А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Как прикажете отправить вас к боссу – одним куском или по частям?
– Не связывайся с ним, Тео, – посоветовала Кочерыжка. – Это просто кабан, которому дали немного власти.
– Ты меня проняла до печенок, малютка. – Злобные глазки снова уставились на Тео. – Так вы идете или нет?
– Я тебя здесь подожду. Поближе к кондиционеру, чтобы кое от кого не воняло.
Кабан одобрительно хрюкнул – Тео был бы не прочь разделить с ним его хорошее настроение. Дверь, пропуская его, забубнила, как полоумный нищий, что тоже не прибавляло бодрости.
– Чист как младенец, – сообщила она. – Русалочья метка одна, одет странно, оружия нет.
Аудиенц-зал, где, судя по названию, должны были присутствовать гобелены и витражи, оказался на деле вполне современным помещением. Одну стену от пола до потолка занимало окно с видом на конференц-центр Нарциссов и панораму Города за ним. Стекло, если это было стекло, преломляло свет как-то странно. За столом сидели три застывшие, как статуи, фигуры: в середине леди Амилия, по бокам двое мужчин, блондин и брюнет. Интересно, сколько времени они провели вот так, молча? Может, они общаются телепатически? Кочерыжка вроде бы говорила что-то такое насчет Цветов. Жуть, да и только.
«Но если я такой же, то я тоже так могу? Или опоздал уже? Такое уж Тео Вильмосу счастье – если он эльф, то, значит, неполноценный».
Леди Амилия встала с благосклонной, но несколько официальной улыбкой. На ней был комплект из какой-то грубой светлой ткани – штучка вроде купального халата из пятизвездочного отеля: и просто, и дорого.
– Доброго вам Мабона, Тео Вильмос. Спасибо, что пришли. Надеюсь, отключение энергии причинило вам не слишком большие неудобства. Это повседневная наша проблема. Наш гость, лорд Штокроза, – сказала она, указав на брюнета.
Тео дрогнул. Именно Штокрозы поручили Пижме доставить его, Тео, в город – значит, это родственник того, чье засушенное сердце прислали Пижме в коробочке. Тео среди всех треволнений совсем позабыл про них. Не похоже, впрочем, что этого лорда недавно постигло горе. На нем красивый, слегка мерцающий костюм, и сам он красив по удлиненным эльфийским канонам, но ростом для Цветка маловат. Если не считать очков без оправы, он словно сошел с картины эпохи Возрождения – такой мог бы стоять рядом с троном и улыбаться бедняге Колумбу, который просит Изабеллу и Фердинанда одолжить ему парочку кораблей. Он удивил Тео, улыбнувшись почти любезно.
– Вот мы и встретились наконец, мастер Вильмос.
– А это хозяин дома, лорд Нарцисс, – представила леди Амилия.
«Лорд Одуванчик ему подошло бы больше», – подумал Тео. Высокий по чьим угодно стандартам, с буйными волосами, торчащими во все стороны, сильной челюстью и бородкой, недалеко ушедшей от щетины. Одет в песочного цвета костюм, элегантный и неформальный одновременно. Из всех знакомых Тео Цветков он один выглядел пожилым мужчиной – и это, очевидно, значило, что на самом деле он глубокий старец. Этакий энергичный бизнесмен лет шестидесяти – из тех, что покупают твою фирму, выкидывают тебя на улицу, отбивают у тебя подружку и увозят ее на яхте.
– Надеюсь, вас хорошо здесь приняли? – Тон лорда Нарцисса предполагал, что на уме у него тысяча вещей поважнее этой.
Трудно было не преклонить колени перед этим вельможей и еще труднее не ограничиться таким же светски-учтивым ответом – но Тео начинал думать, что, кем бы он ни оказался в действительности, человеческий подход к вещам может принести ему некоторую пользу и здесь.
– Потолок у меня в комнате не протекает, но нельзя сказать, чтобы меня снабжали достоверной информацией.
Лорд Нарцисс поднял бровь ровно настолько, чтобы выразить легкое юмористическое пренебрежение, и Тео невольно восхитился точностью его мимики. Может, у главы дома есть специальная гоблинка для выщипывания и подравнивания бровей?
– Вы хотите сказать, что вас обманывают? Что мы пользуемся своим преимуществом?
– Я хочу сказать, что последним узнаю о том, что меня непосредственно касается. Речь идет о результатах ваших анализов, леди Амилия: мне стало известно, что согласно им я не смертный, а эльф. Это правда?
Она улыбнулась – сочувственно, с легким оттенком грусти. Черт, неужели они никогда не теряют самообладания?
