А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Тоуд, Рита – где они?
Он обнаружил их внутри, они оказывали первую помощь раненым. Рита перевязывала офицера с раной в груди, а Тоуд пытался остановить кровотечение у солдата, раненного в бедро.
Оставив их, Джейк отправился на поиски уцелевшей радиостанции.
* * *
Радиостанцию ему удалось найти на командном пункте. На ее металлическом кожухе виднелись следы от осколков. Санитары и добровольцы при свете переносных фонарей пытались отыскать и спасти оставшихся в живых. Мертвые лежали как неприкаянные в собственной крови. Джейка мутило. Он светил фонариком, пока техник настраивал радио на нужную волну и вызывал на связь Пентагон.
Прошли минуты. Джейк то и дело сглатывал постоянно накапливавшуюся слюну. Он не сводил глаз с радиостанции.
Наверное, прошла вечность, прежде чем раздался голос председателя КНШ. Джейк взял свой микрофон.
– Капитан Графтон, сэр. Террористы все же нашли нас. Они только что предприняли нападение на арсенал, минут шесть или семь назад. Мы считаем, что их было человек восемнадцать – двадцать. Мы пока не подсчитали как следует, но думаем, что у нас около пятидесяти убитых и сотня раненых.
Молчание. А что можно было сказать? Затем генерал заговорил. Он начал с вопроса:
– Есть там кто-нибудь из старших армейских офицеров, кто еще держится на ногах?
– Полковник Джонат, мне кажется, сэр. Он осматривает раненых на стоянке. Генерал Грир и два бригадных генерала из его штаба убиты.
– Я прилечу туда на вертолете, как только смогу. Сейчас меня хочет видеть вице-президент в Белом доме. Передайте полковнику, пусть организует оборону.
– Да, сэр.
Джейк вышел наружу, чтобы поискать полковника и глотнуть свежего воздуха. Дежурные генераторы продолжали гудеть, фонари отбрасывали на мостовую причудливые тени.
После короткого совещания с полковником, который пытался организовать транспорт для отправки раненых в госпиталь, Джейк наконец-то нашел время закурить сигарету. Он стоял у двери и смаковал ее горьковатый привкус, когда появилась Рита.
– Я не знала, что вы курите, сэр.
Джейк Графтон сделал еще одну затяжку.
* * *
Расстояние шестьсот ярдов, если здесь дюйм. Небольшая поправка на ветер. Возможно, десять узлов. Посмотрим – пуля находится в воздухе примерно секунду. Насколько она сместится из-за ветра? Он попытался вспомнить таблицу. Десять узлов – это значит, что воздух будет двигаться со скоростью примерно семнадцать футов в секунду. Вращение стабилизирует пулю в полете, поэтому она будет сопротивляться действию ветра. И все же ветер сыграет свою роль. Насколько? На таком расстоянии, пожалуй, около пары футов. При условии, что нет ошибки в скорости и направлении ветра и если ветер останется стабильным на протяжении всего полета пули, чего, конечно, не может быть. Отклонение траектории около девяти или десяти футов на шестьсот ярдов.
Невозможный выстрел.
Только ненормальный будет так стрелять.
Генри Чарон установил винтовку на бетонное ограждение и взглянул через прицел на арсенал. Средний рост человека примерно шесть футов, значит, помножив на два, получим двенадцать.
Через прицел люди казались совсем маленькими, даже при девятикратном увеличении.
Охотник повернул кольцо и установил дальность в положение «бесконечность», затем сдвинул его назад на одно деление в тридцать секунд. Снова установил винтовку, прижал ее к плечу и через прицел посмотрел, что происходит у входа в арсенал.
Сюда он пришел, потому что знал, – генерал Лэнд рано или поздно появится в арсенале. А после недавней перестрелки – появится немедленно. Все, что Чарону оставалось, – это ждать. И сделать этот выстрел.
Секундочку, этот парень, что курит у дверей. Не тот ли это офицер, что гнался за ним прошлой ночью? Не он ли стоял на улице возле дома под фонарем?
Точно, он. То же грязноватое пальто и брюки цвета хаки, та же фигура и форма головы.
Этот человек не попал в Чарона, но он выпустил в него целый магазин патронов, пули прошли в дюйме от его головы. Он определенно пытался. Интересно, как бы он поступил, если бы ему снова предоставилась такая возможность?
Эта мысль развеселила Чарона. Пусть этот тип расплатится.
