А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Держи ее крепче. Я не хочу тоже получить коленом между ног.
Ренни попыталась сесть, но руки Тома надавили ей на плечи. Шея ее выгнулась дугой, и она отчаянно закричала.
Ей приподняли колени и раздвинули в стороны так, что тело Кларенса оказалось между ними. Краем глаза Ренни заметила, что один конец ее шарфа горит. Она сумела схватить его и ткнуть в лицо Кларенсу.
Когда пламя ярко вспыхнуло над его широкой бровью, он закричал и ухватился за шарф, откинув назад голову и отчаянно глотая ртом воздух. Его бешеный крик эхом отдавался в близлежащих холмах. Он был таким громким, что заглушил звук, с которым Кларенса настигла смерть.
Кларенс тяжело осел вперед, повалившись поперек Ренни. Том отскочил в сторону и, упав навзничь, бешено заработал ногами, отползая в сторону в поисках укрытия. Хрипло крича, Ренни безуспешно пыталась отодвинуть от себя тело Кларенса, Ренни схватила горящий шарф, покрывающий голову мертвого, и успела отшвырнуть его прочь, прежде чем пламя обожгло ее собственное лицо. Страх тяжко сдавил грудь, дыхание было прерывистым.
Ренни видела, как Том вытащил пистолет и начал стрелять в направлении соснового леса. Внезапно она почувствовала, как что-то влажное и мокрое сочится у нее между грудей. В панике Ренни снова напрягла силы, и на этот раз сумела отодвинуть тело Кларенса. Она села и оглядела себя. Ее грудь была измазана его кровью. Она поднесла к груди дрожащую руку и попыталась вытереть кровь. Глазами Ренни выискивала в темноте своего спасителя.
Том проскользнул за ней и обхватил рукой за шею, сжимая горло до тех пор, пока не сумел уложить на землю. Прикрываясь Ренни как щитом, он держал наготове пистолет, медленно поворачивая его во все стороны в ожидании еще одного выстрела.
— Ты хочешь встать за мной в очередь? — крикнул Том. — Если нужно поделить эту женщину, я не возражаю. Черт возьми, да бери ее всю.
Руки Ренни слабо вцепились в предплечье Тома. Она задыхалась.
Он слегка ее встряхнул и несколько ослабил хватку, чтобы она могла дышать; затем снова стал взывать к скрывающемуся в лесу врагу.
— У нее есть деньги. Больше, чем ты можешь себе представить. Тебе нужно только заставить ее подписать маленькие клочки бумаги. Она это сделает, не сомневайся. Поводи ей только своей конфетой между ляжек, и она сделает все что хочешь.
Ренни безуспешно попыталась прикрыться. Она скрестила руки на груди и поджала колени. Ренни дрожала так сильно, что это мешало Тому твердо держать пистолет. Он снова надавил ей на горло.
— Ты меня слышишь? — надрывался Том. — Ты хочешь получить ее или деньги? Или хочешь и того, и другого?
Тому пришло в голову, что нападавший может обойти его сзади, прокравшись лесом. Придерживая Ренни, он стал медленно поворачиваться вместе с ней, вытянув голову в сторону сосен.
— Так приди и получи! — Он тяжело задышал Ренни в ухо. — Скажи ему, — приказал Том. — Скажи ему, что хочешь его. — Он прижал ствол пистолета к ее подбородку. — Скажи ему, черт тебя возьми!
— Я хочу тебя, — дрожащим голосом проговорила Ренни.
Том снова пошевелил пистолетом.
— Громче! Скажи ему это громче!
— Я хочу…
Почти одновременно со вспышкой света грянул выстрел. Том ответил огнем, но пуля, попавшая ему в плечо, сбила прицел. Она отбросила Тома назад, боль обожгла ему грудь. Ренни мягко осела на землю. Другая пуля, угодившая в правую руку, заставила Тома выронить пистолет. Он тихо всхлипывал, пытаясь отползти в сторону.
Джаррет вышел на леса и появился в круге света. Шляпа отбрасывала тень на его лицо, но дрожащая на подбородке жилка была хорошо видна.
Том узнал его мгновенно.
— Это ты! Чего ты хочешь?
— Я думаю, это и так ясно.
— Мы не в розыске. Проклятие, ведь ребята вокруг говорили, что ты с этим покончил. Говорят, ты теперь не можешь метко стрелять.
Джаррет выстрелил. Не причинив никому вреда, пуля попала в огонь, подняв в воздух сноп искр.
— Иногда не могу, — сказал он философски и выстрелил снова, на этот раз в грудь Тома Брайтона. — А иногда могу. — Он убрал пистолет, увидев, как тело Тома неуклюже растянулось на снегу. — Правда, так попасть нетрудно.
