А-П

П-Я

 

– Какое же? – спросила Сара.– Идеальный мужчина должен быть не только готов сидеть в комнате, где сплетничают женщины, и вежливо слушать их, он должен также уметь хранить секреты, – сказала Эмили и, поиграв бровями, добавила: – Потому что Франклин, сидя здесь, наслушается всякой всячины.– Это невозможно, – напомнила Каролина, – ведь у него нет ушей.Их смех разрядил мрачную атмосферу. Джулиана придвинулась поближе к Эмили и спросила: – О чем это вы? Расскажите мне.– Меня не спрашивай, – сказала Эмили с самым невинным выражением лица. – Спроси у Сары.Сара, почувствовав на себе взгляды трех пар любопытных глаз, испугалась. Боже милосердный, неужели Эмили каким-то образом узнала о ее ночных вылазках на раскопки?– Меня? – переспросила Сара и сама пришла в ужас от своего виновато пискнувшего голоса.– Да, тебя, – заявила Эмили, игриво толкнув ее. Она наклонилась ближе к центру квадрата, который они образовывали, и громко прошептала: – Сара покорила мужчину.Силы небесные! Она действительно знает.– Это не то, что ты думаешь…– Именно то! – заявила Эмили. – Всем ясно, что мистер Дженсен покорен тобой.От удивления Сара застыла с открытым ртом. Потом тряхнула головой и нахмурилась:– Мистер Дженсен?Эмили подняла глаза к потолку:– Только не говори мне, что не заметила этого. Прежде чем она что-либо ответила, Каролина сказала:– Я тоже заметила, что ты нравишься мистеру Дженсену, Сара.– И я, – добавила Джулиана.– Он был очень мил со всеми нами, – сказала Сара, покраснев до корней волос.– Да, – согласилась Каролина, – но особенно с тобой. И это меня тревожит. Он кажется приличным человеком, но есть в нем что-то… непонятное. Что-то таинственное.– Несомненно, во всем виновато его американское воспитание, – заявила Джулиана. – Потому-то он и не принят в высшем обществе с распростертыми объятиями.– Это, а также то, что он занимается коммерцией, – презрительно фыркнув, сказала Эмили. – Лично я думаю, что он простофиля. Кичится перед всеми своим богатством, положил свой пресыщенный глаз на нашу Сару. А сам обычный колонист. Делает вид, что он бриллиант, хотя на самом деле всего лишь подделка.Удивленная замечанием Эмили, Сара бросилась на за щиту этого человека.– Я не нашла ничего оскорбительного в поведении мистера Дженсена, – сказала она. – Откровенно говоря, он был очень добр ко мне.– Ну, может быть, оскорбительным его поведение не назовешь, – согласилась Эмили, – но мне кажется, что под одеждой безупречного покроя скрывается вульгарный и весьма неотесанный человек. Поэтому он недостаточно хорош для нашей Сары. А что вы скажете об остальных джентльменах? Лично я нахожу и лорда Лэнгстона, и лорда Берика красивыми.– Пожалуй, – кивнула Джулиана. – У лорда Берика больше живости, тогда как лорд Лэнгстон несколько… мрачноват. И мне кажется, он весьма сдержанный человек, а я всегда мечтала иметь очень страстного поклонника.– Возможно, он еще удивит тебя, – сказала Сара, не успев остановиться, и чуть было не закрыла рот ладонью. Чего доброго она начнет рассказывать им в малейших подробностях, насколько страстным может быть лорд Лэнгстон. Пусть уж Джулиана на собственном опыте убедится в этом.Эмили кивнула:– Сара права. Возможно, он тебя удивит. К тому же, по слухам, лорд Лэнгстон ищет себе невесту, – добавила она, бросив лукавый взглядов сторону Джулианы. – Именно тебя он уговаривал быть его партнером в висте.Даже при скудном освещении Сара заметила, как покраснела Джулиана, и поспешила сменить тему:– А что вы скажете насчет лорда Сербрука?– Думаю, у него тоже немало секретов, – сказала Эмили.– И есть в нем какая-то печаль. Даже когда он смеется, у него грустные глаза. А лорд Берик?– Красивый, – сказала Джулиана.– Обаятельный, – добавила Эмили.– Великолепно воспитан, но, мне кажется, весьма недалекий, – отметила Каролина. – Сегодня я сидела рядом с ним за ужином и подслушала его разговор с лордом Терстоном, сидевшим напротив нас, о некомпетентности слуг. Лорд Берик упомянул о том, что у него пропала пара сапог. Слуга утверждает, что упаковал их, хотя, очевидно, не сделал этого. Его светлость не заметил отсутствия сапог, пока джентльмены не собрались на охоту, потому что именно эту пару он любит надевать для таких случаев.