А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


OCR Roland
«Только для мужчин»: АСТ; Москва; 1999
ISBN 5-237-03251-6
Аннотация
«Мачо» – это журнал для настоящих мужчин, изысканный, фривольный, эротичный – такой, как его создатели, веселая компания плейбоев. У них есть все – молодость, привлекательность, деньги, любовь, секс. Они привыкли идти по жизни играя. Они еще не знают, что любовь приносит боль, удача в бизнесе оборачивается завистью и интригами, а сладкая жизнь, полная развлечений, быстро приедается…
Клейтон Мэтьюз
Только для мужчин
Пролог
По своему дизайну здание из стекла и стали было таким же ультрасовременным, как телепередачи Уолтера Кронкайта, однако при взгляде на него почему-то сразу вспоминались готические замки.
Возможно, все объяснялось тем, что дом, подобно орлиному гнезду, приютился на краю скалы высотой несколько сотен футов, круто обрывавшейся вниз к узкой полоске побережья. А там гремел и бесновался Тихий океан, вздымая клочья пены, похожей на эктоплазму. Возле дома ничего не росло, за исключением нескольких монтерейских кипарисов, которым господствующие ветры придали такую странную форму, что в голову закрадывалась мысль о фантазиях некоего сумасшедшего скульптора.
Гнездо Бакнера.
Было уже далеко за полночь, и в доме царила тишина. Только из одного окна на втором этаже выбивалась узкая полоска света.
Перед портиком стоял черный «форд-седан».
Одетый в темное высокий мужчина тихо вышел из дома и сел в машину. Руки его облегали тонкие перчатки. Не запуская мотора, он отпустил ручной тормоз, и «форд» медленно покатился вниз по бетонной дорожке. Когда до шоссе осталось несколько футов, мужчина включил зажигание, и машина с ревом рванула на север, по направлению к Монтерею.
Проехав две мили, мужчина свернул к станции техобслуживания и подрулил к телефонной будке. Он заранее узнал, закрывается ли на ночь станция и работает ли телефон.
Остановив «форд», мужчина открыл бардачок и вытащил оттуда горсть монет. Затем вылез из машины и зашел в телефонную будку.
Сняв перчатку, мужчина опустил в автомат двадцатицентовик и набрал номер ближайшего полицейского участка.
– Шериф у телефона. Чем могу быть полезен?
– В доме Бакнера находится труп женщины, – сказал мужчина и повесил трубку.
Прикинув в уме, сколько мелочи требуется для того, чтобы позвонить в Нью-Йорк, он вызвал оператора и назвал нужный номер.
Трубку подняли после второго гудка:
– Да?
– Дело сделано.
– А как там наш приятель?
– У него была вечеринка. Я дождался, пока гости разъехались, а он куда-то повез какую-то бабу. Должно быть, к ней домой.
– Что с запиской?
– На сиденье в сортире. И я вызвал копов.
На другом конце провода удовлетворенно хмыкнули:
– Это хорошо. Я доволен. Вторая половина вашего гонорара утром будет отправлена по почте.
– Работа доставила мне огромное удовольствие, – с ледяной улыбкой произнес человек в телефонной будке. – В любое время к вашим услугам. В любое время.
Он повесил трубку, сгреб мелочь с полочки и вернулся в свой «форд».
Проехав по шоссе две мили, мужчина увидел, как навстречу мчится машина, на крыше которой, как глаз циклопа, крутится красный огонек. Человек в «форде» проводил взглядом машину шерифа и усмехнулся.
К югу от Кармела Марк Бакнер вел свой послушный «мазератти» по извилистому старому шоссе номер один.
Вспомнив о женщине, которую только что высадил, он улыбнулся. Мелисса дулась всю дорогу до Кармела. Она не хотела уезжать после вечеринки. А поняв, что он не собирается предложить ей остаться, призвала на помощь весь свой богатый сексуальный опыт – только что не изнасиловав его в машине. Собственно, Мелисса так бы и поступила, если бы ей удалось возбудить Марка. Однако, несмотря на ее старания, его член по-прежнему оставался вялым и безжизненным, как мокрая веревка. Не помогли даже оральные манипуляции.
В конце концов, подняв всклокоченную голову с коленей Марка, она бросила в его адрес самое сильное оскорбление, на какое способна расстроенная женщина:
– Что с тобой, Марк? Ты стал ни на что не годен?
– Улыбайся, когда говоришь такое мужчине, Мелисса, – стараясь держать себя в руках, спокойно сказал тот. Замечание все же его задело. – Не забывай, я всегда имел тебя сколько угодно раз. Неужели тебе никогда не приходило в голову, что у мужчины бывают моменты, когда его не так легко расшевелить? – Он опустил руку, чтобы заправить обратно в джинсы свой вялый пенис.
