприлично большой, для условий этого сектора галактики. Массивная, с красноватым отливом звезда, владела большим выводком уже хорошо развитых планет. По одному из каталогов, их у нее было пятнадцать, по другому – восемнадцать. Почему так получилось не знал никто, прочем, никто особо над этим не задумывался. До недостающих, по одному из каталогов, трех планет, как и до остальных тринадцати, мало кому было дело. В системе, под непонятным названием Орфок 11, только пятая и шестая планеты были заселены, а с их координатами во всех программных продуктах было все в полном порядке.
Орфок 11(5) слыла довольно приличным местом. Характеристики этой планеты приблизительно соответствовали большинству общепринятых стандартов. Ее экваториальные и субэкваториальные климатические зоны, казалось, вообще были лишены недостатков, таким голубым было небо и такой прозрачной вода в прибрежных лагунах. Не стоило труда догадаться, что это был курорт, не самый дорогой, но все же курорт. Насладиться нетронутой промышленностью природой, дешевыми чартэрными рейсами сюда слеталась тьма народу, со всего ближнего сектора. Западное побережье одного из самых больших материков был превращен в настоящий рай для любителей экзотики. Цена на землю здесь, на побережье достигала астрономических величин, а получаемая прибыль, превосходила все мыслимые пределы рентабельности и была способна повергнуть в тяжелейшую депрессию любого легального бизнесмена из производственной сферы деятельности. Не нарушая закона, больше удавалось заработать только на игорном бизнесе, но он здесь запрещался законом. Территории побережья были давным-давно поделены между солидными туристическими корпорациями и большими производственными концернами, не привыкшими торговаться из-за нескольких десятков миллионов кредитов. К тому же, приезжающие на отдых туристы, здесь легко расставались со своими делами, что делало такие торги даже неуместными.
Рекламные плакаты и буклеты, в которых расхваливалась экзотика побережья, можно было встретить в офисах самых солидных туристических компаний и просто в космопортах нескольких ближайших секторов этой галактики. Пляжные красотки на любой вкус, манили клиентов многообещающими взглядами, а описания отелей поражали многообразием предлагаемых услуг, в том числе и самых экзотических. Но вся эта информация касалась исключительно курортной зоны, что делалось на остальной части этого материка, да и на двух других, вся эта рекламная продукция скромно умалчивала.
В полутора тысячах километров от узкой полоски «золотых» песков, далеко в океане, располагался сравнительно небольшой островок вулканического происхождения. Хотя это место и было экзотично до безобразия, туристов сюда никто не приглашал, более того, хорошо вышколенная охрана и надежные системы безопасности охраняли этот райский уголок не только от непрошенных гостей, но и от случайного постороннего взгляда. Официально, остров с прилежащей к нему двадцатикилометровой зоной принадлежал Рику Франику, подданному непонятно какого мира, человеку, не привыкшему отказывать себе в таких безобидных прихотях. Еще его называли Скользким Риком, но это было привилегией очень узкого круга людей. На высокой скале, в восточной части острова, даже с большого расстояния, можно было увидеть громадный дом, обращенный своим белоснежным фасадом к утренней заре. За домом сразу поднималась высокая стена леса, который простирался от обрывистый берегов до двух островных горных вершин – давно потухших вулканов, которые собственно и сформировали этот клочок суши. Почти весь остров находился под властью леса, только на каменистых склонах гор, начиная приблизительно с километровой высоты, ничего не росло. Коричневый каменные осыпи склонов смотрелись как нечто чужеродное, среди буйства тропической зелени.
Всего несколько раз Скользкий Рик бывал здесь, да и то, каждый раз не больше нескольких суток. Рик был человеком деятельным и не любил просто так тратить время, пусть даже в воплотившемся в реальности раю. Могло сложиться впечатление, что этот остров, обыкновенное вложение свободных средств, но это было не так.
