А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


И этого мало. После всего им подали еще и десерт! В высоких вазочках - фруктовое желе со взбитыми сливками. И наполнили бокалы шипучей темной жидкостью из красно-синей пластиковой бутыли.
— Это же… это же виста! - догадалась Элис, - вы что, в Сканти ее покупаете?
— Да ты что? У нас в Эдоли тоже производят висту. Ты посмотри на бутылку!
Элис взяла бутылку, разглядела надписи. Действительно - "Беолийский завод безалкогольных напитков".
— А почему тогда их в распределителе не бывает? - спросила она.
— Да там вообще ничего нет, - махнула рукой Вики, - мы-то в спецраспределителе все берем. В консильском.
Виста оказалась на вкус странной, но Элис понравилось - темная сладкая шипучка отдавала горьковатыми травами.
— Слушай, а у вас праздник что ли какой-то? Именины? Сегодня, - Элис припомнила, - вроде бы, святой Игнатий?
— Нет, почему, - удивилась Вики, - нормальная еда. У нас всегда так.
Элис не нашла, что сказать, и посвятила свое внимание желе со сливками.
Они еще поиграли немного в Космический бой - Элис все-таки удалось выправить положение, так что скантийцы так и не запустили свои ракеты. Потом в комнату вошел папа Вики.
— Девочки? Уже пора, у вас отбой скоро. Собирайтесь.
— Па-а, - заныла Вики, - а можно мы переночуем дома сегодня?
Глай Бенедикт взглянул на часы.
— Нет, сегодня никак, Викусик, мы с мамой идем на прием в посольство.
— Мама же еще не пришла!
— Ну она проедет туда прямо из диаконии. Давай, Вики, быстренько!
Спустились по лестнице. Элис на прощание погладила карликового тейра. Машина - не "Сагитта", как у Йэна, а длинная изящная черная "Кари" ждала прямо у крыльца. И в машине сидел какой-то человек.
— Это папин шофер, - шепнула Вики. Глай Бенедикт наклонился к ней, поцеловал в щеку.
— Будь умницей, хорошо? До завтра.
Элис вдруг подумала, что Вики - одна из немногих, кто ходит домой каждый день. Она и ночует часто дома. Раньше Элис тоже иногда просилась переночевать дома, а теперь уже и не очень-то хочется - в школе интереснее, можно поболтать с Мартой, слазить на крышу, с девчонками иногда перед сном поиграть, и вообще…
Но если бы у нее была такая комната, такие книги, игры, и… честно говоря, и еда такая - разве это сравнится со школьной кантиной? - да, тогда Элис тоже ежедневно рвалась бы домой.
Глай Бенедикт подал ей руку. Элис робко пожала ее. Подумать только, этот человек - член правительства! Его постоянно показывают по видеону - Элис не приглядывалась, конечно, надо будет посмотреть, - он решает важные государственные дела.
— Мы всегда рады видеть тебя, Элис, - мягко сказал он, - приходи еще.
В ноябре Крис начала работать в Спасательной службе - пока стажером. Ее немного раздражали материальные проблемы - на карту курсанта, да и стажера тоже, возьмешь немного. Вот даже зимние сапоги в этом году не взять, придется в старых шлепать. Элис бы новый зимний спарвейк тоже не помешал. Она позвонила как-то в Эфес Юлиану. В конце концов, это не только ее дети! За все время их пребывания в Анграде Юлиан всего один раз вспомнил о детях, приезжал пообщаться. Он мог бы забрать их на рождественские каникулы - не то, чтобы Крис этого хотела, но ведь дети явно скучают по отцу… как ни странно, теперь больше скучает Элис. Маркус привык, да и кажется, Йэн частично вытеснил отца из его сердца. Странно, а в первый-то год Юлиан даже скандалы закатывал - где дети, ты отбираешь у меня детей, ты общаешься с ними больше, чем я.
Но противнее всего материальная сторона. Противно именно потому что это какая-то мелкая подлость, которой от человека, когда-то близкого, когда-то даже любимого, совсем не ждешь. По закону пункты на детей перебрасывалась с карточки Юлиана на карточку Крис. Но Юлиан через суд добился того, чтобы пункты Маркуса оставались на его собственной карте. Он, дескать, сам лично будет приобретать детям одежду, обувь и часть продуктов на эту сумму. Оспорить это невозможно - он отец, имеет точно такие же права на детей, как она - даже если дети, по их собственному желанию, проживают с ней. Однако проконтролировать, все ли пункты Маркуса тратятся на детей, а не на личные нужды отца - можно было, только установив систему проверки чеков, и самой все время за этим следя. Крис же не хотела лишний раз общаться с Юлианом. Даже для того, чтобы потребовать с него чеки. Тем более, что любая проверка его страшно оскорбляла, он почему-то считал, что Крис должна ему доверять безгранично.