Он оторвался от прицела, потер ладонью глаза, затем крепко прижал приклад винтовки к плечу. Большим пальцем руки опустил флажок предохранителя, просто ради шутки установил перекрестье прицела примерно на двенадцать футов вправо и настолько же выше груди Графтона. Вот нужная точка.
Наполнил легкие воздухом, медленно выдохнул и сосредоточился, стараясь удерживать винтовку в неподвижности, пока спусковой крючок выбирал холостой ход.
Расслабив указательный палец, он несколько раз вздохнул, вспоминая прошлую ночь и свои ощущения преследуемой жертвы.
Но сейчас, сейчас все позади. Все в прошлом.
Что он, Генри Чарон, будет делать с десятью миллионами долларов, если все же чудо случится и ему удастся уйти невредимым? Будет лежать где-нибудь на пляже, лениво потягивая фруктовый сок. Где-нибудь в Европе. Он попытался представить себя в качестве туриста на Лазурном берегу или в каком-нибудь замке на Рейне. Кого он обманывал? Он прекрасно знал, что ему не выбраться отсюда живым. Тридцать или сорок лет жизни без забот и борьбы ничем не отличаются от тюрьмы. Он снова выдохнул, прицелился и начал медленно, но не ослабляя давления, нажимать на спусковой крючок. Как всякий профессиональный стрелок, в это время он был поглощен своей целью, не думая о самом моменте выстрела. Поэтому выстрел для него был неожиданным.
* * *
Что-то ударило Джейка Графтона в левое плечо, он покачнулся. Глянул в то место. Дыра. Дыра в его куртке!
До него донесся звук выстрела.
– В укрытие! – закричал он. Толкнул Риту вниз и сам упал рядом. – Стреляют!
Откуда? Он осмотрелся. На фоне неба перед ним выделялась лишь громада стадиона. Джейк вскочил на ноги и побежал. Он увидел вспышку на самом верху стадиона. Над ухом прожужжала пуля.
К счастью, винтовка оказалась с ним. А в ней полный магазин.
Выбежав за ворота, он повернул направо и на ходу сбросил куртку. Подальше от света, в темноту, бегом изо всех сил. Как часто стучит сердце, а дыхание, наоборот, медленное, бегом…
Проклятый снайпер! Придурок или наркоман? Или это провокация, чтобы выманить солдат из арсенала?
Кто-то бежал за ним следом. Но он даже не обернулся.
Стадион был огорожен высоким металлическим забором, поверх которого проходила колючая проволока. Все в этом проклятом городе огорожено заборами! Он бросился к арке.
Ворота оказались заперты на замок. Выстрелил в него. Потрогал. Не открывается. Тогда приставил дуло винтовки прямо к одному из звеньев цепи и нажал на спуск. Полетели искры, брызнули осколки металла, но цепь упала. Джейк дернул ворота. Тут, тяжело дыша, подбежала Рита. В руках она тоже держала винтовку. Вместе они открыли ворота.
– Приведи людей, надо окружить стадион по внешнему периметру вдоль забора. Пусть стреляют в каждого, кто будет выходить, кроме меня.
– Ты думаешь, он до сих пор еще там?
– Я не знаю. Двигайся, не будь для него подходящей мишенью. – Джейк нырнул в ворота и побежал через арку.
Дорога шла под уклон, а затем расходилась вправо и влево. Джейк повернул налево и рысью пустился наверх. На втором уровне он остановился, чтобы отдышаться и прислушаться. Вокруг было темно, как в могиле. Безумие. Это безумие.
* * *
Навстречу Рите попалось отделение солдат, с оружием наизготовку направлявшихся бегом в сторону стадиона.
– Окружите его. Держитесь с наружной стороны забора. Внутри находится капитан Графтон. Если оттуда появится кто-то другой, стреляйте.
– Без предупреждения?
– Без. Сначала стрелять. И держитесь в укрытии. Этот парень – снайпер. Постарайтесь где-нибудь спрятаться и лежите тихо. – Она кивнула сержанту. – Возвращайтесь в арсенал и попросите у полковника еще пару дюжин людей. Рассредоточьте их вокруг.
– А что собираетесь делать вы?
– Я тоже иду внутрь. – С этими словами она скользнула в ворота и побежала по дорожке.
* * *
Теперь Джейк шел медленно и осторожно, обеими руками сжимая винтовку и не спуская палец с предохранителя. Глаза привыкли. Последние несколько лет у него стало хуже с ночным зрением, но, бросив курить, он поправил положение. Теперь зрение почти полностью восстановилось. Но, как назло, он только что выкурил сигарету.
Вокруг стояла тишина. Черные бетонные плиты, длинные туннели, огромные двери, которые вели на зрительские трибуны.