В нескольких километрах от побережья, где возвышался непостижимо дорогой, похожий на дворец дом, располагался большой лагерь, надежно скрытый под пологом леса. Единственным, свободным от растительности местом, была небольшая посадочная площадка, размеченная по всем правилам безопасности, способная принять довольно приличное судно межгалактического класса. Она могла показаться очередной прихотью свихнувшегося на своих деньгах и власти толстосума, но выполняла строго определенные функции. Суда здесь садились хоть и не очень часто, но с завидной регулярностью. Что происходило здесь на самом деле, не должно было никого волновать. И не волновало. Правительство местной конфедерации потеряло интерес к этому островку, лежащему далеко в стороне от обширного архипелага, как только за него была внесена соответствующая сумма и оформлены документы. Здесь не любили, когда нарушали священные права частной собственности и сами этого почему-то не делали.
Лагерь составляли несколько десятков стандартных жилых модулей, дешевых сборных конструкций, которые обычно использовали колонисты, рискнувшие отправиться на поиски призрачного счастья в недавно открытых или отвоеванных мирах. Пространство в несколько десятков гектаров было полностью расчищено от кустарника и хорошо просматривалось, лишь оставленные исполинские деревья на колонных своих стволов, с трудом удерживали колышащееся море листвы, в котором не было даже малейшего просвета.
Не смотря на ранний час, а день только-только начинался, жизнь в лагере уже бурлила во всю. Несколько отрядов молодых мужчин, человек по двадцать-тридцать, одетых только в штаны и сапоги армейского образца, сбивая обильную, утреннюю росу, совершали пробежку. Рядом с каждым из отрядов бежал поджарый инструктор, на ходу выкрикивая что-то воинственное. По лицам молодых людей нельзя было сказать, как они относятся к происходящему. На их лицах было такое отстраненное выражение, что можно было даже засомневаться, знают ли они действительно, что делают, или это происходит автоматически.
– А ну падаль, шевелите поршнями, – прикрикнул ближний инструктор на своих подопечных, – еще пятнадцать кругов, а вы уже дохните.
Отряд синхронно повысил скорость и пошел на еще один круг, одна часть которого огибала все постройки странного лагеря, а другая, проходила по периметру большущей посадочной площадки.
– Вот так бы раньше, – уже ласковей рявкнул инструктор, довольный ловко примененным педагогическим приемом и остановился, разрешив себе пропустить несколько кругов.
В это время в доме на побережье уже подавали завтрак. Посреди огромной гостиной, сравнимой разве что только с дворцовыми залами для приемов и коронаций, стоял длинный, вычурной работы стол, окруженный сбежавшимися, к завтраку, тонконогими стульями, с непривычно высокими спинками. У ближнего к выходу края стола суетилась прислуга. Три симпатичные девушки, в коротеньких платьицах и форменных, крохотных передничках, расставляли на столе творения настоящего мастера кулинарии, который в это время уже плюнул на все и отправился досыпать, размышляя на ходу о том, зачем ему нужны на этом острове те деньги, надо сказать очень приличные, которые ему платили за работу. Когда с сервировкой все было в порядке, две девушки удалились, прихватив с собой небольшой сервировочный столик, а одна осталась дожидаться хозяев. То, что она при этом не позволила себе даже присесть, кое о чем говорило.
Через несколько минут в обставленную непонятно в каком конкретно, но очень в дорогом стиле гостиную, вошел импозантный мужчина средних лет. Более точно о его возрасте сказать было трудно, так он был ухожен. Господин Мирлен Чу был из тех людей, которые с боем отдают старости каждый прожитый год. Он был по спортивному подтянут – отсутствие лишних килограммов, одно из неприменных условий в этой каждодневной борьбе. Строгий, серый костюм подчеркивал все, что нужно было подчеркнуть и скрывал то, на что не предполагалось обращать внимания. Идеальная стрижка светлых, густых волос, контрастировала с его загорелым лицом, на котором то и дело вспыхивала и гасла довольная ухмылка. Мирлен Чу с достоинством прошелся через зал и занял место во главе стола, откинувшись на стуле и по аристократически забросив ногу на ногу стал ждать, даже не притронувшись к еде.
Вскоре послышались шаркающие по полированному полу шаги. В гостиную вошел заспанный, грузный мужчина. На нем был только халат и тапочки. Этот был полной противоположностью первому. Целая серия его подбородков подрагивала при каждом шаге, а тяжелое, свистящее дыхание, перешедшее в одышку после короткого путешествия от постели к столу, четко давало понять, что сердечко у этого господина ни к черту. Может быть он себе и не был безразличен, но его силы воли хватало только на то, чтобы есть менее калорийную пищу, которой, впрочем, приходилось съедать то же прилично.
