А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Не имеет значения, – тем же тоном произнес он. – Л теперь выслушай, что я прошу в качестве награды…
Эсме похолодела – она, конечно, догадывалась, чего по просит Йен. Страх, должно быть, отразился на ее лице, и посол тут же добродушно усмехнулся:
– Расслабься, это не то, о чем ты подумала! Я прошу лишь об одном поцелуе!
Эсме наконец успокоилась. Поцелуй – не такая уж большая услуга, тем более что он будет для них не первым. Но главное даже не это – если она выиграет, то получит свободу! Ради такого стоило рискнуть…
– Хорошо, – кивнула она. – Я принимаю твои условия, если ты принимаешь мои.
– Можно считать, сделка состоялась. Защищайся!
Неожиданно Йен оказался за ее спиной, но и Эсме была не промах – в мгновение ока она выхватила свой кинжал из ножен.
– Эй, поосторожнее, я еще помирать не собираюсь! – со смехом выкрикнул Йен и сделал еще один круг, пытаясь увернуться от кинжала Эсме; но она не давала ему проходу. Девушка отлично помнила один из главных уроков – не нападать первой и начинать обороняться лишь тогда, когда противник подойдет почти вплотную. Мужчина-насильник вряд ли будет ожидать от своей жертвы, что она владеет кинжалом, и внезапное сопротивление застанет его врасплох.
– Так, хорошо… – В глазах Йена горел азарт. – Подпусти меня ближе и защищайся.
Взмахнув кинжалом, Эсме заставила Йена резко увернуться, однако лезвие успело задеть его рукав.
– Так, так, отлично!
Словно сцепленные неведомой силой, они сделали еще несколько кругов в тесноте каюты, и тут, споткнувшись о койку Йена, Эсме на мгновение потеряла равновесие. Воспользовавшись этим, посол бросился на нее, но Эсме вовремя увернулась, и клинок Йена лишь полоснул по ее куртке, прорезав и ней дыру.
– Постарайся сконцентрироваться на том, что тебе действительно нужно в данный момент, и забудь обо всем остальном, – подзадоривал ее Йен. – И держи в голове все препятствия. Извини за куртку, – добавил он не без иронии.
Разумеется, Эсме не осталась в долгу.
– Ты еще пожалеешь о том, что испортил мою куртку – чинить ее я заставлю тебя. У меня нет времени – скоро мы прибудем в Чингмэй, а мне еще нужно собрать кое-какие вещички.
Совет Йена подоспел как раз вовремя – три или четыре раза Эсме снова оказывалась в такой же ситуации, но при этом ловко уворачивалась, чувствуя, куда можно отступить.
– Черт побери, а ты делаешь успехи! – В тоне посла почти не было насмешки.
– Еще бы! – с победным видом заявила она. – Я уже чувствую запах свободы!
Йен предпринял новую атаку, но Эсме, взмахнув кинжалом, распорола ткань его жилета.
– Извини за жилет, – усмехнулась она, копируя его «Извини за куртку»; но эта насмешка дорого обошлась Эсме – она всего на несколько мгновений потеряла бдительность, но их вполне хватило Йену для того, чтобы оказаться за ее спиной. И в тот же момент Эсме почувствовала железную хватку его руки, обхватившей ее талию, и холодную сталь клинка, коснувшуюся горла.
– Не расслабляйся ни на секунду, – жестко произнес Йен. – Эта секунда может стоить тебе жизни!
Теперь ей ничего не оставалось, как только, признав его правоту, горестно вздохнуть.
– Бросай оружие!
Эсме разжала руку, и кинжал упал на палубу.
– Что ж, – обреченно вздохнула она, – твоя взяла! Жаль, что это наша последняя схватка, а то я бы показала тебе, на что способна женщина, доведенная до крайности…
Эти слова напомнили обоим, что это не только их последняя схватка, но вообще их последний день вместе. Эсме чувствовала, как крепко рука Йена сжимает ее, чувствовала его горячее, неровное дыхание на своей щеке. Убрав кинжал от ее шеи, Йен отбросил его прочь. Эсме услышала звук падения, но никак не среагировала – рука Йена, только что державшая опасное оружие, теперь ласкала ее щеку.
– Пришла пора получить награду! – удовлетворенно произнес он.
Сердце Эсме отчаянно забилось, но она по-прежнему оставалась неподвижной. Притянув ее к себе, Йен, словно желая продлить наслаждение, задержал взгляд на дразнящих губах, коснулся нежных щек, от чего те сразу же вспыхнули…
Развязав ленту, стягивавшую волосы Эсме, Йен отбросил ее прочь и с наслаждением погрузил пальцы в волнистое море переливавшихся в ее руке, словно шелк, волос. Сжав их в ладони, он словно взял ее в плен и приблизил ее губы к своим.
