А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Пожалуй, это всего лишь дорогая игрушка, – застенчиво согласился Марк. – Но все-таки, если у вас есть деньги, вы можете себе позволить безумные поступки.
Они проехали последний поворот, и взгляду открылось «Гнездо Бакнера».
– Это напоминает… какое-то готическое сооружение. И стоит на отшибе. У вас есть хоть какие-нибудь соседи?
– Ближайшие соседи живут в полумиле отсюда. Я так и хотел. А готического здесь ничего нет. Это полностью современное здание.
Хотя было уже за полночь, в доме горел свет. Марк накануне предупредил прислугу, что им придется работать этой ночью, и распорядился приготовить поздний ужин к его приезду.
Поставив «мазератти» перед входом, он подхватил сумку и пригласил Пегги войти. Она ахнула, увидев огромную парадную с высоченным потолком. Марк повел ее прямо в гостиную, где уже горел камин. Пегги тут же подошла к окну.
– Господи, Марк, это потрясающе, – благоговейно сказала она. – Если бы у меня был такой дом, я бы прожила в нем всю жизнь!
Из кухни вышла полная женщина средних лет, с приятным лицом.
– Рада вас видеть, мистер Бакнер, – сказала она.
– Спасибо, миссис Логан. Это моя гостья, Пегги Чёрч. Пегги, это миссис Логан.
– Рада с вами познакомиться, мисс Чёрч. – К изумлению Марка, миссис Логан сделала неуклюжий реверанс. – Холодный ужин вас ждет.
– Я умираю от голода, – призналась Пегги.
– Спасибо, миссис Логан. Отнесите сумку Пегги в комнату для гостей, подготовьте там все и можете идти. Я высоко ценю то, что вы с мужем сегодня так поздно задержались. Мы тут прекрасно управимся сами, хотя, возможно, нам больше не удастся вкусно поесть.
– Я думаю, удастся, Марк, – заверила Пегги. – Хоть я и современная женщина, но готовить умею, и очень даже неплохо. В свое время об этом позаботилась моя мать.
Ужин состоял из холодных омаров и шампан-ского.
– Как вкусно! – воскликнула Пегги. – А знаете, мне все больше нравится шампанское.
От кофе Пегги отказалась.
– Я слишком устала. Это был очень долгий день. – Прикрыв рот рукой, она зевнула. – Если не возражаете, я лягу спать.
Марк не стал возражать и даже сумел скрыть свое разочарование.
– Все правильно, я забыл, что вы не такая полуночница, как я. – Он встал. – Идите, я помою тарелки. Ваша комната вторая слева от лестницы.
Обойдя вокруг стола, она положила голову ему на плечо. Ощутив прикосновение ее гибкого тела, Марк почувствовал напряжение в паху.
– Спасибо за то, что пригласили меня, Марк, – прошептала ему на ухо Пегги и легко поцеловала в губы. – Спокойной ночи.
Марк сразу же занялся тарелками. Но он по-прежнему остро ощущал присутствие Пегги в доме. Прошла минута, и наверху зашумел душ.
Покончив наконец с тарелками, Марк поднялся наверх. Пегги то ли еще не ложилась, то ли привыкла спать при свете, потому что из-под ее двери выбивалась светлая полоска. Подавив искушение постучать к ней, Марк отправился в свою комнату. Он разделся, принял ванну и нагишом отправился в постель – так он обычно спал. В комнате было чересчур жарко, и Марк лег поверх покрывала.
При мысли о том, что в соседней комнате спит Пегги, у него вновь появилась эрекция, и теперь он лежал, беспокойно ворочаясь и думая о том, не заняться ли ему мастурбацией. Он уже и не помнил, когда последний раз занимался этим.
Дверь медленно отворилась, и на пороге возникла Пегги – в длинной прозрачной ночной рубашке.
– Марк!
– Я здесь.
Босиком она подошла к кровати.
– Я боялась, что ты никогда не ляжешь.
– Но я думал…
– Я знаю, о чем ты думал. Но у женщин тоже есть свои соображения. Наверно, если бы ты настаивал, я бы не…
Пегги сбросила ночную рубашку и встала коленями на кровать.
– О Боже! – выдохнула она, нащупав в темноте его тело. – Ты уже полностью готов.
– Я был готов, уже когда мы встали из-за стола.
– И я тоже.
Он хотел притянуть ее к себе, но опоздал. Пегги уже оседлала его, направила в себя и опустилась вниз.
Марк вздрогнул и застонал. Откинув голову назад, Пегги издала горлом какой-то тихий, жужжащий звук и начала двигаться. Она была уже влажная и с нарастающей скоростью легко скользила вверх-вниз.
