А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

В помещении стояла тишина. После такого боя она казалась неестественной.Спускались вниз они пешком, молча и медленно. На улице стояло утро, тучи рассеялись, светило солнце.— Джак бы сказал: «Небо чистое и синее, как над Неаполем».Тэй взглянула на Криса, который смотрел на небо, щуря глаза, от ярких лучей солнца.— Девять часов, пора уезжать, сейчас здесь будет полк джи-менов и медперсонала.— Долгая и бесполезная бойня! — сделал заключение Дэйтлон, глядя на здание больницы.— Ты что-то задумал? — спросил Кейси.— До города добираться не больше часа, а с сиреной «скорой помощи» можно и быстрее.— Но зачем? — спросила Тэй.— За руль сядет Джо. В десять часов открывается «Филдинг-банк». Мы возьмем его с лету, вдвоем с Брэдом, у входа нас подстрахует Слим. Налет посвящается памяти Чезаре Кастелани и Джакобо Чичелли. На банковский сбор мы поставим им памятник в центре Чикаго, и будь я проклят, если не сделаю этого. Мы наймем самого модного писаку, и он увековечит память о жизни и смерти двоих добрых, любивших свободу бродяг. Мы выпустим книгу массовым тиражом и будем раздавать ее даром, чтобы каждый мог прочитать об этих парнях правду, а не газетную трескотню.Глаза Дэйтлона горели. Никто не возражал ему, никто не спорил с ним. Это бессмысленно. Когда этот человек зажигался, его нельзя было загасить.— Итак, господа, в путь! Нас ждет банк «Филдинг».Две набитые агентами ФБР машины притормозили перед поворотом на дорогу к больнице с основного шоссе, уступая место выезжавшей санитарной машине, на крыше которой крутился синий маяк. 3. Губернатор переходит на крик Собрание вел Линдон Бэйн, губернатор штата Мичиган, который получил полномочия курировать следствие по делу Дэйтлона-банкира от трех северных штатов.Присутствующие знали, что Бэйн вспыльчив, горяч, но лаконичен. Его совещания не длятся дольше получаса, и в этот отрезок времени ему не следует перечить, возражать или прерывать его. Те, кто был обижен, оскорблен, унижен во время очередного всплеска эмоций губернатора, в дальнейшем получали компенсацию в виде персональных звонков и извинений за горячность. Он очень любил выступать с обвинениями на публике, любил тыкать пальцем, называть имена виновников, но всегда забывал о себе и очень боялся нажить себе врагов. Так что, если губернатор называл вас пройдохой от политики и бездарностью, то не стоит огорчаться, он позвонит вам вечером домой и будет полчаса извиняться за несдержанность. Причем все присутствующие на сходке знают об этом, потому что каждый попадал в подобный переплет.Сегодняшнее совещание Бэйн устраивал в собственном кабинете пентхауза на сороковом этаже. Заложив руки за спину, он расхаживал по кругу в центре кабинета, а приглашенные сидели по трем сторонам на кожаных диванах и креслах.Губернатора слушали, но не очень внимательно. Он был предсказуем, и все знали, что он скажет. Окружной прокурор Фостер, один из самых влиятельных людей города, курил сигару и ничего не видел за клубами синего дыма, а главное, что никто не видел, что прокурор дремлет с закрытыми глазами.Мэлвис Бэрроу разглядывал свои холеные ногти и строил планы на вечер. Комиссар Легерт не воспринимал этого выскочку за политика, а за администратора тем более. Он рисовал чертиков в блокноте, которые очень смешили сидящего рядом мэра.— Мы слишком дорого платим за каждого бандита! Вам не кажется, Бэрроу, что вы расточительны? Сколько людей полегло из-за одного грязного макаронника?! А?— Это вполне объяснимо, сэр. ФБР работает в режиме пожарной команды. Ни одна операция не готовится заранее, так как противник непредсказуем. Бандиты объявляются в неожиданных местах и районах. К тому же они всегда находятся в более благоприятных условиях и обстановке.— Вы за кого меня держите, Бэрроу? На Чезаре Кастеллани была устроена засада. Из четырнадцати агентов погибли девять, пока этот ублюдок не был убит. На ферме погибли двенадцать человек, прежде чем взяли Чичелли. Добавим на счет Чичелли и пятерых агентов, погибших в больнице. Вспомним мотель «Атланта», где погибли четыре человека, шесть ранены, а в виде улова взяли двух проституток. Где предел? В итоге за жизнь двух бандитов мы отдали тридцать жизней! Так?