А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Холод все более проникал внутрь. Ричард уже подумывал о том, не попросить ли назад свой плащ, как вдруг дворецкий остановился у одной из дверей и распахнул ее.Подождав, пока о нем доложат, Ричард вошел в комнату.— О, конечно! — Цветущий джентльмен с копной рыжеватых волос вскочил, оторвавшись от игры с двумя малышами, расположившимися на ковре перед камином.Сцена показалась Ричарду настолько домашней, что его лицо смягчилось.— Надеюсь, я не помешал?— Ни в коем случае! То есть… — Мужчина запнулся и протянул руку. — Джейми Макинери. — А затем, словно только что об этом вспомнил, с некоторым удивлением добавил: — Владелец Келтихэда.Ричард пожал протянутую руку. Младше его на три года, Джейми был ниже на целую голову, плотный, с круглым лицом, выражение которого нельзя было охарактеризовать иначе чем открытое.— Как доехали? Надеюсь, хорошо?— Благодарю вас, сносно. — Ричард бросил взгляд в глубь комнаты, пораженный числом собравшихся.— Позвольте вас представить.Джейми начал со своей жены Мэри — молодой привлекательной женщины, слишком смирной, на вкус Ричарда, но вполне подходящей для Джейми — и детей, не сводивших с вновь прибывшего любопытных глаз, словно никогда в жизни не видели ничего интереснее. Кроме них, в комнате находились две сестры Джейми с мужьями и болезненного вида потомством, а также надутый юноша, оказавшийся младшим братом Джейми, Малькольмом.Никогда еще Ричард не чувствовал себя до такой степени хищником, нежданно-негаданно попавшим в курятник. Но до поры до времени он спрятал зубы и, усевшись на предложенный стул, учтиво принял чашку чаю. Завязавшийся разговор касался преимущественно погоды,— Похоже, ожидается снегопад, — заметил Джейми. — Хорошо, что вы успели вовремя добраться.Ричард пробормотал что-то приличествующее случаю и сделал глоток.— В этом году у нас на редкость холодно, — сообщила ему Мэри запинаясь. — Но, говорят, в Глазго и Эдинбурге теплее.Ее невестки не слишком внятно выразили свое согласие. Малькольм с недовольным видом поерзал в кресле:— Не понимаю, почему мы не уезжаем отсюда на зиму, как все в округе? Зимой здесь совершенно нечего делать.Повисло молчание, и Джейми поспешил оживить обстановку:— Как насчет того, чтобы пострелять? У нас здесь затевается большая охота. Отец говаривал, что дичь нужно выгребать подчистую.Ричард с готовностью поддержал тему и помог Джейми увести разговор от стесненных обстоятельств, в которых, судя по всему, пребывала семья. Беглый взгляд подтвердил, что сюртуки и сапоги мужчин сильно поношены, платья женщин давно отстали от моды. Одежда младших детей перелицована, а мешковатый сюртук Малькольма явно служил второй срок, доставшись, видимо, в наследство от Джейми.Ответ на вопрос Малькольма был очевиден. Дети Шеймуса жили в этом доме по той простой причине, что им некуда было податься. Что ж, подытожил Ричард, по крайней мере у них есть крыша над головой, а Шеймус, наверное, позаботился, чтоб они не голодали. В доме не чувствовалось и намека на бедность или недостаток слуг. Да и чай был отменного качества.Допив чай, Ричард поставил чашку, впервые задавшись вопросом, где же прячется его колдунья. Он не увидел ни самой девушки, ни ее старшей спутницы. Он хорошо рассмотрел ее в лунном свете и теперь не находил ничего общего между ней и семейством Макинери, кроме рыжих волос и, пожалуй, веснушек.Физиономии Джейми и Малькольма были сплошь усыпаны веснушками. Их сестрам повезло немногим больше. У колдуньи же, насколько он помнил, был нежно-кремовый цвет лица и кожа без единого пятнышка, за исключением легкой россыпи тех самых веснушек на изящном носике. Ричард решил непременно уточнить сей факт при следующей встрече. Однако, несмотря на желание приблизить это событие, он не счел нужным сейчас упоминать о девушке, не имея представления, какое отношение она имеет к семье Макинери.Он лениво поднялся, вызвав переполох среди дам. За ним тут же встал и Джейми.— Не могли бы мы что-нибудь сделать для вас? То есть… вам ничего не нужно?Хотя Джейми и старался держаться как глава дома, его непосредственность не могла не вызывать симпатии. Ричард снисходительно улыбнулся:— Благодарю вас, у меня все есть. — Кроме неуловимой колдуньи, добавил он про себя.С любезной улыбкой он непринужденно извинился и удалился в свою комнату, чтобы привести себя в порядок перед обедом.
