А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Себастьян не упустил мятежного блеска в глазах Джулианны.
— А это еще спорный вопрос? — дружелюбно спросил он.
Те двое, о которых шла речь, вели свой разговор.
— Да! — сказала она.
— Нет! — сказал он.
— Вижу. — Себастьян закивал как бы в знак полного понимания.
Улыбка Дейна стала шире.
— Ей еще надо привыкнуть к этой мысли, — сообщил он. Поймав ее пальцы, он поднес их к губам.
— Так мы будем иметь это в виду, — сухо добавил Джастин.
Миссис Макартур подала им трости и отворила дверь.
— Да, — пробормотал Себастьян, когда они вышли из дома, — это был поистине день открытий. — Он взглянул на Джастина. — Каково твое мнение о Гранвилле?
— Очень самоуверенный малый.
— Да, мне тоже так показалось. — Себастьян оглянулся на дом. — А когда мы уходили, я заметил, что Джулианна переменилась. Когда она говорила с ним, у нее снова был веселый голос.
— Неужели в этом все дело? Вот бы не подумал! — со смешком сказал Джастин. — Но ты прав! Жизнерадостность вернулась к ней. Одно это может примирить нас с ним.
— Конечно. Джастин, я не считаю, что нам следует вмешиваться.
— Не надо, — согласился тот. — У нашей сестры своя голова на плечах.
Себастьян взглянул на него.
— Пройдемся немного?
— Я бы выпил глоток бренди.
— Хорошая мысль. Тогда в клуб.
Когда они уже сидели в клубе, Джастин поднял глаза на Себастьяна.
— Итак, — сказал он. — Ты думаешь, это правда? Ты думаешь, прошлым вечером Джулианна действительно видела мать?
Себастьян честно признался:
— Черт возьми, не знаю.
— А я думаю, это была она. Себастьян, я чувствую то же, что и Джулианна. Странное чувство, что так оно и было.
Себастьян пил свое виски и смотрел на брата.
— С тобой все в порядке?
— Что со мной может быть? — Рука Джастина застыла, не донеся стакан до рта.
— Ничего, вот только это известие — новый удар судьбы. Все, что сказала Джулианна о матери, разве не так?
— Нет, не удар судьбы. Скорее потрясение. Сейчас мысли о ней уже не причиняют боль, как раньше. Пока я не женился на Арабелле, то, что я похож на нашу мать, было для меня как проклятие. В течение многих лет я был уверен, что похож на нее.
— Если бы мужчину или женщину делала внешность… — сказал Себастьян.
Джастин усмехнулся.
— Да, да, я знаю. Но именно моя жена убедила меня, что это не так.
Себастьян выглядел озадаченным.
— Так что? Ты ведь не начал снова сомневаться в себе?
— Господи, нет! — Джастин пожал плечами. — Я просто не уверен, что хочу знать, была ли это она, — признался он. — К тому же я…
Он запнулся. Что-то промелькнуло в его зеленых глазах.
— Джастин, что тебя беспокоит?
Горло Джастина дернулось, как будто он проглотил что-то.
— Так, ничего. Правда, ничего.
Они поднялись, чтобы отправиться по домам. Себастьян упомянул, что Девон, кажется, прекрасно понимает лепет их близнецов, а ему это совершенно не удается. Джастин засмеялся, сообщая, что его дочка обмочила ему колени в тот самый момент, когда он собирался к Джулианне.
О матери больше не было сказано ни слова. Себастьян хорошо знал своего брата: если Джастин захочет доверить ему свои сомнения, он сделает это в свое время; если же нет — бесполезно пытаться узнать у него что-либо.
После того как Джулианна простилась с братьями и когда за ними захлопнулась входная дверь, ее маленький рот крепко сжался.
Дейн вместе с ней вернулся в гостиную.
— Что? — невинно спросил он.
— Дейн Куинси Гранвилл…
— Котенок, — протянул он, — ты говоришь совсем как мои сестры, когда они собираются отругать меня.
— Я легко могу поверить, что ты давал им множество поводов для этого!
— На этот раз я вел себя как ангел.
— Ты? — Она подошла к нему и ткнула пальцем в его грудь. — Дейн, как ты мог так говорить? Я не дала согласия выйти за тебя замуж. И ты знаешь это!
— Хорошо, я знал, что ты, естественно, не собиралась сообщать им об этом. Кроме того, мне необходимо было прояснить ситуацию. Это было нужно всем троим. В свою защиту могу сказать только то, что я ограничился немногим. Я просто сообщил, что когда-нибудь мы поженимся, Я мог бы сказать, что мы помолвлены.
— Вот как? — возразила она сладким голосом. — Но я не помолвлена. Ну а если бы я сказала, что стреляла в тебя?