– Вы, должно быть, имели беседу с молодым Кумбером. Мне докладывали, что ночью он выпил лишнего. Я очень привязана к этому мальчику, которого знаю со дня его рождения, и к его матери тоже – но, несмотря на полученное им образование, скромности он так и не научился.
– Прошу прощения, миледи, но пусть скромность идет куда подальше. Правда это или нет?
Лорд Нарцисс сделал нетерпеливое движение, но леди Амилия спокойно, все с той же улыбкой ответила:
– Да. Вы... один из нас.
– Из вас, то есть из Нарциссов?
– Ну уж нет, клянусь руинами Собора! – фыркнул глава дома. – У нас младенцы не пропадали!
– Прошу вас извинить моего брата, – сказала леди Амилия. – Он не хотел быть грубым, но мы в отличие от некоторых других домов действительно хорошо заботимся о нашем потомстве. Вы, как мне сказали, знакомы с моим сыном Цирусом – разве похоже, что он воспитывался в доме, способном безразлично отнестись к потере ребенка?
«Похоже, что в доме, где он воспитывался, придают слишком много значения деньгам и слишком мало – чувству ответственности». Вслух Тео этого не сказал, понимая, что эльфы смотрят на родительские обязанности не совсем так, как смертные.
– Очень хорошо. Откуда же я в таком случае взялся?
– Этого мы не знаем, мастер Вильмос, – сказал лорд Штокроза. – Нам лишь известно, что некоторые из ведущих домов уже давно наблюдают за вами. И что недавно произошло нечто, придавшее их интересу более активный характер. Наш... источник, имеющий доступ в эти дома, дал понять, что от наблюдения они намерены перейти к другим действиям. – Лорд, говоря это, не сводил с Тео пристального взгляда – проверяя, возможно, поспевает ли тот за ним. – В этой точке событий мы решили, что пора вмешаться. Знаете ли вы что-нибудь о том, что у нас здесь творится? О наших политических партиях?
– Я в них совсем запутался – но в общем-то да, имею понятие. Вьюны, Сорняки, все такое. Все спорят о том, мочить смертных или нет. Мне рассказывали.
Штокроза позволил себе усмехнуться.
– Хотел бы я послушать, как вам это излагали. Итак, если вы в курсе, то, возможно, поймете, почему мы не могли позволить нашим противникам действовать, как им вздумается. И отчего ваша персона вызвала у нас некоторое любопытство.
– Непонятно все-таки, почему я. Мы с вами говорим о Чемерице и Дурмане, правильно? Для чего я мог им понадобиться?
– Мы не знаем, – признался Штокроза, – но они, несомненно, будут огорчены, узнав, что вы у нас.
– Вы их известите об этом?
– У него вопросов тьма-тьмущая, – вступил в разговор Нарцисс. – Какова бы ни была его истинная природа, смертное воспитание определенно превалирует. – Судя по его тону, он не находил в этом ничего хорошего.
– Подождите! Я думал, вы на стороне смертных.
Нарцисс посмотрел на него свысока – как в переносном смысле, так и в буквальном.
– Мы, Симбионты, против уничтожения смертных и за сосуществование обеих рас. Это вряд ли идентично тому, что мы «на их стороне».
Тео, усталый и подавленный, откинулся на спинку своего стула. Он, может, и не смертный, но думает и чувствует, как они. Не очень-то весело постоянно слышать о том, как все вокруг ненавидят тебе подобных.
– Простите мне мою смертную наглость, но я все-таки хотел бы знать, собираетесь ли вы сообщить моим потенциальным убийцам, что я нахожусь у вас.
– Не похоже, чтобы вас действительно хотели убить. – Лорд Штокроза по крайней мере говорил с ним, как с представителем того же биологического вида. – Это составляет часть всей загадки. Нам не меньше вашего хотелось бы знать, зачем они охотятся за вами с таким упорством. Узнав о вашем местонахождении, они, как мы надеемся, подумают, что нам уже все известно, и либо откажутся от своих планов, либо перестанут скрывать их.
– А я выступаю в роли рудничной канарейки, так, что ли? Ну, скажите честно. Если меня опять попытаются убить, то я в самом деле что-то значу.
– Если они даже желают этого, то не посмеют, пока вы находитесь под моей защитой, – заверил лорд Нарцисс. – Это могло бы привести к новой Войне Цветов, а она не нужна никому, даже таким ярым Глушителям, как Чемерица.