В итоге на детей он тратил все меньше и меньше - и пожалуйста, уже с момента переезда в Анграду за несколько месяцев он приобрел детям разве что по кульку конфет и по жаренке, когда приезжал в гости. Фактически Крис обеспечивала двоих детей за счет пунктов на одного и за счет своих собственных пунктов…
Если бы не Йэн, пришлось бы совсем тяжело. Да и мама с сестрами иногда что-то подкидывали.
Однако обращаться к ним постоянно просто стыдно. Они же не богачки, как любовница Юлиана или как его мать. У них свои дети, свои проблемы.
И вот в конце концов Крис решилась позвонить Юлиану.
Она боялась ему звонить еще из-за Ады, вдруг та первой подойдет к дискону? Ну что приятного - разговаривать с человеком, который заведомо относится к тебе плохо? Который - Крис случайно это знала - распространяет про тебя дурацкие слухи и рассуждает в стиле "эта курица сама виновата, конечно, разве такая удержит мужика". Да, отец Лар (вот из-за него только жаль, что пришлось уехать из Эфеса) - он говорил часто, что надо учиться говорить и с такими людьми, и таких любить, ведь Христос не обращал внимание на то, кто как к Нему относится. Но Крис как-то не могла… она не злилась на Аду, просто уж очень не хотелось с ней разговаривать.
Однако ей повезло - откликнулся сразу Юлиан. Он появился на экране видеодискона - теперь, в столице, Крис получила эту техническую новинку. Крис только взглядом его окинула - такое родное, милое лицо, серые глаза, жесткие вихры надо лбом… Господи, до сих пор трудно поверить, что… ну ведь не может быть так, чтобы человек был родным - а потом перестал им быть! Крис поспешно отвела взгляд.
Нет. Не родной. Надо понять это в конце концов. Если он сам не хочет - значит, не родной. Она себя обманывала всю жизнь.
— Ну как дети? - спросил Юлиан после вежливого приветствия.
— Хорошо, - ответила Крис машинально и спохватилась, надо же как раз говорить о том, что пунктов не хватает, - а ты как?
— Да неплохо. Обслуживаю ингаляционный зал теперь, - сообщил Юлиан.
— Слушай… ты знаешь, скоро зима, а Элис… ей нужен новый нормальный спарвейк. Лучше бы с мехом, конечно…
— Да? - Юлиан удивленно вскинул брови, - мне казалось, у нее был вполне нормальный.
— Ну что ты, я его уже зашивала два раза… и потом, она ведь девочка. Она… - Крис умолкла. Ей хотелось сказать так много об Элис. Девочка совершенно не женственна, не стремится красиво одеться, хорошо выглядеть - но ведь тем более нужно тогда о ней думать! И приобретать ей вещи получше. Вообще лучше бы Ада - раз уж она частница - сшила бы девочке на заказ…
— По-моему, девочка вполне может обойтись и прошлогодним, - сказал Юлиан.
— Нет, не может, - возразила Крис, - он просто ужасно выглядит… ты бы видел.
Юлиан пожал плечами.
— Тебе виднее. Спорить не буду. Ну что ж, возьми ей новый спарвейк.
Крис онемела.
— Так… в смысле… возьми… как же я возьму, Юли, когда у меня пунктов не осталось… у меня даже на себя пунктов нет.
— Ну а чем я могу тебе помочь? - поинтересовался Юлиан, - ты считаешь, что я должен тебя обеспечивать, что ли?
— Нет, почему меня… Юлиан, у тебя же детские пункты!
— Но у меня пункты Маркуса, а Элис…
— Но ведь я и Маркусу все беру! Юли, ты что, не понимаешь? Какая разница, чьи пункты? - Крис задохнулась от возмущения. Ее всегда обезоруживала эта манера Юлиана изрекать совершенно нелепые вещи уверенным и серьезным тоном… он же просто играет. Играет, как кошка с мышью. Лучше бы сказал - я тебе пунктов не дам, отвяжись… Нет, так он не скажет, он обязательно выдвинет законное обоснование.
— Ты пойми одну вещь, - спокойно вещал между тем Юлиан, - в том, что у детей проблемы, виновата ты сама. Нечего переваливать на других. Если бы ты вела себя по-человечески, у детей бы все было…
На миг Крис в самом деле почувствовала укол вины. В самом деле, если бы она смогла поддерживать хорошие отношения со свекровью, мать Юлиана обеспечила бы внуков… наверное… и наверное, с Юлианом она ведет себя как-то не так… ведь у них с Адой есть все, они отлично обеспечены. У них есть циллосы последних моделей, даже собственная машина. Даже у Йэна нет собственной машины, только служебная! А им по блату за шитье кто-то устроил. Конечно, Юлиан бы подумал и о собственных детях, но она, Крис… Тьфу ты.
