А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Надеюсь, вы в добром здравии и расположении духа?
– Как всегда, милостивый государь, – чуть выпрямился Скорпо.
– Прошу вас, встаньте нормально: я же не вижу вашего лица, – в голосе главы Конклава мелькнуло легкое раздражение.
– Благодарю…
– Оставьте эти церемонии… – Лео взял чародея под руку. – Ты ведь разрешишь на время похитить твоего учителя? – неожиданно обратился старик к Инвару. – Обещаю вернуть его живым и здоровым.
– И сегодня! – неожиданно для самого себя сдерзил мальчишка и тут же мысленно дал себе по губам.
– Каков наглец, а?! – громко расхохотался маг, игриво толкая враз побелевшего Скорпо в бок. – Прямо как ты в молодости, дорогой друг!
«Дорогой друг?! – поперхнулся Инвар. – Он что, ТОЖЕ?!! Куда же я все-таки попал?!!»
Оглядевшись, молодой человек заметил, что маги парами разбрелись по огромному залу, а их ученики сгрудились кучкой у длинного, невесть откуда взявшегося стола. Немного поразмыслив, Инвар решил присоединиться к ним.
Чем ближе подходил он к ученикам, тем сильнее билось его сердце, ноги становились деревянными, а в горле першило так, что он начал задыхаться.
«Небо, с чего я так волнуюсь?» – еле сдерживая слезы, вышагивал он по идеально белому полу. В какой-то момент ему захотелось упасть на колени, укрыться с головой, как когда-то укрывался под грудью матери, спасаясь от ненавистного Локо.
Как наяву возник перед глазами старший брат, гоняющийся за ним по двору с крючковатой палкой в руках – «загнать непослушную лошадку». Палка бьет по босым пяткам, спине, он бежит все быстрее, не смея крикнуть, позвать на помощь.
Не выдержав, Инвар в панике, несмотря на запрет, загородился щитом, отодвигая от себя мираж. Сквозь туман рассеивающейся картинки он увидел, как один из учеников хватается за голову, раскидывая в стороны посуду и кушанья, и заваливается на стол.
Страх мгновенно исчезает, оставляя ученика Скорпо в недоумении – что это, проверка? Но ведь учитель предупреждал, что применять магию в этих стенах настрого запрещено!
Инвар неуверенно подходит к молодым людям и, встав по свободную сторону стола, вопросительно смотрит на них исподлобья.
– Ладно, друг, остынь! – после долгой паузы обращается к нему рослый малый, встряхивая золотистой гривой вьющихся волос. Инвар невольно залюбовался им – тонкие изящные черты лица, небесного цвета широко поставленные глаза на слегка загорелом лице. Наверное, природа ошиблась, создав его мужчиной. Поставь этого парня рядом с Ень-Иро, и женщины всей грани повесятся от зависти и безысходности.
– Ты уж прости нас за эту маленькую проверку. Пойми правильно, мы ведь должны знать, с кем нам придется иметь дело. А меня зовут Карри, ученик Вирго, – широко улыбнулся юный маг, демонстрируя превосходные белые зубы. Инвар только вздохнул, в отличие от него самого, этот Карри был просто совершенством.
– Инвар, ученик Скорпо, – представился он, оглядывая собравшихся.
– Фар А'норт, ученик Гемине, – разжал губы тот, что пытался атаковать сына Мийяры. Было видно, что парень еще не отошел от ответного удара – он был бледен и, казалось, слаб.
Один за другим представились и другие ученики магов.
– Ты сам из каких краев будешь? – пробасил крепыш с татуированной правой щекой. Только сейчас Инвар заметил, что разноцветный рисунок искусно скрывал уродливый шрам.
– Здесь недалеко, дня… – и осекся, чуть не сказав «дня четыре пути».
«Зачем им знать, откуда я родом? – вспомнил Инвар одну из первых истин Айдо: „Никогда не открывайся перед первым встречным, ведь ты не знаешь, с чем он пришел к тебе. Ложь потом можно будет исправить оговоркой или осторожностью. Смерть уже ничем не исправишь“.
– Дней шесть-семь на восток, – неопределенно махнул рукой ученик Скорпо, – оттуда я.
– Так ты из Вильсхолла? – оживился будущий Таурус. – Надо же, почти земляки.
– Кстати, ребята, – спасая Инвара от дальнейших расспросов, встрял в разговор под корень выстриженный ученик, – а где Хожад? Почему он не с нами?
– Ты разве не знаешь? – повернулся к нему Фар А'норт. – У него сегодня экзамен. Так что посмотреть будет на что.
«Экзамен… – насторожился Инвар, – поединок, что ли?»
