А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— В любом случае, — сказал Джордж, — я готов защитить твою честь.
— Спасибо, пока в этом нет необходимости. — Ориел взяла Джорджа за руку. — Я сказала, что мои проблемы с Блэйдом улажу сама, — и уладила. Теперь я еду в замок Ла Рош и выхожу там замуж.
— Вот и отлично.
Они покинули таверну. Джордж заметно оживился вдохнув свежий бодрящий воздух. Ориел помолилась про себя и просила Бога не наказывать ее за ложь. Она должна отправиться на север, в Ла Рош, и ей понадобится сопровождение Джорджа. К тому времени, когда он раскроет обман, будет слишком поздно поворачивать назад.
24
Мое сердце не забьется при виде тебя,
Потому что тебя я не увижу больше.
Нас навсегда разделила лавина,
Сокрушающая все — рыцарей и их королей.
Сэр Томас Мэлори
На деревьях уже появились первые зеленые листочки. Май и весна, наконец, пришли на Север Англии. Блэйд тронул сучковатую ветку яблони, и она дрогнула под его пальцами. Закрыв глаза, он подставил лицо лучам солнца. Каждый год будет приносить новую весну, но в его душе навсегда останется зимний холод.
Он окинул взглядом замок Ла Рош. Главная башня высоко вздымалась над зубцами стены. На ней реял штандарт, свидетельствующий, что хозяин замка находится в своей резиденции. Кроме башни над стеной возвышалась часовня. В ее склепе Блэйд этим утром похоронил отца. Странно, но при этом он не почувствовал ровным счетом ничего.
Как ему когда-то хотелось, чтобы этот день настал! Но, как оказалось, он не принес никакого облегчения. Блэйд вдруг понял, что он никогда не хотел потерять отца. Он просто верил, что произойдет чудо, и отец станет любящим, заботливым человеком, каким был, например, родитель у Кристиана де Риверса. Он надеялся на чудесное превращение, и теперь эта надежда исчезла… И теперь жизнь будет похожей на опустевшее здание…
Блэйд медленно шел по аллее, стараясь гнать от себя мрачные мысли, но это ему не удавалось. Он навсегда потерял отца. Он никогда не увидит Ориел, не будет проводить с ней дни, читая Овидия или Томаса Уайета, и никогда не притронется к ее локонам.
Блэйд произнес вслух:
— Но, в конце концов, она будет защищена-защищена от меня!
Он мог бы, не жалея, раздать все владения отца. Все, что он видел вокруг, рождало тяжелые воспоминания. Возможно, родственникам это не понравится, но это не имеет никакого значения. Они не могут ничего предпринять, потому что именно он теперь владелец замка Ла Рош.
Блэйд вышел из сада и пересек внутренний двор. Замок был окружен двумя рядами стен. Вот здесь, в доме, позади главной башни, прошло детство Блэйда. Прежние владельцы построили замок по велению короля Генриха II для охраны границы между Англией и Шотландией, но он же этот замок у них и отобрал, так как он стал использоваться не столько для охраны, сколько для разбойничьих набегов. Замок переходил от семейства к семейству до той поры, когда король Эдуард III не передал его предкам Блэйда.
Теперь настал черед Блэйда охранять границу, служа своей королеве, но из-за смуты, разгоревшейся сейчас в Шотландии, эта задача будет достаточно опасной.
Впрочем, ему предстоит опасаться не столько королевы Шотландии, сколько своей собственной монархини. Поскольку Блэйд унаследовал титул своего отца, она будет настаивать на его женитьбе — на свет должен явиться наследник. Елизавета весьма настойчиво принуждала своих лордов выполнять эту обязанность, хотя сама и не была замужем. Блэйд не мог представить себя рядом с какой-нибудь жеманной и бледной девицей. Только Ориел с ее непокорными вихрами он хотел видеть рядом.
Блэйд прошел ворота и оказался во дворике между двумя крепостными стенами.
Старший конюх объезжал молодого коня, обучая его искусству выносить всадника из битвы. Почти все обитатели замка собрались посмотреть на тренировку. Блэйд прошел мимо, ответил на поклоны стражников у внешних ворот, пересек мост через канал и спустился вниз с холма, на котором стоял замок Ла Рош.
Сразу по прибытии в Англию Блэйд послал письмо кардиналу Лоранскому. Этот факт он утаил от Ориел, чтобы не доставлять ей повод для беспокойства. Блэйд отлично понимал, что кардинал не оставит его в покое только потому, что Блэйду удалось пересечь пролив.