– О Господи, надеюсь, из-за нашей проделки у слуги лорда Берика не было серьезных неприятностей! – испугалась Сара, взглянув на Франклина. – Наверное, нам пора демонтировать нашего идеального мужчину и вернуть предметы одежды.– Даже подумать о том, чтобы сделать это сегодня, я не могу, – запротестовала Джулиана. – Это его первая встреча с нами после того, как ему нарисовали лицо и пришили голову.– Верно, – согласилась Сара. – Не будем трогать его еще денек-другой. А теперь продолжим наши оценки. Что скажете о лорде Терстоне и лорде Хартли?– Один остроумный и милый, другой милый, но скучный, – сказала Каролина.– Согласны, – в один голос подтвердили Эмили и Сара.– Да, – кивнула Джулиана, – хотя оба кажутся мне большими распутниками. – Она подчеркнуто содрогнулась. – К тому же у лорда Терстона плохо пахнет изо рта.– фу-у_у! – дружно простонали они и расхохотались. Эмили так расшалилась, что упала на спину. Франклин, потеряв равновесие, тут же свалился на нее.– Если уж мы заговорили о распутстве, – заметила Каролина, пытаясь привести Франклина в сидячее положение, – то идеальный мужчина не стал бы вести себя так, как не подобает джентльмену. Возможно, Франклин все таки совсем не идеален.Сара хихикала вместе со всеми, но вдруг представила себе, как лорд Лэнгстон протянул к ней руки, когда она сидела в ванне. Или как он целовал ее, лаская мокрое голос тело. Наверняка такое поведение нельзя было считать подобающим джентльмену.Но несмотря на это, он был для нее идеальным:К сожалению.Мэтью, уставясь в темноту, стоял у окна своей спальни. Дождь барабанил по оконным стеклам, ему аккомпанировали завывания ветра, и он проклинал судьбу за эту бурю, не будь которой, он бы сейчас копал при свете луны траншеи в розарии, хотя это было не самое любимое его место и не самое любимое занятие. Но за последнюю неделю они приобрели для него новое значение благодаря компании Сары.Он закрыл глаза и тяжело вздохнул. Вся неделя после первой вылазки на раскопки вместе с Сарой оказалась сплошным удовольствием, хотя результат был по-прежнему равен нулю. Но сегодня из-за бури раскопок не будет. А это означало, что Сары тоже не будет.Не будет общения с ней. И прогулки под луной к озеру, как они это делали каждый раз после неудачно закончившихся раскопок. И не будут они рассказывать друг другу о своих детских приключениях. И кидать камешки в озеро. И бросать Дэнфорту палку, которую он приносил назад. И не будет улыбок и смеха. И не почувствует он, как отступает одиночество, так долго мучившее его.И не будет ощущения радости жизни.Конечно, это означало также, что он будет избавлен от мучений, которые причиняла ему возможность находиться рядом, но не прикасаться к ней. От мучения, причиняемого возможностью вдыхать соблазнительный аромат лаванды, исходивший от ее нежной кожи и великолепных непослушных волос. От необходимости стискивать зубы всякий раз, когда нечаянно соприкасались их плечи или пальцы. От того, что он отчаянно хотел ее, делая вид, будто ему нужна всего лишь ее дружба.Это была поистине неделя сладких мучений.Прошлой ночью, увидев, как она вошла в свою спальню, он не мог заснуть до рассвета и ходил туда-сюда по комнате, не в силах прогнать из головы ее образ. Поскольку шансов отыскать деньги становилось все меньше, он сказал себе, что если будет проводить с ней больше времени, то наверняка обнаружит в ее характере такие черты, которые ему не понравятся.Однако теперь, неделю спустя, он мог лишь посмеяться над собственной глупостью. Чем больше времени он проводил с ней, тем больше ему хотелось быть рядом. Потому что его надежда найти в ней то, что ему не нравилось, не оправдалась, а все их совместные вылазки лишь подчеркнули то, что ему в ней нравилось и что его восхищало. Мало того, он обнаружил еще новые черты, которые пришлись ему по душе.Она была очень целеустремленным человеком и большим оптимистом и не позволяла ему терять надежду на то, что деньги найдутся. Она была терпелива и неутомима и ни разу не пожаловалась на тяжелую работу и мозоли, образовавшиеся на руках. Работая, она напевала себе под нос, что вызывало у него улыбку, потому что у нее совсем не было музыкального слуха. Казалось бы, это должно было его раздражать, но он находил эту привычку трогательной.