Тео посмотрел в окно. Город за стенами дома Нарцисса тянулся до самого горизонта – лишь в одной стороне лежала огромная темная гладь Иса, то ли озера, то ли моря, с серебристыми корабликами на ней. Тучи почти разошлись, и небо поголубело. Тео впервые пришло в голову, что при наличии современных поездов и автомобилей он ни разу не видел здесь самолетов. Не потому ли, что некоторые эльфы способны летать самостоятельно? Но у самого богатого и влиятельного класса крылья отсутствуют, так что эта теория критики не выдерживает. Возможно, это как-то связано с изменчивой топографией – взять хоть нестабильность их железнодорожных станций. Тео уже собрался спросить об этом, но тут лорд Штокроза вдруг спросил сам:
– Тяжело вам пришлось, не правда ли, мастер Вильмос?
Тео удивленно посмотрел на него, думая, что над ним насмехаются, – но лорд, кажется, говорил откровенно либо хорошо играл свою роль.
– Честно говоря, да. Меня вырвали из привычной жизни и швырнули в мир, о существовании которого я не подозревал. За мной гнались чудовища и прочие сказочные существа – то есть для меня сказочные, я никого не хочу обидеть. А теперь оказалось, что я вообще не человек и что мои отец с матерью мне не родители. Тяжеловато, я бы сказал.
– Поверьте, что мы в большинстве всего этого не виноваты, – сказал Штокроза. – Мы совершенно искренне пытались помочь вам.
– Я знаю. Вы не смотрите, что я все время ругаюсь, – я благодарен вам, в особенности за Кочерыжку. Она жизнь мне спасла. Кстати, знаете вы что-нибудь о том страшилище, которое явилось за мной в мир смертных?
– Живой мертвец? Я в этом смысла не вижу, – промолвил Нарцисс. – Зачем Чемерице с компанией посылать за ним нечто подобное?
– Возможно, из-за способности этого существа проникнуть в другой мир? Они ведь не думали, что мы тоже можем следить за происходящими там событиями, – предположила леди Амилия. – Да, мастер Вильмос, мы знаем, что это.
– Граф Пижма сказал, что оно и здесь не перестанет меня преследовать. Не знаю, когда оно появится снова, но в этом случае у меня под рукой может не оказаться волшебной двери, через которую можно сбежать. Пижма говорил, что вы, уважаемые, можете... ну, как бы сбить его со следа. Он вам об этом не упоминал?
– Я с Пижмой не разговаривал уже несколько дней, – сказал Штокроза, – и возмущен тем, что он отправил вас в Город без надлежащей охраны. Мы назначили вам в провожатые моего племянника Далиана, но его убили в Омеловом парке за день до вашего предполагаемого прибытия. В изощренной жестокости этого преступления я угадываю руку Чемерицы.
– Ему сердце вырезали, – подтвердил Тео.
– Откуда вы знаете? – встрепенулся Штокроза. – Тело видели только родные мальчика.
– Сердце прислали Пижме в серебряной шкатулке – на ней, кажется, был ваш герб.
– Пижме? – удивился лорд. – Но зачем? В этом нет никакого смысла.
Тео пожал плечами.
– Ну, довольно, – вмешался Нарцисс. – Все это мелочи. Ваш дом перенес страшный удар, Мальвус, но я не думаю, что к этому причастен сам лорд Чемерица. У него есть вассалы и союзники, в том числе и отчаянные...
– Как бы там ни было, – вставила леди Амилия, – нам пора подумать о сегодняшнем заседании.
– Заседание? – Тео совсем забыл, что Кумбер упоминал о нем ночью, но теперь вспомнил.
– Да, собрание Шести Семей, – пояснила леди Амилия. – Там и выяснится, что думают Чемерица с Дурманом относительно вашего пребывания у нас. Очень скоро они будут здесь вместе с лордами Наперстянкой и Лилией.
– Минутку... – У Тео вспотели ладони. – Если я правильно понял, лорды, которые хотели меня убить или взять в плен, приедут сюда, в дом Нарцисса? Прямо сегодня?
– Да. Мы созвали чрезвычайное заседание, а другого места подыскать не смогли из-за праздника, – сказала леди Амилия. – Парламент сегодня не собирается, и лорд Аконит сказал, что не сможет обеспечить там должных мер безопасности за столь короткое время.
– К чему, собственно, эти вопросы? – осведомился лорд Нарцисс. – Неужели вы, Вильмос, думаете, что место сбора Шести Семей, правителей этого государства, хоть в малейшей степени зависит от вашего мнения?
– А должно бы зависеть, раз меня собираются выставить перед этими самыми семьями, которые хотят не только моей смерти, но и гибели всех моих друзей в нашем мире. Должно бы.