В письме содержались скрытые предостережения. Кардиналу следовало бы угомониться. Теперь Блэйд ожидал ответа. А пока он усадил своего человека за разгадку шифров.
— Сударь!
Блэйд обернулся и увидел спешившего к нему Рене.
— Сударь, вам не следует покидать замок без сопровождения.
— В этом нет нужды. Возвращайся обратно.
— Но, милорд…
— Я запрещаю, — сказал Блэйд, повысив голос. Он перебросил плащ через плечо, и Рене увидел шпагу.
— Я могу себя защитить сам. Кроме того, мне хочется побыть в одиночестве. Иди назад.
Не дожидаясь ответа, Блэйд повернулся и продолжал путь вниз, к лесу, через усеянные валунами холмы. Здесь в изобилии росли кустарники, а деревья сплелись ветвями, образовывая как бы одну крону.
И вновь тепло солнечных лучей, которые Блэйд ощутил на лице, напомнило о весне.
Блэйд углубился в лес, и скоро замок потерялся за зарослями. Этот лес его предки сохранили для охоты, и потому ближайшая к замку деревня находилась за несколько миль.
Блэйд поднял с дороги сухую ветку и стал разламывать ее на кусочки. Тени ветвей скользили по его лицу. Он вспомнил, как локоны Ориел блестели в солнечном свете, когда она склонялась над каталогом книг Томаса Ричмонда. Женщины, которых он встречал ранее, всегда оценивали Блэйда по-своему, но только оценка Ориел приближалась к его собственной.
Ветка в его руках хрустнула. Блэйд тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Но тут рядом хрустнула еще одна ветка. Блэйд мгновенно обернулся и взялся за шпагу. Из-за дерева выступил человек. Он был очень молод. Сразу бросалось в глаза, что это — состоятельный человек, об этом говорили шелковые узорчатые одежды, золотые запонки и цепочки. Человек поднял руку, как бы говоря, что у него миролюбивые намерения, и улыбнулся.
Направив шпагу на незнакомца, Блэйд огляделся. Тот спокойно ждал, пока Блэйд осмотрит лес. Наконец взгляд Блэйда снова устремился на молодого человека. У него было красивое лицо, шелковистые черные волосы и улыбка ангела или херувима. Но, хотя это юношеское розовое лицо, похоже, еще не знало бритвы, шпага висела на поясе у незнакомца так, как ее носят бывалые наемники.
— Сир де Расин, — сказал молодой человек. — Его Преосвященство вами очень недоволен.
Блэйд поднял шпагу, направляя ее на незнакомца.
— Я им тоже. Кто вы такой?
Молодой человек поклонился:
— Я — Жан-Поль.
— Вы принесли ответ на мое письмо кардиналу?
— Я и есть это письмо.
Блэйд с удивлением вскинул брови. Жан-Поль склонил голову.
— Откровенно говоря, вы не выглядите как субъект, сующий нос в чужие дела, и как человек, способный ускользнуть от Его Преосвященства.
— Что вы хотите?
Жан-Поль вздохнул и, оттолкнувшись плечом от дерева, сделал несколько шагов к Блэйду, остановившись на расстоянии всего двух шпаг.
— Мне говорили, что вы — наполовину француз. Значит, вежливость для вас — закон, даже если это вежливость ко врагу.
— Но я наполовину англичанин, и потому мало доверяю французам. Говори, что тебе надо, или вытаскивай свое оружие.
Жан-Поль опят вздохнул и перекрестил Блэйда:
— Мир тебе, сын мой!
— Кровь Господня! Да они прислали священника! — Блэйд опустил шпагу на пару дюймов. — И довольно болтливого.
Чуть заметная улыбка тронула губы Жан-Поля.
— Пока меня не взял к себе на службу кардинал, я жил в монастыре, где получил превосходное образование. Но ближе к делу. Его Преосвященство крайне недоволен вашим письмом.
— Я полагаю, что и королева Франции тоже будет недовольна, узнав о связях кардинала с английскими католиками и его стремлении посадить свою племянницу на английский трон. Я жил во Франции. Эта страна растерзана борьбой протестантов и католиков, а король из династии Валуа и его мать оказались между двумя жерновами. Они вынуждены балансировать между католиками — Гизами и протестантами дома Орлеанов. Узнав о замыслах кардинала, королева будет более чем недовольна.
— Я вас хочу предупредить, что Его Преосвященство подумывает, не конфисковать ли ваши владения во Франции…
— Королева может так сильно встревожиться, что даже обвинит кардинала в государственной измене…
— Еще кардинал очень беспокоится о состоянии вашего здоровья…
— Дом Орлеанов будет ходить ходуном при известии о проделках кардинала в Англии и, без сомнения, пошлет своих людей помочь королеве арестовать Его Преосвященство.
