А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Вестибулярный аппарат затарахтел в холостом режиме, пошел вразнос, не способный справиться с искривившейся пространственной метрикой... Фнад видел склон, начинавшийся от закругленного края, где поверхность планеты словно продавили; серые строения с лесом изломанных антенн далеко внизу, и что-то черное, шарообразное и большое, лежащее посреди них на самом дне, погруженное в землю... Он стоял на склоне большой воронки примерно километрового диаметра, но тело его располагалось не наискось, не по направлению к центру планеты, а перпендикулярно к склону, как если бы поверхность под ним была горизонтальной, — стоял и не падал.
Жиль осмотрелся. Далеко слева тянулась широкая лестница, а далеко справа — приток, которому полагалось бы здесь низвергаться водопадом, но который тек, как и положено обычной реке. Определенно, край воронки был над Жилем, а дно — далеко внизу, и склон, конечно, имел крутой наклон, и по всем законам физики Фнаду сейчас положено было катиться вниз, размахивая руками и вырывая клочья пожухлой травы вместе с комками каменистой, иссохшей земли... Нет, тяготения не тянуло его вдоль склона, но вдавливало, как обычно, в поверхность. Если на самом деле никаких сил нет, если имеются лишь массы материи и геометрия пространства, то почему-то в этом месте покатая пространственная горка, образующаяся вокруг массивных тел — та горка, которую необходимо преодолевать, чтобы вывести что-нибудь на орбиту, или хотя бы подняться по обычной лестнице, — здесь она была волнообразно изогнута.
Ну и ладно, решил Фнад. Мне-то что? Люди внизу — вот что важно.
Небольшая группа в изумрудных комбинезонах брела к зданиям на дне воронки, удаляясь от брошенной на берегу ПсевдоДнестра амфибии. Позади них ползло нечто бесформенное... Фнад вгляделся, щурясь, сквозь серый воздух, что заполнял пространство между склонами, будто почти невесомая жидкость, налитая в воронку: точно, Машина, как ее описывал лама.
Добравшись до конца болота, амфибия перевалила через невысокий земляной гребень, поплыла через канал и на середине его встала.
Шунды приказал водителю откинуть колпак, выбрался наружу и сел, свесив ноги к темной воде. Модуль позади амфибии чуть качался на мелкой ряби, но не погружался ни на сантиметр — будто воздушный шарик.
— А ну давай еще раз, — велел Одома.
Амфибия заурчала и очень медленно поплыла вперед — совсем медленно, будто снизу ее распухшими руками держали десятки утопленников. Шунды с удивлением оглянулся на Магадана, выбравшегося к нему из кабины, на старика... Тесларатор замолчал, и амфибия вновь остановилась, чуть покачиваясь. До противоположного берега было метра три, но нырять не хотелось.
— Проф, что происходит?
Раппопорт напоминал теперь человекоподобного робота, несколько лет проведшего на свалке. Бледно-желтая, в крупных порах, кожа будто потрескалась, суставы под ней заржавели; двигался старик с натугой, преодолевая сопротивление собственной плоти, да и координация совсем расстроилась. Он подошел, кренясь то на один бок, то на другой, и выглянул, пристав на цыпочках между сидениями.
— Вроде обычная вода, — сказал Магадан. — Эй, попробуй опять...
Тесларатор заурчал, амфибия поползла вперед еще медленнее, чем раньше. Шунды поморщился, почти физически ощущая напряжение, с которым машина преодолевала невидимую преграду.
— Не останавливайся! Плывем все ж таки, хоть и медленно.
— Это ме-е... мертвая вода, наверное, — сказал Раппопрт.
— Чего?
— Пресный слой, а ниже — со-о... соленая. Очень соленая. Вода наверху вро-о... вроде проскальзывает по нему. Пробуксовывает. Та-а... такое бывает, хотя...
До берега — отвесной бетонной стенки, но невысокой, такой, что с амфибии можно было легко перепрыгнуть — оставалось всего ничего, когда в корпусе амфибии что-то надсадно взвыло, после чего стрекочущая турбина, кашлянув, смолкла.
— Твою мать! — заорал Шунды, развернувшись, пнул водителя каблуком в плечо. — Ты что делаешь?! Стой!
Но было поздно: амфибия и так стала.
— Спалил ее, — сказал Магадан. — Ничего, командир, нам вроде недалеко осталось...
— Недалеко! — передразнил Шунды. — А если там... препятствие какое-то если там?
Тут он ощутил прикосновение к боку, резко повернулся — проф с напряженным видом тянулся к карману на его бедре, где лежала пачка лепестков.
