А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Что значит «пусть жизнь идет как идет»? Это же твоя жизнь, единственная! То есть это вообще не жизнь! Это – добровольное затворничество! И кстати, своим поведением ты даешь повод лишний раз позлорадствовать этим подонкам – Траску и его компании!Кейт еле заметно улыбнулась. Она-то знала, что очень скоро все это закончится, ведь не далее как сегодня она встретилась с человеком, взявшимся радикально решить все ее проблемы. Осталось немного потерпеть, и Траск будет мертв.– Трэвис, ты зашел по делу или чтобы прочесть мне нотацию? – спросила Кейт, желая перевести разговор на другую тему.– Днем я заглянул к тебе на работу, но ты отсутствовала. Айрин сказала, что уехала на какую-то встречу. Вот я и решил тебя проведать, узнать, все ли в порядке.Кейт была абсолютно уверена, что Трэвис не будет выспрашивать, с кем именно она встречалась, поэтому даже не стала придумывать приемлемый ответ. Все ее встречи за последние полгода ему были хорошо известны. Малоприятные вызовы адвокатов Траска, постоянно угрожавших ей и желавших добиться от нее отказа от судебного разбирательства, и их попытки привлечь ее саму к уголовной ответственности за клевету. Консультации с собственным адвокатом, визиты к врачам, и в том числе к психотерапевтам, работа… В последний месяц ко всему этому добавились аналогичные встречи, только уже с докторами, наблюдающими за здоровьем Керри. Правда, на этот раз обошлось без адвокатов и полиции. Родители Кейт и Керри категорически отказались вмешивать в это дело официальные инстанции, а сама Керри, даже если бы и пожелала, не смогла бы это сделать.– Как Керри? – тихо спросил Трэвис.– Никаких изменений, – глухо ответила Кейт.Если говорить о физическом и психическом состоянии Керри на данный момент, то действительно ничего не изменилось. Если же проблему рассматривать в целом, то изменилось абсолютно все. Сломалась вся ее жизнь, и практически нет надежды на то, что удастся что-либо поправить. Керри – юная, невинная, доверчивая девушка, прекрасная ученица и добрая душа, помогавшая ухаживать за больными в местном госпитале, теперь сама нуждается в уходе и постоянной помощи. Керри – мечтавшая о счастливом замужестве, хорошей семье и куче детишек, теперь не может без посторонней помощи есть и одеваться… Да, «никаких изменений». Пока. А появятся ли они в будущем?Трэвис задумчиво глядел на догорающие в камине угли.– Она пока еще здесь? – тихо спросил он.– Да, но врачи планируют перевезти ее в госпиталь в Литл-Рок, – ответила Кейт. Хорошее настроение, впервые появившееся у нее за последние полгода, снова исчезло при воспоминании о младшей сестре. Сейчас даже обещание Такера осуществить план мести уже ее не радовало. Мысли о несчастной Керри угнетали Кейт и приводили в отчаяние.– Что они говорят?– Говорят, что не уверены в благополучном исходе дела, – ответила Кейт. – Неизвестно, найдутся ли у Керри силы оправиться после такого удара. Физического, морального, психологического. Она ничего не понимает, точнее, не в силах понять, почему Траск так поступил не только со мной, но и с ней.Трэвис гневно стукнул кулаком по дивану.– Мы просто обязаны заставить его заплатить за все! – гневно воскликнул он. – Ему не удастся уйти от ответа! Для чего же в таком случае существует полиция? Чтобы такому негодяю, как Траск, все сходило с рук? Сначала ты, теперь Керри… А этот мерзавец разгуливает на свободе, смеется над нашим бессилием и упивается собственной безнаказанностью?Кейт пожала плечами:– Ты разве не знаешь его семью и нравы, царящие в Фолл-Ривер? Деньги и власть решают все, Трэвис! – Она немного помолчала. – Знаешь, меня удивляет другое. Я иногда вижу на улице мать Джасона и думаю: ну ведь она-то знает всю правду, знает, как все обстояло в действительности, понимает, что ее сын – подлец. Почему же она так отчаянно защищала его, платила большие деньги, участвовала во всем этом гнусном разбирательстве? Неужели ей не стыдно за него и за свои собственные действия?Трэвис усмехнулся:– Кейт, не забывай, что она его мать. Она его любит, и, какой бы отвратительный поступок он ни совершил, она всегда будет на его стороне! Элинор ведь считает, что ты соблазняла его. Прости, что снова поднимаю эту неприятную тему.