На третьем уровне он свернул и выбрался на трибуны, откуда можно было осмотреть стадион изнутри. Облака слабо отражали свет, но его хватало лишь для того, чтобы различить очертания трибун. Если бы кто-то и находился на другой стороне игрового поля, его все равно невозможно было бы разглядеть.
Опустившись на корточки и укрывшись за рядами сидений, он принялся внимательно изучать стадион, пытаясь вникнуть в особенности его расположения. Спустя минуту он поменял положение и избрал другое направление для наблюдения.
Ничего.
Нужна была какая-нибудь система. Что-то научное. План.
О'кей. Ему следует подняться на самый верх и обойти весь стадион, изредка проверяя трибуны. Затем спуститься на следующий уровень. Повторить все сначала. И так далее.
Если парень еще здесь…
Вполне вероятно, что его уже нет. С какой стати ему оставаться?
Джейк встал и, пригнувшись, побежал вдоль ряда. Нужно выйти не там, где он вошел. Нельзя совершать подобные глупости.
В этот момент он услышал, как пуля с треском пробила сиденье возле него, и вслед за этим по стадиону разнеслось гулкое эхо выстрела.
Джейк упал ничком и пополз, задевая винтовкой за сиденья.
Так, одно теперь ясно – он еще здесь.
* * *
Полковник Оррин Джонат отправил к стадиону еще дюжину солдат. За вычетом этой дюжины, потерь и людей, которые перевозили раненых в госпиталь и собирали убитых, у него набиралось менее пятидесяти человек для того, чтобы обеспечить охрану почти четырехсот заключенных и вести при этом боевые действия.
Первым делом он организовал парные патрули и расставил их вокруг арсенала. Мало людей, конечно, но больше у него нет. Он прекрасно понимал, что снайпер на стадионе мог стрелять с провокационной целью. Приходилось не забывать о такой возможности.
Он намеревался снять пару рот с улиц. Людей не хватало. Исправных радиостанций для поддержки связи с войсками в городе взять негде.
Последние ли это террористы, не переставал задавать он себе вопрос. Если бы он мог знать ответ.
Армейский лейтенант, который вел подкрепление к стадиону через огромную пустую автостоянку, слышал, что внутри стреляли. Сержант, встретив его у ворот, быстро посвятил в суть дела.
– Может, нам все же войти внутрь? – предложил сержант.
– Моряки сказали – держаться снаружи, так?
– Да, сэр.
– Итак, там в темноте двое наших и по крайней мере один чужой. Если мы отправим туда солдат, может кончиться тем, что опять постреляют не тех, кого нужно. Мы это проходили только что в арсенале. Довольно. Разверните людей вокруг стадиона. Если кто-нибудь попробует проскользнуть, кончайте его.
* * *
Генри Чарон был доволен. Он стоял возле туннеля, который вел наружу, и смотрел в прицел винтовки. Он видел человека на другой стороне стадионной чаши, торопливо шагавшего по ступенькам в сторону туннеля. Чертовски хороший прицел, сказал он себе. Прицел аккумулировал даже самый незначительный свет, позволяя в ночное время видеть через него значительно лучше, чем без него.
Чарон слегка сместил винтовку в направлении движения человека и нажал на спуск. Плечо приятно ощутило отдачу, а чаша стадиона наполнилась грохотом.
Передернув затвор, он спокойно, но быстро вернулся в туннель. На площадке повернул налево и побежал.
Чувствовал он себя прекрасно. Бок болел, но уже не так сильно, поэтому он достаточно свободно двигался. Он был в форме. Мог пробежать трусцой десять миль, даже не вспотев.
Интересно, тому, другому, охота доставляет столько же удовольствия, подумал Чарон.
* * *
– Полковник, по улице к нам движется толпа людей.
Оррин Джонат недоверчиво посмотрел на солдата.
– Что?
– Толпа людей. Похоже, без оружия. Просто идут сюда.
– Большая толпа?
– Сотни. Точнее невозможно определить.
Полковник вышел вслед за солдатом наружу. Он подошел к воротам и выглянул на улицу. Боже, улица действительно кишела людьми.
Он вернулся, закрыл ворота и собрал людей. Высота забора составляла около шести футов. Он приказал сержанту повесить замок.
– Я не знаю, где взять замок, сэр.
– Найдите, – сказал полковник Джонат. – Возьмите, наконец, один из тех, что мы приготовили для заключенных. И поспешите.
Он стоял и ждал. Голова колонны повернула и дюжина людей плечом к плечу приблизилась к воротам.