— …а также здоровья госпожи Ориел Ричмонд.
Блэйд улыбнулся Жан-Полю.
— И, без сомнения, король Франции устроит кардиналу аутодафе, и это будет для всех
необычайно интересно. Ни одного кардинала до сих пор не четвертовали.
— Хороший удар, Фитцстивен, — засмеялся Жан-Поль и положил руку на эфес своей шпаги. — Никакие угрозы вас не пугают. Его Преосвященство предлагает сделку. Ваше молчание в обмен на его терпимость. Вас оставят в покое и даже сохранят ваши земли.
— Это весьма щедро, учитывая, что он знает: у меня есть пять секретных писем о его делишках, которые, случись что со мной или с моими друзьями, будут отправлены к соответствующим заинтересованным лицам.
— Его Преосвященство всегда внимателен к здоровью своих друзей.
— Убирайся!
Жан-Поль рассмеялся, сложил руки на груди, и пять человек вышли из-за деревьев, встав за его спиной.
— Мне нужно ваше твердое согласие, сударь. Как видите, я — предусмотрительный человек.
— Ты — без меры самоуверенный и напыщенный сопляк.
Блэйд свистнул. За спинами французов немедленно выросли его люди, возглавляемые Рене. Жан-Поль мрачно усмехнулся и дал знак своей свите ничего не предпринимать.
— Неплохо сыграно, Фитцстивен. — Он холодно взглянул на Блэйда. — Так что же мне передать кардиналу?
— Он знает ответ. Пока кардинал не тянет руки к английскому пирогу, на ступеньках храмов Франции не появится перечисление его славных подвигов.
— Хорошо, на этом я вас и покину.
Жан-Поль оглянулся на людей Блэйда. Блэйд кивнул Рене, и англичане отошли, позволяя французам убраться восвояси. Жан-Поль изящно поклонился, собираясь уходить.
— Мои люди проводят вас в Лондон, святой отец, и посадят на корабль.
— Забота о нашей безопасности — великодушный жест с вашей стороны, но он совершенно излишен, — возразил Жан-Поль.
— Я считаю ваш отъезд из Англии великим благом для меня и моей королевы. Прощайте.
Блэйд долго смотрел вслед Жан-Полю, который удалялся в сопровождении своих людей, за которыми, в свою очередь, следовали люди Блэйда. К Блэйду подошел Рене, убирая шпагу в ножны.
— Вы пошли за мной, несмотря на мое распоряжение? — спросил Блэйд.
— Конечно, милорд.
— А ты теперь будешь до судного дня распекать меня за мою беспечность?
— Бог вам судья, милорд.
— Тебе необходимо связаться с Иниго. Пусть удвоит число людей, охраняющих госпожу Ориел. По крайней мере до тех пор, пока я не узнаю, что кардинал принял мои предложения.
Он двинулся к замку вместе с Рене.
— Раньше вас никогда нельзя было застать врасплох — до того, как вы покинули госпожу Ориел. После разрыва с нею вы стали похожи на щенка, потерявшего хозяйку.
Блэйд остановился и повернулся к Рёне.
— Не забывай свое место, иначе я отошлю тебя обратно во Францию.
— А сами будете бродить вокруг замка, как несчастный любовник в пьесе, — неустрашимо продолжал Рене.
Чтобы отвязаться от своего мучителя, Блэйд резко свернул и стал взбираться по склону к замку.
— Прекрати эту пустую болтовню. Я говорил тебе, что не свяжу свою судьбу ни с одной женщиной. Женщину надо постоянно опекать, направлять, давать советы — все они беспомощны. Я не хочу быть навеки связанным с вечно больной, постоянно хныкающей дамой.
— Вы говорите о госпоже Ориел Ричмонд?
Блэйд бросил испепеляющий взгляд на Рене и не ответил. Они прошли мост. Постучав в ворота, Блэйд повернулся к Рене и тихо произнес:
— Боже милосердный! Ты ведь знаешь, почему я оставил ее! Знаешь почему!
Рене заложил большой палец за пояс.
— И всю оставшуюся жизнь вы будете приставлять к ней людей? И когда она выйдет замуж?
— Выйдет замуж? — Блэйд уставился на своего слугу, как будто тот заговорил вдруг по-китайски. — Выйдет замуж?
— Да, выйдет замуж, — повторил Рене. — Ее двоюродные братья не позволят ей засиживаться в невестах, особенно теперь. Да, особенно теперь. Они найдут для нее какого-нибудь мужа, который будет совсем не прочь получить такое приданое.
