А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


"Дельта" в США, ГСГ-9 в Германии, САС в Англии, израильские
спецподразделения, группа национальной жандармерии во Франции, австрийская
"Кобра", бельгийский спецэскадрон быстрого реагирования, испанский "ГАЛ".
Известно, что и некоторые другие страны пытаются создать специальные части
по борьбе с терроризмом. Им активно помогают израильские и немецкие
инструкторы.
Несмотря на различие социальных систем, подразделения антитеррора в
разных странах сталкиваются с множеством одинаковых, весьма схожих
проблем.
Полковник Чарльз Беквит, создатель "Дельты", так вспоминает о годах
после возвращения с вьетнамской войны. "Прошло несколько лет. Я пришел к
выводу, что армия США не считает нужным иметь подразделение, подобное САС.
У меня голова шла кругом от тирании бюрократов".
Только в конце 70-х годов Беквиту удалось "протолкнуть" идею создания
секретного армейского подразделения под кодовым Названием "Дельта". Как
говорят, "не было бы счастья, да несчастье помогло". В октябре 1977 года в
Могадишо террористы захватили авиалайнер компании Люфтганза "Боинг-737".
Западногерманская антитеррористическая группа ГСГ-9 штурмом взяла самолет
и освободила 86 заложников. В ходе операции были убиты трое и ранен один
террорист.
"Тот день, - пишет Беквит, - для Пентагона оказался необычным.
Состоялось совещание комитета начальников штабов, всюду были суматоха и
беготня". Президент написал записку, он интересовался у председателя
комитета начальника штабов, есть ли в вооруженных силах США подобная
единица? Генерал Роджерс информировал председателя о своем, принятом
несколько месяцев назад решении - создать подразделение по борьбе с
терроризмом. Дело сдвинулось с мертвой точки, теперь Беквит пользовался не
просто благорасположением начальника штаба армии, но и его активной
поддержкой.
В ту пору, когда создавалась "Дельта", нашей антитеррористической
группе "Альфа" исполнилось три года. На ее счету не было громких побед, и
"крестный отец" "Альфы", тогдашний председатель КГБ Юрий Андропов не очень
спешил вводить ее в бой. На штурм самолетов, захваченных террористами,
ходили наспех сформированные милицейские подразделения.
Так уж случилось, что главным экзаменом "Альфы" стал Афганистан.
Возникает закономерный вопрос: ее ли это дело - участвовать в переворотах,
штурмовать дворцы? Разумеется, нет. Но как тогда группа "А" оказалась в
Кабуле? Да так же, как и "Дельта" в Гренаде, когда она, по существу, была
использована в качестве элитарного диверсионного подразделения. Известно,
что за несколько часов, а по некоторым источникам, за двое суток до начала
агрессии в Гренаде подразделения коммандос проникли на остров и совершили
ряд диверсионных актов.
Отряд "Дельта" был переброшен к месту действий на вертолетах
спецподразделения "Ночные охотники", захватил ключевые объекты, в том
числе аэропорт, и совместно с другими коммандос обеспечил высадку основных
сил. Подобная операция под кодовым названием "Пегас" планировалась и
против Никарагуа, где "Дельте" отводилась ведущая роль - ее бойцы должны
были накануне вторжения проникнуть в столицу, чтобы убить или взять в плен
руководителей сандинистской революции.
Это говорит о том, что несмотря на статус подразделения,
предназначенного исключительно для антитеррористических операций по
освобождению американских заложников на территории других государств,
"Дельта" используется далеко не по назначению. Следует признать, что
нередко юридический статус подразделения антитеррора служит ширмой для
диверсионной работы американских коммандос. И тут, как показывает
практика, не спасает даже то, что решение об использовании "Дельты"
принимает Совет национальной безопасности страны.
У нас до последнего времени "Альфа" выполняла приказы председателя
Комитета государственной безопасности, подчинялась только ему. После
августовского путча она была выведена из структуры КГБ и стала подчиняться
непосредственно Президенту СССР, а с
развалом Союза - Президенту России. Региональные отделения группы
стали самостоятельными подразделениями антитеррора суверенных государств -
бывших республик Советского Союза.