Ричард пребывал в неведении вплоть до самого вечера, когда колдунья вошла в гостиную, на секунду опередив дворецкого, возвестившего, что обед подан.Рассеянная улыбка, которой Катриона удостоила собравшихся, уступила место изумлению, когда ее взгляд упал на Ричарда.Он медленно раздвинул губы в усмешке, забавляясь ее ошарашенным видом. На секунду в комнате повисло мол-чание, затем Джейми выступил вперед.— Э… Катриона, это мистер Кинстер. Он приглашен на оглашение завещания.Она перевела взгляд на Джейми.— Вот как? — спросила она с явным сомнением. Джейми переступил с ноги на ногу, с извиняющимся видом покосившись на Ричарда.— Первая жена отца оставила ему наследство. Па придерживал его до сих пор.Нахмурившись, Катриона открыла было рот, собираясь что-то спросить, но ей помешал Ричард. Незаметно подобравшись ближе, он взял ее за руку. Она подпрыгнула и попыталась высвободиться из его железной хватки.— Добрый вечер, мисс… — Ричард вопросительно покосился на Джейми.Однако ответила ему сама колдунья.— Мисс Хеннеси, — произнесла она ледяным тоном и снова попыталась вырваться.Ричард невозмутимо дождался, пока она посмотрит на него, и поднес к губам ее руку.— Польщен, — проворковал он, неторопливым поцелуем скользнув по ее пальцам. Его улыбка стала шире, когда в ответ он ощутил дрожь. — Мисс Хеннеси.От взгляда, которым она его наградила, другой упал бы замертво, но Ричард лишь приподнял бровь, продолжая удерживать ее руку и внимание.— По вполне понятным причинам Джейми не решился сообщить вам, что первая жена мистера Макинери — моя мать.По-прежнему хмурясь, Катриона взглянула на побагровевшего Джейми.— Ваша?.. — Уловив наконец подтекст, содержавшийся в его словах, она залилась румянцем. — О… Понятно.Ричард удивился, не обнаружив в ее голосе ни тени осуждения. Вопреки его ожиданиям Катриона даже перестала выдергивать руку. Ее тонкие пальцы теперь спокойно лежали в его ладони. Она испытующе посмотрела ему в глаза, а затем царственно кивнула, признавая за ним право находиться здесь. Судя по ее поведению, то, что он незаконнорожденный, ее ничуть не смутило.Еще никогда никто не принимал двусмысленность положения Ричарда так безоговорочно спокойно.— Катриона — подопечная моего отца… — Джейми осекся и прочистил горло. — Собственно говоря, теперь моя.— Вот как? — Ричард учтиво улыбнулся. — Что ж, это объясняет ваше присутствие здесь.Оказавшись мишенью для очередного убийственного взгляда, он приготовился отразить его, но Мэри взяла Джейми под руку.— Не могли бы вы проводить Катриону в столовую, мистер Кинстер?Ричард с готовностью положил руку мисс Хеннеси себе на локоть и двинулся вслед за хозяевами.Катриона с неприступным видом скользила рядом с ним, словно галеон при полном вооружении. Когда они выходили из гостиной, Ричард заметил у двери ее спутницу.— Кто та дама, что вас сопровождает? — поинтересовался он.После некоторого колебания она сочла нужным ответить:— Моя компаньонка, мисс О'Рурк.Путь в столовую лежал через похожий на пещеру холл. Ричард подвел свою прелестную даму к стулу, стоявшему рядом с сидевшим во главе стола Джейми, и уселся напротив нее, справа от хозяина. Остальные члены семьи, включая мисс О'Рурк, свободно разместились за длинным столом. Расстояние между обедающими отнюдь не способствовало оживленной беседе. Ярко пылавший в камине огонь не мог обогреть просторную комнату, носившую печать многолетнего аскетизма и суровости.Разговор в течение всего обеда ограничивался просьбами передать приправы, и Ричард погрузился в размышления о Шеймусе Макинери. За неимением других способов удовлетворить свое любопытство он принялся изучать его дом и домочадцев.Все они производили впечатление людей робких и застенчивых, склонных держаться в тени, что само по себе характеризовало Шеймуса и его методы воспитания. У мисс О’Рурк было интересное лицо, с глубокими морщинами и необычными для женщины благородного происхождения следами длительного пребывания на свежем воздухе. Ричард ничуть не удивился, обнаружив, что она относится к нему с глубоким недоверием. Компаньонки красивых девушек всегда относились к нему настороженно.