А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Я показал на окно, и Кайл, ничего не говоря, помчался за ними. Я попытался отговорить его и выбежал наружу, но он уже взлетал с площадки. Я кричал ему, уговаривая вернуться, но он не слушал.
Я вызвал его по коммуникатору. Он сказал мне, что гонится за инопланетянами, что видит их на экране и на этот раз он твердо намерен с ними разобраться. Еще он сказал, что вызовет меня, когда все кончится, и отключился. Я пытался еще много раз с ним связаться, но он не отвечал.
Тогда я вернулся домой посмотреть, что можно сделать с Йоши. Но она была мертва. Через несколько минут я услышал взрыв, снесший склон пика Надежды. Дом содрогнулся, свет мигнул и погас. Когда я вышел, на землю все еще сыпались обломки.
Повсюду горели пожары. В развалинах слышались крики.
Прости меня Бог, я знал теперь, что это взорвались топливные элементы, что инопланетяне как-то перенесли их в модуль, а виноваты во всем Кайл и я.
Я делал, что было в моих силах, помогая жертвам. Аварийные команды из Орлиного Гнезда и ближайших городов прибыли быстро. Я снова пытался вызвать Кайла, но больше я никогда его не слышал.
В то время я считал, что люди будут знать, кто виноват. Как можно этого не увидеть? Мы только что вернулись, взрыв был вызван антиматерией, Кайл почти наверняка погиб при взрыве. У нас пропал один из членов экипажа, другой погиб в деревне. Ясно, что мы здесь сильно замешаны.
Но я не мог пойти на публичное унижение, и потому я сделал все, что мог, чтобы скрыть это событие от властей. Для этого, я считал, нужно сделать две вещи.
Первая – избавиться от тела Йоши, чтобы оно не было найдено на месте катастрофы и возбудить дополнительные вопросы. Я завернул тело в пластик и бросил в реку над плотиной, в самом глубоком месте.
Вторая – надо было убрать кораблик. Я решил закопать его в горах и тем отвести в сторону поток подозрений, который, как я знал, на меня обрушится – и так оно и оказалось. Но когда я вернулся на виллу Кайла, к моему ужасу, там уже находилась его мать и сама всем распоряжалась. У меня не было никакой возможности взять кораблик, и я оставил его в надежде, что никто не поймет, что это такое. Через несколько дней, когда я к ней зашел, мать Кайла сказала мне, что отдала эту игрушку внуку.
Существо, напавшее на Йоши, все еще бродит в горах на свободе. О нем слагают легенды, и оно стало местной знаменитостью, хотя, к счастью, очень мало людей относятся к этому серьезно. И их считают сумасшедшими.
Я слегка сочувствую этому существу, затерянному одинокому в чужом мире. Я не верю, что оно хотел вреда Йоши – оно только очищало путь своему кораблю. Иногда я даже приезжал, чтобы его разыскать. Если оно существует и узнает меня, оно держится от меня подальше.
Несмотря ни на что, я с уважением отношусь к погибшему экипажу кораблика. Они убили двух, быть может, трех наших людей. Но они не могли не знать, что взрыв неминуем, и все же взяли горючее с собой. Можем ли мы понять причину этого? Или они поняли, что находятся в населенном месте и принесли себя в жертву ради существ, до которых им не было дела и которые не заслужили их сочувствия?»
Три великих звезды Ориона поднялись из моря около девяти вечера. Ким сидела на веранде и смотрела на них. В соседнем доме праздновался чей-то день рождения, гремела музыка, взлетали ракеты. Потом шум затих, свет погас, но Ким все еще сидела на веранде.

30

Доброты друга человек ожидает,
Но доброта незнакомца…
О, это совсем другой порядок величины.
Шейел Толливер, «Записные книжки», 573 г.

– А ты думала, что это бабка Трипли бросила тело в реку. – Глаза Мэтта лукаво прищурились, что с ними бывало очень редко.
– Я не могла представить себе, кто еще мог это сделать. На Кейна я даже и не думала.
– Ты думаешь, Тора знает?
– Знает.
Они сидели на солнечной веранде дома Ким. Было прохладно, но погода была ясная, и примирительно шелестел прибой.
– Интересно, что скажут таможенники, узнав, что кто-то пронес мимо них контрабандой звездолет. – Мэтт закрыл глаза. – Так что ты теперь будешь делать? Не будешь же ты сидеть на этом, как собака на сене.
– А что ты предлагаешь?
– Выложить все Вудбриджу.
– А потом?
– А потом – ничего. Дальше мы не участвуем.
– Мэтт…
– Послушай, Ким, я отлично понимаю твои чувства. Загублена репутация Кейна и Трипли. Люди считают их убийцами, а на самом деле они несчастные люди, которые все запутали. Но у тебя есть соглашение с Вудбриджем, и он совершенно прав. И мы как-нибудь это проглотим.