— Тридцать три, сэр, — поправил Легерт.— Кто еще?— Местный фермер Ирвин Гровелл был убит агентами, медсестра в больнице, которая вряд ли приняла самостоятельно решение защитить своей грудью федерального агента. И еще один жилец в мотеле, который спускался вниз по лестнице и был принят за гангстера.— Но мотель брали ваши люди! — поправил Легерта Бэрроу.— Я не о принадлежности, я о численности, мистер Бэрроу.— Плевать мне на Гровелла! — заорал губернатор. — Этот старик был сообщником бандитов. Он укрывал опасного преступника и получил то, что заслужил! Не надо мне вешать лапшу на уши, будто позиции гангстеров всегда превосходят позиции агентов. Пример простой. Больница! Бандиты раскидали подразделение ФБР, как котят, сцепили их наручниками, били головой о стену, вышибали им зубы, а под конец устроили фейерверк в банке «Филдинг» и унесли полмиллиона долларов. Новый поворот! На санитарной машине вдвоем взять банк за четыре минуты! Складывается впечатление, что они не банк грабят, а остановились на заправку у бензоколонки.— Дэйтлон озлоблен потерей своих людей, — подал голос Легерт. — Нам нужен другой метод работы.— А почему вы не озлоблены, комиссар? Вас надо на коленях умолять, чтобы вы разозлились? Метод может быть только один: беспощадное уничтожение!Реакции не последовало. Губернатор продолжал вытаптывать ковер. Сделав два круга, он продолжил более мягким тоном.— Я выпустил из тюрем около трехсот человек на свою ответственность. Всех тех, кто хоть как-то может вывести нас на Дэйтлона, его сообщников и членов шайки. Мы отобрали тех, кто знает их, сидел с ними, пил виски, шлялся по притонам. За содействие им обещана свобода и вознаграждение. Ваша беспомощность и бессилие довели меня до такой акции. Где это видано, чтобы губернатор штата полагался на преступников, видя полную несостоятельность правоохранительных органов?— Такие эксперименты плохо кончаются, губернатор! — вставил свою шпильку дремлющий прокурор.— Они не сбегут. Банда в нашем штате. Не думайте, что я пошел на этот отчаянный шаг, не согласовав свои действия с президентом. По его указу к выездным границам штатов Иллинойс, Индиана и Мичиган подтянуты войска. Шестьсот тридцать две дороги поставлены под контроль, озеро Мичиган контролируется усиленными нарядами морской сторожевой службы. Решение утверждено советом президента по безопасности, и Дэйтлон объявлен преступником государства номер один. Даже птица не вылетит за пределы трех названных мною штатов без контроля. Фотографии бандитов и отпечатки их пальцев розданы каждому патрулю. Теперь наша задача сводится к тому, чтобы сузить круг и задушить бандитов. Мы не можем давать им возможность вести дальнейший произвол в стране.— Но вы дали им большое поле для действий. Три крупнейших штата страны к их услугам. А вы считаете, что нам хватит собственных сил для образования и сжатия кольца? Фантастика!На выпад Бэрроу Бэйн ответил выпадом.— Гувер прислал вам в помощь бригаду из двух тысяч агентов! Где они? Как вы их используете?— Вот они в основном и гибнут. Эти люди не знают нашей обстановки, они плохо ориентируются на местности. Без карты в руках они превращаются в слепых котят. Это не помощь, это обуза, которая превращается в пушечное мясо.— Не проще ли выставить охрану в банках? — вмешался Легерт. — Нужна хорошая система сигнализации!— Не проще, комиссар! Мы защищаем интересы граждан, а не их капиталы. Мы обязаны обезвредить и уничтожить бандитов, а не прятаться от них за железными дверями и укреплять решетки. Нам необходимо торопиться. У Дэйтлона на руках денег больше, чем в Национальном банке Вашингтона. Если он заляжет на дно, то мы прогорим. Каждый день охраны границ встает нашему федеральному бюджету в бешеные деньги. Мы не можем терять ни одного дня, ни часа, ни минуты. Если Дэйтлон заглохнет, то это равно тому, что он ушел от нас. Мы не должны защищаться, мы обязаны нападать! Пусть он грабит банки, это значит, что он существует, что он на виду и его можно выловить, накрыть, нащупать, вычислить, установить капкан, ловушку, перекрыть дороги, расстрелять, взорвать наконец! У нас постоянно должна быть цель для обстрела, мы должны его видеть. Круг сужается. Заметив его в Иллинойсе, мы перебросим посты за сутки и замкнем его в штате. В конце концов мы свалим его в яму, где просто-напросто закидаем камнями, если не перебьем поодиночке.