– Я его соблазняла… – медленно повторила Кейт. – Хорошо, предположим, я хотела выглядеть в его глазах привлекательной, ну и что? Разве я заслужила то, что он со мной сделал?Она вдруг вспомнила о Такере Колдуэлле. Когда сегодня днем Кейт встречалась с ним, разве она хотела его соблазнить или просто ему понравиться? Нет, об этом не может быть и речи! Она видела, что совершенно не заинтересовала этого Колдуэлла как женщина, более того, он вел себя с ней надменно, держался нарочито грубо, столько презрения было в его обращении «леди». Нет, Кейт не произвела на Такера никакого впечатления. Она даже не была уверена в том, запомнил он ее лицо или нет. Человек, проведший за решеткой целых шестнадцать лет, надолго лишенный женского общества. И тем не менее она его не заинтересовала.После всего случившегося последние полгода Кейт Эдвардс вообще не общалась с мужчинами, если не считать врачей и адвокатов. Все они казались ей врагами, она не могла себе представить, что когда-нибудь ее отношения с ними станут прежними, не говоря уж об интимной близости. Кейт ненавидела мужчин, презирала их, боялась. Она сознательно неброско одевалась, почти не пользовалась косметикой, не делала прическу, не носила украшений. Она не хотела никого видеть, и только Трэвис Макмастер был единственным мужчиной, с которым она сохранила дружеские отношения.Трэвис поднялся с дивана, надел пиджак и сказал:– Ладно, Кейт, уже поздно, я пойду домой. Когда пойдешь навещать Керри, передавай, пожалуйста, ей от меня привет. Хорошо?Кейт молча кивнула.Никаких приветов от мужчин Кейт младшей сестре не передавала. Более того, Керри находилась в таком состоянии, что даже ее лечащими врачами были только женщины. Даже на своего собственного отца она смотрела с неприязнью.Трэвис подошел к двери, но на прощание не поцеловал Кейт и даже не коснулся ее руки. Они оба всегда помнили о былых, недолгих, правда, близких отношениях и старательно избегали каких-либо даже невольных намеков на них.– Я на днях загляну, узнаю, как дела, – сказал Трэвис, не глядя на Кейт. – Не забудь после моего ухода как следует запереть дверь.– Обязательно! – улыбнулась Кейт. – Спокойной ночи, Трэвис!Макмастер ушел, она захлопнула за ним дверь и тщательно закрыла ее на все замки. Прислонилась спиной к двери и несколько минут стояла неподвижно, думая о только что ушедшем Трэвисе. Почему их любовная связь продлилась так недолго? Ведь им было хорошо вместе, очень хорошо. Жалеет ли она сейчас, что у них все закончилось? Нет, пожалуй, не жалеет. Кейт вполне устраивало то, что Трэвис Макмастер стал ей просто хорошим другом. Она доверяла ему, и он был единственным человеком, с кем Кейт могла безо всякого смущения обсуждать любые вопросы. И в том числе ситуацию, в которой она пребывала последние полгода.
Тогда, шесть месяцев назад, Джасон избил ее и изнасиловал. Он растоптал ее достоинство и плюнул ей в душу. Он запятнал ее репутацию, выставил на всеобщее посмешище, разрушил ее жизнь. От нее отвернулись почти все, кроме Керри и Трэвиса Макмастера. Даже родители Кейт во всем случившемся винили лишь ее саму. В том, что впоследствии Траск так же поступил с Керри, они тоже винили Кейт. И только ее одну.Кейт вздохнула, отошла от двери и направилась в гостиную. Ничего, скоро все кончится. Такер Колдуэлл… Нет, она и Такер Колдуэлл заставят Траска заплатить по счету. Он заплатит за исковерканные судьбы Кейт и Керри собственной жизнью. * * * Наступила суббота. Такер с детства любил субботы. В эти дни они с братом Джимми, как правило, сбегали с уроков и отправлялись гулять. Лазили по холмам, бродили по лесу, забирались на высокие деревья, исследовали старые заброшенные пещеры. Когда суббота выдавалась теплая, они загорали и купались в реке. Братья жили дружно, делились своими детскими секретами, строили планы на будущее, мечтали о путешествиях в неведомые страны.Мечты не сбылись, планы на счастливое будущее рухнули в один день, но Такер по прошествии многих лет относился к этому философски. Никому из его семьи не удалось выстроить счастливую, безбедную, насыщенную интересными событиями жизнь. Почему же он когда-то самонадеянно решил, что составит исключение? Даже тогда, много лет назад, у него иногда появлялось смутное чувство, что ничего хорошего его не ждет, но мечтать было так увлекательно, так приятно… И тем не менее Такер Колдуэлл субботние дни любил.