Мелисса выпрямилась и принялась застегивать блузку, из которой, словно спелые плоды, торчали ее большие груди.
– Можешь его убрать – он мне ни к чему, – ядовито заметила она.
– Давай, давай, Мелисса! – засмеялся Марк. – Что это на тебя нашло? Если уж так невтерпеж, покопайся в своем запасе вибраторов. Насколько я знаю, у тебя самая богатая в округе коллекция. Ну вот, подбери такой, который больше всего соответствует… гм, твоему настроению, и лови кайф.
Мелисса замерла.
– Ты… ты просто мерзкая задница!
Хлопнув дверью, она выскочила из машины.
Сейчас, вспомнив об этом, Марк расхохотался. Он был уверен, что многие, услышав о его сегодняшнем поведении, не поверили бы своим ушам. Чтобы Марк Бакнер, про которого говорили, что он родился с эрекцией, пренебрег таким лакомым кусочком, как Мелисса, а тем более не смог возбудиться?
Марк вздохнул. Сейчас он сам себя не очень хорошо понимал. Дело не в Мелиссе. Нет, дело совсем не в ней.
Все связано с настроением. И возраст тут ни при чем, хотя Марку недавно исполнилось сорок шесть. Подобные вещи случались с ним и в двадцать, и в тридцать лет. В таком состоянии секс его не интересует.
Марк с детства жил сам по себе и позволял залезать себе в душу очень немногим – если быть точным, всего троим. Правда, в последние годы вокруг него толклось множество людей. Алекс называл их ж…лизами, и с этим было трудно спорить. Однако одиночество время от времени все же давало о себе знать беспричинной тоской, и в такие моменты Марку хотелось побыть одному.
Сейчас был как раз такой момент. Он устроил совсем скромную вечеринку, надеясь, что без проблем справится с небольшим количеством гостей, и позвал Мелиссу, всерьез намереваясь немного потренироваться с ней в сексе.
Ничего не вышло. В итоге Марк быстро свернул вечеринку, отослал домой временную прислугу (в доме на скале постоянной прислуги не было) и избавился от общества Мелиссы.
Теперь он мог вернуться на свой насест и торчать там в гордом одиночестве, пока не пройдет тоска.
В конце концов, дом на скале для этого и существует.
Местные жители окрестили его «Гнездом Бакнера», и пронырливые журналисты тут же подхватили это название. Собственно, эти борзописцы не так уж и далеки от истины. По Вебстеру, гнездо – жилище, расположенное на высоте. Именно такое жилище Марк и построил, истратив на него кучу денег.
Внезапно Марк похолодел. Дом был освещен! Не просто освещен – прямо-таки залит светом. Марк прибавил скорость. Теперь уже было видно, что перед домом припарковано несколько машин. Три машины, причем все полицейские.
Резко затормозив перед домом, Марк выскочил из машины. Это был мужчина среднего роста, тощий как жердь, резкие черты его смуглого лица и тронутые сединой густые черные волосы до плеч делали Бакнера похожим на индейца.
Марк взбежал по ступенькам к распахнутой двери. Вход загородил мужчина в форме шерифа:
– Кто вы, сэр?
– Я – Марк Бакнер! – отрезал тот. – Господи, да я здесь живу! Что происходит? И как вы сюда…
В глубине дома раздался высокий, даже, пожалуй, писклявый голос:
– Впусти его, Бад. Он действительно здесь живет.
Человек, которого назвали Бадом, пожал плечами и отодвинулся в сторону. Войдя в переднюю, Марк обнаружил там коротышку в грязном плаще и с сигаретой в зубах. Такого урода Марк еще не видел – густые брови, нависшие над маленькими холодными серыми глазами, крошечный нос пуговкой, чересчур большой рот, выдающаяся вперед нижняя челюсть и неестественной, какой-то стерильной белизны зубы.
– А вы кто такой? – с вызовом спросил Марк.
– Лейтенант полиции Бэндауэр, – не подавая руки, процедил человек в плаще. – Следующий ваш вопрос, очевидно – что мы тут делаем. Мы к этому подойдем, мистер Бакнер, после того, как вы ответите мне на парочку вопросов.
– По какому праву вы сюда вторглись? – Марк был взбешен, но пока не обеспокоен. В конце концов, здесь никого нет, когда он уезжал отсюда с Мелиссой, дом был пуст. Внезапно его озарило. – Неужели меня ограбили?
Серые глаза смотрели на него не отрываясь.