— Отлезь! — Одома стукнул его кулаком в лицо. Несильно, но старик опрокинулся на спину, упал между сидениями, подвывая и колотя затылком о пол.
— Отцепите сеть, подтяните модуль к берегу, потом вытащите. И профа поднимите.
Выпрямившись во весь рост, Шунды окинул взглядом свое воинство. Четыре дерекламиста с автоматами, колесничий с болевой жердью и двумя пистолетами на ремне. У самого Одомы тоже была жердь, причем навороченная, новой конструкции, звуковой кастет и пистолет в рюкзаке под сиденьем.
— Рюкзак мне дайте. Так, теперь идем.
Перепрыгнув на берег, Одома дождался, когда солдаты помогут перебраться Магадану, которому подобные акробатические трюки давались с трудом, после вытащат модуль. Проф уже пришел в себя, но такой подвиг — преодолеть метровое расстояние между носом амфибии и немного возвышавшимся над ним краем стены — оказался выше его сил. Двое солдат схватили вяло сопротивляющегося старика подмышки, приподняли и просто перебросили на берег, в объятия тех, кто поджидал там. Все это время амфибия стояла неподвижно, будто под ней не вода, а бетонная площадка.
— Пошли.
Одома, забросив лямку рюкзака на плечо, сделал лишь шаг — и пространство перед ним ухнуло в пропасть. Он заорал, присел, вцепившись в траву, слыша со всех сторон всполошенные крики... Нет, все нормально, только... Только откуда взялась эта воронка? И река, которой положено превратиться в водопад, течет себе по склону, вроде это и не склон вовсе...
— Охренеть, — высказался Магадан. — Командир, ты взгляни...
Шунды облизнул губы и прошептал:
— Вижу.
— Тут ка-а... какое-то искажение, — донесся голос старика. — Не обращайте внимания.
— Ага, как же, не обращайте, — возразил колесничий. — Командир, ты гляди: я же вниз не качусь!
— Что это там, великан какой-то? — спросил один из дерекламистов.
Заводские корпуса — параллелепипеды и кубы из тусклой керамики, утыканные антеннами, — стояли и вокруг реки и посреди нее, образуя подобие плотины. Казалось, что на детский конструктор из геометрических фигур уронили чугунный шар: посреди завода лежала черная сфера, до половины погрузившаяся в землю. Над сферой возвышалась фигура... Одома то щурился, то выпучивал глаза, пытаясь понять, что это там торчит, но рассмотреть толком не мог.
— А! — сказал он наконец. — Да нет, это здание такое на воде, а на нем... купол, что ли? И антенны. Отсюда кажется, что голова и типа руки. Идем.
— Вон лестница левее, — колесничий показал на широкую бетонную гармошку, тянувшуюся от края воронки до самого низа. — Может, по ней?
— И так спустимся, — решил Одома. — Модуль за собой тяните.
Показывая пример, он зашагал вниз, каждую секунду ожидая, что подошвы ботинок начнут скользить по твердой земле, — но они не скользили.
Теперь стало видно, что сфера проломила часть зданий. Шунды различил торчащие под разными углами балки, потом увидел перевернутый погрузочный кар и узкоколейку, по широкой дуге огибающую корпуса.
— Опять смерч, — сказал Магадан.
С гудением позади зданий поднялся серый конус вращающегося воздуха, медленно поплыл между корпусами, изгибаясь, перевалил через берег, покрыл реку морщинами ряби. С хлюпаньем смерч стал засасывать воду в себя, цвет его изменился, потемнел. Смерч набух — и распался дождем брызг и мусора, который успел захватить по дороге. Мелкие обломки вместе с водой упали вниз, барабаня по берегу и выбивая фонтаны из реки.
— Рассосался... Может они ее для охлаждения использовали? — предположил Магадан.
— Кого?
— Погляди, командир, с этой стороны уровень выше, а дальше вроде как ниже. Река прямо через завод проходит. Если там что-то охлаждать надо было постоянно...
— Кто ж теперь водой охлаждает? — с сомнением произнес Одома.
То, что они поначалу приняли за исполинскую фигуру, оказалось зданием странной конструкции. Вверху, как голова на широких бетонных плечах, покоился купол с золотым покрытием, казавшийся новеньким и блестящим — нелепым пятном на фоне тусклого ландшафта воронки.
Они достигли дна. Впереди тянулась узкоколейка, на ней стояли ржавые остовы вагонов.
— Нам надо к сфере, — сказал Шунды. — Проф, подключайся.
На груди старика висела черная панель с экраном, сенсорами и овальной решеткой радара.
— Чуть что появится — сразу стреляйте, — приказал Одома остальным.