— Котенок! Я бы посоветовал тебе на некоторое время отложить доведение до сведения братьев этой информации.
— Ты просто сводишь меня с ума!
Она отошла и стала смотреть на деревья за окном. Он сводит с ума, в самом деле? Она не сказала, что не выйдет за него замуж, и он был совершенно удовлетворен. Непонятно почему, но он вдруг многое понял. Дело не в том, что она стала осторожничать после Томаса. Что это она сказала ему вчера? «Я хочу иметь мужа, для которого я была бы важнее всего остального».
Наблюдая за тем, как она вела себя с Себастьяном и Джастином, слушая их, он внезапно открыл для себя многое. Он понял то, чего не мог понять раньше. Не так уж это было сложно. Она хотела стабильности. Хотела того, чего у нее не было, когда она была ребенком. Она хотела того, чего она, Себастьян и Джастин были лишены в детстве. Хотела, чтобы мать и отец были вместе и крепко держались вместе. Чтобы они были рядом в горе и радости, когда плакали и когда смеялись. Ее братья уже нашли свою любовь.
И теперь пришла очередь Джулианны.
Дейн подошел к ней сзади, отвел по-детски трогательные завитки волос и поцеловал ее в шею. Его большие руки сомкнулись вокруг ее узких плечиков. Когда он развернул ее к себе, она не сопротивлялась.
— Ты все еще сердишься, котенок?
— На тебя трудно сердиться.
Он не мог удержаться от смеха, слушая это недовольное признание.
— В самом деле? — Он легко провел по двум тоненьким линиям, пролегшим между ее бровями. — Тогда почему ты так нахмурилась?
Она явно была в нерешительности.
— Твоя мать? — догадался он.
— Да, — призналась она. — Дейн, я должна поблагодарить тебя за то, что ты был здесь, — сказала она совсем тихо. — В твоем присутствии это было легче перенести.
Ее слова порадовали его.
— Но что-то еще беспокоит тебя, котенок?
— Да, — медленно сказала она. — Ты спрашивал о мужчине, с которым она была прошлым вечером. Все мои мысли были о ней, а не о том мужчине. О нем я даже не подумала. Но когда он проходил мимо, я заметила в нем что-то необычное. Что-то остановило мое внимание…
— Что же это было? Джулианна перевела дух.
— У него была повязка на глазу! Дейн похолодел.
— Что?
— На стороне, обращенной ко мне. Да, я совершенно уверена. — Она закивала. — Повязка была на правом глазу.
Глава 19
— Гранвилл! В последнее время мы не часто имеем возможность лицезреть вас. — Найджел Роксбури не выказал удивления при виде входящего в его кабинет Дейна.
Боже милостивый! Роксбури наверняка не знал. Услышав эти слова, Дейн едва не застыл на месте, но вовремя взял себя в руки. Он сумел изобразить непринужденность.
— Да, — ответил он, — к сожалению, — и опустился в кресло напротив Роксбури.
Дейн отправился в министерство прямо от Джулианны. Кабинет был довольно тесным, но на письменном столе владельца кабинета царили чистота и порядок, соответствующие его педантичному характеру.
Роксбури был начальником Дейна в ряде операций. Дейну он никогда не нравился, но это еще ни о чем не говорило.
— Ну, милорд, вам еще не надоело бездельничать? Мы ведь давно не пользовались вашими услугами!
Роксбури смотрел на него со своего места левым глазом. Левым глазом!
Дейн скрестил ноги и изобразил любезную улыбку.
— Я на время отъезжал в свое поместье.
— Надеюсь, поездка обошлась без происшествий? Никогда не знаешь, что может произойти, если на дорогах разбойничает этот негодяй Магпай.
— Я уверен, что красные мундиры скоро схватят его. Если же нет, возможно, мы сможем выделить своего человека и заняться им.
— Вы предлагаете себя?
— Я с большой охотой взялся бы за выполнение этой задачи, сэр. — Дейн и глазом не моргнул.
— Ну, вы хорошо показали себя в прошлом. И если вы готовы снова пустить в ход свои таланты, я поговорю с мистером Кейси.
— Буду признателен, сэр. — Протянув руку, Дейн взял египетскую статуэтку, стоявшую на углу стола. —Интересная вещица, — пробормотал он.
— Копия. Не правда ли, хорошая работа? — Роксбури притянул к себе стопку бумаг, давая понять, что разговор окончен.
Дейн вернул фигурку на место и поднялся на ноги.
— Кстати, сэр! Мне кажется, я видел вас прошлым вечером у Королевского театра.
Роксбури настороженно посмотрел на него.