Буквально через несколько секунд Пегги громко застонала и начала дрожать, а затем упала на Марка. Две недели воздержания, видимо, сказались, и он тоже моментально кончил.
Они лежали обнявшись. Марк лениво погладил ее по спине, Пегги прижалась к нему теснее и издала мурлыкающий звук.
– Уммм, это было неплохо, – сонным голосом сказала она.
Усталость после долгого путешествия и бурного слияния взяла свое, и они уснули почти одновременно, по-прежнему сжимая друг друга в объятиях.
Когда Марк проснулся, в комнате было еще темно. Во время сна они расползлись в разные стороны и теперь оба лежали на спине. У Марка вновь появилась эрекция.
Он нежно дотронулся до Пегги, и та что-то невнятно пробормотала во сне. Раздвинув ей ноги, Марк одним плавным движением вошел в нее. Пегги продолжала спать. Марк был очень осторожен, входя в нее не на всю глубину. В тот момент, когда он почувствовал приближение оргазма, Пегги наконец проснулась, крича от наслаждения. Обхватив его руками, она бешено задвигала бедрами, и они опять кончили вместе.
– Не помню, чтобы я когда-нибудь кончила, еще не проснувшись… – пробормотала Пегги, когда Марк вышел из нее, и тут же вновь погрузилась в сон.
Когда Марк проснулся снова, комната была залита светом. Он проснулся от прикосновения к своему пенису. Делая вид, что спит, он лежал не шевелясь, в то время как Пегги манипулировала его членом, стараясь довести до полного отвердения. Но когда она уже собиралась его оседлать, Марк привстал, изображая на лице притворный гнев.
– Господи, женщина, ты наконец дашь мужчине отдохнуть?
– Мне кажется, тебе не очень-то нужен отдых, верно? – засмеялась она.
Марк засмеялся вместе с ней, и они принялись возиться на огромной кровати, как два довольных тюленя на морском берегу.
– Не так, Марк, не так! Это слишком больно, – приглушенным подушками голосом взмолилась Пегги, когда он перевернул ее лицом вниз и раздвинул ноги.
Тогда он приподнял ее за бедра и поставил на колени. Пегги протянула руку и направила его в свое влагалище.
– О да, да! – закричала она, когда Марк вошел в нее.
Сжимая руками ее бедра, Марк снова и снова входил в нее. Когда у него наступил оргазм, оба были уже липкими и мокрыми от пота. Наконец Марк отпустил ее и повалился на спину, хватая ртом воздух – как рыба, выброшенная на берег.
– Господи, если мы будем так продолжать, я превращусь в одну сплошную рану. – Повернувшись к Марку, она лукаво улыбнулась. – Как ты думаешь, мы будем продолжать?
– Все, что зависит от меня, я сделаю. – Марк встал с кровати. – Но сейчас мне нужно принять ванну.
– И мне тоже. Ты что-то говорил насчет большой ванны. Она вместит нас обоих?
– На это она и рассчитана.
Это был чудесный уик-энд. За все время они покинули дом лишь однажды, в субботу днем, спустившись на эскалаторе, чтобы искупаться в океане.
С субботнего утра до вечера того же дня на них не было ни клочка одежды. Только занявшись приготовлением завтрака, Пегги надела фартук, прикрывавший лобок и часть живота, – чтобы защититься от брызг раскаленного жира. Ходить голыми предложила Пегги. Прежде Марк всегда одевался сразу же после того, как вставал с постели. Он почему-то стеснялся появляться перед женщиной голым после полового акта. Однако на сей раз это перестало его заботить уже через полчаса.
Пегги и впрямь оказалась прекрасной кухаркой. Миссис Логан оставила им довольно большой запас продуктов. На завтрак Пегги приготовила яичницу, на обед – сандвичи, а на ужин – бифштексы.
Они слушали музыку, пили шампанское, разговаривали. Скорее, говорила Пегги – рассказывала о себе. За день они трижды занимались любовью. Один раз у камина, когда голова Марка находилась между ее ног до тех пор, пока Пегги не закричала:
– Войди в меня, дорогой! Я хочу, чтобы ты был во мне, когда я кончу!
Второй раз это происходило на лестнице. Удивительно, что они отделались только ссадинами на локтях и коленях, а не переломали себе руки или ноги.
