А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Раз или два она посмотрела на меня и улыбнулась, и похлопала ресницами, как это делают молодые барышни. Я был уверен, что мы безумно любим друг друга. А потом я услышал, как они с нянькой смеялись над грязным бродяжкой, который таскается за ней как привязанный. До сих пор помню, как мне было больно. Но, как видишь, я не умер, а живу, и вполне неплохо.Было очень мило с его стороны рассказать ей о том давнем унижении, хотя Джесси сомневалась, что это правда. Во-первых, ей казалось непостижимым, чтобы женщина в здравом уме могла остаться равнодушной к мужчине с такой внешностью, как у него. Даже мальчишкой он, должно быть, был невероятно привлекателен. А во-вторых…– Замечательная история, но вы меня обманываете, я знаю. Как могла девушка принять вас за грязного уличного бродягу?На одно короткое мгновение он показался ей почти испуганным. Потом рассмеялся и сделал еще затяжку:– Понятия не имею, как она могла совершить такую ошибку, но все так и было, уверяю тебя. Возможно, во время своих уличных вылазок я становился грязнее, чем, по ее мнению, мог быть Эдвардс. – Его рука, держащая сигару, опустилась, он повернулся и встал к ней боком, глядя на дом. Выражение его лица было задумчивым. Немного погодя он снова взглянул на нее: – Тебе придется туда вернуться, ты же знаешь. – Это было сказано мягко, но от одной лишь мысли об этом Джесси передернуло.– О нет. Я не могу.– Ты должна. Иначе люди станут сплетничать о тебе, а это не слишком приятно для молодой леди. Ты так хорошо проводила время, танцуя, и вдруг исчезла. Как это выглядит? У твоего кавалера, возможно, даже хватит мозгов, чтобы сложить два и два и сообразить, что ты подслушала, как он разговаривал с той девицей с рыбьим лицом. Ты же не хочешь, чтобы он узнал, что обидел тебя настолько, что заставил убежать?– Нет! – Эта мысль была еще хуже, чем перспектива снова войти в бальный зал, полный людей. Потом другие его слова дошли до нее. Несмотря на свои страдания, Джесси не могла не улыбнуться, хотя улыбка и вышла немного дрожащей. – Вы правда считаете, что у Дженин Скотт рыбье лицо?– Несомненно. И, поверь мне, я видел достаточно женщин, чтобы сразу же узнать рыбье лицо.– О, я вам верю! – Улыбка ее стала тверже, и при этом сердечная боль немного поутихла. Хотя он наверняка говорит это просто из чистой любезности. Но все равно это было то, что ей требовалось услышать.– Да ну, неужели? И вдобавок еще и смеешься надо мной. Ну что ж, думаю, пора отвести тебя обратно.Он выбросил сигару и протянул ей руку. Джесси посмотрела на эту ладонь с длинными пальцами и почувствовала, как желудок у нее шевельнулся. Мысль о том, чтобы вернуться в дом – туда, где люди сплетничают о ней и смеются, хихикающий за ее спиной, и жалеют – причиняла ей физическую боль.– Пожалуйста, не могли бы мы просто уехать домой? – Джесси задала вопрос тихим, сконфуженным голосом, который красноречиво говорил о том, насколько тяжело ей было признаваться в такой слабости. Она умоляюще подняла на него глаза. И с силой закусила нижнюю губу, чтобы та не дрожала.– Джессика. – Он произнес ее имя тоном, который был нетерпеливым и в то же время невероятно мягким.Она просто смотрела на него, ничего не говоря. Одним гибким движением он присел на корточки перед ней и взял ее руку в обе свои. Его ладони были большими, гораздо больше, чем у нее, и сильными, и теплыми. Джесси не сознавала, насколько холодные у нее руки, пока не почувствовала тепло его рук.– Что ты хочешь, чтобы я сделал? Вошел туда и увел Селию с вечеринки, пока ты будешь прятаться здесь, а потом спровадил вас обеих домой?– Пожалуйста… не говорите Селии, – прошептала она. Его рот сжался, и Джесси на мгновение испугалась, что он на нее рассердился. Удивительно, как ей внезапно не понравилась мысль о том, что он может рассердиться. На несколько минут здесь, в темноте, они стали почти… друзьями.– Если я уведу ее с вечеринки, мне придется ей это как-то объяснять.– Не могли бы вы просто сказать, что я заболела? – Впрочем, Джесси знала, что Селии нет до нее никакого дела. Она страшно разозлится, если вечеринка в честь ее помолвки будет прервана, и Джесси непременно поплатится за это.