А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мод нервно возился с подзорной трубой, пытаясь разглядеть пылавшую улицу. Фалгер нетерпеливо ждал его доклада.
— Ну? — поторопил он Мода. — Ты что-нибудь видишь?
— Подожди, — попросил Мод, стараясь навести трубу на фокус. — Я что-то вижу, — сказал он. — Но дым слишком густой.
— Поторопись, — велел Фалгер.
В конце задымленной улицы продолжал метаться отряд Пракстин-Тара, оказавшийся под перекрестным огнем остальных двух огнеметов. Самого военачальника видно не было: он прятался где-то в центре толпы.
— Вон! — воскликнул вдруг Мод. — Я их вижу! Они ранены. Один на улице.
Фалгер вышел из-за огнемета и переместился к огромному окну. Мгла, затянувшая улицу, начала рассеиваться.
— Они живы?
— Они двигаются, — ответил Мод. — Но они спешились. Я вижу...
Голос Мода затих. Он выпрямился, прижимая ладонь к губам.
— Лоррис и Прис...
— Что такое? — спросил Фалгер. — В чем дело?
— Нарцы. Те нарцы, что приходили в город...
— Что? Тот парнишка?
— Вон там. — Мод ткнул пальцем в подзорную трубу. — Посмотри сам.
Фалгер бросился к трубе и прищурился, подкручивая окуляр. Он увидел в объективе фигурки двух человек. Один лежал на мостовой в луже огня, второй склонился над ним, словно утешая своего товарища. Поскольку теперь они были ближе и не двигались, Фалгер увидел, что они вовсе не воины. Это были нарцы.
— Черт побери!
Он бросился к бойнице, перегнулся вниз и крикнул:
— Алазариан Лет! Это я! Фалгер!
— Что ты делаешь? — вопросил Мод. — Они же привели к нам военачальника!
— Этого не может быть, — возразил Фалгер. — Он бы такого не сделал.
— Фалгер...
— Прекратить огонь! — приказал Фалгер. — Мод, спустись вниз и передай всем: не стрелять! Немедленно!
— Фалгер...
— Выполняй!!
Фалгер почти выпихнул друга на лестницу и снова свесился с башни, размахивая руками и крича раненому:
— Алазариан, не двигайся! Я иду за тобой! Подгоняемый мучительным страхом, он бросился к лестнице, забыв, что Алазариан не понимает ни слова по трийски.
Алазариан приподнял голову и смутно разглядел стоящего над ним Джала Роба. Священник держал Алазариана за плечи, и что-то говорил, но слов было не разобрать. Череп юноши раскалывался от оглушительных взрывов, руки мучительно болели, глаза жгли слезы. Он закашлялся и долго не мог остановиться, почти захлебываясь слюной. Джал приподнял Алазариана, испуганно озираясь по сторонам. К счастью, центральная башня огонь прекратила. Мир Алазариана начал постепенно обретать равновесие.
— Джал, — прохрипел он, — что со мной?
— Не знаю, — ответил Джал. — А что ты чувствуешь? Алазариан мысленно проверил собственное тело. Похоже, все его части были на месте.
— Руки. Я их обжег. И голова... — Он прикоснулся к черепу, осторожно ощупал ушибы и поморщился. — Я ушиб голову.
— Надо отсюда уходить, — сказал Джал. — Встать можешь?
— Кажется, да, — ответил Алазариан.
С помощью Джала он с трудом поднялся на ноги, а потом огляделся по сторонам в поисках лошадей. Животные исчезли, утонув где-то в дыму и огне. За спиной продолжалась смертоносная канонада.
— Надо поскорее найти Фалгера! — вскрикнул Алазариан. — Он на башне...
— Спокойнее, — остановил его Джал. — Тебе нужно передохнуть. Сейчас найдем какое-нибудь безопасное место, укрытие.
— Джал, со мной все в порядке. Нам надо найти Фалгера.
— Перестань спорить и слушай меня! Ты ранен и тебе нужна передышка. И надо выбраться отсюда ко всем чертям, пока та пушка опять не заработала. А теперь вставай и опирайся на меня. — Он обхватил Алазариана на пояс. — Пошли.
— Куда? Мы не можем вернуться к своим. Огнеметы...
— Проклятие, здесь должно найтись какое-нибудь укрытие! Любое! Главное, иди, Алазариан, да побыстрее.
Джал повел Алазариана по улице, обходя многочисленные пожары и осыпающиеся обломки, спеша к группе строений со ставнями на окнах, не затронутых самыми сильными пожарами. У самой цели их остановил пронзительный крик.
— Алазариан! Джай, а хьяу! Джал напрягся.
— Какого черта?
Окрик раздался снова. Он доносился со стороны башни. Поначалу Алазариан решил, что это его ищет Пракстин-Тар, но потом он узнал голос. К ним, запыхавшись, бежал Фалгер. Алазариан вырвался от Джала и заковылял ему навстречу.