В третий раз это было на пляже. Захватив с собой полотенца, они спустились по эскалатору на пляж – изогнутую узкую полоску белого песка. Попасть туда можно было только на эскалаторе, с трех сторон пляж окружали скалы, а с четвертой простирался Тихий океан. Увидеть их могли разве что с какого-нибудь судна, но на горизонте виднелся только громадный нефтеналивной танкер, тяжело продвигавшийся к югу в миле от берега.
– Ты не думаешь, что какой-нибудь матрос рассматривает нас в бинокль? – со смехом сказала Пегги.
– Я плавал там на лодке. Единственное, что можно разглядеть на таком расстоянии, – это скалы. Но я сильно сомневаюсь, что кого-нибудь из матросов потянет наблюдать за птицами на гнездах.
– А я и есть птица, совершенно голая птица.
Раскинув руки, Пегги ринулась в воду; Марк последовал за ней. В это время года вода была ледяной. Зайдя по колено, оба остановились, дрожа от холода.
– Есть только один способ, детка, – сказал Марк и нырнул. Он мгновенно испытал шок, который, однако, стал постепенно проходить, когда Марк мощными гребками поплыл вперед. Проплыв немного, он оглянулся. Пегги не отставала, четкими движениями рассекая воду. Они проплыли уже около пятидесяти метров. Повернувшись, Марк прижал ее к себе и неловко поцеловал. У обоих зубы стучали, как кастаньеты.
– Слишком холодно! – крикнула Пегги.
– Это ведь была твоя идея. Давай наперегонки, я сейчас тебя обставлю!
Но далось это ему с большим трудом, Пегги все время дышала ему в затылок. Они побежали туда, где оставили полотенца, и принялись энергично растирать друг друга. Сначала это была игра, но скоро она превратилась в нечто иное.
Проведя пальцем по его набухшему члену, Пегги серьезным тоном сказала:
– Как я вижу, наблюдается некоторый подъем.
– По-моему, он всегда наблюдается, когда ты рядом.
Повинуясь внезапному импульсу, он подхватил Пегги под мышки и оторвал ее от земли. Уловив его замысел, Пегги постаралась помочь и вскоре повисла на плечах Марка, энергично работая бедрами и впившись губами в его губы.
Она быстро довела его до оргазма. Когда он излился в нее, колени Марка подкосились и он тяжело осел на песок.
Теперь он уже хорошо знал Пегги, по крайней мере знал ее тело и сексуальные реакции.
– Ты не кончила, нет? Мне очень жаль.
– Это не имеет значения, Марк! Мы что, ведем учет? Может, у тебя там калькулятор, который отсчитывает единицу, когда ты кончил, и двойку, когда кончила я? Ох, извини, дорогой. – Она быстро его поцеловала. – Я что-то не то сказала. Я очень ценю твою заботу. В большинстве своем мужчины совершенно не беспокоятся о том, что чувствует женщина. Со мной все хорошо, правда.
Несколько минут они лежали рядом, с ног до головы перепачканные в песке.
– Тебе здесь нравится, Пегги? – спросил Марк.
– Это лучшие дни в моей жизни!
– У меня есть лишние ключи. Когда мы вернемся в дом, я тебе их дам – чтобы потом не забыть. Приезжай и живи здесь сколько захочешь, даже если меня не будет.
Она бросила на него странный взгляд, затем вскочила на ноги.
– Кстати, насчет возвращения в дом – мне срочно нужно в душ. Я вся в песке.
Рука об руку они поднялись на эскалаторе и там разделились: Марк пошел в свою комнату, Пегги в свою. На этот раз, приняв ванну, он надел рубашку с открытым воротом, свободные брюки и шлепанцы. Очевидно, они мыслили одинаково, потому что, когда Пегги через некоторое время спустилась вниз, на ней был длинный, до пола, халат.
Она приготовила бифштексы, и оба с аппетитом поели. Вечером они лежали перед огнем и пили вино. Марк уже почти заснул, когда Пегги повернулась к нему и сказала:
– Между прочим, под халатом ничего нет, если, конечно, тебе случайно захочется это исследовать.
Он повернулся к ней и начал изыскания.
Единственная грустная нота прозвучала накануне отъезда в воскресенье. Оба устали и вполне удовлетворили свой сексуальный аппетит. Вечером предстояло улетать из Сан-Франциско, и оба согласились, что перед отъездом надо немного вздремнуть.
Марк проснулся первым и сразу посмотрел на часы. До отъезда оставалось два часа.
Пегги лежала на спине, слегка похрапывая во сне. Марк осторожно стянул с нее простыни. Пегги что-то недовольно пробормотала, но не проснулась. Он принялся внимательно изучать это прекрасное тело. Небольшие, но безукоризненной формы груди с большими сосками. Плоский живот. Обилие черных волос на лобке. Марк почувствовал, что у него снова появляется эрекция.