Заключая эту необычную сделку, Эсме поклялась себе, что не станет отвечать на его поцелуй, но стоило Йену коснуться губами ее губ, как она тут же забыла свою клятву. Теперь она уже не только не хотела противиться ласкам Йена, но и не могла – все словно происходило помимо ее воли.
Рука Йена еще крепче обхватила Эсме – в этот момент он, должно быть, ощущал каждый изгиб ее тела. Во всяком случае, сама она безошибочно чувствовала, что Йен сейчас возбужден до последней степени. Сомнений в этом быть не могло – отбросив стыд, он слишком плотно прижимался к ее телу, чтобы Эсме не могла не заметить, как он напряжен.
Почувствовав отсутствие сопротивления, Йен стал действовать еще настойчивее. Язык его задержатся во рту Эсме, проникая в самые интимные его уголки. Не отдавая себе отчета в том, что делает, Эсме обхватила его за шею. Желание переполняло ее, новые, неведомые доселе ощущения словно обжигали все ее тело огнем.
На мгновение Йен отодвинулся от нее, чтобы Эсме могла увидеть выражение триумфа в его глазах. Затем он погрузил свое лицо в ее волосы и начал целовать шею, потом место за ухом… и вот наконец новое слияние губ… Руки Йена начали одну за другой расстегивать пуговицы ее куртки. Закончив с курткой, он так же медленно расстегнул корсет…
– Черт побери, это самая сладкая награда, о которой я только мог мечтать! Впрочем, есть еще кое-что, послаще… – Он подхватил Эсме на руки. Слабый протест тут же был заглушён новым поцелуем. Эсме сама не заметила, как оказалась на его койке – так бережно он ее туда опустил.
Эсме отлично понимала, что произойдет, если она сейчас же не остановит его, но ей так не хотелось останавливать… Раздвинув куртку и корсет, Йен покрыл ее трепещущее тело поцелуями. Глядя, как набухают от желания ее округлые груди с маленькими розовыми сосками, он осторожно коснулся губами сначала одного соска, затем другого. Ощущения Эсме были не сравнимы ни с чем: в этот момент она готова была застонать от удовольствия.
Йен осторожно поднял голову и посмотрел на нее жадным взглядом. Ответом ему был не менее выразительный, полный нескрываемого желания взгляд.
Заметив, что он все понял, Эсме смущенно отвела глаза, но нежное прикосновение Йена к ее груди заставило ее снова посмотреть на него… И тут ей вдруг стало стыдно за свою наготу.
– Остановись, Йен! – прошептала она. – Прошу тебя…
– Остановиться? Но почему? Можно подумать, я не вижу, что ты сама этого хочешь! К тому же разве я не заслужил свою награду в честном бою?
– Награду? Ты просил всего лишь о поцелуе! – проговорила она, ощущая, как Йен целует ее в оголенное плечо.
– Черт побери, детка, неужели я не заслужил гораздо большей награды за столько недель воздержания, за все эти бессонные ночи, которые проворочался с боку на бок, грезя о тебе?! Можно подумать, я не знаю, что ты сама мечтаешь об этом!
Эсме готова была возразить, сказать, что это вовсе не так, но все ее существо словно кричало ей: «Кого ты, милая, пытаешься обмануть?»
Йен поцеловал ее в живот, щекоча языком пупок, а потом начал развязывать сложный узел, стягивающий брюки. Наконец узел поддался, и вскоре девушка уже лежала перед ним совершенно обнаженной.
Эсме словно застыла, не чувствуя сил даже на то, чтобы пошевелиться. Склонившись над ней, Йен коснулся губами самой интимной части ее тела…
И в этот момент в коридоре раздались шаги.
Йен поднял голову:
– Проклятие! Кого еще там черт принес?
Несмотря на то, что руки Йена упорно не хотели отпускать ее, Эсме начала быстро приводить одежду в порядок; и тут в дверь энергично постучали.
– Кто там? – недовольно откликнулся посол.
– Моя хотела поговорить с вами, – раздался из-за двери голос капитана-сиамца.
Йен молчал, и тогда капитан начал что-то быстро лопотать по-сиамски.
– Он говорит, минут через двадцать мы уже будем в порту, – пояснила Эсме.
Йен нахмурился.
– Хорошо, – бросил он, – скажи, что я сам подойду к нему.
Эсме перевела. Теперь, когда ей предстояло навсегда расстаться с командой парохода, она не боялась обнаружить свое присутствие в каюте Йена – ей было попросту безразлично, что этот человек подумает о ней.