– Вы хотели о чем-то поговорить со мной? – Каяс старался ступать в ногу со старым чародеем.
– Да, мой друг, – опираясь на посох, щербато улыбнулся Лео, – сегодня мой день. Ты знаешь об этом?
– Догадывался… – грустно кивнул Скорпо. – Вы уверены, что так надо? Хожад еще так молод, а вы весьма недурно…
– Девин, прекратите. – И Скорпо вздрогнул, невольно оглядываясь: в их кругу было не принято называть друг друга родовыми именами. Но глава, даже не смутившись, продолжал: – Я знаю, что сегодня общаюсь с вами последний раз. У меня единственная просьба. После того, как я… – Лео остановился, рассматривая стершийся конец посоха, – …как я уйду, сделайте все возможное, чтобы Канцер не стал главой Конклава. Больше ничего не прошу. – Старик продолжил путь.
«Да, если Канцер станет на место Лео, то…» – покачал головой Каяс, последовав за стариком.
Только он хотел задать еще один вопрос, как гул набата прокатился над головой, и огромная пещера стала самым обычным дворцовым залом. Совет Двенадцати начался.
– Господа! – Сидя на высоком, выточенном из цельного камня голубого мрамора кресле старый маг обвел присутствующих тяжелым взглядом. – Кроме обычных вопросов, подлежащих общему обсуждению, у нас сегодня два поединка. Ученик Вирго вызывает своего наставника, а после этого… так сказать, на десерт, – слабо улыбнулся Лео, – я буду иметь удовольствие сойтись в поединке со своим питомцем.
– Но, мэтр, – вскочил с места Гемине, – мы не можем проводить одновременно два боя.
– Правильно, – Лео жестом усадил мага на место, – именно поэтому я спускаюсь в подвалы завтра, а через несколько часов… – чародей указал на вспотевшего Карри.
«Наверное, они будут драться в этих подвалах, – стоя за спиной Скорпо, Инвар попытался рассмотреть Вирго, соперника и учителя Карри. – Эх, хоть бы одним глазком…»
«Будешь… обязательно… – голос Скорпо звучал четко и ясно, – и сегодня, и завтра…»
– Одно слово! – неожиданно вскинул руку Карри.
– Что такое? – поднял седую бровь Лео.
– Мэтр… я не вызывал своего учителя на поединок… Это какая-то ошибка… – голос золотоволосого дрожал. На лбу и на щеках блестели капельки пота.
– Не бойся, он тебя только покалечит, и все… – услышал злобный шепот у себя за плечом Инвар. Он попытался взглянуть на этого добряка и обомлел… Поглаживая пальцем линию татуировки, подопечный Тауруса открыто улыбался, глядя на дрожащего Карри.
«Но почему?! Ведь только что они стояли рядом! Разговаривали меж собой как лучшие друзья». – Инвар отвернулся, упираясь взглядом в обреченного ученика.
– Мэтр Вирго, что вы скажете на это? – Лео положил подбородок на согнутые в локтях руки. Было видно, что ему все равно, что он устал и вся эта словесная перепалка ему ни к чему.
– Уважаемое собрание, – поднялся из своего кресла высокий старик, – мне был брошен вызов, и, несмотря на то что этот… субъект находился в обучении всего ничего, я был вынужден принять этот вызов.
– Я… ничего… такого… не говорил!!! – Карри уже кричал. – Учитель, ведь вы же знаете правду!
– А это написано твоей рукой?! – Вирго бросил на стол пергамент. Вместо ответа молодой человек развернулся на каблуках и, еле сдерживаясь, чтобы не побежать, удалился из зала.
– Если с этим вопросом покончено, то попрошу учеников выйти, дабы позволить верховным магам обсудить некоторые вопросы, которые их подопечных не касаются. – Лео, взяв брошенный лист, с интересом разглядывал его.
«Ничего хорошего из этого не выйдет!» – Инвар побрел вслед за остальными.
Едва тяжелая дверь закрылась, отделив подмастерьев от учителей, Карри, несмотря на смуглость кожи, бледный, как сама смерть, устремился навстречу вышедшим юношам.
– Узела, отвечай, это твоих рук дело? – обратился он к ученику Тауруса.
– Друг!.. О чем ты?! – Было видно, что удивление наигранно, а вкупе с насмешливым тоном все становилось очевидным.
Золотоволосый выбросил руки вперед и сорвавшийся с них огненный шар с громким жужжанием полетел прямо в голову вильсхолльца. Инвара толкнули в грудь, отодвигая в сторону. Когда он поднял голову, Узела, в свою очередь вытянув руки вперед, невидимым щитом удерживал брошенный комок огня перед собой.