Он начал гладить ее тело. Пегги постепенно просыпалась.
– Ммм, это неплохо, – не открывая глаз, пробормотала она.
Он дотронулся до нее в другом месте.
– А как здесь?
– О да, дорогой, очень хорошо.
– А здесь?
– Да, да!
– А как насчет… Тебя это возбуждает?
– Да, Марк… – Внезапно она подняла голову и, нахмурившись, посмотрела на него. – Что все это значит? Ты следуешь набору инструкций из руководства по обольщению? Или начитался статей из своего «Мачо»? Прикоснись к ней там, поцелуй ее здесь! И это обязательно возбудит твою бабу! Так, что ли?
Удивленный внезапной атакой, он смотрел на нее разинув рот и видел, как его потрясенный взгляд, словно в зеркале, отражается в ее глазах. Лицо Пегги смягчилось, на щеках появились ямочки, и она притянула его к себе.
– Прости меня, дорогой. Я знаю, что не должна так раздражаться. Но неужели ты не понимаешь, что влюбленная женщина, каковой я сейчас являюсь, не всегда нуждается в том, чтобы ее возбуждали? Конечно, предварительная любовная игра, как ее называют в учебниках, – это прекрасно, но когда ее слишком много, она только отвлекает. Я действительно воспринимаю ее как игру. Но когда женщина любит, ее можно возбудить одним прикосновением, даже взглядом. – Улыбаясь, она погладила его по щеке. – Я открою тебе одну тайну, которую не собиралась тебе открывать. Когда ты впервые появился в нижнем офисе, у меня внутри все оборвалось, а трусы… извини за такую подробность, стали такими мокрыми, что мне пришлось в обеденный перерыв идти переодеваться…
Действо продолжалось, и Марк, насколько он мог судить, реагировал на происходящее вполне адекватно, но мысли его были далеко. Он уже освоился с открытием, что любит эту женщину, но до сих пор ему не приходило в голову, что она тоже может его любить. Это напугало его до смерти. Конечно, другие женщины тоже говорили ему, что любят, но в отличие от них Пегги говорила искренне .
Впервые после смерти матери его действительно кто-то любил, и это пугало Марка. Любить Пегги значило отдавать, но быть ею любимым значило также и брать. К такой ответственности Марк был не готов, он не хотел взваливать ее на себя сейчас, а возможно, и никогда.
Всю дорогу в Нью-Йорк он размышлял об этом. Пегги большую часть пути проспала и ничего не заметила.
В конце концов Марк пришел к неизбежному выводу, что все это создает угрозу его нынешнему образу жизни. Инстинктивно он чувствовал, что Пегги отдает ему всю себя. Она наверняка будет надеяться, что они поженятся. Сильная натура, она, вероятно, будет оказывать на него влияние. Со всеми другими женщинами придется распроститься или же встречаться тайком. Многие женатые мужчины так поступали, но это было не по нему. Изменится не только его сексуальная жизнь. Марк знал, что Пегги не вполне одобряет его планы на будущее. Она наверняка будет всячески стараться их изменить.
Нужно положить этому конец, другого выхода нет. От этой мысли Марка охватила глубокая печаль. Он наклонился к спящей Пегги и нежно прикоснулся к ее щеке, в том самом месте, где иногда, когда Пегги улыбалась, появлялась ямочка.
Марку и раньше приходилось избавляться от женщин, но никогда еще он не испытывал при этом угрызений совести. В большинстве случаев они сами понимали, что долго эта связь не продлится. Но некоторые продолжали цепляться за Марка – ярким примером тому была Энид. Марк полагал, что именно из-за подобных случаев он и боялся вступать с женщинами в постоянные отношения.
Но кроме проблем личного характера, Марка беспокоило, как может его женитьба отразиться на журнале. Конечно, «Мачо» читали и женатые мужчины, хотя первоначально издание было рассчитано на холостяков. Как однажды заметил Алекс, листая «Мачо», даже женатые мужчины воображают себя холостяками.
Так вот: что же произойдет, если Марк Бакнер, идеал всех сексуально озабоченных американских холостяков, вдруг женится? Возможно, этот идеал в определенной степени сфабрикован, но тем не менее миллионам читателей «Мачо» он представляется совершенно реальным. Марк вспомнил, что в свое время в Голливуде киностудии вкладывали колоссальные суммы в создание образа мужественного супергероя, всячески сторонящегося брака, и когда их идолы все-таки женились, то этот факт всячески старались скрыть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27