— В чем это я веду себя не по-человечески? - спросила она.
— Да я вам столько всего давал, что ты со мной в жизни за это не расплатишься!
— Сколько? Ну сколько? - Крис снова ощутила угрызения совести. В первый год после своего ухода Юлиан и вправду постоянно подкидывал им подарки. Словно откупиться хотел, но Крис и тогда была благодарна - ладно, хоть так, хоть порядочный человек, не забывает детей материально. Потом это желание у него становилось все меньше, пока не исчезло совсем.
— А тебе нужно обязательно впутывать суд, требовать по закону… Вот хотела по закону - вот и получай! - победоносно завершил Юлиан. Крис ощутила комок в горле.
— Это же ты… ты хотел по закону… - залепетала она.
— Я? Я хотел?! - Юлиан начал заводиться. Хотя сейчас он находился на расстоянии двухсот лонгов, Крис снова почувствовала страх. В "заведенном" состоянии Юлиан был способен на все. Даже, например, ударить ее. Ведь тут не боль страшна, подумаешь, какая это боль… но как может нормальный взрослый мужчина вот просто так ударить женщину? Это же ужас какой-то запредельный. После такого и жить-то не хочется.
Сейчас он, конечно, ничего сделать не мог, только орать.
— Это же ты побежала требовать, чтобы все пункты тебе перевели!
— Подожди, Юли… как же я… ты же первый…
— Я первый? Да я только узнать ходил! А ты решила устроить со мной войну! Вот и получай теперь! Хотела - получай! Всю жизнь мне испортила, все отравила, сука! Идиотка! Зачем было вообще в инквизицию бежать, можно подумать, мы одни в школе были, кто трахался! Могла бы и помолчать! А теперь ты еще от меня что-то хочешь!
"Только не реветь", подумала Крис. Не хватало еще. Глаза ее на побелевшем лице расширялись все сильнее. Пальцы стиснули подлокотники высокого стула. Не реветь. Обойдется без такого зрелища. Козел.
— Ладно, - сказала она с трудом, - я все поняла.
— Что? Что ты поняла? Ну-ка, что ты поняла?
— Да иди ты, козел… - сказала Крис, потому что ничего другого она сказать уже не могла, чтобы не разреветься.
— Дура! - злобно выкрикнул Юлиан и отключился. Экран замигал, требуя нажать отбой. Крис протянула руку, выключила аппарат.
Она преодолела первое желание разреветься, и теперь слезы уже не шли. Крис встала, подошла к окну. Ей было просто плохо. Даже не то, что плохо. Не то слово. Это было так, как будто внутри тело совсем пустое, и поворачивается там какая-то горящая головня, выжигая внутренности. И ничего нет впереди, кроме ада. Господи, сказала Крис, но это никак не помогло. Здесь не было Бога. Или она не могла Его ощутить.
Странно, подумала она, ну зачем вот так все время поминать прошлое? Да еще почему-то представлять его так, будто это она, Крис, побежала куда-то сообщать… Ведь это не она виновата. Их просто увидели. Это было неизбежно. Она наоборот собиралась мужественно молчать об отце ребенка, и даже порвала с Юлианом с этой целью. И в ДИСе она как раз выгораживала его… а он, скажем так, наоборот скорее.
Неужели у него такая память странная? Или может, это у нее с памятью не в порядке? Крис была уверена в происшедшем и даже спрашивала подруг, Тавиту - Тавита помнила то же, что и она. Но Юлиан во время скандалов подозрительно так щурился и спрашивал - "может, у тебя с головой не в порядке? Что-то с памятью твоей стало, а? Уже не помнишь, как все было?" И она в самом деле начинала сомневаться и в прошлом, и в своем рассудке, и в памяти.
А ведь действительно - не они одни трахались тогда. Это Крис осознала гораздо позже. Кроме четко регламентированного, красивого и строгого мира Церкви и государственной дисциплины, всегда и везде существовал рядом подспудный мирок мелких нарушителей - ублажателей своих страстишек и желаний, которых ведь и осудить-то сложно… ну не может каждый человек быть кристально чистым и сильным, как Йэн. Как святой (Крис, впрочем, нередко думала, что Йэн, наверное, и есть святой). Хочется ведь простых человеческих радостей… особенно в юности… да, многие, наверняка многие - Юлиан рассказывал - находили где-то места и спаривались втихаря, и разглядывали порнографические журнальчики, да пусть даже из Сканти, и даже видики смотрели… И становились потом врачами, учителями, инженерами… даже инквизиторами. И даже священниками. Это Крис была настолько наивной и видела мир в черно-белом цвете. На самом деле даже не все эти нарушители обязательно становились плохими специалистами в своем деле.
