А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

При этом чужестранка была умна и практична, свободно
общалась и сотрудничала с представителями иных рас, не поступаясь, однако,
ни на йоту собственной индивидуальностью. Высочайший интеллект сочетался
со своеобразным взглядом на многие вещи. Ясса была рождена лидером; она
сумела подняться по иерархической лестнице до уровня высшего руководства
Унией, для женщин обычно недостижимого.
Никто не знал прошлого Яссы, да и возраст казался трудноопределяемым.
Но к ее словам, произносимым с легким придыханием, а в минуты гнева - с
шипением, внимали как лорды, так и бродяги на многих планетах. Ее командам
повиновалось больше обитателей Галактики, чем подчиняются законам
правительств.
Дзанта была потомком терранцев. Но из какого мира вихрь вселенской
войны забросил ее в трущобы Диппля, не известно. Она помнила себя уже на
Корваре, среди безликой массы таких же, лишенных прошлого и будущего
переселенцев, покинувших свои испепеленные миры.
О родине Дзанты ничего не говорила ее непримечательная внешность. Ни
цветом кожи, ни разрезом глаз, ни телосложением она не выделялась из
миллионов. И эта неприметность повышала ее ценность для Яссы. Тем более
что в Унии таких, как Дзанта, могли обучить подделываться под облик других
рас, даже некоторых нечеловеческих. Пока в таком обучении не возникало
надобности. Возраст Дзанты ставил всех в тупик: прожив много лет на вилле,
она выглядела не вполне еще оформившейся девушкой. Благодаря учебе и
тренировкам ум ее был способен запоминать и удерживать массу сведений, а
психотехника отточилась, стала мощнее.
Во всем подчиняясь Яссе, Дзанта приняла клятву верности Унии и стала
членом галактической воровской организации. Щупальца Унии проросли не
только в цивилизованные страны, но и в варварские миры. Поговаривали
также, что подобные контакты простираются даже в царство темных и нижних
сил...
Заключались и распадались союзы, приходили к власти и подвергались
опале правители. Но Уния была и оставалась в любые времена, то сама
олицетворяя высшую власть, свергая и назначая правительства, то затаиваясь
в глубоком подполье. Здесь были свои законы, нарушителя их ожидала
неотвратимая и жестокая смерть...
Они давно миновали увязший во мраке Диппль, флиттер пролетал над
сияющими жемчужинами роскошных вилл, утопавших в зелени. Искусно разбитые
сады и парки перемежались сохранившимися островками древней прерии. Чем
ближе была вилла Яссы, тем явственнее ощущала Дзанта беспокойство. Стиснув
под плащом руки, такие горячие, словно были обтянуты энергетическими
перчатками, она вернулась мыслями туда, к шкафу с кубиками. К шкафу ли?
Это была просто работа, к которой ее столько готовили. Не к шкафу,
конечно, а к столику. Там, среди мерцающих безделушек, лежит сейчас этот
глинистый обломок... она почувствовала нечто похожее на острый голод. Боль
стиснула виски, запульсировала в груди.
Скорей бы они прилетели. И сразу - к Орну. Нет, не получится: сперва
нужно переписать то, что в ней. Но потом - да, потом к Орну. Орн поймет и
объяснит, почему она не в себе, почему ее жжет желание дотронуться рукой
до этого пугающего предмета. Иначе эта навязчивая тяга лишит ее покоя,
разрушит сложный, точно сбалансированный механизм ее способностей. Орн
знает, он учил ее много лет парапсихологии, он избавит ее от этой
завораживающей тяги.
Последний взмах крыльев. Машина села на крышу, освещенную громадными
буквами рекламы. Вилла официально являлась представительством
салларианской торговой фирмы. Для властей Ясса была шефом этой
коммерческой компании, ее деятельность в этой области оказалась весьма
доходной. Многие боссы Унии имели два лица, но далеко не все поставили
свой легальный бизнес с таким блеском и размахом, как уважаемая в Тилле и
на всем Корваре Леди Ясса.
Освещение в доме было убавлено, в ночной тишине лишь изредка
доносились приглушенные звуки. Но Дзанта знала, что все, кто должен, ждут
ее и готовы к работе. Ясса цепко держала дом в своих украшенных когтями
руках, никому не прощала расхлябанности, лени или небрежности. Об
ослушании не могло быть и речи: никто не хотел испытать на себе полноту
могущества властной салларианки.