— Ваша коляска отъехала раньше, чем я успел подойти. Такая жалость! Мне было бы приятно познакомиться с вашей женой, — невозмутимо продолжил Дейн.
— О, это была не жена, — поспешно ответил Роксбури. — Сестра.
— А-а-а… Прошу извинить.
— Не стоит извинений. Я свяжусь с вами, Гранвилл.
Дейн захлопнул за собой дверь в кабинет Филиппа и повернулся, оказавшись лицом к лицу со своим другом.
— Мне нужна помощь, — заговорил он без всяких предисловий. — Твоя помощь. И никому ни слова об этом. Ни одной душе.
Филипп улыбнулся, отчего в уголках его глаз собрались морщинки.
— Хорошо, старина. Но это ведь всегда было условием нашей работы, разве не так?
Придвигая кресло вплотную к столу Филиппа, Дейн собирался с мыслями. Ровным голосом он изложил все, что узнал о семье Стирлингов.
Когда он закончил свой рассказ, Филипп удивленно поднял брови.
— Он не стал отрицать, что был в театре?
— Нет.
— Тогда это был он, — задумчиво сказал Филипп. — Что же до женщины под вуалью, которую видела Джулианна… или думала, что видела… Дейн, ты должен признать, если это их мать, то очень странно, что все эти годы она никак не давала о себе знать!
— Да, Филипп, согласен, я признаю это. Но я верю Джулианне. А Роксбури вел себя так осмотрительно! Слишком осмотрительно. Однако какие причины могли побудить его ко лжи? Если только ему и вправду есть что скрывать.
— Интересная мысль. Предположим, женщина, которая была с ним прошлым вечером, — мать Стерлингов. Пусть это будет Дафна Стирлинг. Это означает…
— Что Найджел Роксбури лгал, — заключил Дейн. — Та женщина не может быть его сестрой. Джулианна знала бы своего дядю, иначе и быть не может.
— Логично, — признал Филипп.
— Что ты знаешь о нем?
— Я проработал с ним столько же, сколько и ты. Кажется, он лет двадцать работает в министерстве внутренних дел. Насколько я знаю, у него безупречная репутация. Но другого нельзя было бы ожидать. — Филипп бросил на Дейна острый взгляд. — Ты говоришь, что ни Джулианна, ни ее братья не знают, ' кто был с их матерью в ту ночь, когда она покинула Англию?
Дейн кивнул.
— Первое, что пришло мне в голову, — это что Найджел был мужчиной, с которым она бежала. Что они оба могли выжить…
— Маловероятно, чтобы это был Найджел, — задумчиво сказал Филипп. — Он должен быть на несколько лет моложе ее.
— Да. — Дейн был мрачен. — Я тоже так думаю. В любом случае они были детьми, когда это случилось. И никто из них не хотел бы сейчас приоткрывать дверь в прошлое, вот почему я не могу допустить слишком открытого вмешательства в это дело. Я должен избавить Стирлингов от нового скандала.
— На это потребуется некоторое время, но я могу узнать название судна, на котором она переправлялась на континент. И имена погибших пассажиров, хотя давность события несколько затрудняет задачу, — признал Филипп. — Но посмотрим, что я смогу откопать.
День уже клонился к концу, когда Филипп, насвистывая веселый мотивчик, перешагнул порог кофейни. Дейн уже сидел в углу, хмуро уставившись в свое виски.
Филипп уселся на стул напротив него.
— Отчего такая угрюмость?
— Не угрюмость. Я размышляю.
— А, — жизнерадостно произнес Филипп. — Тогда я рад. Это меняет дело.
Дейн сделал знак, чтобы его другу принесли виски.
— У меня есть что добавить к нашему разговору. Дейн посмотрел на него.
— Что именно?
— То, что дело обстоит именно так, как ты говорил, — осторожно сказал Филипп.
— Я говорил разные вещи, всего и не упомню.
— Может быть, ты вспомнишь предположение, которое высказал днем?
Дейн перестал дышать.
— Филипп…
Филипп наклонился к нему.
— Дейн, ты был прав. У Роксбури нет сестры. Дейн был весь внимание.
— У него был брат.
Одно слово показалось ему очень важным.
— Был? — повторил он.
— Да. Джеймс Роксбури умер около двадцати четырех лет тому назад. Погиб. — Филипп помолчал для пущего эффекта. — Погиб в море.
— Бог мой, как тебе удалось узнать это?
— На самом деле все было просто. После твоего ухода что-то не давало мне покоя. Я смог взглянуть на досье Роксбури. Родился и вырос в Вестминстере. А самыми полезными оказались сведения о несчастных случаях.
Дейн засмеялся, и с его лица исчезла суровость.
— Филипп, ты меня удивляешь!