– Селия – твоя мачеха, Джесси. Она может лучше помочь тебе справиться с этим. Не я.– Пожалуйста, не говорите ей. Пожалуйста. – Ее рука сжалась, настойчиво стиснув его пальцы. Он посмотрел на их переплетенные руки, затем резко поднялся, освобождаясь.– Хорошо. Я не скажу ей. Хотя считаю, что это ошибка.– Благодарю. – Она облегченно улыбнулась. Он снова посмотрел на нее, сунув руки в карманы. Выражение его лица невозможно было прочесть.– Но мое молчание будет иметь цену. Если ты хочешь, чтобы я имел тайны от своей будущей жены, тебе придется взамен сделать кое-что для меня.– Что?– Вернуться туда с высоко поднятой головой, как настоящий борец, каким я тебя знаю, и делать вид, что ты прекрасно проводишь время, до тех пор пока Селия не будет готова уехать. Это будет трудно, но ты можешь это сделать. Ты же не хочешь, чтобы этот мальчишка, который тебе нравится, догадался, что ты пряталась здесь, в темноте, потому что обиделась из-за того, что не интересуешь его, нет?– Нет! – Сама эта мысль была ужасна.– Ну тогда, значит, договорились?– Да. – Но Джесси заморгала и прикусила щеку изнутри, когда представила чудовищность того, что собиралась сделать.Вернуться в дом и притвориться, что мир остался для нее точно таким же, каким был пятнадцать минут назад, будет самым трудным делом в ее жизни. Посмотреть в лицо Дженин Скотт и Митчу…– Мистер Эдвардс? – чуть слышно позвала она. Он посмотрел на нее, вопросительно вскинув брови. Она поспешила заговорить, пока окончательно не струсила: – Когда мы войдем, могу я… могу я остаться с вами? Я никого из них почти не знаю, и это так ужасно, и я выгляжу ужасно, и знаю это, и… и я не хочу, чтобы кто-нибудь подумал, что обязан танцевать со мной. – Ее голос стих, и она не отрывала несчастного взгляда от каменных плит дорожки. – Если вы захотите потанцевать с Селией или с кем-то еще, я не имею в виду, что вы не можете, но… все остальное время.Когда она закончила эту сбивчивую речь, то почувствовала, что лицо ее горит, словно она целый час простояла перед пылающим огнем. Джесси знала, что если бы было достаточно света, чтобы он мог как следует ее разглядеть, то увидел бы, какие красные у нее щеки.Она подумала, что, если он засмеется, она умрет, но, к ее облегчению, он даже не улыбнулся.– Не волнуйся, Джесси, я позабочусь о тебе, – мягко пообещал он и протянул ей руку.Джесси поколебалась лишь мгновение, прежде чем вложить свою руку в его и позволить ему поднять ее на ноги. Глава 10 – Погоди-ка. Мы кое-что забыли. Ты не можешь вернуться в дом с такими волосами. Бог знает что они подумают.Он вытащил ее в полосу лунного света, потом внезапно нахмурился, глядя на нее. Джесси вытащила свою руку из его руки и смущенно поднесла обе к своим растрепанным непослушным волосам.– Где твои шпильки? – спросил он.– Вот одна… и еще одна… – Джесси нашла несколько, все еще чудом цеплявшихся за ее давно рассыпавшиеся локоны и вытащила их. – Но у меня нет ни зеркала, ни расчески.– Дай их мне. – Он протянул руку.Джесси уронила с полдюжины самодельных шпилек, которые ей удалось обнаружить, в его ладонь.– Это все?– Все, что я смогла найти.– Значит, надо постараться, чтобы хватило. Повернись, и я посмотрю, что можно придумать.– Вы? – Это единственное слово было пронизано недоумением и недоверием.– По крайней мере я могу видеть, что делаю. Кроме тоге, мне не впервой закалывать женские волосы. Повернись.Когда Джесси заколебалась, он положил руки ей на плечи и повернул к себе спиной. Его ладони были теплыми и шершавыми на ее обнаженной коже. От мужской силы этих рук легкий трепет пробежал по позвоночнику. Ощущение не было неприятным, но тем не менее она попыталась вырваться.– Стой спокойно!Судя по тому, как он произносил слова, во рту у него были шпильки. Обе его руки были заняты тем, что собирали вместе непослушные пряди. Волосы были длинными, ниже пояса, и очень густыми. Сильно вьющиеся локоны имели свое собственное мнение о моде и лишь с большой неохотой подчинялись ее законам.Джесси стояла очень тихо, пока он приглаживал пальцами ее локоны, чтобы хоть немного распутать их, потом собрал все пряди вместе и скрутил в длинную веревку. С удивительной для мужчины ловкостью он свернул ее в огромный пук на затылке.