А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Несмертельно, – ободряюще улыбнулась она.
Он вынул белоснежный носовой платок и прижал к ее плечу.
– Подержи его тут, чтобы унять кровотечение.
Она приложила пальцы к расползающемуся кровавому пятну, а Саймон поцеловал ее с терпкой отчаянной нежностью. Дрожащими руками он взял в ладони ее лицо.
– Ты правда имела в виду то, что сказала, Люси?
– Да. – Сияя от уверенности, несмотря на усиливающуюся боль, она прикоснулась губами к его дрожащей руке. – Я люблю тебя.
– На данный момент нежностей достаточно, – проворчал Фокс. Он шипел сквозь стиснутые зубы, когда Джин помогала ему встать на ноги. – Нам еще предстоит работа, Дейв.
Саймон взял Люси на руки и отнес ее в спальню на постель.
– Ты сможешь полежать здесь и подождать?
Она накрыла его ладонь своей.
– Со мной все будет хорошо.
– Ладно. – Он поцеловал ее и повернулся к Фоксуорту. – Фокс, что случилось с остальными людьми, которых отправили мне помогать?
– Их заперли в винном подвале, – сказала Джин. – Я их выпустила, и они побежали за мужчинами с саквояжами.
– Она, должно быть, не догадалась, кто они на самом деле, – заметил Фокс, – иначе она бы их убила. – Он указал на троих еще шевелящихся гостей, которые безуспешно старались достать пузырек из под дивана. – Скажи лучше, что нам делать с ними?
– Она отравила их белладонной, Фокс, – сказал Саймон и при виде непонимающего взгляда друга объяснил: – Белла донна – прекрасная дама. Трава названа так из за привычки итальянок капать ее сок в глаза, чтобы расширить зрачки. Противоядием от нее служит опиум, так что подойдет опийная настойка, лауданум.
Фокс ошеломленно посмотрел на него:
– Хорошо, что ты набрался таких полезных сведений в своей оранжерее.
– Любые знания могут пригодиться в жизни, – пожал плечами Саймон.
Глава 21
Быть любимым – величайшее удовлетворение, доступное мужчине.
«О полном счастье». Из дневников лорда Девингема
Они пока оставались в Бриджморе.
Саймон вызвал врача, который осмотрел и перевязал рану Люси и позаботился о гостях, отравленных во время злосчастного обеда.
– Дом кажется таким тихим, – сказала Люси, когда Саймон вошел к ней в спальню.
Он выглядел так, словно ожидал увидеть ее при смерти, но ее сияющая улыбка вроде бы убедила его в обратном. Он прикрыл за собой дверь и сказал:
– Люди Марбери схватили подручных Изабеллы и отвезли в магистрат для допроса. По моему, им очень не понравилось заключение в винном погребе.
Саймон уселся на край постели и, озорно улыбаясь, взял ее руку в ладони.
– Должен заметить, что я с огромным удовольствием наблюдал, как Стендиша связали и увели.
– А как там Джин?
– Уютно устроилась в гостевой комнате. Поскольку мы с тобой здесь, ее репутация в безопасности и никак не пострадает.
– Хотя мистер Фоксуорт тоже здесь? – подняла брови Люси.
– Фокс будет хорошо себя вести.
– Лишь бы его намерения были честными, – предупредила она. – Или он узнает, какова я в гневе.
– Страшнее Платта? – фыркнул Саймон.
– Не сомневайся, Саймон. Я видела, как он ее поцеловал!
– Милая, дни его беспутства давно в прошлом. И вообще, мне кажется, этот роман поставит лондонский свет на уши.
– Она его заставит помучиться, можешь не сомневаться, – фыркнула Люси, но сразу посерьезнела. – А что… с Изабеллой?
– Ее тело увезли. – Он наклонил голову и прижался жарким поцелуем к ее пальчикам. – Ты представить себе не можешь, какой ужас я испытал, видя тебя в одном шаге от смерти. Никогда больше так со мной не поступай!