— Фалгер!
Фалгер резко остановился и торопливо заговорил вереницей непонятных фраз, указывая на две оставшиеся башни. Совершенно растерявшийся Алазариан поймал руку Фалгера и установил с ним контакт. Момент объединения оказался ошеломляющим. Фалгер от изумления открыл рот. Алазариан заглянул — ему в глаза, мысленно умоляя его выслушать.
«Не бойся, — приказал он. — Немедленно прекрати огонь. Перестань стрелять. Мы — друзья».
После недолгого замешательства голос Фалгера ответил ему:
«Что ты делаешь? Что это за волшебство? Ты одарен небесами?»
«Сейчас не до объяснений. Некогда. Ты можешь прекратить огонь?»
Фалгер кивнул и снова заговорил по трийски. Продолжая держать его за руку, Алазариан понимал каждое его слово.
— Он сейчас прекратится. Я отдал приказ. Но что происходит? Почему ты с Пракстин-Таром?
Задыхающийся и едва стоящий на ногах Алазариан криво улыбнулся трийцу.
«Я все тебе объясню, — устало подумал он. — И у меня к тебе поручение, Фалгер. Дьяна Вэнтран шлет тебе привет».
Час спустя Алазариан, Джал и Фалгер встретились в одном из заброшенных укреплений Экл-Ная — похожем на замок строении на восточной окраине города, защищенном зубчатой стеной и горсткой охранников Фалгера. С ними находились и Ричиус с Пракстин-Таром, который после попытки Фалгера убить его относился к предводителю беженцев как к врагу, несмотря на все заверения Алазариана. Фалгер распорядился, чтобы в отведенное для встречи помещение принесли еду. Там они сидели, приходя в себя, и там
Пракстин— Тар говорил со своими воинами, подсчитывая погибших. Обстрел Фалгера проредил силы военачальника: двадцать два убитых, и все обожжены огнеметами. Пракстин-Тар снял шлем, и Алазариану было хорошо видно его лицо, когда Кринион сообщал ему дурные вести. Казалось, военачальник готов расплакаться. Фалгер тревожно наблюдал за ним с другого конца комнаты. Ричиус Вэнтран говорил, время от времени проглатывая огромные куски, а рядом с ним держался Джал, жадно ловивший каждое его слово. Пока было решено, что армия военачальника задержится в городе на два дня, чтобы отдохнуть и залечить раны, а Фалгер снабдит их провизией. Слушая Ричиуса, Фалгер кивал, но половина его внимания была прикована к Пракстин-Тару.
— Фалгер! — окликнул его Ричиус. — Ты меня слушаешь? Мод перевел его вопрос, и Фалгер кивнул.
— Фалгер слушает, — ответил Мод. — Он согласился предоставить еду и жилье. — Мод подался вперед и добавил: — Что еще тебе нужно, нарец?
— Мне нужно его заверение, что он ничего больше не устроит. — Ричиус ткнул в сторону Фалгера пальцем. — Посмотри на него! Даже сейчас у него такой вид, будто он строит планы убийства.
— Мы не доверяем военачальнику, — объяснил Мод.
— Мод, я дал вам слово! — вмешался Алазариан. — Пракстин-Тар совсем не такой, как вы думаете.
— Я сам с ним воевал, — добавил Ричиус. — Вам это известно. Почему вы не можете поверить нашим мирным намерениям?
— Мы верим, — ответил Мод. — Почти.
Неохотное согласие все же лучше, чем никакого, решил Алазариан. Он подвигал кистями, проверяя свои ощущения. Руки ему промыли и перебинтовали, а Фалгер нашел какую-то мазь, которая уменьшила боль. Голова еще болела отчаянно, но боль начинала утихать. Алазариан протянул руку через стол и ткнул Фалгера, чтобы привлечь его внимание.
— Фалгер! — тихо окликнул он трийца.
Фалгер улыбнулся и сказал по трийски что-то, что Алазариан не понял.
— Фалгер просит прощения, — объяснил Мод. — Он сожалеет о твоих ранах.
— Ему не нужно все время извиняться, — сказал Алазариан.
Он старался больше не прикасаться к предводителю беженцев. Пока Фалгер удовлетворился объяснением его дара. Это было единственным, что убедило его в искренности Пракстин-Тара: ему было известно, как военачальник жаждет быть услышанным богами.
— Мы благодарны тебе за помощь, — сказал ему Алазариан. — И мы не будем обузой тебе или твоему народу.
Фалгер кивнул, поняв его слова. А потом он снова устремил взгляд на Пракстин-Тара. Тот отпустил Криниона и остальных, подошел к столу и вложил руку в руку Алазариана.
— Тебе лучше? — спросил он.