За то короткое время, пока Йен и капитан обменивались репликами, Эсме успела полностью привести свою одежду в порядок и уже начала подниматься с койки, как вдруг Йен остановил ее:
– По-моему, мы еще не закончили…
– А по-моему, – сухо проговорила она, – как раз закончили, ваше сиятельство! Скоро мы будем в порту, и с этого момента наши пути расходятся! – Осторожно, но настойчиво отбросив его руку, Эсме решительно выпрямилась.
В глазах Йена мелькнула обида.
– Ты действительно хочешь, чтобы мы расстались? – Он дотронулся до ее щеки. – Неужели все, что было между нами, можно так легко зачеркнуть? – Рука Йена погладила ее волосы.
Эсме молчала.
– Не знаю, – проговорила она наконец. – Да, нам будет нелегко забыть друг друга… но мы должны, понимаешь, должны! Иначе это приведет Бог знает к чему, к катастрофе…
– Но напоследок… хотя бы один только раз… Это, я надеюсь, не приведет к катастрофе?
– Не надо, прошу тебя…
– Приему? Ради всего святого, Эсме, почему?
– Потому что… Потому что мы оба – и ты, и я – слишком этого хотим…
Йен понимал, что она имеет виду. Руки его, ласкавшие Эсме, безжизненно повисли.
– Клянусь тебе, – проговорил он, – я не уеду из Сиама, пока ты не станешь моей, Эсме Монтроуз!
– В таком случае, – усмехнулась она, – как бы тебе не пришлось провести здесь всю жизнь!
Быстро повернувшись, Эсме решительно вышла из каюты.
Глава 15
Ознакомительная лекция длилась второй час, и Йен уже начал скучать. Помощник консула Джозеф Лангленд – вертлявый человечек такого маленького роста, что напоминал гнома, – очевидно, задался целью не упустить ни одной подробности, посвящая лорда Уинтропа в текущую политическую ситуацию в Чингмэе. Впрочем, из его речи Йен узнал мало нового – с тех пор как он покинул Бангкок, в отношениях между французами и сиамцами практически ничего не изменилось: французы по-прежнему время от времени производили вылазки на территорию Сиама, пытаясь спровоцировать сиамцев на объявление войны; англичане же всеми силами пытались убедить последних, что сие им вовсе ни к чему.
– Принц Матайя очень озабочен французским присутствием в Сиаме, – тараторил Лангленд. – На прошлой неделе он хотел послать войска против французской экспедиции в Монг-Сай, и нам потребовалось немало усилий, чтобы отговорить его от этого. – Лангленд нервно потеребил свои крысиные усики. – Меня его высочество слушать не хотел, потому что я, видите ли, всего лишь вице-консул. Я пытался объяснить ему, что консул болен, но это не убедило его. В конце концов, мы остановились на том, что принц будет дожидаться вашего прибытия.
– Когда состоится моя встреча с принцем? – нетерпеливо спросил Йен.
– Уже сегодня вечером. Люди его высочества видели вас в порту, и вам незамедлительно пришло приглашение на ужин.
Йен мысленно выругался – этот вечер он намеревался провести с Эсме. После того, что случилось утром, он чувствовал настоятельную необходимость довести дело до конца, так что ему была невыносима сама мысль о том, что он должен, по крайней мере, на время, расстаться с ней. Оставлять девушку в консульстве ему тоже не хотелось, ибо тогда он не сможет общаться с ней всякий раз, когда захочет. После того как утром Эсме проявила заметную уступчивость, посол еще больше укрепился в мысли, что ему удастся уговорить ее стать его любовницей и, может быть, даже жить с ним постоянно – во всяком случае, до тех пор, пока он будет находиться в Чингмэе.
– Простите? – переспросил он, так как, погрузившись в свои мысли, не расслышал вопроса, заданного ему Ланглендом.
– Я спрашиваю, где тот парень-сиамец – ну, вы понимаете… Возможно, вы уже успели подыскать ему какое-нибудь жилье?
Йен насторожился.
– О каком это парне вы говорите? – с притворной рассеянностью переспросил он.
– Да о том, что прибыл с вами – Лек или как его там… Он, кажется, ваш переводчик?
Вот так дела! Откуда, интересно, Лангленд узнал о Леке? Йен терялся в догадках.
– А почему вы о нем спрашиваете?
С минуту Лангленд молча теребил усики, затем извлек из ящика своего стола какую-то бумагу и молча протянул ее послу.
Йен не спеша взял бумагу. Это была телеграмма, адресованная чингмэйскому консульству и посланная, судя по дате, дня через три после того, как они отплыли из Бангкока.