— Утопия! — сонно произнес прокурор.— Что значит «утопия»?— Блаженные мечты. Вы считаете, что пограничный кордон, растянутый на сотни миль, легче перебросить, чем Дэйтлону на скоростной машине перескочить из штата в штат? Вы заблокируете Иллинойс, в тот момент как Дэйтлон будет вычищать банк в Индиане. А во-вторых, вы выпустите из-под контроля всех преступников, которых освободили под свою ответственность. Триста человек, вы говорили, если мне память не изменяет. Триста головорезов окажутся в мышеловке! Большой размах для убийства комара! Вы же не знаете сколько у Дэйтлона людей.— Не имеет значения. Мы знаем костяк! — снизил тон губернатор. — Было шесть основных действующих лиц. Двоих мы убрали, осталось четверо. Когда мы уничтожим остальных, то банда прекратит свое существование. С ней будет покончено. Если у Дэйтлона есть другие подручные, то они ничего из себя не представляют. Они не способны на самостоятельную работу. Мы отрубим головы этой гидре, а части тела найти несложно.— Хочу вас поправить, губернатор, — продолжал полемику прокурор. — У Дэйтлона нет мелюзги, он не держит лишь бы кого. Блестяще проведенная им операция в больнице подтверждает это. Дежурная медсестра опознала по фотографиям только двоих — Дэйтлона и Кейси, а нападавших было пятеро. Причем среди них были женщина и негр. Эти люди проявили себя как профессионалы, и мы не можем сбрасывать их со счетов. Мы срубили гидре две головы, на их месте выросли три, а вы еще выпускаете дружков Дэйтлона из тюрем. Вы что, и вправду думаете, что кто-то из них пойдет стучать на него? Дэйтлон — это символ безнаказанной преступности. Не рассчитывайте, что его кто-то когда-нибудь заложит. Скорее всего, что многие из этой братии готовы будут встать под его знамена, но вряд ли Дэйтлон снизойдет до них. Вы предлагаете ему подкрепление на выбор. Триста рыл! Есть из чего выбирать. Ему и думать долго не надо. По вашим словам, он с ними виски пил и по борделям слонялся. Уж он-то знает, кто из них чего стоит!— Но даже если говорить о костяке, — вмешался Бэрроу, — то выловить четверых бандитов труднее, чем шестерых. А когда Дэйтлон останется один, он станет недосягаемым.— А вы начните с него, Бэрроу! — заорал Бэйн. — Работайте головой, она оценена очень высоко, и вы получаете нешуточные деньги за протирание собственного кресла. И если вы не уничтожите банду, мы вас заменим, несмотря на ваши заслуги.Бэрроу покрылся красными пятнами. Такой резкой нападки он не ожидал, хотя понимал, что губернатор играет на публику.— Мы выполним свою задачу, — тихо сказал директор ФБР.Легкая ухмылка тронула узкий рот Легерта.— Другой разговор, — смягчился губернатор. — Составьте план действий и согласуйте его с комиссаром Легертом и прокуратурой. Я хочу ознакомиться с ним к завтрашнему вечеру. И еще. Люди комиссара провели две хорошие операции, и я не возражаю, если криминальная полиция будет иметь большую самостоятельность. Мне также понравилась работа прокуратуры. Я читал стенограмму допроса этих девчонок. Ваш человек, мистер Фостер, блестяще провел допрос, и мне хотелось бы, чтобы ваше ведомство вело дела с пойманными преступниками.Раздав всем присутствующим наставления и реверансы, губернатор, таким образом, избавил себя от необходимости звонить каждому домой и извиняться. Без благосклонной поблажки остался Бэрроу, которому попало больше всех, но губернатор попросил его задержаться, после того как пожал руку каждому у дверей своего кабинета. 4. По остывшим следам Сегодня утром Чарли Доккер уехал в сопровождении своих компаньонов в неизвестном направлении и не доложил Стиву, когда вернется и где его искать. Он игнорировал своего секретаря, он попросту не замечал его.Стив Джилбоди сидел один на всем этаже-крепости и, подложив ладони под подбородок, наблюдал за сине-зеленой мухой, которая носилась по приемной в поисках выхода. Огромная комната, много мебели, два окна и лишь одна открытая форточка. Для мухи это путь на свободу, но она упрямо билась о стекло.