Встав на колени рядом с Ренни, Джаррет приподнял ее голову и откинул копну вьющихся каштановых с медно-красным отливом волос. Лицо Ренни было мертвенно-бледным, глаза закрыты.
— Ренни, — мягко позвал он. — Ренни, это я… мистер Салливан.
Она медленно открыла глаза. Под ресницами лежали тени.
— Джаррет, — удивленно прошептала Ренни. Салливан слабо улыбнулся, глаза его смотрели невесело.
— Да, — сказал он, — Джаррет. — Он взял ее за подбородок. — Ренни, я хочу забрать вас отсюда. Мы не сможем добраться в Эхо-Фолз до утра, но нужно поскорее уйти отсюда. Звери найдут тела… Вы меня понимаете?
Ренни коротко кивнула.
— Как скажете.
Он не стал спрашивать, как она себя чувствует и не пострадала АИ она. Джаррет просто занял ее работой. Ренни беспрекословно подчинялась, передвигаясь с механической аккуратностью детской игрушки. Джаррет ни на чем не настаивал, просто предлагал. Уже через пятнадцать минут они двигались вдоль хребта в сторону Эхо-Фолз.
Они ехали почти час, когда Джаррет решил остановиться. Лошадь Джаррета начала уставать, двигаясь по неровной местности с двойным грузом. Не было смысла изнурять ее еще одним подъемом. Джаррет первым соскочил на землю, поддержав Ренни, когда она сползла вниз с седла. Девушка прислонилась к нему, не в силах удержаться на ногах. Джаррет взял ее на руки, отнес к скале, отгреб в сторону снег и усадил Ренни на землю. Потом вернулся, принес одеяла, подстелил их под нее и стал разбивать лагерь.
Вбив колья в мерзлую землю, Джаррет установил маленькую армейскую палатку, затем расстелил внутри клеенки и одеяла. Когда он вернулся за Ренни, ее на месте не оказалось.
Сердце Джаррета ушло в пятки. Он тихо позвал ее. Ответа не последовало, и он позвал громче.
— Я здесь, — сказала Ренни, входя в дрожащий круг света. В руках она держала охапку хвороста. — Вы хотели разжечь огонь.
— Хорошо, я это возьму, — вздохнув, сказал Джаррет. Не было смысла ругать ее. Ренни просто старалась быть полезной. — Идите в палатку. Можете взять с собой фонарь. Чтобы разжечь огонь, мне хватит света.
Она застыла в нерешительности.
— Вы будете здесь?
— Я никуда не ухожу, — сказал он.
— Хорошо, — наконец сказала Ренни, взяла фонарь и нырнула в палатку.
Разожженный костер был предназначен скорее не для тепла, а для того, чтобы отпугивать зверей. Джаррет подождал, пока огонь разгорится посильнее, потом отошел к лошадям. Работая, он время от времени посматривал в сторону палатки. Силуэт Ренни ясно вырисовывался на ее стене.
Ренни сняла пальто и платье, освободила волосы от булавок. Тень прекрасно прорисовывала все изгибы ее тела. Джаррет мог различить линии плеч и рук, наклон ее грудей, изгиб талии. Он смотрел, как она судорожными движениями перебирала вещи в своем саквояже, успокоившись только тогда, когда поиски увенчались успехом. Ренни наклонилась вперед, к выходу из палатки, и на мгновение снаружи показалась ее рука, зачерпнула горсть снега и снова скрылась. Держа в одной руке мочалку, а в другой снег, Ренни стала яростно тереть себя. Джаррет отвернулся.
Когда он закончил свои дела, Ренни тоже управилась со своими. Через полог палатки он передал ей еще кое-что из ее личных вещей. Когда она надела фланелевую ночную рубашку, Джаррет уже устраивал себе постель у огня.
— Джаррет! — позвала Ренни, В голосе ее звучало беспокойство.
— Я здесь, — ответил он.
— Что вы делаете?
— Собираюсь ложиться спать.
— Снаружи?
Он улегся на одеяла и повернулся лицом к огню.
— Таков мой план.
— Тогда я тоже лягу снаружи. Он сел и выпрямился.
— Оставайтесь там, где находитесь, Ренни. Снаружи слишком холодно. Вам будет удобнее в палатке, Ренни высунула голову наружу.
— И вам тоже.
— Мне очень хорошо.
Она покачала головой, повернулась и начала собирать свои одеяла. Ренни остановилась только тогда, когда полог палатки отодвинулся и Джаррет начал забрасывать свои вещи внутрь.
— Вы все же передумали, — сказала она, когда он, опустившись на корточки, появился у входа.
— У меня не было выбора. — Джаррет пробрался внутрь, и Ренни поспешно освободила ему место. — Вы уверены, что этого хотите?