– Любовь моя, – пробормотала она, гладя его по волосам. – Я почувствовала то же самое, когда ты положил оружие на пол.
– Я не мог позволить ей причинить тебе вред. – Он поднял на Люси мокрые глаза. – Я так сильно люблю тебя, что готов всем пожертвовать, лишь бы тебя спасти.
– Я тоже тебя люблю. Всем сердцем. И я наконец стала понимать, почему ты делал то, что делал. – Она шмыгнула носом, еле сдерживая готовые пролиться слезы. – Кто то должен останавливать людей, подобных Изабелле. А ты именно этим и занимаешься. Именно тот человек, кто может и умеет это делать.
– Это правое дело.
– Да. – Она ласково провела ладонью по его щеке. ~ А ты всегда стоишь и будешь стоять за правое дело.
– Я пытаюсь. И когда я лгал тебе…
Тише. – Она приложила пальчик к его губам. – Это было необходимо. Теперь я это понимаю. Я верю в тебя, Саймон. Только, пожалуйста, не отсылай меня в Девингем.
Он отвел ее ладошку от своего рта.
– Ты теперь всегда будешь рядом со мной.
Ее губы изогнулись в шаловливой улыбке.
– Что то ты, муж мой, сейчас сидишь не рядом со мной.
Глаза его загорелись, но тут же взгляд стал озабоченным, брови тревожно сошлись.
– Я не хочу повредить тебе.
Она протянула ему здоровую руку.
– Любовь моя, мне вредит только твое отсутствие… или отдаленность.
Он все еще колебался.
– Но наши игры могут задеть твое плечо.
– Значит, тебе просто придется быть поосторожнее. К счастью, разрез не глубокий. Нож прошел по касательной. – Она игриво прошлась пальчиками по его бедру. – Люби меня, Саймон. Я так долго была без тебя.
– Ты жестоко меня соблазняешь, жена.
Она маняще улыбнулась.
– И как? Получается?
– Слишком хорошо.
– Тогда иди ко мне в постель, муж мой. – Она откинула приглашающим жестом покрывало. – Ты именно то, что мне нужно, чтобы забыть о страхах этой ночи.
– Ты уверена? – Он встал и скинул сюртук, но озабоченность его не прошла. – Я считал, что ты хочешь, чтобы мы лучше узнали друг друга, не одурманенные физической страстью.
– Я знаю о тебе все, что имеет значение, – повторила она, вставая на колени неловко из за раненого плеча. – Я знаю, что ты человек чести, что ты меня любишь и что я могу доверить тебе мою жизнь. А если доверяю жизнь, то почему не сердце?
– Твое сердце – для меня самая большая драгоценность в мире. – Он приблизился к постели и притянул ее в объятия. – Клянусь заботиться о тебе до конца жизни.
– Я никогда не солгу тебе, Саймон. Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью. Я снова хочу нашей близости.
Голодная страсть сверкнула в его глазах, напрягла лицо.
.– Это самое заветное мое желание.
– Тогда чего же ты ждешь? – Озорные чертики заплясали в ее глазах, изогнули губы. Она потянула его за шейный платок, развязывая хитроумный узел.
– Мой камердинер Платт очень гордился этим узлом, – заметил Саймон, когда она швырнула измятый платок на пол.
– Ну его к черту, этот узел! – Она вытянула его рубашку из под пояса. – Я хочу видеть тебя голым.
– Ну, ты и озорница.
– Я требовательная жена, Саймон. Привыкай к этому.
– Я привыкаю. – Он поднял ее с постели, и Люси изумленно взвизгнула. Затем, поставив ее на ноги, он сорвал с нее ночную сорочку – впрочем, не задевая раненого плеча – и поставил обнаженной перед собой. – А я требовательный муж, моя любовь. Привыкай к этому.
– Я уже привыкла, – ухмыльнулась она.