Крис вдруг вспомнила о спарвейке для Элис… это такие пустяки… в самом деле, не надо было звонить. Меньше боли. Тут такие страсти, прошлое, настоящее, ее вина, или же вина Юлиана… что по сравнению со всем этим какая-то детская куртка… да походит Элис еще одну зиму в старом. Тем более, у нее теперь собака, еще испортит новую-то вещь… Юлиан даже и прав, наверное, она слишком балует детей. Раздался дверной сигнал. Крис протянула руку к пульту. До сих пор сложно привыкнуть к этой столичной автоматике - вся квартира управляется с пульта.
— Солнышкин? - Йэн шагнул в комнату. Крис обернулась к нему.
— Солнышкин, ты что? Ты плакала?
— Нет, - с удивлением сказала Крис, - а разве… - она провела рукой по лицу.
— Нет, но у тебя такое лицо расстроенное. Случилось что-нибудь?
— Я… позвонила Юли… - вот теперь снова захотелось реветь, но теперь и сдерживаться было ни к чему. Крис набрала воздуху, уткнулась лицом в Йэна и начала долго и самозабвенно рыдать. Йэн молча гладил ее по голове.
Прорыдавшись, Крис оторвалась от серой Йэновской камуфляжки. Он молча нажал ей на плечо ладонью, усаживая на стул. Вышел на кухню и вернулся со стаканом воды и носовым платком.
Потом сел на пол прямо рядом с ней. Зубы Крис застучали о стакан. Она выпила воду жадно, как раненый с тяжелым обезвоживанием. Йэн внимательно смотрел на нее.
— А чего звонила-то?
— Да насчет спарвейка Элис… дура я… не надо связываться… Подумаешь, походит в старом.
— Зимний? Да, ей нужен зимний спарвейк. И не выдумывай, не походит она в старом. Ты хочешь ей внушить, что ходить в обносках - это нормально? Она ведь красавицей должна быть, как ты.
Йэн говорил спокойно, веско, и это как-то успокаивало Крис.
— Но Йэн, где ж я возьму-то… я потому и позвонила. У меня осталось 12 пунктов. Это на шапку только хватит! Я и себе сапоги не беру… Я истратила все на осеннее, ты ведь знаешь, что у нас…
— Да знаю, подумаешь, проблема. У меня еще сорок с чем-то. Короче, завтра… нет, не получится. В выходные поедем и возьмем ей новый спарвейк.
Крис тяжело вздохнула.
— Ну все? Да действительно, знаешь, ты если уж хочешь, ты ему не звони, давай я позвоню. И может быть…
Йэн умолк. Ему уже приходила в голову мысль. Крис вообще не может сопротивляться давлению этого гада. Никак. Может быть, это печально, но Крис было бы совершенно нечего делать в армии либо ДИСе. Тут даже психотренинг не поможет. Ей так легко внушить чувство вины… Она предпочтет отойти в сторону, общаться поменьше, все отдать, лишь бы жить спокойно. Йэн уже не раз думал о том, чтобы все-таки поставить траты бывшего муженька Крис под контроль. Даже не потому, что в самом деле мало пунктов - тут он всегда Крис поможет, он-то отлично обеспечен. Просто… зло не должно оставаться безнаказанным… Но тут так много всего сразу. Парень может взбеситься и взбесится обязательно. Да, в роли инквизитора Йэн может его и припугнуть… Но именно только припугнуть… не создавать же фиктивное дело. А у Юлиана есть безотказное оружие - донос. А Йэн с Крис и в самом деле в сложном положении. Мерзко все это… очень мерзко… Но Юлиану ничего не будет за внебрачное сожительство, а вот Йэну за одни только подозрения… ну не трогает он Крис, они просто друзья - но попробуй это докажи… и как мерзко-то доказывать будет… и ведь Крис начнут таскать, и не спасешь ее…
Может, лучше уж правда не трогать дерьмо - меньше вонять будет.
— Слушай, Солнышкин, не обращай внимания, - сказал он, вздохнув. Как-то это некрасиво. Малодушие. Отступать перед всяким… Но что поделаешь, пока Крис не угрожает опасность, а материально ее и так можно поддержать.
— Мне неудобно от тебя брать пункты, - Крис отвернулась. Йэн положил руку ей на плечо.
— Крис, я не предам. Никогда, - сказал он.
— Но ты же мне…
— Я твой друг.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54