Отведя в сторону взгляд, она разглаживала под собой одеяла. Волосы свесились через плечо, закрывая половину лица.
— Я не хочу оставаться одна, — прошептала Ренни. — Я боюсь.
От этого признания у Джаррета внутри все сжалось. Своенравная, гордая Мэри Рини Деннехи признается в том, что боится! Такого он никогда не ожидал от нее услышать.
— Все в порядке, — спокойно сказал он. — Ложитесь, я вас укрою.
Ренни тихо засмеялась.
— Вы говорите совсем как Джей Мак.
Она с готовностью вытянулась на одеялах.
— Я не ваш отец, Ренни.
— Я знаю. — Пока Джаррет ее укрывал, она застегнула на ночной рубашке верхнюю пуговицу. — Я не имела в виду, что…
— Я знаю, что вы имели в виду, — сердито сказал Джаррет, Он погасил фонарь и выставил его наружу, закрыл и завязал полог, а затем занялся устройством своей постели. Между собой они положили тяжелое меховое пальто Ренни и овчинный полушубок Джаррета.
Они лежали, повернувшись лицом друг к другу, не двигаясь и едва дыша. Оба испытывали скованность и неловкость, но не представляли, как от этого избавиться. Джаррет никогда не прикоснулся бы к Ренни без ее разрешения, а Ренни не знала, как попросить, чтобы он ее успокоил.
— Как вы меня нашли? — наконец спросила она.
— Джолин сказала мне, что вы уехали. — Его хриплый шепот успокаивал, снимал напряженность, установившуюся между ними. — Мне пришлось последовать за вами.
— Я не предполагала ничего такого, — сказала она. — Никогда бы не подумала, что вы поедете следом.
— Я знаю.
Она вздрогнула и совершенно безотчетно придвинулась к нему. Их колени соприкоснулись. Оробев, Ренни стала отодвигаться.
— Нет, — сказал он. — Все в порядке. Можете остаться там, где лежите. Вас бьет дрожь.
Согретая его тоном и его близостью, Ренни постепенно расслабилась. Слезы медленно потекли из ее глаз.
— Я иногда поступаю глупо. — Она говорила очень тихо, едва шевеля губами. — Но я не дура, мистер Салливан.
Она не могла его видеть, и Джаррет улыбнулся.
— Раньше вы называли меня по имени, — сказал он. — И я никогда не считал вас дурой.
Она недоверчиво покачала головой.
— Это вы из вежливости так говорите.
— Я не особенно вежлив, Ренни, и вы должны это знать. Так что я не собираюсь щадить ваши чувства. Сегодня вы действительно вели себя безрассудно, но это не значит, что вы вообще дура.
Частично он винил в случившемся и себя — за то, что недооценил всю глубину ее отчаяния. Если бы он это понял сразу, то смог бы предугадать ее дальнейшие действия. Эксперимент с Томом Брайтоном и Кларенсом Вестри можно было бы предотвратить.
— Теперь я знаю, что для вас значат поиски отца, раз вы готовы всем рисковать. Мне следовало понять это раньше.
На какой-то момент у нее появилась надежда.
— Значит, вы мне поможете?
— Я этого не говорил, — ответил Джаррет. — Мы обсудим это позже, — добавил он, почувствовав ее разочарование. — Сейчас вам нужно спать. Вам тепло?
— Более или менее.
— При такой погоде этого недостаточно. Вы можете придвинуться поближе, если хотите.
— Я не…
— Я не сделаю вам ничего плохого, Ренни.
— Вам не нужно было это говорить. — Она стала поспешно вытирать соленые дорожки на щеках. — Вы, наверно, единственный человек, кому я могу доверять.
Ему захотелось спросить ее о Холлисе, но это было не ко времени. Сделав свое загадочное замечание, Ренни повернулась спиной к Джаррету и крепко прижалась к нему всем телом. Она вздрогнула, когда Джаррет обнял ее рукой за талию, но как только он стал убирать свою руку, схватила его за запястье и удержала, переплетя его пальцы со своими. Через несколько минут Ренни уже крепко спала.
Джаррета разбудил крик раненого зверя. Снаружи лошади беспокойно били копытами о землю. Джаррет протянул руку, нащупывая пистолет, и стал ждать, когда крик повторится. Он особенно не задумывался о том, что будет делать. Обезумевшее от боли животное может не испугаться огня и атаковать лошадей или палатку. Единственный способ положить этому конец — это убить животное, и Джаррет был готов к такому повороту событий.
Пока до него не дошло, что это было не животное, а человек.
Когда Репин закричала снова, Джаррет отложил в сторону пистолет. Ночные страхи заставили девушку сжаться в тугой комок. Свернувшись под одеялами, она придвинула колени к груди и охватила их руками. Шея была согнута и вместе со спиной представляла собой одну непрерывную дугу.