– Доброе утро господин Харин, – с улыбкой поприветствовал вошедшего Мирлен. – Как вам спалось?
– Спасибо, у вас здесь очень душно, – ответил тот, первым делом наливая полный стакан соку, который и осушил за несколько глотков.
Стоящая в стороне девушка было бросилась прислуживать гостю, но Мирлен жестом приказал ей удалиться.
– Если бы я знал, что у вас здесь такое пекло, – продолжил толстяк после не бывалой по громкости отрыжки, – то никогда бы не согласился сюда прилететь. Надо будет поскорее покончить со всеми нашими делами и убираться отсюда, а то я чувствую, что хваленный климат этих ваших курортов меня убьет за несколько дней.
– Ну, это вы сгустили краски, – попробовал возражать хозяин, с интересом разглядывая предложенный поваром торжественный завтрак, – здесь же морской климат, очень стабильный и полезный для здоровья. Многие люди просто мечтают о том, чтобы переселиться в подобное место, к тому же все комнаты дома оборудованы климатическими установками. Вы их не пробовали?
– Пробовал конечно, – обиделся Харин, наваливая в свою тарелку все без разбору и ориентируясь при этом исключительно по внешнему виду еды, – но здесь все сильно отличается от того, к чему я привык. Большую часть жизни я прожил в очень холодных местах, где приходилось носить теплую одежду, поэтому я болезненно реагирую на тепло, особенно на континентальное.
– Ну слава богу что мы не на континенте, – порадовался за гостя Мирлен.
– Это уж точно.
Они замолчали, отдавая должное местным продуктам и мастерству повара, который бы получил большое удовольствие, если бы ему разрешили посмотреть как аппетитно и со знанием дела ест неожиданно нагрянувший к ним гость. Когда на столе не осталось практически ничего, чего бы Харин не откусил бы или не попробовал, он отдуваясь позавидовал:
– Мирлен, а вы здесь не плохо устроились. Надо будет и себе попросить Франика, чтобы послал меня управлять подобным местом. Он собирается развиваться дальше и я слышал, что планируется устройство точно такого же подготовительного центра в соседней с этой галактике. Если для этого будет выбрано подходящее для меня место, то обязательно туда попрошусь. Тихая, размеренная жизнь, это то, о чем я уже давно мечтаю. Вы себе не представляете, как мне надоели эти постоянные перелеты, эти агентства, которые стремятся выйти из под контроля при малейшей возможности. Если честно, то я уже староват для такой бурной деятельности.
– Ну, вы на себя наговариваете, – улыбнулся Мирлен, – вы еще очень даже ничего.
Отдающая подхалимажом ложь произвела на гостя вполне прогнозируемое действие. Он заулыбался и мечтательно отвел в сторону глаза. Сам он конечно же знал, что он парень что надо, но особенно приятно было слышать это от других.
– Что же там такое случилось, что вы лично прилетели сюда? – перешел к делам Мирлен, решив, что гость уже выспался, поел и поэтому представляет наименьшую опасность. – Неужели какие-то нарекания на нашу работу?
– Нет с этим все нормально, – ответил Харин, продолжая улыбаться после недавнего комплимента. – Ваши инструктора делают свою работу хорошо. Здесь не к чему придраться, да и материал подбирается первоклассный, так что с этим нет никаких проблем. Я здесь по другому поводу. Одно из наших агентств в этой галактике, в секторе К-48, набрало слишком много заказов и теперь испытывает определенные трудности. Я здесь, чтобы помочь им в этом.
– Вы хотите забрать одну из групп? – сообразил Мирлен. – У вас есть достаточно полномочий, чтобы забрать их всех, сровнять здесь все с землей и приказать залить площадку бетоном.
После этих слов хозяина, он еще больше понравился Харину. Тот заулыбался еще шире чем в первый раз, оскалив при этом стройные ряды белоснежных, синтетических зубов. На самом деле, его полномочия не распространялись так далеко, но черт побери, приятно было себя почувствовать человеком, от которого кое-что зависит.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55