Озабоченный тем, чтобы обеспечить ее безопасность, он каждую ночь брал с собой ножи и пистолет, хотя больше ни разу не почувствовал, что за ним кто-то наблюдает, да и Дэнфорт ни разу не насторожился. Если кто-нибудь и впрямь следил за ним раньше, то он, видимо, бросил это занятие. Только нынче вечером он услышал, как слуги болтали о том, что брат Элизабет Уиллстон Билл Смит неожиданно уехал из Аппер-Фладершема, дав тем самым повод подозревать себя в убийстве Тома. Это был весьма печальный исход для семейства Уиллстонов, но огромным облегчением для Мэтью, учитывая его собственные обстоятельства.Ежедневно в три часа утра он оставлял Сару у дверей ее спальни, всякий раз испытывая при этом чувство утраты. А потом целый день с нетерпением ждал их ночной вылазки в сад.Однако каждая их вылазка неуклонно приближала их к окончанию раскопок в розарии, а следовательно, к полному фиаско. Ему, конечно, не хотелось мириться с этим фактом, но в глубине души он знал, что это всего лишь дело времени. По его подсчетам, они завершат свои поиски за следующие пять ночей. Мэтью, конечно, мог бы ускорить работу, но это означало бы сократить время, проведенное с Сарой, а он слишком дорожил часами, проведенными наедине с ней, чтобы отказаться от них скорее, чем было необходимо.Итак, осталось пять ночей. А потом уже негде будет искать. И не останется никакой надежды, что найдутся деньги, якобы оставленные ему отцом. И не будет у него надежды получить возможность жениться на той женщине, на которой он хочет.Он провел руками по лицу и, отвернувшись от окна, пересек комнату, тяжело опустившись в кресло перед камином. Дэнфорт, лежавший на коврике, поднялся на ноги и, подойдя к нему, уселся на его сапог. Бросив на хозяина вопросительный взгляд, явно означавший, что пес понимает, что хозяину не по себе, Дэнфорт с сочувствием вздохнул и положил массивную голову ему на бедро.– Ты все правильно понимаешь, – сказал Мэтью, почесав Дэнфорта за ушами. – Но ты и понятия не имеешь, как тебе повезло, что ты собака.Дэнфорт облизнулся и взглянул на дверь тоскующим взглядом.Мэтью покачал головой:– Не сегодня, дружище. Сегодня Сары не будет.При этих словах Дэнфорт понурил голову, и Мэтью отлично его понял.Сегодня Сары не будет.Эти слова отозвались в нем болью. И боль эта лишь усилилась, когда он подумал, что всего через пять дней Сары вообще не будет больше в его жизни. Не будет никогда. Гости разъедутся, и она тоже покинет Лэнгстон-Мэнор. А после этого он вскоре женится – во исполнение своего обещания. На богатой наследнице – чтобы выполнить обязанности, связанные с его титулом.Богатая наследница… Запрокинув голову, он уставился в потолок, представив себе прелестную леди Джулиану. За последнюю неделю он старался проводить с ней побольше времени, несколько раз сидел рядом за обеденным столом, был ее партнером, когда играли в вист, приглашал прогуляться по саду – и все это под бдительным оком ее не слишком утонченной мамаши и под сердитыми взглядами Хартли, Терстона и Берика, которые явно восхищались леди Джулианой.Тихо застонав, он поднял голову и уставился в огонь, плясавший в камине. С какой стороны ни посмотри, его брак с леди Джулианой мог бы считаться идеальным. У нее были деньги, которые нужны ему, а у него – высокий титул, который желала заполучить ее семья. И сама она была во всех отношениях безупречной.Однако при одной мысли о женитьбе на ней у него появлялось какое-то неприятное ощущение вроде мурашек, пробегающих по спине. Как бы ни старался он представить себе их совместную жизнь, картина никак не желала вырисовываться в его мозгу.И вдруг его осенило. Какой бы идеальной кандидатурой ни была леди Джулиана, он просто не мог жениться на ней. И не женится. Пока в его жилах бушует неутолимое желание обладать Сарой, женитьба на ее ближайшей подруге означала бы постоянное напоминание о женщине, которую он действительно хочет, и он понимал, что, в конце концов, не сможет этого вынести. Такая ситуация была бы бесчестьем и для него, и для леди Джулианы, очень приличной молодой женщины, явно не заслуживающей мужчину, который вожделеет ее ближайшую подругу.