– Прекратить немедленно! – В коридоре появился молодой маг.
– Мастер Либра, – прохрипел Карри, удерживая перед собой возвращающийся снаряд, – если мне суждено сдохнуть, то я хочу знать, что жакхе, убившее меня чужими руками, более не будет поганить своим присутствием эту несчастную землю!
С последними словами он изо всех сил толкнул шар вперед. Узела отступил, упершись спиной в камень стены – дрожащий огонь полыхал уже у самого его лица и, казалось, вот-вот должен был разорваться.
Либра махнул посохом, увенчанным на конце фигуркой весов, и струя воды окатила шар. Следующим взмахом он выставил между соперниками ярко-синюю стену льда.
– Вы оба… идете за мной… – Дверь в зал совещающихся магов, тяжело заскрипев, открылась настежь. – И не заставляйте себя ждать!
Сначала Карри, а затем и Узела вышли из коридора.
– Интересно, на каком рынке он себе посох нашел? – вытер выступивший на лбу пот Фар А'норт и натужно рассмеялся. – Во, ребята попали!
– Что они хоть не поделили? – Инвар толкнул стоящего рядом паренька.
– Кто его знает… – Молодой маг, не отрываясь, смотрел на теперь уже закрытую дверь. – Кто-то говорил, что Узела неравнодушен к тем, кто симпатичнее его. Может, это действительно правда?
«Небо! Куда я попал?! – По телу ученика Скорпо пробежали мурашки. – Кажется, я это сегодня уже говорил».
За то время, что совещались маги, Инвар успел вдоволь наслушаться сплетен по поводу учителей и тех событий, что происходили конкретно вокруг каждого из них. Из всего этого будущий Скорпо сделал следующие выводы.
Первое. Или он самый ретивый ученик на свете, или вокруг него одни бездельники и раздолбаи. Если, конечно, молодцы не наговаривали сами на себя, что исключалось в принципе. Хотя… С этим выводом Инвар решил пока не спешить, оставив размышления на потом.
Второе. Девин Каяс – один из самых сильнейших магов на восьмой грани, хотя бы потому, что принципиально не пользуется разными штучками вроде посоха Либра или жезлов Лео. Или же Девин Каяс – великолепный обманщик и пройдоха, хотя бы потому, что без вышеперечисленных предметов достойной магии быть не может. На эту тему Инвар размышлять не стал, резонно рассудив, что время покажет, да и достойной магии он пока еще не видел, а значит, справедливо судить не может. Фокус с водой и летающим огнем не в счет – даже он мог сотворить подобное, особо не напрягаясь, лишь бы силовая линия была в буквальном смысле под ногами.
Третье. Искусство магии вещь, бесспорно, интересная и занимательная, но на доходы от нее обеспеченно и долго не проживешь. В большей части королевств прямое волшебство под запретом, а в тех, где разрешено, все же есть ограничения или все население состоит из того же мага, его ученика и одной-двух женщин по хозяйству.
И последнее. Что бы ни решил на своих ежегодных заседаниях Конклав, каждый из присутствующих делал, делает и будет делать все так, как ему заблагорассудится. А все эти съезды нужны только для того, чтобы посмотреть друг на дружку, себя показать да коллег по цеху маленько устройству жизни поучить.
И самое последнее. Как Инвар ни напрягал уши и слух, он так и не понял суть конфликта треугольника: мастер Вирго – Карри – Узела. И чем закончится этот «спор», даже предположить не мог.
Размышления ученика прервал очередной скрежет двери – их позвали в зал к чародеям.
– Учитывая сложившиеся обстоятельства, – начал Лео, не дожидаясь, пока ученики займут свои места, – объявляю: подмастерье Карри должен сойтись с подмастерьем Узела для выяснения истины. Если подмастерье Карри окажется правым, то он должен сойтись в поединке со своим учителем, дабы стать следующим мастером Вирго или уйти от нас. Все свободны. После ужина вы снова увидитесь.
Лео устало взмахнул рукой, и все вокруг задрожало, растворяясь в воздухе. Оглянувшись, Инвар понял, что стоит с собственным учителем в гостевой комнате.
Только в узкой щели стенки мелькнули Южные ворота, повозка остановилась.
– Какого Отродья?! – прорычал ветеран, стараясь выглянуть на улицу из-за широкой спины возничего. – Это что, привал? Мы еще и из города-то не выбрались!
Локо приподнялся было на локте, собираясь оглянуться через плечо, за что тут же получил пинок в зад.
– Упрись обратно, щенок! – прогрохотало сверху. – Тебе еще не велено поднимать башку.
«Да пошел ты!» – до крови закусил губу парень.
