А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

..
Скорее страшно, чем досадно. Она думала ехать в небольшом четырехместном купе, в соседстве не более чем с тремя пассажирами... а вместо этого дощатые деревянные скамьи, скученность, жарища, вонь, пот, болтающиеся на цепях под потолком багажные полки, железные прутья на окнах, тяжелый влажный воздух, почти не разгоняемый двумя немощными вентиляторами. Четыре, а то и больше, человека на скамью...
...почему так мучаешься, ты же уже так ездила. Когда было восемнадцать, другого способа не было... Вспомнилась сама в юности, дурочка из Мельбурна, угощавшая малознакомых людей сигаретами с травкой; спавшая с некоторыми из них, делившая с другими еду и деньги...
Роз покачала головой. Она уже не могла позволить себе стать той девочкой. Ей надо прятаться. Она пугалась машин с чужими лицами внутри.
Закружилась голова, напоминая, что она с утра ничего не ела: на захудалой улочке в Раджаури проглотила с лотка ломоть пряного хлеба и немного приправленных карри овощей. Роз бросила взгляд на ряды лотков со съестным, посмотрела в сторону комнат отдыха. Она могла бы, заплатив, поваляться там в душном полумраке, пока не объявят посадку. Но эти комнаты не для пассажиров общего второго класса. Оставалось торчать на платформе, чтобы после возвещающего посадку свистка ринуться занимать место. Да еще успеть пристроить вещи.
За раскинувшимся за рекой старым городом, словно мираж, виднелись бледные позолоченные солнцем очертания кашмирских гор. Роз проглотила слюну. Хотелось есть. Именно от этого, убеждала она себя, а не от страха за Хайда сводило желудок.
Волоча за поводок чемодан – как всякое упрямое животное, он дергался, норовя застрять в ногах прохожих – и закинув на плечи сумку, добралась до лотка и стала выбирать что-нибудь такое, что не вызвало бы расстройства желудка, заставив бегать в сортир второго класса. Принялась жевать поданный на помятой, расплющенной металлической тарелке пападам с вегетарианским блюдом тхали. Когда отведала завернутых в зеленый лист орехов с фруктами, в животе заурчало. Если голова пухнет от собственных забот, советы Хайда на память не приходят.
Она отрицательно закрутила головой, когда очередной пройдоха предложил по дешевке билет в первый класс – само собой, с кондиционером. Первый класс уже полон. Кто-то, проталкиваясь к лотку, напугал ее, задев висевшую через плечо сумку. Ей почудилось, что тащат кассеты и пленку. Индиец рассыпался в извинениях. Она с тоской посмотрела вслед носильщикам, катившим к вагону первого класса тележки с багажом хорошо одетого индийца и его завернутой в сари супруги. До отхода поезда целых сорок минут. Садившееся солнце нещадно палило сквозь запыленную стеклянную крышу вокзала. Под ногами, собирая обильные крошки, сновали голуби и яркие, с воробья, птички.
Кончила есть. Надо умыться. На краю платформы у вагонов второго класса начали скучиваться пассажиры. Роз снова ощутила себя подвергающейся опасности, разыскиваемой белой женщиной. Тряхнув головой, поправила на плече сумку. Плевать.
– Роз! – Она испуганно обернулась, двинув сумкой отлетевшего в сторону мальчишку. – Боже мой, Роз!
Сара Мэллоуби.
Невероятная вещь... и прямая угроза, несмотря на широкую улыбку. Глаза бегают, хотя откинувшая светлые волосы рука не дрожит.