— Этого не будет, если он хочет жить, — процедил Блэйд, — и не смотри так на меня.
Он выругался и решительно двинулся прочь от Рене, рисовавшего перед ним столь «радужные» перспективы, но тут же увидел слугу, который спешил ему навстречу.
— Милорд, к вам прибыл гость.
— Святые мощи! Надеюсь, на этот раз не француз?
— Лорд Брейтвейт, милорд, посланец королевы.
Едва сдержав возглас удивления, Блэйд направился во внутренний двор и оттуда прошел в главное здание. Наверняка королева узнала о смерти его отца и прислала Брейтвейта с выражением соболезнования. Блэйду придется соблюсти ритуал, хотя его настроение и не располагало к этому.
Блэйд вошел в зал, большую палату с узкими высокими окнами, построенную несколько столетий назад, и приветствовал лорда Брейтвейта.
Лорд был человеком в летах. Его голова имела несколько странную форму — как у плода айвы. Лорд поклонился и протянул послание королевы.
В письме выражалось сочувствие по поводу потери отца и добрые напутствия новому барону.
Брейтвейт щелкнул пальцами, и к нему подошел слуга, который с поклоном протянул длинную позолоченную шкатулку.
— Ее Величество посылает этот знак своей доброй воли, благодарит лорда Фитцстивена за его службу и надеется, что тот будет также преданно служить и в будущем.
Брейтвейт передал шкатулку Блэйду. Открыв крышку, Блэйд увидел кинжал. Это был золотой кинжал для придворных церемоний. Ручка кинжала была усыпана изумрудами и бриллиантами, символизирующими цвета королевы — зеленый и белый. У основания лезвия были выгравированы инициалы королевы: ЕК — Елизавета Королева. Блэйд взял в руки это оружие и от волнения не произнес ни слова.
— Ее Величество прислала также еще письмо и дала указание передать вам, что с, этого момента она именует вас своим Кинжалом.
Блэйд взял письмо и — как во сне — услышал свой голос, произносящий слова благодарности Брейтвейту.
Затем гостю был предложен завтрак, но посланец королевы поблагодарил и отказался, сославшись на то, что он проделал долгий путь и очень устал. Блэйд провел гостя в спальню и оставил его отдыхать.
Вернувшись, он запер кинжал в ящике своего стола, а затем, сломав королевскую печать, прочитал письмо:
«Наш верный и возлюбленный Кинжал, Мы получили известие от нашего Дерри о Вашей неусыпной заботе о Нашем государстве. Вы можете быть уверены, что Ваша верная служба и отвага навсегда останутся в Нашем сердце и что Мы не забудем эту преданность.
Наш подарок не может оплатить и половину Нашего долга перед вами. Берегите себя, милорд. У Нас есть известия о заговорах, идущих из Франции, и Мы надеемся, что Вы сможете оградить себя от всех опасностей.
Ваша любящая монархиня Елизавета К»
Блэйд сложил письмо, снова открыл ящик и положил письмо в шкатулку рядом с кинжалом. Затем он сел в дубовое кресло у окна.
Милость королевы была неоценимой.
Многие теряют жизнь, доказывая преданность своему монарху, поскольку это — путь к богатству и славе. На него снизошла благосклонность королевы, но ни одна струна в его душе не дрогнула — и это было невероятно.
И также невероятно было то, что одна лишь улыбка Ориел поднимала в его душе целую бурю чувств. От таких мыслей голова могла пойти кругом.
Уайет мог бы дать ответы на его вопросы: его тоже заставили отказаться от своей любви.
Блэйд потер глаза. Ему следует, наверное, отправиться на верхний этаж башни и побеседовать со своим шифровальщиком, разгадывающим послания из пуговиц. Блэйду на ум пришла одна из песен Уайета. Он поднялся, подошел к окну, распахнул его, вдохнул чистый воздух, полный свежести и запаха сена, и тихо произнес:
«Я должен научиться жить в покое, без жалости распроститься с желаньями, я так измучен своим желанием достичь мечты. Я должен научиться жить в покое».
25
Видел я нечестивца грозного, расширявшегося, подобно укоренившемуся многоветвистому дереву.
Псалтырь 36; 35
Джордж целую неделю готовился к поездке в замок Ла Рош, и это было на руку Ориел, у которой подготовка тоже заняла уйму времени. Она набрала пять новых слуг и приказала им отправляться в деревню около замка и там ожидать ее прибытия.
Главной ее головной болью был страх, что Ливия и Фейт увяжутся следом. Но, к ее радости, никто не выразил намерения ее сопровождать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28