— Я в полном порядке, — ответил Алазариан. — Спасибо. Пракстин-Тар нахмурился.
— Ты упрямый. Очень трудно защищать такого глупого мальчишку. — Он печально покачал головой. — Я тревожусь о тебе, как о собственном сыне. Если ты погибнешь, я очень рассержусь. — Тут он на секунду перевел взгляд на Фалгера. — И этот! Он еще больший глупец. Я буду рад уйти из его мерзкого города.
Ответ Фалгера прозвучал гневно. Алазариан посмотрел на Пракстин-Тара:
— Что он сказал?
— Что он будет рад, когда мы уйдем. Так тому и быть. Я оставлю тебя сейчас, Алазариан Лет. Мне надо идти к моим людям. Ты можешь немного побыть здесь, но не задерживайся. Тебе нужен отдых.
— Да, отец, — шутливо ответил Алазариан.
На секунду Пракстин-Тар просиял, но почти мгновенно к нему вернулась его обычная каменная маска. Он молча вышел из комнаты. Проводив его взглядом, Фалгер протяжно вздохнул. Ричиус тоже.
— Ну, значит, это все, — проговорил арамурец. Встав из-за стола, он улыбнулся Фалгеру. — Мы постараемся не надоедать вам, — сказал он трийцу. — Обещаю, что мы пробудем здесь недолго. Нам нужно только немного отдохнуть.
Король быстро распрощался со всеми и вышел следом за Пракстин-Таром. Когда он ушел, Фалгер ухмыльнулся и что-то прошептал.
— Что он сказал? — поинтересовался Джал.
— Кэлак оказался не таким, как представлял себе Фалгер, — перевел Мод. — И я тоже.
Фалгер печально кивнул.
— Пий иникк.
Мод согласился с другом:
— Душа у него мятется. Да.
Эти слова вызвали у Алазариана раздражение. Неужели у Ричиуса одного есть право на душевные муки? А не у них всех? Возможно, из-за близости к дому или из-за потрясения от близкой смерти, но внезапно Алазариану показалось, что в нем нет ничего трийского — даже половины трийской крови. И ему стало неприятно, что они судачат о Ричиусе.
— Джал, я ухожу, — объявил он, вставая. — Пракстин-Тару может понадобиться моя помощь.
43
Пройдя полпути через Железные горы, Ричиус в первый раз увидел Арамур — вдалеке, затянутый дымкой, но при виде родины у бывшего короля перехватило горло.
Отряд ехал уже больше суток, оставив позади неохотно-гостеприимный Экл-Най и сменив его на безрадостную дорогу Сакцен, которая вилась по перевалу. Глубокое ущелье заполнилось стуком копыт. Орда Пракстин-Тара растянулась позади, а впереди не было ничего, кроме бесконечных скал и запустения, через которые пролегала одна-единственная упрямая дорога. И вот теперь Ричиус в одиночестве остановился на уступе. С ним были только Джал Роб и первая боль возвращения.
Арамур был точно таким же, как в день, когда он его оставил. Отсюда не было видно шрамов, оставленных игом Талистана. Родная земля предстала перед ним свежей, полной зелени — почти девственной. От этой красоты в горле короля встал болезненный ком. Рядом с ним Джал Роб раскинул руки, жадно хватая ртом горный воздух. Священник осенил себя крестным знамением, закрыл глаза и прочитал благодарственную молитву.
— Мы дома, — сказал он. — Или почти.
Ричиус внезапно подумал о Дьяне и о том, что она никогда не видела Арамур. Если все пройдет по плану, он сможет, наконец, привезти ее сюда. И Шани узнает вторую половину своего наследия и поймет, что не вся жизнь идет по трийски.
— Здесь так красиво, — сказал он. — Я чувствую себя... странно.
— Странно?
Ричиус понимал, что не сможет объяснить свои ощущения. Он обвел взглядом горы, подавленный их одинаковостью.
— Ты видишь свой лагерь? — спросил он. — Мы уже близко?
— Близко. Там, вон за той грядой. Именно там скрываются Праведники.
— Это уже очень недалеко от Арамура, да? — заметил Ричиус. — Странно, что Лет не попытался вас выкурить.
— Он пытался, — ответил Джал. — А потом я надолго уезжал. Мне страшно проверять, кто из моих друзей остался цел. Перед тем как мы с Алазарианом отправились в Люсел-Лор, Лету удалось обнаружить наш лагерь.
— Да, Алазариан мне рассказал, — откликнулся Ричиус. — И о его телохранителе тоже.
— Шинн, этот подонок! Мы все были уверены в том, что он вернется и приведет с собой целую армию. Я велел, чтобы в этом случае мои Праведники бежали.
— Ну, тогда у нас есть только один способ проверить, по-прежнему ли они там. — Ричиус мрачно улыбнулся. — Готов?