Юридический статус группы (по существу, его отсутствие - в условиях
тоталитарной системы) изначально предопределил будущее подразделения. Все
тут зависело от воли и взглядов председателя КГБ на использование "Альфы".
Если в конце 70-х и начале 80-х годов "Альфа" применялась в основном по
своему назначению (за исключением, пожалуй, Афганистана), то примерно на
1987-1991 годы приходится пик тяжелейших нагрузок на группу, не связанных
с исполнением антитеррористических функций. Это и длительные командировки
в "горячие точки" страны, в места межнациональных конфликтов, привлечение
к оперативной работе, охрана особо важных мероприятий.
Да, "Дельта" тоже обеспечивала безопасность Олимпийских Игр в
Лос-Анжелесе, охраняла папу Римского во время его визита в Латинскую
Америку. Это вполне объяснимо. При проведении крупнейших спортивных и
зрелищных мероприятий, визитов государственных и общественных деятелей для
охраны привлекаются лучшие силы службы безопасности. Но как объяснить
годовое "стояние на часах" у тюрьмы Лефортово? К явно чудаческой команде
руководства КГБ альфовцы относились с иронией, но приказ есть приказ -
денно и нощно бойцы, оставив боевую учебу, дежурили у стен изолятора.
Зачем? Официальная версия была такова: американцы собираются напасть на
тюрьму и выкрасть некоторых арестантов. Смешно? Однако бойцам "Альфы"
смеяться пришлось недолго. Заступив на охрану, они мокли, мерзли и пеклись
на солнце у Лефортово.
Никакие обращения к руководству комитета не помогали. Сердобольные
бабушки подкармливали "невольников приказа" пирожками, выносили чай.
Студенты из расположенного по-соседству общежития, завидев поутру на
лавочке две знакомые фигуры, приветственно помахивали спортивными
шапочками: "Привет, ребята! Как дежурство?"
Прошли лето, осень, зима, весна, снова наступило лето. Из Лефортово
никого не выкрали. Охрану, к счастью, сняли.
Все это можно было бы воспринять как досадное недоразумение или
перестраховку высокого начальства, если бы не одно обстоятельство:
обстановка в стране накалялась, то в одном, то в другом месте вспыхивали
межнациональные конфликты и "Альфу" бросали в самое пекло. Туда, куда они
приезжали, их, как правило, не ждали и встречали далеко не с
распростертыми объятиями.
Бойцы не жаловались на отсутствие комфорта, но когда в Баку их
поселили в казарму и не предложили ничего, кроме матрацев, даже видавшие
виды оперативники были удивлены. И так бойцы жили три месяца, питаясь
всухомятку. Кстати, им платили те же пресловутые 3.50 командировочных в
сутки, а работа была такая, что возвращались в ночь, заполночь, под утро -
какая уж там столовая! Из Еревана пришло известие: на Комитет
госбезопасности готовится нападение. Сотрудники "Альфы" выехали в Армению,
словно там не было своих чекистов. И охраняли не столько комитет, сколько
его председателя. А нужен ли такой председатель, который не доверяет своим
работникам, просит охрану из Москвы? Увы, этим вопросом, видимо, никто в
верхах не задавался.
Юридическая незащищенность и правовая неопределенность сотрудников
группы особенно ощущались в самые острые моменты оперативной работы.
Отдавать приказы находилось множество охотников, но отвечать за них не
хотелось никому. Разумеется, в роли "стрелочника" выступали бойцы.
Логическую точку в этих странных, перевернутых взаимоотношениях
спецподразделения поставил Вильнюс. "Альфа" оказалась разменной монетой в
политических играх.
Возможно, кто-то не согласится и скажет, что той самой точкой,
завершающим аккордом был августовский путч, отказ группы идти на штурм
Белого дома. Это не так. В Вильнюсе "Альфа" пережила драму - погиб молодой
сотрудник, лейтенант Виктор Шатских. За что погиб? Во имя чего?