– Подержи. – Он взял ее руку и, поднеся к пучку, положил поверх него. Затем, когда она сделала, как он велел, стал равномерно втыкать оставшиеся шпильки.– Ой! – Одна воткнулась ей в голову, и она вскрикнула.– Стой спокойно, иначе вся эта штуковина развалится. – Джесси затихла.– Ну вот, можешь отпускать.Джесси осторожно убрала руку, уверенная, что по крайней мере половина волос сейчас же упадет, но, к ее изумлению, узел остался на месте и казался даже более надежным, чем тот, что был прежде.– Благодарю, – удивленно проговорила она, поворачиваясь к нему лицом. – Где вы этому научились?– В свое время мне довелось ухаживать за несколькими кобылками. – Он озорно усмехнулся, и выражение его лица было таким, что Джесси не могла понять, имеет ли он в виду лошадей или женщин. Пока она подозрительно смотрела на него, он предложил ей руку. Жест был скорее машинальный, чем галантный, и все же…Еще никогда ни один джентльмен не предлагал Джесси руку.Неуверенно положила она свою руку на изгиб его локтя. В пальцах возникло легкое покалывание от ощущения под ними безупречно гладких, твердых мускулов, но он уже вел ее к дому как ни в чем не бывало. Ну разумеется, для него вот так гулять с дамами – самое обычное дело.Для него такая любезность – привычная вещь. Но Джесси впервые в жизни ощущала себя настоящей барышней, а вовсе не какой-то непривлекательной, неуклюжей девчонкой с мальчишескими ухватками.– Если у кого-то достанет наглости спросить, ты можешь сказать, что вышла, чтобы подышать воздухом и подколоть волосы, – сказал он. Джесси кивнула, она была не в состоянии придумать, что сказать.Неясные звуки музыки, доносящиеся из дома, плыли по саду. Ароматы роз и сирени смешивались в многослойное, насыщенное, головокружительное благоухание. Упала дождевая капля, за ней другая.– Давай поскорее войдем внутрь. Начинается дождь.Безжалостно поторапливаемая, Джесси не успела даже придумать, как ей реагировать, если она столкнется лицом к лицу с Митчем или Дженин Скотт. Стюарт быстро увлек ее под навес над задним крыльцом, и как только они оказались под крышей, полил сильный дождь. В какие-то секунды легкое накрапывание превратилось в сплошной серебристый поток, и запах дождя заглушил благоухание цветов.– Боже, как я ненавижу этот запах, – пробормотал Стюарт Эдвардс и, положив руку на талию Джесси, провел ее через открытые застекленные двери. Глава 11 В доме по-прежнему царило веселье. Джесси замедлила шаг, непроизвольно придвинувшись ближе к Стюарту Эдвардсу, пока ее глаза привыкали к яркому сиянию канделябров. Оркестр беспрерывно играл, в центре зала кружились и смеялись пары. Сплетничающие матроны чинно сидели на своих стульях вдоль стены, джентльмены оживленно толпились вокруг чаши с пуншем, а мисс Флора и мисс Лорел, устроившиеся у противоположной стены, были поглощены, судя по всему, жарким спором.Джесси взглянула на мужчину, шедшего рядом с ней. Свет свечей плясал на его лице, и в первый раз за сегодняшний день она по-настоящему разглядела царапины от ее ногтей. По три в ряд на каждой щеке, они шли от глаз ко рту, не такие отчетливые, как вчера вечером, но тем не менее заметные. Хотелось бы ей знать, как он объяснил их Селии.Должно быть, он почувствовал на себе ее взгляд, потому что посмотрел на нее. Один уголок его рта изогнулся кверху. Кожа вокруг этих небесно-голубых глаз собралась в морщинки, и он улыбнулся. Несмотря на царапины, он был ошеломляюще красив, когда улыбался.– От дождя волосы у тебя завились колечками. Выглядит очаровательно. – Это был заговорщический шепот, имеющий целью, как прекрасно понимала Джесси, подбодрить ее.– Они всегда завиваются. Это проклятие моей жизни. – Джесси говорила первое, что приходило в голову, благодарная за его усилия, но слишком взвинченная, чтобы получить удовольствие от комплимента. Ее глаза обшаривали заполненную людьми комнату. Селия, танцующая в объятиях доктора Магуайра, помахала Стюарту и смерила Джесси оценивающим взглядом, который внезапно сделался жестким. Но Джесси была слишком занята, чтобы обратить на это внимание. Она искала Митча и нашла его, и, как и ожидала, он танцевал с Дженин Скотт. Митч увидел ее в то же время, когда и она увидела его. Подняв руку в приветствии, он наклонил голову и что-то прошептал на ухо Дженин. Джесси вздрогнула.