– Насколько я знаю, нет. Конечно, для полной уверенности вам стоило бы проверить свое имущество…
– Тогда какого черта вы здесь делаете? – снова спросил Марк. – Мне казалось, у вас должен быть ордер.
Лейтенант Бэндауэр пожал плечами:
– Все зависит…
– Зависит от чего?
– Может быть, мы пройдем вон туда и все обсудим? – Не дожидаясь ответа, лейтенант полиции повернулся к Марку спиной и по лестнице из трех ступеней спустился в гостиную.
Марк постоял в нерешительности. Независимо от причин их появления здесь вся деятельность полицейских явно проходила наверху. Было слышно, как над головой кто-то ходит. Его охватило нехорошее предчувствие. В любом случае, однако, не остается ничего другого, только как проследовать вслед за Бэндауэром.
В гостиной перед огромным камином полукругом располагались черные кожаные кресла. Камин находился точно посередине западной стены дома, сделанной из стекла. У любого, кто подходил вплотную к стене, возникало ощущение, что он ступал на самый край пропасти. Это в общем-то было верно, поскольку дом на несколько футов выступал над обрывом. Низкий круглый столик для коктейлей перед камином был заставлен пустыми бокалами и пепельницами, заполненными окурками. Марк запоздало вспомнил, что многие из гостей курили «травку». В воздухе все еще стоял слабый запах. Однако люди шерифа явно приехали сюда по другой причине.
Отвернувшись от окна, Бэндауэр подошел к столу и положил в пепельницу окурок, тут же закурив новую сигарету. Оглядев стол, полицейский вопросительно приподнял брови:
– Что, была вечеринка, мистер Бакнер?
– Да, у меня было несколько человек. Это ведь не нарушение закона, правда? Ближайшие соседи живут в полумиле отсюда, так что вряд ли они могли пожаловаться на шум.
Бэндауэр поднял со стола несколько окурков и принюхался.
– Да, я слышал о ваших вечеринках, мистер Бакнер. Помнится, некоторое время тому назад одна женщина… по-моему, вы называете таких «сеньориты "Мачо"»…
Когда Марк работал редактором, то всегда усмехался, когда встречал в тексте фразу: «Он насмешливо улыбался». Но сейчас поведение Бэндауэра точно соответствовало именно этому определению.
– …во всяком случае, та женщина утверждала, что была здесь на вечеринке. Во время этой так называемой вечеринки она чуть не умерла от наркотиков, и вдобавок ее несколько раз изнасиловали. Теперь она домогается от вас приличной компенсации.
– Все это клевета! – отрезал Марк. – Кроме того, меня здесь не было. В то время я находился на другом краю света.
– Я знаю, что вы это утверждали. Конечно, вы были на своем самолете – как вы его называете?.. «Летающий бордель»? В мгновение ока вы можете где угодно появиться и тут же исчезнуть. В то время я был в отпуске, так что знаю об этом деле из вторых рук. Да, я наслышан о ваших буйных вечеринках, мистер Бакнер. А насчет того, были вы здесь или нет… – Серые глаза Бэндауэра сверкнули. – Где вы были сегодня ночью?
– После того как гости разъехались, то есть после одиннадцати или чуть позже, я отвез одну леди в Кармел.
– Она может это подтвердить под присягой?
– Конечно! Это же правда!
– Собственно, она подтвердит это в любом случае – в надежде, что вы сделаете ее одной из «сеньорит "Мачо"».
– Лейтенант Бэндауэр, у меня от ваших рассуждений ум за разум заходит. Очевидно, по какой-то причине вы не одобряете мой образ жизни…
– О нет, дело не в том, что меня раздражает ваш образ жизни, мистер Бакнер. Я ненавижу всю эту мерзость, что вы распространяете, все эти гребаные книжки, которые вы толкаете даже детям, зарабатывая на них миллионы…
– Бэндауэр, вы меня достали! Или говорите, какого черта вы здесь делаете, или убирайтесь! Иначе я позвоню вашему начальству и потребую объяснений.
– …и все эти слова из трех букв, которые печатают в вашем журнале.
– Черт побери, да вы меня даже не слушаете!
– Ну хорошо, мистер Бакнер, – примирительно проговорил Бэндауэр. – Не нужно кричать. Если вы пройдете со мной наверх, я покажу вам то, из-за чего мы здесь.
– Давно пора!
Бэндауэр направился к выходу. Поднимаясь по ступенькам, он обернулся:
– Кстати, мистер Бакнер…
Марк с трудом удержался от смеха. Кажется, этот тип воображает себя Питером Фолком!