– Думаю, необходимости в этом нет, – заметил Штокроза. – Мы ведь не настаиваем на очной ставке, леди Жонкиль?
– Пожалуй, нет. Я устрою все так, что вы сможете наблюдать за ходом собрания, не присутствуя на нем лично, – сказала она Тео. – Против этого вы не возражаете? – Все это, несмотря на любезность, звучало так, будто она капризного ребенка успокаивает, но Тео не собирался покупаться на их изысканные старосветские манеры.
– Возможно, и нет, если это безопасно.
– Уж не думает ли этот глупец, что кто-то может напасть на него в моем доме? – проворчал лорд Нарцисс, покрывшись холерическим розовато-бежевым румянцем. – Вздор какой!
– Я хотел бы побеседовать с вами перед собранием, мастер Вильмос, – сказал лорд Штокроза. – Вы еще не обедали, нет? Не угодно ли тогда откушать со мной в покоях, которые лорд Нарцисс и леди Жонкиль любезно мне предоставили? Подождите меня в приемной, пожалуйста, – мне нужно обсудить с нашими хозяевами еще пару вещей.
Тео, кивнув, встал со стула. У него осталась масса вопросов, и никто, кроме Штокрозы, не выказывал желания поговорить с ним. Когда он пошел к выходу, трое Цветов умолкли. Он поймал их отражение в панорамном окне и увидел, что они уставились друг на друга. Говорят, догадался он, а может, и спорят – но беззвучно, даже губами не шевеля.
В приемной, не считая клыкастого борова за столом, никого не было.
– Кочерыжка! – позвал Тео.
– Улетела она, – сказал боров. – Увидела что-то в моих глазах, – он показал на ряд зеркал у себя на столе, – да и шасть за дверь. – Тео наклонился посмотреть. Каждое из зеркал отражало какую-то часть подворья и близлежащих улиц. – Вострушка этакая. Не сказать, что конфетка, но я люблю, которые с перчиком. – Страж наморщил и без того складчатый лоб. – Слушай, можно тебя спросить? Ты только не обижайся. Вы с ней... того?
– Чего – того? – огрызнулся Тео. – Почему меня все об этом спрашивают? Я в сто раз больше твоей конфетки с перчиком – тебе это ни о чем не говорит, нет?
– Ты откуда – с дикого острова, что ли? – вытаращил глаза кабан. – Никогда не слыхал про пластические операции?
– Пластические? – Тео не хотел сейчас тратить умственную энергию на сложности этого мультяшного мира. – Она не сказала, случайно, когда вернется?
– Нет. Сказала только, что увидела одного твоего знакомого и хочет что-то проверить.
– Не моего, а своего, наверное.
– Браток, я свою работу знаю, – мотнул щетинистой башкой кабан. – Она сказала, что твоего. Даже имя назвала – Руфус, что ли, или Фундус.
– Руфинус? Это не мог быть он – Руфинус умер.
– Ошиблась, стало быть. – Кабан закинул одну туго обтянутую штаниной ногу на другую. – Эх, хороша,! Сок так и брызжет – люблю таких.
Тео еще ломал голову над тем, что такое увидела Кочерыжка, когда из зала вышел лорд Штокроза и увел его обедать.

23
ТЕНЬ НАД БАШНЕЙ

Обслуживавший их брауни перемещался так быстро, что каждый раз оказывался в другой части комнаты: подкатывал сервировочный столик, расставлял напитки, поправлял свет и шторы на окнах. Из-за этого Тео казалось, что вокруг полно народу, хотя своего секретаря и весь прочий персонал лорд Штокроза отпустил. Помельтешив еще немного, шустрый официант тоже исчез – Тео не слышал даже, как за ним дверь закрылась.
– Рад, что вы согласились отобедать со мной. – Лорд окинул взглядом сервировочный столик. Вне аудиенц-зала он держался куда менее официально. – Попробуйте дыню – она в этом сезоне только что появилась. – Он подцепил кусочек двузубой вилкой, положил дыню в рот, произвел вилкой замысловатое движение, и воздух в комнате как будто сгустился. У Тео кольнуло в ушах, как при перепаде давления. – Маленькие защитные чары, – объяснил Штокроза. – Я уверен, что хозяева дома уважают мои секреты, но в эти печальные времена даже союзникам не стоит полностью доверяться. – Он улыбался, но глаза смотрели серьезно. – Я, как уже говорил, недоволен тем, что Пижма отправил вас без эскорта. Не нравится мне также, что Нарциссы так плохо о вас позаботились.
– Они взяли меня к себе прямо с улицы, – заметил Тео.
– Они ни во что не посвятили вас, ни о чем не предупредили.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74