Михаил Головатов, который командовал группой сотрудников
подразделения в столице Литвы, был объявлен врагом литовского народа,
преступником. Но самое страшное их ждало в родной Москве. Проснувшийся
утром после событий Президент Советского Союза... отказался от них
напрочь. Он "ничего не знал и знать не хотел", кто и что творил у
вильнюсского телецентра. Президент предал "Альфу". Теперь по всему
выходило: именно он, подполковник Головатов, вместо воскресного отдыха с
семьей собрал несколько своих подчиненных и махнул в Прибалтику. Чтобы раз
и навсегда навести там порядок.
"Альфа" привезла в Москву своего убитого товарища. Истерзанное
разъяренной толпой спецобмундирование и такие же истерзанные души.
Каждому, и кто вернулся из Вильнюса, и кто не видел никогда в жизни его
мощенных камнем улиц, было о чем подумать.
Газеты ревели о головорезах КГБ. Назывались дикие цифры убитых,
раненых. А "Альфа" не сделала ни единого выстрела. Не был истрачен ни один
боевой патрон!
Понятно, что кто-то должен был ответить за отданный приказ. Но тот,
кто отдал его, отвечать не хотел.
Верные слова написал Чарльз Беквит в своей книге, размышляя о роли
спецподразделений в жизни общества. Очень многое надо сделать, чтобы
создать такое подразделение - трудиться не один год, проявив при этом
максимум изобретательности, поиска и таланта. Но самое главное, о чем
беспокоится первый создатель американской "Дельты" - определить
юридический статус подразделения с момента его комплектования. И следовать
ему неуклонно. В этом залог успеха подразделения и надежная защита
каждого, кто встанет в его ряды. Кто выберет себе крайне трудную, опасную
- истинно мужскую профессию.
8 марта 1988 года на военном аэродроме Вещево, что под Ленинградом,
был предотвращен угон самолета Ту-154. Цена этого теракта велика - сгорел
дотла авиалайнер, погибло, включая пятерых террористов, 9 человек, 19
человек ранено.
Врачи госпиталя, куда доставили пострадавших, сделали 32 операции. На
пяти столах одновременно оперировали пострадавших военные хирурги. Всю
ночь, до рассвета продолжалась борьба за жизнь 26-летнего ленинградского
аспиранта Игоря Мойзеля. Пуля, пробив поясницу, прошла навылет через
легкое.
Поражает признание самого Мойзеля, сделанное уже после выздоровления.
Когда на борту самолета прогремел взрыв и авиалайнер загорелся, заложники
стали прыгать вниз, на бетонку. Игорь раньше других оказался у открытого
люка. Прыгнул, указывая спасительный путь другим. На земле оказался
первым. Казалось бы, опасность миновала.
"Я упал на землю, на корточки, - рассказывает Игорь, - мне завернули
руки назад, прижали лицом вниз к бетонному покрытию и выстрелили в спину.
Боли я практически не почувствовал, затем меня подняли, провели вперед на
несколько метров, положили вниз лицом и велели лежать с руками за головой.
Пока меня тащили, то били ногами, стараясь попасть в лицо и по голове, но
я закрывался руками".
Сколько раненый Мойзель пролежал на бетонке, трудно сказать. Когда
его подобрала "скорая помощь", врач Е. Кочетова уже с трудом прощупывала
пульс.
Кто же стрелял в Игоря, пинал ногами? Террористы этого уже не могли
сделать, к тому времени они были мертвы. Оставшиеся в живых спрятались за
кресла. Убивали Мойзеля его так называемые спасители. Те, кто пришел
вызволять заложников из лап бандитов, имея мало представления о том, что и
как делать. Что туг сказать? Не дай нам Бог впредь еще таких спасителей.
Однако заклинания вряд ли помогут. Ибо трагедии, подобные
ленинградской, время от времени повторяются. И не только в нашей стране.
23 ноября 1985 года самолет египетской авиакомпании вылетел из Афин в
Каир. Через 22 минуты после взлета он был захвачен террористами. По
рассказам очевидца, один из них прошел в пилотскую кабину, второй
расположился в центре корабля, третий остался в хвостовой части. Бандиты
были вооружены пистолетами и ручными гранатами. Сотрудник службы
безопасности, сидевший впереди, открыл огонь, но тут же был тяжело ранен.