Интересно, любит ли субботы Кейт? Сегодня она должна снова к нему приехать, если, конечно, не отказалась от своих кровожадных планов. Нет, вряд ли, такие женщины так просто не отказываются от задуманного.Такер взглянул на часы, стоящие на тумбочке около кровати. Почти два часа дня, а ее до сих пор нет. Значит, передумала?Вдалеке послышался шум мотора. Такер подошел к окну и выглянул. Машина Кейт показалась на дороге, ведущей к его дому. Вот она сбавила скорость, аккуратно объехала его грузовик, стоящий около дома, и остановилась.Такер подошел к столу, взял открытую банку с пивом, снова вернулся к окну и сделал несколько больших глотков. Выйдет ли Кейт из машины и направится к дому или будет дожидаться, пока хозяин сам появится на крыльце?Кейт вышла из машины и начала медленно прохаживаться около штабеля досок, лежащих во дворе. Руки глубоко засунуты в карманы пиджака, хотя день выдался теплый и надевать пиджак было вовсе не обязательно. Взгляд напряженный, лицо застыло, губы плотно сжаты.«По-моему, она сильная женщина, – подумал Такер, глядя на Кейт. – Хотя внешне выглядит маленькой и хрупкой!»Кейт немного походила взад-вперед вдоль штабеля досок, затем бросила быстрый взгляд на окно и отвернулась. Такер допил пиво, раскрыл окно и швырнул пустую банку во двор. Жестяная банка с грохотом ударилась о груду камней, Кейт сильно вздрогнула и резко обернулась.– Я сейчас к вам выйду! – крикнул Колдуэлл.Он закрыл окно, спустился по полусгнившим ступенькам крыльца и приблизился к Кейт. Ему показалось, что она немного отстранилась от него. Что ж, ничего удивительного, она опасается бывшего заключенного, отсидевшего много лет в тюрьме за убийство.Сам Такер тоже испытывал неловкость в присутствии этой женщины. Он ощущал какой-то дискомфорт, не мог вести себя с ней непринужденно и естественно.– Мистер Колдуэлл, – наконец произнесла Кейт. – Здравствуйте!Такер усмехнулся. Его уже много лет никто не называл «мистером», за исключением адвоката, защищавшего его в суде шестнадцать лет назад. Обращение «мистер Колдуэлл» звучало странно и резало слух.– А я думал, что вы не приедете, – пробормотал он.Кейт удивленно подняла брови:– С чего вы это взяли?Колдуэлл пожал плечами:– Решил, что вы передумали.– А вы, мистер Колдуэлл, надеюсь, не передумали?Такер покачал головой. Нет, он не передумал. Только Кейт полагает, что он готов взяться за ее дело, а он-то имеет в виду совершенно другое. Он ни за что, ни за какие деньги не согласится выполнить ее просьбу и не станет убивать этого Траска, какое бы чудовищное злодеяние тот ни совершил.– Нам надо кое-что обсудить, – произнесла Кейт. Ее голос звучал так обыденно, словно они собирались обсуждать какие-нибудь пустяки. – В прошлый раз вы сказали, что хотите кое-что узнать. Что именно вас интересует?– Меня интересует, какое зло Траск причинил вашей сестре, – ответил Такер и взглянул Кейт в глаза.На ее лице появилось раздраженное выражение.– Зачем вам знать об этом? Вас это не касается.Такер нахмурился.– Странный разговор у нас с вами получается! – недовольно бросил он. – Вы приходите ко мне, просите убить человека, но на мои вопросы отвечать отказываетесь. Серьезные дела так не делаются, леди!– Не забывайте, мистер Колдуэлл, что я не просто прошу вас убить человека, а плачу вам за это большие деньги! – возразила Кейт. – Или вы считаете, что десять тысяч долларов – мелочь?– Нет, я так не считаю. Но я должен знать, почему вы хотите смерти Джасона Траска! – упрямо повторил Такер.Кейт несколько минут молчала, очевидно, раздумывая, следует ли ей поделиться своими соображениями с этим не в меру любопытным мужчиной, а потом нехотя произнесла:– Он причинил страшное зло моей младшей сестре. Керри… Ей всего девятнадцать лет! – вдруг горячо заговорила Кейт. – Вы, мистер Колдуэлл, помните себя в ее годы? Вы молоды, удачливы, полны надежд, вся жизнь у вас впереди… Вспомните себя, мистер Колдуэлл!– Когда мне было девятнадцать, я сидел в тюрьме! – глухо сказал Такер. – Так что мне этого не понять, леди!