– …когда вы повезли вашу леди домой, в доме кто-нибудь оставался?
– Насколько мне известно, нет. Я даже отослал прислугу. Здесь не было ни души.
– Вот как? – Бэндауэр склонил голову набок. – Это интересно!
– Почему вы…
Но Бэндауэр уже двигался дальше по лестнице без перил. Марк с неохотой последовал за ним наверх. На втором этаже не было больших залов – только балкон. Половину пространства отнимали высокие помещения первого этажа. Другую занимали четыре спальни, расположенные в ряд со стороны утеса.
К удивлению Марка, Бэндауэр прямиком направился в его спальню. Кипевшая здесь работа уже прекратилась. С полдюжины человек стояли у балконных перил, курили и тихо переговаривались, с любопытством поглядывая на Марка.
Марк обнаружил Бэндауэра в спальне возле круглой кровати с водяным матрасом.
– Я видел фотографии этой кровати, – сделав неприличный жест, сказал лейтенант. – Здесь неплохо развлекаться с бабами, а, мистер Бакнер?
– Вы и вправду слишком много на себя берете! – Марк уже кипел от ярости.
Лениво усмехнувшись, Бэндауэр кивнул в сторону открытой двери в ванную:
– Вон там, мистер Бакнер. Посмотрите, хорошенько посмотрите!
Марк подошел к двери и застыл на пороге.
В ванне лежала обнаженная женщина, свесив на кафельный пол руку с аккуратно перерезанным запястьем. Рядом валялось бритвенное лезвие. Вода в ванне была розовой от крови. Пол тоже покраснел от выплеснувшейся из ванны воды. На лице женщины застыла умиротворенная улыбка.
К горлу Марка подступила тошнота. Он было направился к унитазу, но передумал и помчался мимо торжествующего Бэндауэра в другую комнату. Опустившись на колени перед унитазом, Марк блевал до тех пор, пока не почувствовал, что его желудок вывернуло наизнанку.
Он так и стоял на коленях, слабый и дрожащий, стараясь не думать о том ужасе, который увидел.
– Ладно, можете ее увезти, – послышался голос Бэндауэра. – И все тоже могут ехать. Теперь я сам буду заниматься этим делом.
Марк поднялся и, пошатываясь, вышел на балкон. Бэндауэр уже был один. Он стоял, облокотившись на перила, во рту, как всегда, торчала сигарета.
– Вы ее знаете?
Как можно членораздельно разговаривать, не вынимая изо рта сигареты? Марк отогнал эту совершенно неуместную сейчас мысль.
– Да, я ее знаю, – вяло подтвердил он. – Это Пегги Чёрч.
Полицейский вскинул голову.
– Я читал о ней. Она работала на вас, не так ли?
– Да, она работала в редакции «Мачо».
Бэндауэр выпрямился и, порывшись в карманах плаща, вытащил небольшой конверт. Сжимая конверт большим и указательным пальцами, он поднес его к лицу Марка:
– Это ее почерк?
Прищурившись, Марк прочитал: «Я больше так не могу, Марк. Прощай! Пегги».
Прочитанная фраза пробудила в нем какое-то смутное воспоминание, но Марк, который все еще был в состоянии шока, не смог его удержать.
– Да, ее.
– Вы уверены?
– Абсолютно уверен. Чей же еще это может быть почерк? – устало сказал он. – Разве не все самоубийцы оставляют после себя записки? Хотя один Бог знает, почему Пегги…
– Вы считаете, что это самоубийство? – сверкнув глазами, спросил Бэндауэр.
– А что, есть сомнения? – пристально посмотрев на него, задал встречный вопрос Марк.
– Вы спрашивали, что мы здесь делаем. Причина проста… Нам позвонил какой-то мужчина и сказал: «В доме Бакнера находится труп женщины». Когда мы сюда приехали, входная дверь была не заперта. Может быть, это вы звонили, мистер Бакнер?
– Конечно, нет! Я думал, что Пегги находится далеко отсюда.
– У нее был ключ от этого дома?
– Ну… в свое время был, – замявшись, сказал Марк. – Наверно, он у нее остался.
– Вы не находите странным, что она проделала такой длинный путь, чтобы покончить жизнь самоубийством? И этот звонок, сообщавший о ее смерти?
– Да, да, я нахожу это странным! Во все это просто невозможно поверить!
– Может быть, спустимся вниз? – участливо спросил Бэндауэр. – Вам стоит глотнуть немного живительной влаги. Уверен, нервы у вас на пределе – ведь вы не ожидали найти ее здесь в таком состоянии. Немного успокоитесь, и мы поговорим.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27