– Откройте.
– Это военный объект. Я здесь старший, полковник Джонат. Я приказываю вам разойтись. Вход сюда запрещен.
– Мы не вооружены, полковник, вы же видите. Нас здесь около тысячи, и ни у кого нет даже перочинного ножа. А теперь откройте ворота.
– Они не заперты, Том, – ткнув пальцем, подсказал один из его спутников, стоявших рядом.
Где, черт побери, этот солдат?
– Откройте ворота, иначе мы сами их откроем. Я больше просить не буду.
– Что вам здесь нужно? Вы можете сказать мне.
Говоривший отошел в сторону.
– Открывайте ворота, – обратился он к стоявшим позади него. Они взялись за ворота руками и толкнули.
Джонат отскочил в сторону. Он сделал шагов десять назад и солдаты с винтовками окружили его.
– Стойте, проклятье! Или мы откроем огонь!
Толпа хлынула через ворота во двор и замерла в двух футах от полковника. Он видел, что людей на улице собиралось все больше и больше. Тысяча? Похоже.
– Нам нужны заключенные.
– Вы не получите их. Убирайтесь с территории федеральной собственности или…
– Или что? Вы будете стрелять в безоружных людей? Вы что, нацисты?
Джонат попытался убедить стоявшего перед ним человека. Он повысил голос, чтобы стало слышно остальным.
– Послушайте, люди! Я не знаю, чего вы хотите, но я не могу освободить этих заключенных. Они продавали наркотики, стреляли в солдат, некоторых убили, грабили, совершали поджоги – это называется преступлением. Благодаря им и таким, как они, в последние дни Вашингтон превратился в ад, но эти люди должны будут ответить за то, что наделали. Они предстанут перед справедливым судом, и судьи вынесут им справедливый приговор. Пожалуйста, возвращайтесь домой, и давайте вместе наведем порядок в городе. С вашими сыновьями и мужьями поступят по справедливости. Я обещаю.
– Нам нужны эти люди сейчас.
– Раз так – убирайтесь вон, иначе я прикажу своим людям стрелять!
Толпа всколыхнулась, тесня и напирая. Какая-то женщина так близко подошла к солдату, стоявшему рядом с Джонатом, что ствол его М-16 уперся ей прямо в грудь.
– Давайте, полковник, – сказала она, – прикажите ему стрелять. Он не промахнется. Я буду стоять смирно.
Это была чернокожая женщина, лет тридцати, с открытым и гордым лицом. Оррин Джонат смотрел на нее, а она – на солдата с винтовкой. Он тоже был чернокожим. Солдат смотрел на женщину, подбородок у него слегка подрагивал, он не спускал палец со спускового крючка.
– Ты сможешь сделать это? – мягко спросила она. – Ты сможешь убить меня? И провести после этого остаток своей жизни, постоянно видя перед собой мое лицо и зная, что убил меня, хотя я не хотела причинять тебе зла!
Солдат направил для безопасности ствол в небо и сделал шаг назад.
– Отойдите, полковник. Отойдите. – Несмотря на то, что человек говорил тихо, в его голосе звучали стальные нотки.
Полковник невольно сделал шаг назад. Толпа тут же молча двинулась вперед.
– Прикажите вашим людям отойти, полковник. Вы же не хотите кровопролития. Прикажите им отойти.
– Мы знаем, кто эти люди, мы найдем и арестуем их снова. Они ответят за свои поступки. Как и вы.
– Я знаю, вы говорите правду, полковник. А теперь отойдите.
К чести Оррина Джоната, он всегда чувствовал, когда проигрывал.
– Не стрелять, ребята. Не стрелять. Всем отойти, – громко приказал он.
Говоривший вошел в дверь. Внутри он остановился и оглядел тела, уложенные рядами на полу. Остальные толпились позади него. Затем он окинул взглядом узников, прикованных к стене. Сделал знак своим спутникам, и они двинулись вперед.
Тоуд Таркингтон по нагрудным нашивкам убитых составлял списки погибших, когда в дверях появилась толпа гражданских, и он оказался между их предводителем и арестованными.
– Стойте там, – крикнул он. – Ни шагу дальше, мать вашу.
– Убирайтесь с дороги. – Человек говорил спокойно, но властно.
Толпа хлынула мимо своего лидера, который так и остался стоять рядом с Тоудом. Мужчины, женщины, старики – они шли бесконечным потоком.
Тоуд сунул руку в куртку и выхватил пистолет. Он направил его на стоявшего перед ним человека и взвел курок.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60