Он взял ее пышные груди, и лицо его стало серьезным.
– Для меня ты самая красивая женщина на свете. А твоя лаванда… – он вдохнул аромат ее волос, – лаванда – самый сильный афродизиак.
– Саймон, – выдохнула она, покоряясь магии его прикосновения, от которой все тело ее пылало.
– Сладкая моя Люси. – Он посадил ее на край постели и быстро скинул с себя сапоги и остальную одежду.
Она не смогла сдержать возгласа восхищения при виде его готовности и, протянув руку, нежно погладила его мужскую плоть. Он выдохнул через стиснутые зубы и, держась одной рукой за ее здоровое плечо, другой стал гладить ее волосы, а Люси продолжала ласкать его.
Чем больше возбуждался он, тем больше разгоралась она. Она наблюдала за выражением его лица, наслаждаясь возникшим между ними магнетизмом. После нескольких долгих мгновений он открыл глаза и посмотрел вниз на нее со свирепым видом воина, каким он и был. Каким она его узнала. Он помог ей улечься на постель, а потом приподнял на сгибе локтей ее колени и вошел в нее одним мощным выпадом.
Это было как возвращение домой. Он сочетался с ней, словно их вылепили друг для друга. Ее вцепившиеся в покрывало пальцы побелели от напряжения, глаза закрылись сами собой, а все тело, вся кровь пели от нарастающего восторга.
Когда наслаждение дошло до пика и ударило со всей силой, они отдались на его волю, приняв наконец эту связь, скрепившую их как добровольных рабов и пленников любви.
Позже, той же ночью, они лежали в объятиях друг друга, и Люси, тесно прижавшись к Саймону, пробормотала:
– Обещай, что никогда больше не будешь утаивать от меня что то, даже ради моей безопасности.
– Никогда. До конца нашей жизни. – Он прижался поцелуем к ее виску. – Ты мне веришь?
Да.
Два дня спустя Люси поднималась по ступенькам резиденции Нельсонов. Лакей следовал за ней, держа в руках шкатулку Арминды. Она постучалась, и когда дворецкий попытался помешать ей войти, просто прошла мимо него. Лакей следовал за ней.
– Мои извинения, но я должна повидать миссис Нельсон по делу чрезвычайной важности.
– Мадам завтракает, – возмущенно начал дворецкий, – но…
– Проводите меня в столовую.
– Поверните налево, – заикаясь, пробормотал пожилой слуга. Потом он поспешил за Люси. – Но подождите! Она не принимает визитеров!
– Меня она примет, – решительно заявила Люси и вошла в комнату, где миссис Нельсон наслаждалась завтраком из хлеба и джема, запивая их шоколадом.
При виде Люси в сопровождении лакея лицо ее исказилось от гнева.
– Что вы здесь делаете? – воскликнула она. – Прошу вас покинуть мой дом.
– Не сразу, – сказала Люси, делая знак своему лакею поставить шкатулку на стол рядом с завтраком хозяйки дома. – Миссис Нельсон, эта шкатулка завещана вам вашей матерью.
– Я не хочу ее! – Миссис Нельсон посмотрела на шкатулку с отвращением. – Она всегда держала ее на своем письменном столе. Заберите ее!
– Я не могу этого сделать. Я обещала вашей матери на ее смертном одре, что позабочусь доставить ее вам.
– Я не хочу ее.
– Это меня не касается, – ответила Люси. – Миссис Нельсон, ваша мать часто о вас говорила. Даже после того, как вы покинули ее дом, она всегда знала, где вы, и тайно наблюдала за вами и беспокоилась, чтобы с вами не случилось ничего дурного.
– Меня удивляет, что она не заявилась сюда, – фыркнула миссис Нельсон.
– Она знала, что вы стараетесь отречься от ее бурной жизни, – продолжала Люси, – и держалась в отдалении, как вы этого хотели. Не появилась на вашей свадьбе, не видела рождения внуков. И теперь уже никогда не увидит. Самое меньшее, что вы можете сделать, это принять наследство, которое она вам оставила.