Стив сделал вывод, что мухи не имеют обоняния и не чувствуют запахов. Свежий ветерок проникал с улицы в душное помещение через этот крохотный квадратик, который нужно найти, — и все проблемы решены.Джилбоди сделал следующий вывод. Он, как и муха, не имел чутья и чувства самосохранения. Он мечется сломя голову из угла в угол и бьется головой о стену. Нужно остановиться, осмотреться и найти выход. Должен быть выход! Но где? Сколько секретарь ни ломал себе голову, но видел лишь один способ уберечь свою жизнь от плахи. Только Дэйтлон может спасти его от гибели. Только его широкая спина может загородить его от длинных щупальцев Чарли. Но Стив не знал, где ему искать Дэйтлона, и не знал, какую пользу он может ему дать взамен на жизнь. Вряд ли Дэйтлону нужны секретари. Ему нужны автоматчики, а Стив не знал, что это такое. Он выдвинул ящик стола и достал из него пистолет тридцать второго калибра. С таким только на мух ходить. Эту игрушку подарил ему хозяин пять лет назад на тридцатилетие. Пистолет был сделан из особого сплава и был сделан в единственном экземпляре. Чарли сказал своему секретарю: «Когда ты состаришься, Стив, и растратишь все свои деньги на женщин, то любой коллекционер заплатит тебе огромные деньги за эту безделушку. Таких в мире больше нет!»Стиву так и не удалось ни разу выстрелить из особого подарка.Под ухом затрещал телефон. Стив снял трубку и пробубнил заученную много лет назад фразу:— Приемная профессора Доккера.В трубке послышался смешок. Уже знакомый смешок. Женский голос сказал:— Ну, ты меня убиваешь этой кличкой. Профессор. Тогда я принцесса.Стив понял, кто это звонит. Голос звучал совсем рядом. У него появился шанс.— Извините, мадам, буду вам обязан, если вы перезвоните через пять минут. Я должен проводить гостя…— Но ты мне не нужен…Стив бросил трубку, не дослушав последних слов. Он тут же соединился с телефонной станцией и вызвал инженера связи. У Чарли везде и всюду были свои люди. Чарли платил всем, кто мог быть ему полезным. Стив пользовался этими привилегиями, как секретарь, как особо приближенное лицо, как один из генералов гвардии. Любое требование, исходившее от Стива, рассматривалось, как требование Доккера.— Эл? Говорит Джилбоди. Сейчас в контору позвонят, прошу тебя, уточни номер абонента и адрес. Будет звонить женщина. Как выяснишь это, тут же перезвони мне.— Хорошо, мистер Джилбоди, я все сделаю.Стив положил трубку и стал ждать. Эта девица ему уже звонила и назвалась подружкой Феннера. Она обещала звонить Доккеру после каждого рейда Феннера. Хорошо, что она не нарвалась на босса. Тот лопнул бы от злости и в тот же день вздернул секретаря на шнурке от собственного ботинка.Спустя пять минут звонок повторился.— Слушаю вас, — скрывая волнение, произнес Стив.— А где твое завершение, что это приемная профессора? Меня это очень забавляет.Стиву показалось, что дама выпила лишнюю рюмку, как и в первый раз.— Что вы хотите, мэм?— Позови мне Чарли. Ты ведь его холуй, а не он сам? Забыла, как тебя зовут.— А вас зовут Линда, если мне не изменяет память.— Не изменяет. Я подружка Олина.— Что, он и сегодня уснул и не сумел набрать номер? Вы, вероятно, как и я, ходите в холуях у своего босса.— Кретин! Олин меня на руках носил!— И уронил случайно. Теперь не носит?— Передай трубку Доккеру, я не собираюсь разговаривать с шестеркой.Стиву нужно было протянуть время. Он знал, что Элу требовалась не одна минута на работу.— Я с удовольствием это сделал бы, мисс, но меня уволят с работы. Все телефонные звонки личного характера обязан принимать я сам, а вечером докладывать о них боссу. Привет от Олина я могу передать сам.— Ну, хватит, я хочу сделать это сама.— Тогда у меня есть к вам предложение. Если вы никуда не торопитесь, и у вас будет время сегодня вечером, то позвоните моему боссу после пяти часов вечера. В это время я ухожу из конторы и переключаю телефон напрямую в кабинет мистера Доккера.— Будь спокоен, голубчик. Я позвоню, мне торопиться некуда.— Феннер обчистил еще один банк?— А ты читай газеты. За четыре минуты — двести тысяч. Новый рекорд скорости! Прощай, холуй!В трубке раздались короткие гудки, и Стив положил ее на рычаг.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88