– Я...
– Уехала, не сказав ни слова! – Сразу видно, что идет какая-то игра. Взяла тон приветливой хозяйки, журящей пропавшую гостью. – Что случилось? – В глазах игривая ирония. – Неужели ваш дружок? Способен так уговорить? А что делаете в Джамму? Чудеса, и только!
Представление, видно, репетировалось не один раз, но все же не убеждало. Или же она, Роз, излишне подозрительна, от страха совсем лишилась ума?
– Сентиментальное путешествие, – удалось сострить Роз.
Во взгляде Сары то ли недоверие, то ли что-то похожее на боль, будто кольнуло в боку.
– О-о! Ах, да, конечно, – потянуло к забытым местам, понятно...
– Угадали. Глупо, но что поделаешь? – Помедлив, добавила: – Но вы тоже здесь. Неужели на поезд? Никогда бы не подумала.
Сара пожала плечами.
– Надо же иногда чем-то заняться. – Вздохнула. – Еду на несколько дней в Дели. – Опять выразительный жест плечами, а лицо какое-то кислое. – А вы, значит, по пути домой?
– Да. Решила этим путем. – Роз, будто посмеиваясь над собой, развела руками. Только бы не переиграть. Она не считает тебя дурой. – Надо было заказать билет заранее. А теперь все, что у них осталось, так это только общий второй класс!
Она принужденно засмеялась, разводя руками, как это делают все мэмсагиб, столкнувшись с Индией.
Сара, должно быть, уже знает о Хайде, знает обо всем. Ее, должно быть, послали...
– Господи, какой ужас! – И сразу: – Но тебе не придется там ехать! У меня на одну целое четырехместное купе, – объявила она, расплываясь в улыбке. – Чудесно иметь друзей на самом верху... иногда. – Как за своим, протянула руку за чемоданом. – Пошли... выходила последний раз глотнуть свежего воздуха, перед тем как дышать кондиционированным! – Роз колебалась. Но другого выхода не было. Кто откажется ехать в люксе вместо общего второго класса? Даже если этот люкс является устеленной коврами, оборудованной западным туалетом, душем, люминесцентными лампами ловушкой. – Боже, какая удача. А я думала, что следующие пятнадцать-шестнадцать часов предстоит умирать от скуки!
Чемодан катился сзади, одно из скрипучих колесиков как бы предупреждало тонким голоском. Роз покрепче прижала к себе сумку. Уголком глаза скорее почувствовала, чем увидела, как от газетного киоска отделилась фигура и замелькала в толпе. Сара по-приятельски взяла ее под локоть.
Не подпускай их близко...
...что-то из ночных кошмаров Хайда, когда он, лежа рядом с ней, дрался с кем-то во сне.
Они шагали в толчее платформы к вагонам, где носильщики были подчеркнуто почтительны и обращались с багажом, словно это были сами пассажиры первого класса. Дружелюбная, пусть принужденная, манера Сары начинала оказывать свое воздействие. Сара, косой послеполуденный свет, тепло, запах еды и стиснутых тел – все казалось каким-то дурманящим заговором. Она устала, ей надоело держаться на нервах, бояться чего-то. Конечно же, Сара здесь случайно?..
Нет.
Но от нее ничего не зависело, поэтому она позволила вести себя к вагону. Улыбающийся носильщик взял багаж, ей помогли подняться в вагон, где она будто окунулась в холодную воду. На секунду испуганно оглянулась, встретив ободряющую улыбку Сары.
Никаких признаков человека, который, как она чувствовала, тенью следовал за ними, как почуявшая движение в воде акула.