Ким глядела на море.
– Мэтт, дело уже не в репутации. Не в политике. Ты подумай о том, что случилось там. У Алнитака.
– Они напортачили.
– Еще как. Они встретили корабль другой цивилизации и угнали его, как бесхозную лошадь.
– Знаю.
– Одно из самых главных событий в истории человечества. И надо найти способ это все исправить.
– Так что, дело в инопланетянах?
– Именно. Об этом я и говорю.
– Ким, как это можно исправить? Все уже сделано. Финиш. Поздно.
– Может быть, и нет. Надо отправить еще одну экспедицию. Вернуться к Алнитаку и попытаться снова разговаривать.
– Ничего себе! Это не ты разве называла их мерзкими убийцами? Не ты хотела их всех перебить? Не ты накрутила Вудбриджа? Предупредила, чтобы он никого к этим гадам близко не подпускал? Кажется, я правильно цитирую?
– Мэтт…
– Не ты подбила его прекратить «Маяк»? Кстати, директор очень гордился этим проектом, а твои коллеги годы жизни на него потратили.
– Мэтт, я ошибалась. Подумай теперь, что случилось. Экипаж «Доблестного» пожертвовал собой, спасая представителей вида, который их похитил и увез неизвестно куда. Зачем бы им было это делать?
– Не знаю. Может быть, они умом не блистали.
Мимо пробежали два любителя бега трусцой, помахали руками. Ким и Флекснер помахали в ответ.
– Короче, – сказал Мэтт. – Опасны эти существа или нет?
– Конечно, опасны. Но ты подумай, как с их точки зрения должны были выглядеть события. Послушай, мы знаем, что «Доблестный» умел передвигаться в гиперпространстве. Это значит, что у них была и гиперсвязь. Если они терпели бедствие, как это, очевидно, и было, они уже послали призыв о помощи. Что они должны были послать, когда появился «Охотник»? Еще одно сообщение. Вроде: «Ты посмотри, какая тут громадина появилась!»
– Пусть.
– А что они должны были послать потом?
– «Эта зараза пытается нас схватить».
– Именно. Очевидно, передача оборвалась посередине. Вот почему нас с Солли так недружелюбно встретили, когда мы там появились. Спроси себя, как бы реагировали мы, если бы корабль великанов поймал наш корабль. Неудивительно, что они хотели узнать наш адрес.
Мэтт часто и глубоко дышал. Ким подумала, отчего он так пуглив? Почему среди руководства организации нет таких людей, как Солли?
Флекснер покачал головой.
– Поздно теперь исправлять. Как ты это сделаешь? Сложилась ситуация «Стреляй первым». Даже говорить с ними уже нельзя.
– Еще как можно.
– Ага. Два – четыре – шесть – восемь. Куда как хорошо.
– Мэтт, надо не язык искать. Надо дать что-то, что они поймут.
Он встал, отошел к краю веранды и стал смотреть на море.
– И что ты предлагаешь?
– «Доблестный». Надо сделать жест – отдать им его.
– То есть?
– Вернуть им «Доблестный». Принести извинения и отдать им корабль, чтобы они поняли, что значат эти слова. Вот мы стоим, открытые для выстрела, показывая, что мы им доверяем, и отдаем им корабль.
– Звучит как точный рецепт, чтобы нас убили.
– Может быть. Но те, кто жертвуют собой ради чужаков…
С хохотом промчалась по двору стайка детей, играющих в пятнашки. Ким смотрела им вслед.
– Дай мне подумать, – сказал Мэтт. – Лучше будет судить, когда мы получше рассмотрим эту штуку. Когда лучше будем знать, какая у них технология. – Он вопросительно посмотрел на Ким. – Ты что-то имеешь против?
– Вряд ли у нас есть время на лабораторную возню, Мэтт.
– А что такое? – насторожился он.
– Потому что все раскроется. Я не верю, что мы сможем сохранить секрет. А когда это случится, корабль мы потеряем и конец всему.
– Вполне можем сохранить секрет, – настаивал Мэтт. – Я очень осторожно подберу людей.
– Нет. У нас только один шанс поступить правильно.
– Ким, что думаем ты и я – не важно. Вудбридж никогда на это не согласится.
– Верно. Поэтому мы ему не скажем.
– Нет. – Мэтт покачал головой. – Этого делать нельзя.
Да ну же, Мэтт, хоть раз покажи, что ты не тряпка!
– Тогда можешь забыть о «Доблестном». Он останется там, где находится.
– Ким, веди себя разумно.