Выставив стволы автоматов, дерекламисты обступили командира с профом. Магадан ехал впереди, сзади двое солдат тянули модуль.
Пересекли узкоколейку. Теперь вокруг высились здания, по большей части элементарной формы — кубы, параллелепипеды и пирамиды.
— Что это там... — колесничий показал влево. — Командир, глянь, туристы...
Не останавливаясь, Шунды повернул голову. Между двумя корпусами виднелся лежащий на боку вездеход. У следующего, скрепленного с первым короткой гармошкой гибкой сцепки, была проломлена водительская кабина. На земле виднелось несколько неподвижных тел.
— Эк куда их занесло... — удивился Магадан.
Они обошли здание и уже приближались к каналу, когда один из солдат сказал:
— Вроде смотрят на нас.
Услыхав это, колесничий остановился, и следом встал весь отряд.
— Откуда смотрят?
Дерекламист пожал плечами.
— Не пойму. Может...
— А, да вон, — перебил другой. — Вон, на эстакаде...
Из-за корпусов тянулась широкая керамическая эстакада на железных П-образных штангах. Она изгибалась к напоминающей великана постройке, золотой купол которой виднелся за крышами, но до нее не доходила — дальняя часть эстакады обрушилась. Задрав голову, Шунды разглядел несколько лиц, глядевших на отряд сквозь изогнутую арматуру.
— Пальнуть по ним, командир? — спросил Магадан, кладя ладонь на рукоять пистолета.
— Все равно не попадешь.
— Нет, ты ж знаешь, я хорошо стреляю. Если прицелиться...
Головы исчезли, и вскоре на нижней части эстакады, метрах в трех над землей, возникли фигуры. Приподняв брови, колесничий наблюдал за десятком, если не больше, голых подростков, которые один за другим спрыгивали на землю. Парни и девицы... вдруг он понял, что все они на одно лицо. Сообразив, наконец, кто это, Магадан вопросительно повернулся к Шунде. Тот стоял с закрытыми глазами.
Стоявшие на эстакаде подростки передали тем, кто уже слез, человеческое тело в рваной одежде и прыгнули следом. Они подняли тело над головами, упершись ладонями в затылок, спину, ягодицы и ноги, понесли в сторону канала.
— Командир... — осторожно позвал колесничий, но Одома лишь мотнул головой и плотнее зажмурил глаза.
Вдруг подростки сорвались с места. Магадан схватился за пистолет, но тут же сообразил, что толпу преследуют какие-то насекомые, не то осы, не то слепни — большая гудящая стая, вылетевшая из-за эстакады. Двое, бегущие сзади, упали, тут же вскочили и помчались дальше. Стая опустилась на толпу. Несколько секунд длилась неразбериха, затем тело в лохмотьях упало на землю, а подростки убежали, скрывшись между зданиями. За все время никто из них не издал ни звука.
— Ушли? — тихо спросил Шунды.
— Ага. Они кого-то волокли, а потом бросили.
— Жертву, — сказал старик, поднимая голову от терминала. — Жертва для сре-е... средада.
Магадан презрительно покосился на него.
— Для чего? Ладно, стойте здесь, я гляну.
Он вернулся через минуту и доложил Одоме:
— Бродяга какой-то. Байкер или, может, фермер одичавший, черт его знает. Еще теплый. Наверное, забрел сюда, потом спрятался от этих на эстакаде, но они его нашли и... Только что это за мошкара на них налетела, не пойму я.
— Я, кажется, в-вошел в сеть... — прошамкал Раппопорт.
— В какую сеть? — спросил Шунды.
— В-внутренняя сетка сферы. Стра-а... странная такая... Гэндзи поможет, но я н-не уверен, что смо-о... что у меня выйдет...
— Выйдет! — отрезал Одома. — Не выйдет — убью. Ты, главное, двери перед нами открывай.
Они миновали стену склада, проломленную грузовиком, в кабине которого сидел скелет водителя.
— Хорошо, роботы отсюда давно разбежались, — пробормотал Магадан.
Плеск воды стал громче. Купол на вершине стоящего посреди реки здания, посверкивая золотом, высился над другими постройками. Вскоре впереди возник бок приземлившейся орбитальной платформы, и когда отряд обошел огороженный высоким бруствером квадрат, где ржавели радарные чаши, сфера открылась им. Раньше платформу покрывало несколько слоев огнеупорной обшивки, но теперь все они выгорели, обнажив тусклую металлическую поверхность в черных шелушащихся пятнах.
— Вон люк, — сказал колесничий.