После этого террористы отобрали у всех паспорта и, рассадив
пассажиров по национальным группам, расстреляли пятерых - двух израильтян
и трех американцев. Просьба командира корабля о дозаправке самолета была
отклонена. Авиалайнер совершил посадку в аэропорту Валлетта (о. Мальта).
Во время штурма самолета египетские коммандос действовали неумело и
не смогли предотвратить применение террористами ручных гранат, что привело
к массовой гибели пассажиров. Было убито более 60 человек.
Офицер британской антитеррористической команды САС, оказавшийся
свидетелем трагедии, рассказал, что с бандитами никто не вел переговоров.
Диспетчер за полчаса до штурма прервал все контакты с бортом. А они крайне
необходимы для того, чтобы отвлечь внимание террористов.
Египетские коммандос имели лишь теоретические знания по захвату
Боинга-737. Штурмуя самолет, они пренебрегли отвлекающими маневрами,
группа захвата постоянно находилась в поле зрения террористов. На каждый
люк и дверь египтяне поставили по 8- 10 человек, которые мешали друг
другу. Долго, около трех секунд, штурмующие открывали первый люк, а первый
боец оказался в салоне только через 5 секунд.
Одной из причин, подтолкнувшей террористов к открытию огня, было то,
что на борту оказались сотрудники службы безопасности. По своему поведению
они явно отличались от обычных пассажиров. На своих местах они
разместились еще до посадки пассажиров. А ведь в других авиакомпаниях
сотрудники безопасности, дабы не быть обнаруженными, садятся со всеми
пассажирами.
Кстати говоря, на борту нашего Ту-104, следовавшего по маршругу
Москва-Новосибирск-Чита в 1973 году, произошла подобная трагедия.
Милиционер В. Ежиков, сопровождавший самолет (такая мера безопасности
широко практиковалась после угона Ан-24 отцом и сыном Бразинскасами),
улучив момент, выстрелил в спину террориста Рзаева, который захватил
лайнер. В ту же секунду сработало взрывное устройство.
К сожалению, есть и еще достаточно яркие примеры неудач в борьбе с
террористами. Сюда следовало бы отнести и освобождение самолета в
аэропорту Карачи. На борту Боинга-737, летевшего в Бомбей, было около 400
пассажиров, 17 из которых погибли и 98 получили ранения в ходе
перестрелки, завязавшейся между пакистанскими солдатами и преступниками.
Мы привели только три случая гибели десятков людей от рук
террористов, назвали три адреса: Ленинград, Валлетта, Карачи. Тысячи миль
между ними - Северо-Запад Европы, Средиземноморье, Азиатский континент. Но
их объединяет то, что люди оказались заложниками не только воздушных
бандитов, но и невольными жертвами малоопытных, неподготовленных бойцов
спецслужб.
Как не вспомнить предупреждение полковника Чарльза Беквита: нельзя
частично заниматься борьбой с террором, даже талантливый дилетант не
сможет соперничать с ними; только профессионалы способны на равных вести
бой с международными террористами.
Оставим в покое ошибки египетских и пакистанских коммандос. Но как
случилось, что у нас, при существовании мобильной, высоко профессиональной
группы антитеррора, имеющей достаточно богатый опыт борьбы с воздушными
бандитами, разыгралась эта кровавая бойня?
Вспомним, что в первые же минуты после посадки террористы увидели
солдат с оружием, бегущих к самолету, вспомним выпрыгивающих из горящего
лайнера пассажиров, которых принимали за бандитов и встречали на земле
ударами прикладов. Как это далеко от профессионализма, как не похоже на
умелые, расчетливые действия "Альфы"...
В том-то и весь секрет: к трагедии под Ленинградом 8 марта 1988 года
группа "Альфа" не имела ровным счетом никакого отношения. Захваченный
самолет взорвался в тот момент, когда вертолет "Альфы" заходил на посадку
на аэродроме Вещево. Бойцы приникли к иллюминаторам, увы, уже было поздно.
Им осталось только постоять у догорающего остова самолета. Они были
единственными людьми, кто мог с самого начала помочь заложникам. Однако
нашлись "ответственные работники", которые, приняв сообщение о захвате
самолета, быстро смекнули:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31