Улыбка исчезла с его лица, и он погрузился в раздумья.
— Странно, очень странно. Но теперь мы знаем, что он лгал. А если Роксбури солгал в одном, он мог лгать и в другом. А если существуют и другие вещи, которые он хочет скрыть?
— Согласен с тобой, Дейн. К нему следует присмотреться. Жалею, что не сделал этого раньше.
— Значит, — медленно сказал Дейн, — ты еще не занимался Роксбури в связи с фальшивками?
Филипп покачал головой:
— Нет. Я ищу кого-нибудь, чье материальное положение заметно упрочилось. Человека, который начал бы по-другому одеваться. Который начал бы делать покупки не по средствам.
— Понятно. А я хочу попробовать действовать по-другому. Методично, хотя и не очень по-научному.
— Это как же? По алфавиту? — Филипп поморгал, затем рассмеялся.
Дейн спрятал улыбку.
— Если учесть, что явных подозреваемых нет и подозревать можно каждого, тогда это не такая уж плохая идея. Но если мы сумеем отыскать его таким способом, это будет удивительно, — сухо сказал он.
Когда Роксбури наливал вино в бокал своей посетительницы, на деревянные панели его кабинета ложились последние лучи солнца.
— Я рада, что застала вас дома, — сказала она. Она сжала руки, лежавшие на коленях. Он проследил за этим движением.
— Вы, кажется, нервничаете, мадам, — заметил он. — И вы пришли с пустыми руками. Никаких хорошеньких вещиц для меня? Это нелюбезно с вашей стороны, особенно после нашего посещения театра.
— У меня для вас сообщение от Франсуа. Пока он не получит своего золота, «хорошеньких вещиц» больше не будет.
Губы Роксбури еще продолжали улыбаться, но только не глаза.
— Так же высокомерен, как маленький корсиканский выскочка?
— Он бизнесмен, — сказала она холодно. — Он блюдет свои интересы.
Роксбури сжимал и разжимал кулаки.
— Этот Магпай спутал мне все карты! — пробормотал Роксбури. — Он украл мои деньги. Я начинаю думать, что он знает.
Ее подбородок задрался вверх.
— Наши отношения. Я больше не собираюсь их продолжать.
— Наши отношения будут продолжаться, пока я этого хочу. Не говорите мне, когда и где они закончатся.
— Я не желаю участвовать в этом.
— Моя дорогая, вы уже часть этого.
— Нет, я выхожу из игры.
— С теми, кто становится на моем пути, я обхожусь очень жестко.
— Я не боюсь вас.
— А следовало бы.
— Что вы имеете в виду?
Он заговорил любезным тоном:
— Человек, который немало поспособствовал мне в моем предприятии… Его жена вмешалась. Она посмела заявить мне, что донесет на меня! Но эта дама… Ну, ее муж выполнил свою задачу. Что же касается ее, остается добавить, что она ничего уже не расскажет из могилы. Как и ее муж.
Его глаза уставились на нее. Смех его прозвучал беспощадно.
— Ну, я вижу, вы вняли моим уговорам, мадам.
Она сжала губы, наблюдая, как он вынул откуда-то саквояж и опустил его на стол. Открыв ящик, он порылся внутри.
В следующий момент рядом с саквояжем лег длинный пистолет зловещего вида.
Он взглянул на нее.
— Отправляйтесь к себе в отель. Отправьте сообщение Франсуа, что у меня будет золото. Я вернусь в Лондон через два дня. — Он быстро подошел к двери и распахнул ее.
— Куда вы собрались? — Каким-то образом она сумела спрятать свой испуг.
Зловещий огонь мерцал в его глазах, когда он схватил саквояж.
— Как вы сказали, мадам? Человек должен блюсти свои интересы, так ведь? Я еду в Бат.
Было уже поздно. В здании уже почти никого не осталось, когда Филипп возвратился к себе на службу.
Узколицый молодой клерк поднялся ему навстречу.
— Какая-то женщина ожидает вас, сэр, — сказал клерк.
Филипп нахмурился.
— Женщина?
— Да, сэр. Она сказала, что обладает сведениями, которые представляют для нас большой интерес. Настаивала, что должна поговорить с агентом.
Он нахмурился.
— Благодарю вас.
Войдя внутрь, он сразу же увидел ее, хотя незнакомка сидела в тени. Удивительно изящная и безупречно одетая женщина сидела на краешке стула, очень прямо держа спину. Руки были в перчатках. Она сложила их на коленях, а обутые в маленькие ботинки ноги подобрала под себя. Все в ней говорило о хорошем вкусе и элегантности.
Дверь со щелчком захлопнулась.
— Добрый вечер, мадам. Меня зовут Филипп Тол-бот.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24