Шунды не слушал. Он задрал голову, разглядывая здание, что высилось над платформой тибетцев. Очертаниями оно напоминало человека — голова из красного золота, а ниже словно трансмутация изъязвила металл , цвет медленно менялся: плечи и грудь серебряные, чрево из меди, бедра железные, а нога — широкая основа здания, наполовину проломленная опустившейся впритирку сферой — покрыта глиняной коркой. Платформа чуть было не опрокинула постройку, та накренилась, будто древний старик, которого хватил удар, и он начал падать, но привалился к чему-то, да так и застыл. Золото разлагалось от красного к ярко-желтому, белому, стальному, черному, а затем в бледно-серую, безжизненную субстанцию. Раньше через это здание текла речная вода, но теперь система труб нарушилась; по всему телу, кроме головы-купола, змеились трещины, из них сочилась влага, стекала каплями и струйками, превращаясь в мощный поток, исчезала в зеве трубы, чья воронка виднелась у основания, прямо над сферой. Шунды стоял с приоткрытым ртом, глядя на вознесшийся к небу силуэт. За золотистым покрытием купола угадывались очертания сферической комнаты, ступени, круглые пульты — какая-то аппаратная или диспетчерская... возможно, где-то позади завода расположен небольшой аэропорт? В некоторых местах вода сочилась, растекаясь по бетону и керамике пленкой, в других проступала каплями, в третьих пробивалась наружу под давлением, прыскала тонкими струйками; журча и хлюпая, поток бил в воронку трубы. Одома точно мог сказать, что ничего угрожающего во всем этом нет, но силуэт над ним казался ужасным символом, овеществленной метафорой Псевдозоны и брошенного огромного завода.
Металл, когда-то покрытый слоями обшивки, давно остыл. Шунды первым сунулся в приоткрытый круглый люк. Следом Магадан впихнул старика, потом один за другим вошли дерекламисты и втянули модуль. Шунды оглядел короткий тамбур с высоким сводчатым потолком, сделав несколько шагов, остановился перед дверью на противоположной стороне. Массивная, очень широкая, с многочисленными запорами без видимых ручек, усеянная панелями и светодиодами — дверь, как живое существо, с угрюмой торжественностью глядела на незваных гостей парой круглых фотоэлементов. Одома ощутил себя маленьким-маленьким: карликом, пришедшим из дикой пустоши сгорбленным оборванцем, который стоит под огромными воротами, что ведут в грозную железную техно-крепость. Сбоку в металле поблескивало вытравленное треугольное клеймо с надписью: «Супер-дверь. ФУРНИТУРА».
Шунды сказал Магадану:
— Другой проход должен быть. Оно ж не просто приземлилось, видел, как все обгорело? Как-то им управляли, смягчили посадку, но все равно оно падало... Может, там сбоку где-нибудь дырка, пролом какой-то. Или просто люк. А как иначе эти все... как они наружу попадают?
— Пойдем поищем? — предложил колесничий.
Шевеля губами, Шунды стал читать сделанную под трафарет красной краской надпись вверху двери:

Я ЗАПРЕТНЫЕ ТЕРРИТОРИИ
Я ВЕКОВЕЧНОЕ ТЕРЗАНИЕ
ВО МНЕ ПОКОЛЕНИЕ ОСУЖДЕННЫХ
Я ПОСТРОЕН С ПОПУСТИТЕЛЬСТВА ЛЮДЕЙ
ВОСТОК, ЗАПАД, ИХ ЛЮБОВЬ
СОЗДАЛИ МЕНЯ. XXI век.
ЕДИНОЖДЫ ВСТУПИВ В МЕНЯ,
НЕ НАДЕЙСЯ ВЕРНУТЬСЯ: ЭТО НАВСЕГДА

— Вранье, — произнес Магадан не слишком уверенно. — Раз они выходят наружу, значит, вранье.
Одома толкнул дверь — та не шелохнулась — повернулся к притихшим дерекламистам, поглядел на старика и спросил:
— Для чего мы так долго готовились? Гэндзи тебя предупреждал о таких штучках?
Проф быстро закивал.
— Основные к-коды у меня есть. Конечно, м-может что-то не-е... непредвиденное случиться, но я мо-о...
— «Му-у»... — передразнил Одома. — Мудак! Ты тут единственный умный, не считая меня... голос разума! Давай, веди!
Проф подступил к двери, оглядев прямоугольную панель с верньерами и датчиками, положил руку на гриб-джойстик и набрал какую-то комбинацию. Несколько секунд ничего не происходило, потом замигали светодиоды, сами собой защелкали, зашипели и запыхтели, выпуская струйки пара, замки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28