Кейт внезапно смутилась, но быстро справилась с собой.– Я об этом не подумала, – просто ответила она. – Так вот, Керри… У нее было будущее, радужные перспективы, надежды, но в один день все рухнуло.– Рухнуло в тот день, когда она встретилась с Джасоном Траском? – уточнил Такер.Кейт молча кивнула.– Что же он ей сделал плохого?Кейт еще глубже засунула руки в карманы, и Такер почувствовал, как она напряжена. Видимо, разговор о любимой младшей сестре давался ей с трудом. Наконец она собралась с силами и начала:– Приблизительно месяц назад Траск похитил мою сестру. Он обманом заманил ее, отвез за город, сильно избил и изнасиловал. Потом… потом он бросил ее на обочине… Затем этот негодяй вернулся домой и позвонил мне.– Вам? – изумленно произнес Такер.– Да, да, именно мне! Позвонил и сообщил о том, что он сделал с Керри! В течение часа полиция нашла на безлюдной дороге бесчувственную Керри… Теперь… теперь она находится в психиатрической больнице, но врачи не дают никаких гарантий, что Керри поправится и снова станет полноценным человеком. Она до сих пор находится в шоке. Сколько еще она пробудет в таком состоянии – неизвестно. Может быть, неделю, может, месяц… Не исключено, что и до конца своих дней! Теперь вы понимаете, мистер Колдуэлл, почему этот мерзавец должен умереть?Такер угрюмо молчал, обдумывая услышанное. Ему было искренне жаль юную Керри, но кое-что в этой душераздирающей истории ему показалось неправдоподобным. Возможно, Кейт просто скрывает некоторые детали.– Скажите, а почему полиция не арестовала мерзавца? – вдруг спросил Такер.– Почему? Да потому что не было свидетелей преступления!Такер покачал головой и с сомнением посмотрел на молодую женщину.– Странно! Вы же сами сказали, что Траск позвонил вам и обо всем рассказал! Вы – и есть самый главный свидетель! Он же признался вам в содеянном!– Вы многого не знаете обо мне! – запальчиво возразила Кейт. – Вы не знаете, какая у меня в этом городе репутация! Если я, например, буду утверждать, что небо голубое, то мне никто не поверит, пока сам не взглянет на него! Меня ведь все считают отъявленной лгуньей, злобной, мстительной женщиной, которая решила опорочить невинного человека – Джасона Траска! Я – подлая клеветница, развратная женщина…– Успокойтесь, пожалуйста…– Нет, я хочу, чтобы вы выслушали меня, тогда вам все станет ясно, мистер Колдуэлл! Кто поверит моим обвинениям? Как я докажу, что Траск изнасиловал и избил мою младшую сестру?– Подождите, мисс Эдвардс! – Такер поднял руку. – Подождите! Но ведь есть такие неопровержимые доказательства, как отпечатки пальцев, мельчайшие кусочки кожи потерпевшей под ногтями насильника, нитки тканей… Наконец, медицинское освидетельствование потерпевшей!– Но кто будет этим заниматься? – с негодованием в голосе произнесла Кейт.– Как кто? Полиция!– Дело в том, что мои родители, уже наученные горьким опытом моей неудавшейся тяжбы с Траском, категорически отказались заявлять на него в полицию. Они не хотят расследования, боятся, что Керри станет посмешищем всего Фолл-Ривер. Они не позволят никому задать Керри ни единого вопроса, мистер Колдуэлл! Они и пальцем не шевельнут, чтобы попытаться наказать Джасона Траска! А вы говорите про доказательства! А Керри… она, возможно, так и останется до конца жизни в больнице для умалишенных!Кейт горестно вздохнула. Ей нелегко далось это признание, и теперь она пыталась успокоиться.– Скажите, а почему Траск позвонил вам? Зачем?Кейт резко обернулась.– Потому что хотел, чтобы мне стало об этом известно! – резко бросила она.– Я не понимаю…– Повторяю: он хотел, чтобы я об этом узнала! Жаждал позлорадствовать, унизить меня, еще раз поиздеваться! Не поняли, мистер Колдуэлл? В том, что случилось с Керри, виновата только я! Только я!– Вы хотите сказать…– Да, он избил и изнасиловал Керри назло мне, если так можно выразиться. Из-за меня.Такер недоверчиво покачал головой. Эта история ему нравилась все меньше и меньше, и участвовать в ней он, естественно, не собирался! Слишком много неясного, туманного и… странного.– Мистер Колдуэлл, вы говорили, что хотели получить дополнительную информацию о Траске, – сказала Кейт.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40