– Мне кажется, они приближаются сюда, – в отчаянии пробормотала она, цепляясь за рукав Стюарта Эдвардса.– Значит, нам просто надо удалиться, верно? – весело проговорил он, и не успела Джесси понять, что он собирается делать, как он взял одну ее руку в свою, а другой обнял за талию и увлек в танцевальный круг.– Что вы делаете? – прошептала она, успешно отвлеченная от действий Митча, когда споткнулась об обутые в сапоги ноги своего спасителя и непременно упала бы на колени, если б его рука твердо не удерживала ее.– Это называется вальс, полагаю, – невозмутимо сказал он. К счастью, несмотря на обманчивую легкость, его хватка напоминала тиски. Ей ничего не оставалось, как следовать за его движениями. К собственному потрясению, она обнаружила, что кружится по залу приблизительно так же, как и другие танцующие пары.– Мистер Эдвардс, я не умею танцевать!– Поскольку мы скоро будем близкими родственниками, предлагаю называть меня Стюартом. И возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что ты танцуешь вполне прилично.Он обворожительно улыбнулся ей. Она наступила ему на палец.– Осторожнее. – Один раз он уже говорил ей то же самое точно таким же тоном. Это воспоминание свело на нет ее робкие, неуверенные попытки подстроиться под его танцевальные па. Она снова наступила ему на палец, пробормотала стыдливое извинение и обнаружила, что кружится в вихре быстрых поворотов, от которых у нее голова шла кругом, и ей ничего не оставалось, как только крепко держаться за него и надеяться, что она не выглядит такой же смущенной и обескураженной, как чувствует себя.Она была так же близка к нему, как в первый вечер на веранде, когда он удержал ее от падения с лестницы, и ее восприятие этого мужчины было точно таким же острым.Сейчас от него пахло ромовым пуншем и дождем. Плечо под ее ладонью было широким и сильным. Ее глаза находились на уровне его шеи. Она была очень смуглой на фоне белоснежного галстука. Едва заметная черная щетина проступила на твердых линиях подбородка и скулах. Его рот был прекрасной формы, губы коричневато-розового цвета и твердых очертаний. Нос у него был прямой, скулы закругленные и высокие.Поглощенная изучением его черт, Джесси позволила взгляду скользнуть выше. И была потрясена, увидев, что он наблюдает за ней своими небесно-голубыми глазами, в которых поблескивали насмешливые искорки. Джесси заморгала, смутившись, что он заметил, как она разглядывает его, и поспешно опустила глаза. Утратив сосредоточенность, она, естественно, снова споткнулась о его ноги. Его рука сжалась вокруг ее талии, удерживая ее прямо.И вот тогда-то Джесси и сделала ужасающее открытие.Селия сказала, что от прикосновений Стюарта Эдвардса у нее пробегает трепет по спине. Внезапно Джесси отчетливо поняла, что Селия имела в виду.Она не осмеливалась поднять глаза выше его подбородка в ужасе от того, что ее новое восприятие его, должно быть, написано у нее на лице и он с легкостью прочтет его. Одеревенев в его объятиях, Джесси постаралась отодвинуться как можно дальше от него, но он нетерпеливо привлек ее ближе. Между ними по-прежнему оставалось положенное расстояние, но Джесси остро ощущала силу рук, держащих ее, твердых мускулов, лежащих под белоснежной хлопковой рубашкой, подавляющую ее исходящую от него мужественность.Впоследствии всякий раз, вспоминая этот танец, Джесси думала, что именно с этого момента она стала по-настоящему взрослеть.– Улыбайся, Джесси, иначе все подумают, что я тебе не нравлюсь, – упрекнул он, склонившись к ее уху, и закружил в очередном вихре головокружительных поворотов.Что еще Джесси оставалось? Она улыбнулась. Глава 12 «Veni, vidi, vici». «Пришел, увидел, победил». Юлий Цезарь сказал когда-то эти слова, и Клайв Макклинток повторил их молча и с удовлетворением, торжественно стоя перед убранным цветами алтарем маленькой церкви, наблюдая, как его невеста идет по проходу за своей падчерицей. Звуки свадебного марша стали громче, зрители подались вперед, чтобы лучше видеть Селию в свадебном наряде, и Клайв улыбнулся. Все, чего он когда-либо желал, приближалось к нему.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35