Пластиковая панель бесшумно скользнула в сторону, повинуясь легкому
царапанью ногтей. Переступив порог комнаты, Дзанта подождала, пока
ароматические струи обдадут ее тем запахом, который в данную минуту угоден
хозяйке. Девушка научилась не морщиться от чересчур густых ароматов. Она
знала, что таким способом Ясса обеспечивала себе возможность близкого
контакта с существами других рас, так как от предков унаследовала
обостренную реакцию на чужие запахи.
На этот раз Дзанта едва вытерпела привычную процедуру - и без того
мучившая ее после испытанного напряжения головная боль еще усилилась.
Когда закончится съем информации, нужно будет попросить Орна закодировать
ее сон, чтобы он был глубоким и долгим.
В комнате царил полумрак; народ Салла, благодаря строению своих глаз,
не нуждается в ярком освещении. Ясса возлежала среди подушек, свернувшись
клубочком - в своей излюбленной позе. С ней контрастировала распрямленная
во всю длину фигура Орна, чуть покачивающаяся в гамаке возле окна. Как и
многие в этом доме, Орн был загадкой. О нем часто чесали языки сплетники,
ничего не знавшие наверняка. Говорили, например, что Орн - член подпольной
гонимой властями касты пситехов. Никто не знал, сколько ему лет. Досужие
языки утверждали, что Орн уже не однажды подвергался процедуре продления
жизни, многие пытались строить догадки о расовой принадлежности этого
небольшого изящного человечка, который казался особенно тщедушным рядом с
массивными салларианами, слугами Яссы. Но они-то знали, насколько опасен
хрупкий Орн. Помимо такого разящего оружия, как парапсихология, он владел,
как бог, древними боевыми искусствами. Сейчас, лежа в гамаке, он
отвернулся к открытому окну - возможно, плавающий в комнате аромат был ему
неприятен. Но стоило появиться Дзанте, он тут же повернулся к ней.
В этот миг Дзанта поняла, что не хочет делиться своей тайной с этим
загадочным человеком. Еще минуту назад она жаждала одного - обрести покой.
Но сейчас он показался ей непомерной ценой за глиняный комочек, который
пугал и звал ее. Она им не скажет. Она не хочет, чтобы Орн оставался
полновластным и бесцеремонным хозяином ее чувств и мыслей.
- Здравствуй, - томно мурлыкнула Ясса. Дзанта в который раз
залюбовалась стройной, грациозной фигурой хозяйки, слывшей среди своих
соплеменников красавицей. Густые темные волосы, больше напоминавшие
драгоценный мех, блестели, переливаясь, на голове, шее, плечах, сбегая
почти до локтей. Лицо с острым подбородком было тоньше, благороднее, не
таким приплюснутым и широким, как у большинства саллариан. Но все это тот,
кто впервые видел Яссу, замечал уже потом, сперва вдоволь насмотревшись на
ее поразительные глаза. Огромные, с приподнятым кверху раскосым разрезом,
они отливали красным золотом, переходящим в таинственную черноту
подвижных, при ярком свете - по-кошачьи узких вертикальных зрачков.
Подобно изредка встречающемуся еще в копях Салла драгоценному корссу, эти
глаза то и дело вспыхивали глубоким внутренним светом, оттеняя серую кожу
лица, почти лишенную ворса. Таким же, но гораздо более тусклым светом
отливали два крупных корсса, украшавшие ворот ее одежды.
Рука с надетыми на когти кованными на заказ колпачками поманила
Дзанту. При этом движении золотистое платье хозяйки, увешанное по поясу
ароматическими мешочками, зашуршало, переливаясь в приглушенном свете
тусклых лампионов. Дзанта уловила донесшийся с ложа тихий рокот. Ясса
мурлыкала. Ясса блаженствовала. Ясса была довольна.
- Ты здесь, милая, стало быть, все в порядке, - произнесла хозяйка
сквозь мурлыканье. - Орн!
Парапсихолог молча слез с гамака и махнул рукой, веля Дзанте
приблизиться. Она присела возле стола, сдвинув обруч со лба на гладкие
волосы. Сейчас доставленная информация перейдет на ленту стоящего на столе
прибора. При этом ее память будет исследована и очищена от эпизодов,
расшифровка которых может навести врагов на след.