Миссис Нельсон широко распахнула глаза.
– Она знала, где я нахожусь?
– Да. И когда могла, помогала вам через третьих лиц. Неожиданным наследством или премией за хорошую работу, когда вы трудились в мастерской у портнихи.
– Я представить себе не могла, что она станет меня разыскивать. Что станет заботиться…
– Она очень переживала и заботилась… достаточно, чтобы предоставить вам жить так, как вам хочется. Перед своей последней болезнью она больше всего хотела вручить вам эту шкатулку сама. Но потом, когда ей стало совсем плохо, она доверила эту заботу мне.
Миссис Нельсон пробежала пальцами по резьбе на деревянной крышке шкатулки.
– Вы очень добры, выполняя поручение умирающей…
– Она была мне другом, – отозвалась Люси. – Миссис Нельсон, последние слова, которыми обменялись вы со своей матерью, были полны гнева, и этого уже не изменить. Вы должны принять ее такой, какой она была, а не такой, какой вы хотели бы ее видеть. – И, положив руку на плечо миссис Нельсон, Люси добавила: – Возможно, в шкатулке вы найдете добрые для вас воспоминания.
– Сомневаюсь, – проворчала миссис Нельсон, но придвинула шкатулку к себе и стала возиться с замочком. Наконец ей удалось его открыть.
Люси начала пятиться к выходу, говоря:
– Оставляю вас наедине с вашим наследством.
– Нет, погодите, – слегка улыбнулась миссис Нельсон, – вы приложили столько усилий, чтобы доставить это мне, и теперь я хочу, чтобы вы увидели, что там внутри.
Она решительно откинула крышку и заглянула внутрь.
– Что это? – спросила Люси.
– Письма. – Она вынула их из шкатулки. Все письма были сложены в пачки и перевязаны ленточками. – Письма от нее ко мне. Неотправленные. – Она подавилась последними словами: чувства горя и потери наконец овладели ею.
– Она никогда вас не забывала, – сказала Люси. – И теперь, прочтя эти письма, вы узнаете настоящую Арминду. Возможно, вы когда нибудь простите ее.
– Благодарю вас, – почти прохрипела миссис Нельсон. Глаза ее затуманили слезы. – Спасибо, что заставили меня выслушать вас.
– Постарайтесь не забыть, что у нее были очень благородные причины ее поступков, – пробормотала Люси, – и что все это время она не переставала вас любить.
Миссис Нельсон с трудом улыбнулась.
– Думаю, леди Девингем, что я впервые готова этому поверить.
– Любовь способна выдержать испытание временем. – И Люси показала на шкатулку: – У вас есть тому доказательство.
Когда Люси вернулась домой, оказалось, что ее поджидает Саймон.
– Вам, леди, положено лежать в постели и выздоравливать.
– В Бриджморе ты так не думал. – С озорной улыбкой Люси вручила служанке шляпку и ридикюль.
Он вздохнул и взял ее за здоровую руку.
– Вы, леди Девингем, гадкая шалунья, – пробормотал он, направляя ее подальше от посторонних глаз в утреннюю гостиную.
– Вам нужно было завершить, ваше задание, а мне мое, – откликнулась Люси и погладила его по щеке. – Миссис Нельсон приняла ее наследство.
– А ты? – Он взял ее за руку и поцеловал в ладонь. – Ты приняла свой жребий в жизни?
– Жить с тобой в качестве твоей жены и матери твоих детей? Стоять рядом и продолжать любить тебя, что бы ни принесло будущее?
– Да, именно это я и имел в виду.
Она рассмеялась и прильнула к нему.
– Совершенно определенно, любовь моя. Только попробуй мне помешать!
Он крепко прижал ее к себе.
– И вызвать гнев моей Люси? Никогда!

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28