«Уважаемые господа! Просим задержать некоего Лека Хантачанабуна, сопровождающего его сиятельство лорда Йена Уинтропа в качестве личного переводчика, до прибытия мистера Джеймса Монтроуза, который и предоставит необходимые разъяснения ».
Телеграмма была подписана Генри Раштоном.
Как ни пытался Йен сохранить самообладание, это удалось ему с большим трудом. Труднее всего ему было поверить и то, что отец Эсме, должно быть, сейчас уже направляется в Чингмэй. Неужели он хочет насильно вернуть блудную дочь в Бангкок и выдать ее замуж за этого мерзкого Майклза? Каким образом ему удалось обнаружить, что Эсме находится на пароходе Йена под видом парня-переводчика?
Впрочем, ответ здесь лежал на поверхности – подружки Эсме наверняка сразу же разболтали все ее папаше. И что теперь ему делать с беглянкой? Во всяком случае, отдавать Эсме Лангленду, не объяснив прежде все как следует, ему откровенно не хотелось.
– Ваше сиятельство? – Лангленд нетерпеливо поднял бровь.
– Я думаю, сэр. В конце концов, мне нет нужды отдавать парня вам – со мной он будет в целости и сохранности.
– Но простите, ваше сиятельство…
– Не понимаю, мистер Лангленд, в чем здесь, собственно, проблема… Я готов поклясться, что по прибытии мистера Монтроуза отдам ему Лека прямо в собственные руки, а пока… Какая разница, где парень будет находиться до этого?
– Но, сэр, речь идет об ответственности.
– Считайте, что я беру эту ответственность на себя.
Йен знал, что на самом деле Джеймсу Монтроузу небезразлично, где все это время будет находиться его чадо – в консульстве или у него. Очевидно, учитель надеется, что секрет до сих пор не раскрыт – иначе в телеграмме Эсме была бы названа своим подлинным именем. И уж конечно, он не будет в восторге, узнав, что британский посол вступил с его дочерью в интимные отношения. Кстати, телеграмма была подписана Раштоном. Не потому ли этот господин так обеспокоен судьбой своей малолетней любовницы, что собирается бросить жену и жениться на Эсме? Впрочем, вряд ли он поведал об этих своих планах ее папаше – того наверняка хватил бы удар, узнай он правду.
Йен смял телеграмму в руке. До сих пор он слабо верил, что Джеймс Монтроуз действительно постарается любыми путями выдать Эсме за Майклза, хотя девушка неоднократно уверяла его, что отец от этой идеи не отступится.
Ну уж нет, этому браку не бывать! Он еще не знал, что именно сделает, но зато готов был приложить все свои силы, лишь бы Эсме Монтроуз не вышла замуж за Уильяма Майклза. От одной мысли, что это может свершиться, у него крот стыла в жилах.
Впрочем, ему было жаль и Лангленда – этот человек и так слишком устал исполнять обязанности консула, а теперь еще новые заботы. Но Йен не мог позволить, чтобы судьбой Эсме занимался кто бы то ни было, кроме него. Он не отпустит ее от себя, по крайней мере до тех пор, пока не узнает, что именно собирается сделать с ней ее отец.
– Разве вы сами не знаете, почему мистер Монтроуз так заинтересовался этим парнем? – с надеждой спросил Лангленд.
– Кое-какие предположения у меня есть, – уклончиво ответил Йен.
Поняв, что посол не склонен посвящать его в подробности, Лангленд решил переменить тему.
– Что ж, – произнес он, – если вы ручаетесь за этого парня, надеюсь, проблем не будет.
– Вот и отлично, – поднявшись, Йен сунул телеграмму в карман жилета, – я займусь им прямо сейчас.
– Прямо сейчас? Но вы не должны забывать, что сегодня вечером вам предстоит прием у принца…
– Помню, помню… – Йен вздохнул. – Но ведь до вечера еще уйма времени… Меня кто-нибудь проводит на мою квартиру?
Выйдя из-за стола и подойдя к двери, Лангленд распахнул ее.
– Прасерт – крикнул он кому-то в коридоре. Мгновенно из-за колонны появился парнишка-сиамец лет тринадцати в сиамском военном мундире с чужого плеча. И без того потешный вид, который придавал ему мешковато сидевший на его щуплой фигуре мундир, усугублялся кривой восточной саблей, висевшей у него на боку.
Поглядев на парнишку, Йен едва сдержался, чтобы не рассмеяться.
– Я здесь, господин Лангленд, – бойко отрапортовал подросток, выпячивая грудь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40