Включив аппарат, девушка открыла мыслеканал. Пройдет несколько минут,
и каждый символ, украденный из кубиков, перейдет из ее памяти на ленту. Но
ведь тогда и тайна обломка может стать достоянием прибора, исчезнув из ее
мозга! Зато обо всем узнают хозяева этой машины, передающей на видеоэкран
расшифрованную информацию. Нет! Ее рука легла на кнопку отключения. Все.
Голова закружилась, как обычно после сеанса. Теперь ее мозг свободен от
всего, что было с момента, когда открылась стена, и до... До чего? До
выхода за дверь? Нет, она помнит, помнит тот комок, а прибор не успел
добраться до него!
- Великолепно. - Довольное мурлыканье заполнило всю комнату, этот
звук помог Дзанте полностью очнуться от сканиграфии. - Просто отлично,
высший класс. Что ж, милая, ты наверняка утомлена и заслуживаешь отдых.
Отправляйся в свое гнездышко.
Несмотря на долгие тренировки, этот первый настоящий, такой трудный и
опасный налет вконец истощил ее силы. Она приняла из рук Орна чашку с
какой-то белесой жидкостью и выпила ее в несколько глотков.
- Пусть будет красивый сон, - улыбнулась Ясса в той мере, в какой ее
мимика вообще это позволяла. - Во сне тебе откроется твое самое большое
желание. Ты скажешь мне о нем, и я его исполню, как ты исполнила для меня
это задание.
Ответом был равнодушный кивок. Девушка не сомневалась, что хозяйка
выполнит обещание. Вознаграждение за успешную акцию было законом в Унии.
Но сейчас ей смертельно хотелось спать, не понадобились даже пассы Орна.
Пройдя в свою комнату, она выскользнула из наряда Девы Суоль и,
переступив через ворох ярких тканей, направилась к постели. Но нет, она
физически ощутила слой кричащего грима на своем лице. И лишь смыв краску,
а вместе с ней - горечь и триумф этого долгого вечера, она вышла из-под
струй ласкового пара.
Она вновь стала собой. Какой же? Дзанта оказалась у зеркала правды.
Так про себя она называла этот неумолимый овал, специально предназначенный
для работы со сложным маскировочным гримом. Зеркало беспощадно отражало
все дефекты лица, волос, кожи, увеличивая поры и морщины. То, что увидела
она, было Дзантой. Но если в ней и жили какие-то зачатки женского
тщеславия, она простилась с ними в этот момент крайней усталости.
Стройное, если не сказать астеничное, тело было худосочным и бледным.
Волосы после душа свились в мелкие серебристые завитки, хотя обычно, при
дневном свете, они казались темнее. И продолговатые, чуть отрешенные глаза
отливали тем же темно-серебристым цветом. Бледность лица подчеркивали
очень яркие, довольно красивой формы губы, хотя рот был скорее большим, не
женским. Что же до остального - она безрадостно оглядела себя сверху
донизу, нахмурившись, запахнула пеньюар и отошла от враждебного овала,
который, казалось, улыбнулся ей вслед.
Ей уже не хотелось быть собой. Все, что она попросит у Яссы, - самый
шикарный, самый большой набор косметики, чтобы не только для налетов, а
постоянно быть другой. Но тут же Дзанта критически оценила свой порыв -
грим не добавил бы ей уверенности...
Она знала, чего по-настоящему хочет, желает, жаждет: взять в руки
этот комок, приобщиться к его тайне! Дзанта вздрогнула: чем так силен этот
предмет, что она не может противостоять ему, несмотря на жестко
дисциплинированную психику? Почему ей стало так жутко там, у столика, при
одной мысли коснуться камня?
Дрожь сотрясала все ее тело. Нырнув в постель, она с головой
закуталась в плотное покрывало.

2
Если сны и были, память их не удержала. Она пробуждалась, словно
выкарабкиваясь из черной бездны, как после сильного снотворного. Первая
мысль была четкой, будто приказ хозяйки. Снова, как ночью, ее охватила
дрожь страха, но острое желание было сильнее всех остальных эмоций.
Орн воспитывал в ней рассудочность и рационализм. Он утверждал, что
для ума и памяти одинаково опасны страх, религия и неудовлетворенные
желания. Они способны разрушить психику, исказить хранимую мозгом
информацию. Но лишь теперь Дзанта поняла, какой взрывной силой становится
даже для тренированного сознания навязчивая идея.