– Эй, мужики, что за хреновня творится? – бряцая оружием, подал голос другой солдат.
– Ничего себе! – откликнулся возница, поворачиваясь к легионерам. – Ребяты, вы будете смеяться, но, кажись, нам шмон учинили!
– Чаго? – Сержант встал с места, подаваясь к выходу. Локо только сильнее сжал зубы, когда кованый сапог уперся ему в ляжку.
– Это ж кто такой умный, отца его в схад! – проорал служивый, высовываясь, и тут же, коротко охнув, завалился на спину, широко разбросив руки.
– Я!.. А что такое? – влез в повозку Глэм, потирая ушибленный кулак. – Мы тут молодца потеряли… Случайно не видели? – Тайник демонстративно вертел перед всеми знаком четырехугольника в четырехугольнике.
Услышав знакомый голос, Локо встрепенулся, поднял голову, но тут же кто-то наступил на него, нащупывая каблуком хребтину между лопаток.
– Не-а… здесь только свои! Ваших тута нет!
– Ет точно! Здесь нынче не воняет! – пошутил другой, и было слышно, как он поднимается со своего места.
– Абсолютно согласен, здесь не воняет, – улыбнулся тайник, – здесь просто пахнет … дерьмом! А ну выходи проветриться!
– ЧТО?! – заходила повозка ходуном, но другой, властный, голос остудил пыл легионеров.
– Цыц, кому сказал! Выходи. Стройся.
Один за другим солдаты спрыгнули на утоптанный снег и стали рядом с Келари.
Тайник залез в пустую повозку и рывком перевернул Локо лицом вверх.
– Живой? – осведомился Глэм, криво усмехаясь. – А раз жив, выметайся отсюда. На сегодня твоя воинская служба закончена.
– А на завтра?.. – тяжело приподнялся на локтях парень: все тело нещадно болело и саднило от побоев, жутко хотелось пить.
– И на послезавтра тоже. – Глэм коротко свистнул, и двое младших тайников, как по волшебству, оказались рядом.
– Этого в «Дом». Привести в порядок. Насколько возможно, – вгляделся он в лицо Локо.
Несостоявшегося легионера подняли на руки, вынесли наружу и, завернув в заранее приготовленные одеяла, понесли. После второго толчка сын Мийяры не выдержал и потерял сознание.
Когда Локо унесли с места события, Глэм повернулся к Келари.
– Вот и все. Благодарю за содействие властям.
– Да за ради Неба! – в тон ответил военный. – Надеюсь, у властей нет к нам претензий?
– У нас – нет, а вот у него… – кивнул тайник вслед унесенному. – Вы когда обратно в Уилтаван собираетесь?
Когда после роскошного праздничного ужина подали напитки и десерт, в дверь гостиной вошел белый как снег Поакор. Уже предчувствуя неладное, Ень-Иро отставил поднятый бокал в сторону, отметив, что рука не дрогнула. «Видно, устал бояться. Да и сколько уже можно».
– Что там у тебя? – поднялся он из глубокого мягкого кресла. Вместо ответа старый слуга молча подал сложенный вчетверо листок и отступил, оглядываясь на зашторенные окна так, словно за ними прятались невидимые враги, готовые вот-вот ворваться в дом.
Ювелир не спеша развернул записку и, хотя почерк был незнакомым, сразу понял, от кого письмо.
«Я сделал все, что мог, но он на свободе. Простите ».
И ни слова больше.
Даже подписи не было.
– Тизария… – скомкав бумагу, полуэльф отправил ее в огонь камина, – ты завтра уезжаешь к сестре в Гольлор.
– Я никуда не поеду. – Женщина взяла руки мужа в свои. – Я никуда не поеду, слышишь? – акцентируя каждое слово, сказала она.
– Возьмешь с собой Поакора и еще кого-нибудь. Я бы хотел, чтобы ты уехала уже сегодня, но тебя просто не выпустят из города. – Ень-Иро осторожно высвободил руки и, больше ничего не говоря, вышел в коридор по направлению к мастерской, мысленно прикидывая, хватит ли у него ингредиентов для оссари . И если да, то как и где организовать встречу с бывшим подмастерьем.
В подземелья замка Лео вела такая длинная и крутая винтовая лестница, что, пока они достигли ее конца, Инвар раза три умудрился, правда легко, подвернуть себе ногу.
Наконец чародеи и ученики вышли на ровную площадку перед огромными, в несколько раз выше, чем в зале наверху, дверьми.
Узела и Карри молча один за другим последовали внутрь. Створки, тяжело заскрипев, закрылись, отделив поединщиков от внешнего мира.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34