Из всех собравшихся Катриона Хеннеси, безусловно, заслуживала наибольшего внимания, В шелковом платье темно-лавандового оттенка и собранными на макушке блестящими локонами, она представляла упоительное зрелище для его сладострастных глаз. Глубокий вырез платья позволял судить о щедрости, с которой ее одарила природа, точеные плечи и руки были обнажены, нежная кожа цвета слоновой кости сияла как шелк.Избавленный от необходимости поддерживать беседу, Ричард исподтишка разглядывал девушку. Завитки медных волос обрамляли овальное лицо с широким лбом и прямым носиком. Брови у нее оказались светло-русыми, как и пушистые ресницы, оттенявшие ярко-зеленые глаза, которые он не мог рассмотреть в лунном свете, хотя отлично помнил золотые искры, которые негодование высекло из них. Он представил себе, как они будут сверкать в гневе — и темнеть от страсти. Все в ней было совершенным, кроме подбородка, слишком решительного, по мнению Ричарда. Слишком своенравного. Она была чуть ниже среднего роста, миниатюрная и стройная, однако в ее фигуре не было ничего мальчишеского. Абсолютно. От одного взгляда на нее Ричарда кидало в жар.Появление десерта заставило его вспомнить о манерах. Только сейчас он заметил, что, хотя присутствующие обменивались взглядами и отдельными репликами, это не распространялось на него и Катриону. Все, за исключением мисс О’Рурк, наблюдавшей за ним с мрачным неодобрением, старательно отводили глаза, словно боялись привлечь его внимание. Один Джейми изредка обращался к ним, да и то по необходимости и весьма церемонно.Заинтригованный Ричард попытался поймать взгляд Малькольма, но добился лишь того, что юноша еще глубже вжался в свой стул. Взглянув на Катриону, он заметил, как она обвела глазами общество — и все дружно потупились. Девушка невозмутимо промокнула розовые губки салфеткой, и Ричард живо вспомнил их вкус.Отмахнувшись от неуместных воспоминаний, он покачал головой. Похоже, семейство Шеймуса до такой степени запугано, что воспринимает его и Катриону как экзотических зверей, от которых неизвестно чего ждать.Что служило определенной рекомендацией его колдунье.А может, она и в самом деле колдунья?Эта мысль дала толчок другой — каково, скажем, оказаться в постели с колдуньей? Ричард с головой погрузился в сладострастные мечтания, когда Джейми вдруг нервно откашлялся и повернулся к Катрионе.— Вообще-то, Катриона, я подумал, что теперь, когда Па умер, а ты стала моей подопечной, будет лучше — в смысле правильней, — если ты переедешь сюда.Катриона, только что отправившая в рот кусочек бисквитного торта, на секунду замерла, затем проглотила торт, отложила ложку и подняла вопросительный взгляд на Джейми.— Тебе лучше жить в семье, — поспешно добавил тот. — В долине, наверное, ужасно одиноко.Лицо Катрионы приняло непреклонное выражение.— Твой отец думал так же, помнишь?Судя по трепету, который пробежал по комнате, помнили все, включая лакеев, безмолвно застывших у стены.— К счастью, — продолжила Катриона, не сводя взгляда с Джейми, — Шеймус одумался и позволил мне жить дома, как того желает Госпожа. — Она помолчала, давая им возможность осознать ее слова, а затем спросила: — Ты намерен противостоять Госпоже?Джейми побелел.— Нет! Конечно, нет. Мы просто думали, может, ты сама захочешь… — Он неопределенно махнул рукой.Катриона опустила глаза и взялась за ложку.— Меня вполне устраивает мой замок.Вопрос был закрыт. Джейми обменялся взглядами с Мэри, сидевшей на противоположном конце стола. Она пожала плечами и состроила гримаску. Остальные члены семьи, искоса взглянув на Катриону, поспешно отвели глаза.Властность Катрионы впечатляла. Она использовала ее в качестве щита и только что успешно отразила атаку бедняги Джейми. Ричард узнал прием. То же самое она пыталась проделать с ним накануне, но, оказавшись в его опытных руках, повела себя как обыкновенная женщина.