Но Ким развивала свое преимущество:
– Нам надо действовать, пока не разошлась весть, что инопланетный корабль у нас. Надо спланировать рандеву так, чтобы риск был только для корабля и его экипажа. Почисть банки данных, чтобы никто не мог проследить путь к нам, даже в худшем случае. Отрави всех, если надо.
– Ким, ты ставишь меня в ужасное положение.
– Знаю. – Ким поглядела на него. – Сделай это, Мэтт.
– Фил никогда этого не позволит.
– А ты и ему не говори.
– Чего? Как это я могу не сказать Филу?
– Мэтт, на этот раз я буду ждать звонка от тебя.
Он встал, вынул из кармана пульт и запустил флаер.
– Я дам тебе знать.
Ким смотрела вслед аппарату, уходящему в небо, потом взяла диск Кейна, пометила его словом БУХГАЛТЕРИЯ и положила на стол. Несколько минут она сидела, глядя на прилив.
– Шеп, дай мне Солли.
«Я возражаю, Ким. Ты сейчас в таком состоянии…»
– Шеп!
Загудела электроника. На этот раз подготовка шла больше обычного, но потом появился Солли в снаряжении ныряльщика. Он нахмурился, сказал по адресу Шепарда что-то, весьма не похожее на комплимент, снял ласты и конвертер, сел на виртуальную скамейку и посмотрел на Ким.
«Привет, детка!»
– Привет, Солли. – На нее нахлынула слабость. – Жаль, что мы больше не можем этого делать.
«Чего делать?»
– Нырять. Нырять в глубину.
Он кивнул.
Ким слушала море.
– Мне тебя не хватает, Солли.
«Знаю. Но погоди, пройдет время. Будут и другие».
– Не говори так.
«Прости. – Он помолчал. – Мне не надо бы здесь быть».
– Это говорит Шепард.
«Нет, это говорю я. – Он посмотрел ей в глаза долгим взглядом. В комнате было очень тихо. – У меня есть предложение».
– Да?
«Только ты не обижайся».
Она знала, что он скажет.
– Я не обижусь, Солли.
«Лучше будет, если ты меня отпустишь. Хотя бы на время, пока снова не наладишь жизнь».
Она глядела на него пристально. Его образ стал расплываться.
– Солли, я не могу этого выдержать – того, что тебя здесь нет.
«Знаю».
– Ничего ты не знаешь. Ты никогда такого не испытывал.
«Ким, все лучшее в моей жизни – это ты. Полет к Алнитаку я бы ни на что не променял. Цена того стоила».
Он расплылся и медленно растаял – совсем не так, как обычно выполнял выход Шепард. Когда он исчез, Ким встала, направилась в спальню, но возле лестницы остановилась.
– Шеп! «Да, Ким?»
– Откуда ты знаешь, что случилось на «Хаммерсмите»? ИР не ответил.
Через два дня Мэтт позвонил и сообщил, что занимается экспедицией к Алнитаку и настроен оптимистично. Ким спросила, что она может сделать.
– Только не лезь в неприятности, – попросил он.
Была середина дня, Ким только что вернулась после выступления на завтраке в Литературном обществе Сибрайта. По острову колотил ливень. В это время года в без четверти три всегда бушевала буря, приходившая с пунктуальностью поезда. Ким вытянулась на диване, слушая дождь, думая о «Доблестном», когда ход ее мыслей нарушил Шепард.
«Ким, с тобой хочет говорить Тора Кейн. Она сказала, что дело срочное».
Ким оглядела комнату – не прибрано.
– Соедини, Шепард. Только звук. – Раздался щелчок. – Здравствуйте, Тора. Чем я могу быть вам полезна?
– Ким, я сейчас дома. Можешь приехать? Я хочу тебе кое-что показать.
– Конечно. А в чем дело?
– Не по открытой связи. Расскажу, когда приедешь. Пожалуйста, быстрее.
Значит, теперь они на «ты». Ким, недоумевая, вызвала такси. Через десять минут она уже летела на север. Дождь поливал машину, от ветра была сильная болтанка, но, когда Ким подлетала к вилле Торы, буря стихла. Флаер опустился на площадку, и Ким вылезла, велев ему подождать. Она прошлепала по лужам к крыльцу.
«Чем могу служить?» – спросил домашний ИР.
– Доктор Кейн просила меня приехать.
«Извините, доктора Кейн нет дома».
– Не может быть. Вы уверены?
«Ее нет дома. Но я буду рад передать от вас сообщение, если хотите».
Ким глядела на входную дверь, дом глядел на нее в ответ.
На коммуникаторе Ким нашла номер Кейн и позвонила. На втором гудке донесся ответ:
– Кейн слушает.
– Тора, это Ким Брэндивайн.
– Здравствуйте, Брэндивайн. Чем обязана?
– Я у вашего дома. Вы меня просили приехать.
– Вы – где?