— А ты?
Еще один трудный вопрос. У Ричиуса было такое чувство, будто он никогда не будет готов встретиться с еще хотя бы одним арамурцем.
— Да, — солгал он. — Поехали.
Они осторожно спустились по осыпающемуся склону туда, где их дожидались Алазариан и Пракстин-Тар. Странная пара встретила их вопросительными взглядами.
— Вы видели его? — спросил Алазариан. — Мы уже почти приехали?
Джал кивнул и сказал:
— Уже совсем близко. Алазариан, по-моему, тебе и Пракстин-Тару лучше подождать с армией здесь. Если Праведники еще нас не заметили, то я не хочу, чтобы орда трийцев их спугнула.
— Но они должны были уже нас увидеть! — возразил Алазариан. — Они же выставляют дозорных?
— Должны выставлять, но я не знаю, сколько их осталось, и не хочу рисковать. Подожди с воинами здесь, ладно?
Алазариан согласился и передал сказанное Пракстин-Тару. Все четверо направились обратно к отряду.
Раб Пракстин-Тара Грач дожидался во главе колонны вместе с Кринионом, держа под уздцы коня Пракстин-Тара.
— Ну что? — поторопил их раб. — Вы видели Нар? Мы уже почти на месте?
— Почти, — подтвердил Ричиус.
— Ваш ответ, господин! Мне нужен ваш ответ. Что станет со мной, когда мы попадем в Нар?
— Я поговорю с Пракстин-Таром, — пообещал Ричиус. — Посмотрю, что можно будет сделать. Но обещать ничего не могу.
Грач гневно прошептал:
— Но он же будет за мной следить! Я не смогу бежать, если вы...
— Ишэй! — крикнул Пракстин-Тар, шлепнув Грача по макушке.
Раб поспешно отбежал в сторону. Военачальник кивнул Ричиусу и Джалу. Двое арамурцев снова сели в седла.
— Мы скоро вернемся, — пообещал Алазариану Джал. — Будь осторожен и не тревожься. Я только кое-что объясню своим людям и сразу вернусь. На это уйдет не больше пары часов.
Ричиус и Джал Роб двинулись вперед по дороге Сакцен. Священник ехал впереди, задавая неплохую скорость. Алазариан остался позади со своими защитниками трийцами. Когда король и священник достаточно ушли вперед, вокруг воцарилась тишина, не нарушаемая ничьими шагами. Мысли Ричиуса унеслись в прошлое, и он стал вспоминать дорогу Сакцен. Тогда он ехал по ней из Арамура, чтобы встретиться с Люсилером, получив от него туманные заверения, что Дьяна жива. Он бросил всех и вся — и больше не возвращался, обреченный на изгнание собственным решением. И теперь, когда он приближался к своей родной земле, кровь его побежала по жилам быстрее. Тревога, томившая его в продолжение всего пути, резко усилилась, беспощадно терзая душу. Может быть, не надо было возвращаться...
Однако Джал говорил так убедительно — а Ричиусу так отчаянно хотелось вернуться! Продолжая ехать вперед и выискивая взглядом лагерь, Ричиус старался взять себя в руки. Джал замедлил шаг коня, внимательно глядя по сторонам.
— Вон там, — объявил он, указывая на скалистый склон по южную сторону дороги. — Мы живем там, наверху.
Он осмотрел край дороги, выискивая взглядом следы копыт и какой-нибудь мусор. Ричиусу показалось, что в этих местах уже много недель никто не бывал.
— Где же твои дозорные? — спросил Ричиус. — Здесь очень тихо.
— Праведникам приходится держаться тихо, — ответил Джал. — Поедем дальше. Скоро мы кого-нибудь найдем.
— Джал Роб! — раздался неожиданный крик. Кричавший разразился торжествующим смехом. — У тебя получилось!
Ричиус поднял голову и увидел, что с высокого карниза кто-то свесился. Это оказался мужчина с луком, но больше ничего Ричиус сказать не смог бы. Он не узнал этого человека, заросшего бородой, в лохмотьях вместо одежды. Человек выпрямился, размахивая руками и радостно крича. Джал Роб помахал ему в ответ и широко улыбнулся.
— Рикен!
Священник быстро поехал вперед, а дозорный тем временем начал спускаться вниз по склону. Ричиус последовал за Джалом с большей осторожностью. Джал почти ничего не рассказывал о Праведниках — возможно, потому, что Ричиусу страшно было его расспрашивать. Подробности вроде этой могли вызвать только уныние, и вид человека по имени Рикен тоже мог нагнать уныние: лохмотья, борода, худоба на грани истощения. Однако глаза его сияли от радости: возвращение предводителя вызвало у него настоящее ликование. Ричиус подскакал к друзьям и, оставаясь в седле, посмотрел на незнакомца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79