* * *

– Ты в порядке?
Хайд остановил «лендровер». В предвечерних сумерках река Кунхар казалась выстланной камнем, таким же твердым и выщербленным, как карабкающаяся к Бабусарскому перевалу узкая извилистая дорога. Позади внизу длинная долина, где за темным массивом сосновых лесов скрывались обработанные земли, которые они миновали. Там, за дорогой, на дне долины разбросаны селения, деревушки и отдельные дома.
– Что?..
– Ты в порядке?
В напяленных на него свитерах, анораке, перчатках Касс дрожал тихой мелкой дрожью, как дряхлый старик, которого волокут в пугающую неизвестность, где его, никакого сомнения, ждут одни неприятности. Хайд подумал, что если бы у него был выбор, то он попросился бы обратно в Гульмарг к своим мучителям. Теперь же его без конца донимала погода и мешал медленно угасавший дневной свет. Лишь изредка он возникал из небытия, как будто нарочно, чтобы сказать Хайду – и то под нажимом, – что в Маншере нельзя выезжать на Каракарумскую автостраду, а следует ехать более узкой и дальней дорогой по Кагханской долине на Чилас. Потому что на автостраде стоят контрольные посты, а у них нет необходимых пропусков.
– В порядке, – устало солгал Касс.
Сзади зашевелился Дханжал, но Хайд даже не повернулся. Индиец с кляпом во рту накрепко привязан к металлическому поручню.
– Доберемся до Чиласа дотемна?
– Нет.
– Почему?
Я же тебя вытащил, хотелось крикнуть в безучастное лицо Касса. Помоги же и ты чем-нибудь.
– Слишком далеко. И перевал тяжелый, даже без снега.
– Весело. – Хайд потянулся к карману на дверце и достал термос, наполненный в Музаффарабаде. – Выпей-ка чаю, – приказал он.
Касс осторожно взял стаканчик от термоса и нехотя, трясущимися губами, отхлебнул. Ни на секунду не стихающий ветер трепал брезентовый верх машины и врывался сквозь щели в кабину. Хайд чувствовал, как его покидает решимость. Нанга-Парбат почти закрыта облаками, но все еще маячит перед глазами – откуда ни глянь, все та же проклятая махина. Чудовищный торчащий кверху зуб, окруженный бесчисленными зубцами поменьше. Над ними на крутом обрыве храбро наклонились чахлые елки.
– Куда направляемся? – спросил вдруг Касс.
– В Чилас – я же говорил.
– А потом?
Хайд помнил о сидящем сзади Дханжале. Хриплое дыхание стало ровнее – прислушивается. Пускай себе.
– Посмотрим. – Наклонившись к Кассу, крепко сжал тонкое запястье. Касс испуганно, но внимательно глядел на него. Хайд горячо зашептал: – Надо потянуть время, Фил. – Лицо Касса просветлело. – Надо ждать. Шелли должен нас вытащить... – Легко сказать, потому что не верится. Шелли вряд ли пошевелит пальцем, пока Роз не предъявит ему, что у нее имеется. – Он еще не знает, где мы. Я должен с ним поговорить... – Хайд следил за лицом Касса, в глазах которого, как свет маяка, то вспыхивало, то гасло внимание. – Я это сделаю. Но ты говоришь, мы сегодня не попадем в Чилас?
Касс, как ребенок, упрямо затряс головой.
– Перевал очень тяжелый, – заговорил он сердито. И вдруг, будто пьяный, прыснул смехом. – Местные жители недружелюбны! – выкрикнул он, моментально уходя в себя. – Надо устраивать стоянку на этой стороне, спать в машине...
Маяк гаснул. Стараясь подслушать, Дханжал почти перестал дышать. Хайд обернулся и погрозил пистолетом в сторону искаженной ненавистью, еле видной в полутьме «лендровера» физиономии.
Положение не из веселых, подумал он. На нем повисли, с одной стороны, впавший в апатию Касс, с другой – пышущий бессильной яростью Дханжал. Ветер с удвоенной силой ударил в машину, как бы подчеркивая ее ничтожность, – жестянка на колесах, могущая подвести в любой момент.
Хайд потер лицо рукой. Это его не взбодрило. Требовалось выспаться. Касс машину вести не может, а Дханжалу он не доверит. Во всяком случае, сегодня до Чиласа и до шоссе не добраться. Значит, завтра. Неважно... Роз, должно быть, уже добралась до Джамму. Завтра будет в Дели и к вечеру в Париже.
Надо сказать Шелли, чтобы он ее там встретил.
Еще двадцать четыре часа, тридцать шесть, двое суток... трое? Есть один выход... но, глянув на бессмысленно уставившегося на пустой стаканчик Касса, понял, что и он практически не существует. Как бы подчеркивая его невозможность, Касс машинально повернулся на скамье и, поморщившись, схватился рукой в шерстяной перчатке за грудную клетку. Бледное лицо исказилось болью. Крышка термоса, выпав из рук, покатилась под ноги.
– Слишком тугая повязка? – спросил Хайд.
Отрывисто дыша, Касс покачал головой.
У Касса сломано два, может быть, три ребра. Левый бок – сплошной синяк. Повязка старая, но Хайд затянул ее до предела, чтобы человек, или то, что от него оставалось, не рассыпался.
Плохо... совсем плохо. Он оглянулся на беспорядочно раскиданные у холодной реки, как щепки от трухлявого полена, хижины деревушки Баттакуди. Над облаками, ближе чем Нанга-Парбат, высилась Малика-Парбат. Вокруг долины вздымались и другие горы с остроконечными голыми вершинами и покрытыми снегом крутыми склонами. Исходивший от них холод пронизывал до мозга костей.
Хайд снова взглянул на Касса. Тот в беспамятстве быстро, испуганно шевелил губами, будто читая молитву перед надвигающейся грозой.
Нужно звонить Шелли откуда-нибудь.
Закоченевшими пальцами запустил мотор. Сзади, как зверь, с которым рано или поздно придется иметь дело, рычал Дханжал.