На этот раз Джаррет не стал спрашивать у нее разрешения. Он обнял Ренни и привлек к себе. Его объятия были скорее сильными, чем нежными, давая ощущение спокойствия и надежности. Джаррет продолжал убаюкивать ее даже тогда, когда его правая рука полностью онемела — от плеча до кончиков пальцев. Ренни просыпалась, ощущая ужас и боль, и вновь проваливалась в замкнутую пустоту.
Она глотала ртом воздух, тело ее сотрясалось от рыданий. Слезы лились из глаз, пальцы вцепились в рубашку Джаррета так крепко, будто это был спасательный трос. Ренни прижалась головой к его плечу. Плач неудержимо вырывался из нее — плач раненой души и сломленной гордости.
Он гладил волосы девушки непослушными пальцами, прижав свой подбородок к ее макушке. Джаррет много раз повторял ее имя, называя сначала Ренни, затем Мэри Рини, подозревая, что в подобные минуты родные могут звать ее именно этим именем. Так или иначе, но наконец Ренте все же услышала его. Она захныкала и засопела. Джаррет вытащил из своего кармана носовой платок и вложил ей в руку. Она не сразу поняла, что с ним делать.
— Это вместо моей рубашки, — тихо сказал Джаррет. Слова скользили мимо нее, и Ренни понадобилось некоторое время, чтобы понять, что они означают. Она поняла, что тесно прижимается к Джаррету — настолько тесно, словно срослась с ним. Смущенная, Ренни стала отодвигаться.
— Нет, — сказал он, — с вами все в порядке. Возьмите носовой платок и вытрите лицо.
Она с трудом разжала пальцы, освобождая его рубашку, промокнула глаза и осторожно высморкалась.
— Сморкайтесь, — сказал Джаррет, — Ну же, сильнее — так, как вам хочется.
Глаза Ренни снова наполнились слезами, теперь из-за этой своеобразной грубоватой любезности. Она застенчиво улыбнулась невидимой улыбкой, подняла платок и высморкалась что есть силы.
Когда Ренни попыталась вернуть ему платок, грудь Джаррета затряслась от сдерживаемого смеха.
— Нет, оставьте его себе, — сказал Джаррет. — До утра еще далеко, — добавил он, побоявшись, что ей не понравится этот смех. — Он может вам снова понадобиться.
Мысль о том, что ночной кошмар может повториться, заставила Ренни сжаться.
— Тогда я совсем не буду спать.
Джаррет подумал, что лучше бы он вообще ничего не говорил.
— Вы меня совсем не беспокоите, — сказал он, когда Ренни попыталась отстраниться. — Разве что вам это неудобно.
Она осталась там, где была.
— Нет, мне хорошо. Я думала, вы захотите от меня избавиться.
«И постоянно хотел», — подумал Джаррет. Причины этого, однако, ему самому теперь были не ясны.
— Нет, я не возражаю, чтобы вы были рядом. Успокоенная, Ренни кивнула. Она взяла пальто и разложила так, чтобы оно грело их обоих.
— Мне снились эти люди, — сказала она.
— Я догадался об этом.
— Мне хотелось их убить.
Джаррет ничего не ответил, гладя ее по волосам. Его радовало, что напряжение постепенно покидает Ренни. — У меня был пистолет.
— Я знаю. Карманный револьвер системы «смит-и-вессон». Я нашел его.
— Я хотела им воспользоваться.
— Я это тоже знаю.
Она прижалась щекой к его плечу. Он чувствовал на шее ее горячее дыхание.
— Вы жалеете о том, что убили их?
— Убивая, никакого удовольствия не испытываешь. Но что касается их… Я был почти рад. Нет, я об этом не жалею… и я рад, что этого не сделали вы.
Джаррет повернулся, сдвинув вместе с собой и Ренни.
— Давайте ложиться. Кто знает — может быть, вы сможете заснуть.
Он уже давно чувствовал некоторые затруднения в неподходящем месте и надеялся, что успел отодвинуть ее прежде, чем она почувствовала, что с ним происходит.
Даже в толстых шерстяных носках ступни Ренни закоченели. Когда Джаррет вытянулся рядом, она придвинула к нему свои ноги, слишком занятая поисками удобного положения, чтобы расслышать его хриплое дыхание.
Удобно? — стиснув зубы, спросил он, когда Ренни угомонилась. Он выругался про себя, а она замурлыкала. Мало того, что она использует его ноги, чтобы точить когти, что с кошачьей грацией сворачивается около него клубком, что смотрит на него изумрудными кошачьими глазами. Она еще и мурлыкает!
— Постарайтесь немного поспать.
Время шло, а они не смыкали глаз и даже не думали о сне.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45