Ради собственного душевного здоровья ему было необходимо позаботиться о том, чтобы, уехав из его дома, Сара навсегда ушла также из его жизни. Ему нужна была богатая наследница, но ее придется поискать в другом месте. Благодаря дружбе с Сарой леди Джулиана не являлась больше подходящей кандидатурой. Он понял бы это раньше, если бы не его влечение к Саре. Мэтью с облегчением вздохнул. Теперь, когда он принял решение вычеркнуть леди Джулиану из списка кандидатур, он почувствовал себя так, как будто тяжкий груз на его плечах стал легче. Сегодня он получил письма из резиденций леди Пруденс Уиппл и мисс Джейн Карлсон, в которых говорилось, что ни та ни другая не смогут приехать к нему в гости, поскольку обе они путешествуют на континенте. Но в Лондоне было множество богатых молодых женщин, желающих выйти замуж за обладателя титула. Несмотря на то что время поджимало, факт, что он был молод и отнюдь не уродлив, обеспечивал ему успех.Однако это означало, что ему теперь необходимо срочно поехать в Лондон, а времени действительно оставалось мало. Отведенный ему год заканчивался всего через три недели. Это означало, что ему нужно ускорить темпы раскопок, чтобы завершить поиски. Быстро произведя в уме кое-какие расчеты, он решил, что они могли бы закончить работу не за пять, а всего за три ночи. А это означало, что осталось провести еще всего три ночи с Сарой – при мысли об этом ему показалось, что его не просто пырнули ножом, но и повернули его в ране. Понимая, что дело безнадежно, но все же надеясь на успех, он решил потом сразу же уехать в Лондон.И найти себе невесту. Которая не будет Сарой.Боже милосердный, если бы она была богатой наследницей, все его проблемы были бы решены. Если бы только он не дал эти проклятые обещания у постели умирающего, выполнять которые его обязывала честь! Если бы только он не унаследовал этот чертов титул и все обязанности, а также безумные долги, которые были с ним связаны!Он взъерошил руками волосы. Нечего мечтать о несбыточном! Он знал, что надо делать, и будь что будет.Осторожно отодвинув в сторону морду Дэнфорта, Мэтью встал и, подойдя к бару, налил себе щедрую порцию бренди. Отхлебнув большой глоток, он взглянул на свой письменный стол и сразу же подумал о содержимом верхнего ящика. Оно притягивало его к себе, словно сладкозвучное пение сирены.Словно в трансе, он поставил бокал, пересек комнату и, открыв верхний ящик стола, достал оттуда два рисунка. Держа их в руках, он рассмотрел первый, на котором был изображен Дэнфорт, сидящий в траве явно на черном мужском сапоге. Его любимец был изображен так реалистично, что Мэтью даже показалось, что пес дышит. Он почти ощущал его вес на своем сапоге.Он осторожно положил рисунок на стол, потом принялся разглядывать второй. На нем был изображен мальчик в очках в пиратском одеянии, который со стоическим выражением лица отдавал честь, стоя в наполовину затонувшей гребной шлюпке посередине озера. Нос корабля украшала безголовая, бесхвостая русалка, а на борту красовалось название злополучного судна: «Удачливый головорез». Она так искусно схватила этот момент и с такой точностью передала настроение, как будто сама там присутствовала.Прошлой ночью по возвращении домой после раскопок она вручила ему скатанные в трубочку и перевязанные лентой рисунки. Когда он в шутку напомнил, что у него не день рождения, она покраснела и сказала, что ее подношение и подарком-то назвать трудно.Однако она была совсем не права. Он застыл перед рисунками, не в силах сказать ни слова. Рисунки были… идеальны. И уникальны. Как и женщина, которая сделала их для него.Он еще несколько секунд смотрел на рисунок, потом перевернул его и прочел короткую надпись на обратной стороне: «Лорду Лэнгстону на память об одном великолепном дне».Она подписала свое имя, и он осторожно провел пальцем по аккуратной четкой подписи, сразу же вспомнив, какова на ощупь ее нежная кожа. В этот момент он почувствовал, как в ногу его толкнул мордой Дэнфорт, который вопросительно взглянув на хозяина, перевел взгляд на дверь.Мэтью покачал головой:– Извини, старина.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32