* * *

– Журналы! – выпалила Роз, вскакивая на ноги.
Сара сразу насторожилась, встревожилась.
– Поздно, Роз. Поезд вот-вот тронется!..
Роз схватила кажущуюся пустой сумку с опасными для нее катушками и магнитными кассетами. Чувствуя за собой тянущуюся к ней руку Сары, выскочила в коридор. Ее кинуло в жар, объял ужас. Словно приступ лихорадки или резкий перепад кровяного давления, прилив крови, неумолимо нараставший, когда она села напротив этой проклятой бабы, которой больше не могла доверять.
Платформа почти пуста. Киоск в пятидесяти ярдах. Оглянулась – Сара в дверях, больше никто за ней не следит, разве что кучка проводивших ее равнодушным взглядом носильщиков в форменной одежде. Торопливо направилась к киоску, высматривая среди кричащих обложек с индийскими названиями более изящные, на глянцевой бумаге, английские журналы.
Обливаясь потом в задымленном раскаленным заходящим солнцем воздухе, она торопливо рылась в разбросанных по прилавку журналах. Что она делает? Ей же не убежать...
...свисток. Будто выстрел стартового пистолета. На платформе возник мужчина в кремовом костюме, нерешительно глядя на стоящую у ступенек вагона Сару. Носильщик, готовый их убрать. Второй свисток. Выхватив из кошелька деньги, уплатила за номер «Вог» месячной давности. Киоскерша глупо улыбалась. Как она смеет отстать от поезда? Говорил же ей Хайд, что она должна добраться до Дели и выбраться из Индии.
Стремительно обернувшись, увидела несущуюся навстречу развевающуюся юбку Сары. Мужчина в кремовом костюме говорил что-то носильщику. Тот моментально изменил отношение к ступенькам, глядя на них с опасливым благоговением, как на что-то, до чего нельзя дотрагиваться. Лицо Сары покраснело от напряжения и, похоже, от ярости.
Когда Сара добежала до нее, Роз инстинктивно прижала к себе сумку. Обеим было лучше, чем кому-либо, известно, что в ней. Свисток заливался без перерыва.
– Роз!..
На мгновение, ошеломив Сару, в страхе отпрянула, быстро окинув взглядом поезд, платформу, мужчину в кремовом костюме, указатель единственного выхода с платформы. Собиралась улизнуть от Сары и избежать ловушки, но теперь, когда Сара настойчиво ухватила ее за руку, окончательно поняла, что это невозможно.
Сара почти бегом потащила ее к поезду. Человек в кремовом костюме исчез, носильщик снова нетерпеливо топтался у ступенек. Роз неуклюже поднялась в вагон, и почти сразу поезд дернулся и стал набирать ход.

* * *

Остатки дневного света соскальзывали с поверхности озера, как будто с большого темного стола стаскивали расстеленную на день скатерть. Полковник Рао, подперев одной рукой локоть другой и взявшись за подбородок, стоял, раздумывая, в дверях. За спиной вокруг большого обеденного стола с картами оживленный обмен мнениями. За домом шум легковых автомашин и военных джипов – подъезжали с докладами и отправлялись выполнять приказы его подчиненные. Все действия координировались, дорабатывались, уточнялись. Голова распухла от подробных докладов и бесконечных приказаний. Дующий с озера ветерок немного освежил. Облака уплыли, и склоны Нанта-Парбат позолотило солнцем. Но ближе к подножию уже темно, будто там поднялись молодые леса.
За спиной тихо кашлянули. Он обернулся. Один из адъютантов протягивал телефонный аппарат. Шнур тянулся в полную людей гостиную. В мягком свете ламп медленно переливались клубы табачного дыма. В дальнем углу в ярком свете ламп развешанные на подставках карты, схемы, диаграммы.
– Господин Шармар, – тихо подсказал адъютант. Рао неохотно взял трубку.
– Мистер Шармар? – спросил он. – Чем могу служить?
Как ни произнеси, все равно фраза жалкого лавочника. Никуда не денешься – политический босс...
Слышимость абсолютно чистая, как вода в озере. На темнеющем небе появились первые крупные, мерцающие, как алмазы, звезды.
– У вас есть для нас новости? – Употребил множественное число из-за того, что рядом брат, премьер-министр? – Что у вас нового?
Судя по голосу, настроение приподнятое, словно только что вылез из постели любовницы. Теперь у них в любовницах политика. По всему Сринагару развешаны изображения Мехты и В.К.Шармара, на улицах машины с громкоговорителями, непривычно спокойно – ни беспорядков, ни насилия.
– Пока ничего определенного, мистер Шармар... если бы что-нибудь было, я бы сообщил.
– Нужно больше людей? Берите, если нужно.
– В данный момент достаточно.
В его непосредственном подчинении подразделения бригады парашютистов, горно-егерской дивизии, погранвойска, военные вертолеты и затребованные им все резервы и службы Си-три-ай...
...но вы их не нашли. Мысль была настолько отчетливой и жалящей, будто исходила из уст Пракеша Шармара. Невероятно, но приходилось признать, что «лендровер», его водитель и двое пассажиров как в воду канули. Два англичанина и индиец.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38