Вспомнив ее тело, теплое и податливое, он заерзал на стуле. Чем она его так привлекла? Одной красоты, даже совершенной, было недостаточно, чтобы вызвать в нем столь мощный отклик. Видимо, ее гордость и необузданность, вызывавшие в мужчине подсознательное желание покорить, пробудили его охотничьи инстинкты. Окружавшая Катриону аура таинственности в сочетании с ее женственностью бросали открытый вызов человеку его склада.Скучающему ловеласу, каким он был.Ее никогда не примут в высшем свете. На вкус общества, Катриона была слишком независима и ничуть не походила на кроткую, благовоспитанную девушку. Судя по ее уверенному виду и властным манерам, Ричард предположил, что ей далеко за двадцать, но теперь понял, что ошибся. Чуть больше двадцати. Что делало ее поведение еще более интригующим и загадочным.Напряженное молчание начало тяготить Ричарда, и он решительно отставил в сторону бокал.— И давно вы живете в замке, мисс Хеннеси?Она подняла на него удивленный взгляд.— Всю жизнь, мистер Кинстер.Ричард удивился.— Где же он находится?— На юге. — В ответ на его выжидающее молчание она добавила: — В долине Касперн, что у подножия Меррика. — Отправив в рот кусочек торта, она посмотрела на Ричарда. — Это в…— В Галлоуэй-Хиллз, — подсказал он. Она кивнула:— Верно.— Кто ваш лорд?— Никто. — Когда он снова удивленно посмотрел на нее, она пояснила: — Замок принадлежит мне. Я унаследовала его от родителей.Ричард склонил голову набок.— Кто же тогда та госпожа, о которой вы упомянули?Катриона отрешенно улыбнулась:— Просто Госпожа. — Тон ее изменился, преисполнился почтения: — Та, которой ведомо все.— Вот как? — Ричард озадаченно моргнул. — Понятно. — Христианство могло господствовать в Лондоне, городах, парламенте, но в глубинке правили старинные обычаи и верования. В Кембриджшире, где прошло его детство, он встречал старух, собиравших травы на лугах и в перелесках, слышал о бальзамах и настойках, которые могли излечить великое множество смертельных недугов. Он слишком много знал, чтобы верить этим россказням, и видел достаточно, чтобы не испытывать особого уважения к очередной знахарке.Некоторое время они молча изучали друг друга. Заметив искорки превосходства в глазах девушки, Ричард про себя усмехнулся. Она торжествовала победу, полагая, что ей удалось его отпугнуть.— Катриона?Сделав приглашающий жест, Мэри поднялась из-за стола. Катриона тоже встала и присоединилась к женщинам, которые удалились в гостиную, оставив мужчин за рюмкой портвейна, который, к немалому облегчению Ричарда, оказался превосходным. Он вертел в руке бокал, вглядываясь в рубиновую жидкость.— Итак, — он бросил беглый взгляд на хозяина дома, — Катриона теперь под вашей опекой?Вздох Джейми шел от самого сердца.— Да, еще на три года. Пока ей не исполнится двадцать пять.— И давно умерли ее родители?— Шесть лет назад. Несчастный случай. Они погибли в Глазго. Все были в шоке.Ричард сочувственно кивнул:— Особенно Катриона. Сколько ей было тогда? Семнадцать?— Шестнадцать. Естественно, Па хотел, чтобы она жила с нами. Долина слишком изолирована. Неподходящее место для одинокой девушки, я бы сказал.— Но она отказалась?Джейми поморщился:— Па заставил ее. Она приехала. — Он содрогнулся и отхлебнул вина. — Это было ужасно. Споры, крики. Я боялся, что Па хватит удар. Она вполне могла довести его до этого. Не думаю, что он когда-либо сталкивался с подобным сопротивлением. Я бы так точно не посмел.По мере того как Джейми пил, его шотландский акцент усиливался.— Как Па ни бился, она не желала здесь оставаться. У Па были виды на нее. Хотел выдать ее замуж, чтобы было кому позаботиться о ее землях.— Землях?— Ну да, в долине. — Джейми осушил бокал. — Ей принадлежит вся чертова долина, от края до края. Только она и слышать ни о каком замужестве не хотела. Заявила, что сама себе голова. Будто бы поклялась на могиле матери слушаться Госпожу, и Па ей не указ. Одним словом, уперлась насмерть. Да и то сказать, когда господа, охочие до ее земель, повстречались с Катрионой, то запели совсем другую песню. Всех женихов как ветром сдуло.Ричард задумчиво сдвинул брови, поражаясь, насколько представления шотландцев о женской привлекательности отличаются от его собственных.— Поначалу-то они, конечно, только и думали, как затащить ее в постель.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35