В окно били яркие лучи - над Корваром вставало солнце. Ни малейший
шум не проникал через звуконепроницаемые стены, но на вилле царил жесткий
распорядок, известный и хозяевам, и слугам. Дзанте не хотелось выходить,
но отступить от обычного режима - значит привлечь к себе излишнее внимание
бдительной Яссы, профессионала Орна. И все же ей надо еще чуточку посидеть
здесь одной вот так, согревая под одеялом босые ноги и глядя в освещенный
зарей сад.
Хорошо, что день будет солнечным. Пасмурная погода подавляет
пси-энергию. Она подвержена и другим воздействиям, реагируя на силовые
поля машин, магнитные и солнечные бури, эмоции окружающих... Чтобы
задуманное удалось, нужно выбрать момент и место, подключиться к
поддержке. Эмоциональная подпитка... Психокинетический тоннель... Об этом
рассказывал Орн. Среди его аппаратуры много удивительных машин, но стоит
ей самовольно приблизиться хотя бы к одной, тем более нажать кнопку, сразу
же ее замысел окажется под угрозой разоблачения. Нет, нужен иной источник.
Она наложила пальцы на закрытые веки и напряглась, вызывая мысленный
образ. Хорошо, если Харр где-нибудь поблизости и ничем не занят, - тогда
он среагирует. Вызов... Еще... Кажется, принял. Значит, он вне
заэкранированных стен лаборатории - уже хорошо. Она заспешила. Несколько
минут на освежающий душ, затем - к зеркалу правды. Сегодня ей не до
украшения своей внешности - наоборот, она должна выглядеть так, чтобы ни
один встречный не испытал побуждения еще раз на нее посмотреть.
Стоит ли манипулировать ростом? Пожалуй, нет - чтобы вызвать массовую
зрительную галлюцинацию, потребуется значительный расход энергии. Значит,
рост оставляем свой. Что ж, она появится в Тилле существом параллельной
расы из мира Йон. Несколько движений - и на голове заколыхался сноп
медно-рыжих волос; кожа приобрела слегка зеленоватый оттенок; темные линзы
изменили цвет глаз. Готово.
Зеленое платье с глубокими разрезами легло на плечи и грудь, бедра и
ноги туго обтянули серебристые рейтузы. Теперь дело за драгоценностями,
которые будут не просто украшениями, а помощниками. Она, вздохнув,
отложила в сторону несколько безделушек, очень красивых, но дававших
иногда поразительную индукцию, которую могут уловить детекторы Патрулей.
Итак, неброская брошь у ворота; браслет на запястье; на пальцы - кольца,
скрепленные ажурной золотой цепочкой. Взаимодействие браслета и колец
давало эффект, близкий к энергетической перчатке, хотя и не такой мощный.
Внимательный осмотр у зеркала: все в порядке, образ безупречен.
Теперь к пульту. Пальцы пробежали по клавишам, и вот перед ней легкий
завтрак и бокал тоника с соком. Выбранное меню не возбудило ее, но
добавило сил.
Звукоизоляция на вилле была везде, хозяйка не терпела шума. Тишина в
коридоре не обманула Дзанту, она знала, что все уже на ногах. Теперь надо
собраться: безмятежность на лице, спокойствие во взгляде. Она подошла к
видеосторожу, нажала клавишу. Отлично, ее новый облик запечатлелся на
пленке. Оставалось объяснить цель, ради которой она покинула виллу.
- Иду к Каферу на Роу-Лейн. - И эти слова легли на пленку. Таков был
порядок для любого, уходящего из дома. Это не должно вызвать подозрений.
Она отправилась к ювелиру выбрать награду, обещанную Яссой. А неподалеку
от магазина Кафера - место, куда ее тянуло как магнитом.
Дзанта постояла у видео, со страхом ожидая, что вот-вот загорится
сигнал запрета. Такое могло быть, если, например, Орн наметил для нее в
ближайшие часы какие-нибудь занятия или эксперименты. Но экран был нем -
путь свободен.
Терзаемая опасением столкнуться носом к носу с хозяйкой или Орном,
она заставила себя идти неспешным шагом. Чтобы не быть записанной на
аппаратуру Орна, она не стала посылать повторный вызов Харру.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115