– У вашего дома.
– У моего дома? Ничего не знаю. О чем вы говорите?
– Да нет, ничего.
Ким переключилась на Шепа, но тот не ответил.
Вот это плохо. Ким прыгнула в такси и велела лететь домой.
Через два часа она вошла в офис Мэтта. Он поднял глаза от стола, удивившись ее приходу и еще больше – ее виду.
– Что с тобой? – спросил он. Она закрыла за собой дверь и села.
– Кто-то взломал Шепа.
– Ой-ой. И что там могли взять?
– Я думаю, надо допустить худшее.
– Диск Кейна?
– И это тоже.
Мэтт оглядел офис, будто вдруг усомнившись в его безопасности.
– Зачем? И кто это сделал?
– Я могу назвать только одного человека.
– Вудбридж?
– Да.
– А что такое худшее? Они знают, о чем мы говорили сегодня утром?
– Наверняка сказать нельзя. Шеп ничего этого не записывал, но вполне возможно, кто-то подслушал.
Мэтт задумчиво кивнул.
– И что же у них теперь есть такого, чего раньше не было?
– «Доблестный».
– Они знают, где он?
– Они знают, что он существует.
– Плохо. – Мэтт вдохнул. Выдохнул. Посмотрел неуверенно. – Я собирался тебе звонить.
– О чем?
– Я говорил с доктором Агостино.
– Кажется, мы согласились ему не сообщать?
– Брось, Ким, будь разумной. Он понимает ситуацию и желает создать контактную группу.
– Вот почему мог быть налет.
– Не верю. Когда это было?
– Около трех.
– А я говорил с ним меньше часа назад. – Было уже почти пять.
– Ладно, – сказала Ким. – Послушай, они попытаются забрать «Доблестный». Нам надо пошевеливаться.
– Мы планировали отлет на той неделе. И считали, что это и есть напряженный график.
– Теперь этого мало. Надо вылетать завтра.
– Это практически невозможно.
– Черт с ней, с практикой. Еще бы лучше смыться сегодня вечером. Всем скажи, что мы летим завтра. Те, кто не явятся, останутся.
– Нужно еще доставить припасы и снаряжение, Ким. Такие вещи за ночь не делаются.
– На этот раз придется. Сделай это за ночь – или ну его вообще.
– Сделаю, что могу, – сказал Мэтт. – Мы берем «Мак-Коллум». Он стоит в порту, готовый к отлету. Нам только люди нужны.
– Тогда пошевели их. Пилот у нас есть?
– Али Кассем. Знаешь его?
– Видела пару раз.
Солли упоминал о нем. Говорил, что это хороший пилот.
Мэтт позвонил поздно вечером.
– У нас срочная просьба, – сказал он. – Ты можешь завтра выступить перед Ассоциацией бизнесменов Терминала?
Это был условный сигнал. Они вылетают завтра вечером.
Ким стала жаловаться, что совсем нет времени на подготовку, он извинился, сказал, что собирался сам там выступать, но возникли срочные дела, и он будет очень благодарен.
– Ладно, – сказала Ким. – Но ты мой должник. И пошла спать довольная.

31

В руке ничего, и в рукаве ничего…
Обычная присказка фокусников девятнадцатого-двадцатого столетий н.э.

Ким спала чутко и проснулась в шесть. Она хорошо позавтракала и собрала вещи. Водолазный костюм и металлодетектор она сунула в чемодан, велела Шепу сообщать звонящим, что она до конца дня будет по делам в Марафоне, и добавлять, что она в отпуске и в обозримом будущем не появится.
Вскоре после девяти она прилетела на вокзал, велела погрузчику доставить ее сумки в Терминал и взяла билет на поезд. В 9:40 она уже ехала в Марафон.
Марафон был городом-садом, и жили в нем люди, предпочитающие уединение или посвящающие жизнь безделью и искусствам. Здесь было больше театров на квадратный метр, чем в любом другом городе мира, больше игровых комнат, больше библиотек, больше бассейнов и, вероятно, больше секса.
Согласно легенде город был назван в память одного ночного представления, когда Анни Малдун, известный персонаж в самом начале истории планеты, взяла все мужское население города, где-то человек сто, и измотала их всех за одну ночь. Во дворе городской ратуши стояла статуя Анни со связкой бананов, переброшенной через плечо. Она была видна из окна въезжающего в город поезда.
Ким вышла на вокзале, позавтракала, взяла напрокат лошадь и поехала на ней через лес, все еще мокрый от утреннего дождя, мимо водопадов и фонтанов до офиса Единого распределения. Он был расположен на верхнем этаже бревенчатого домика. В нижнем располагались почта и бар. Ким поднялась по лестнице, следуя указателям, и предъявила контролю свой идентификационный номер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49