А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Да как вы смеете! – завопила Сюзанна, она же леди Уиллоби, театрально заламывая руки.Маркус остановился и обдал ее холодным взглядом; он не терпел дамских истерик. И тут же Сюзанна направилась к нему столь быстрой поступью, что узкие юбки так и липли к ее ногам. Остановившись на расстоянии вытянутой руки, Сюзанна залепила Маркусу пощечину.– Да как ты посмел учинить со мной такое! – прошипела она. – Лживый, надменный подонок!Несмотря на пощечину, Маркус порадовался уже тому, что ничего ей не обещал. Вот и подвернулся случай прекратить их отношения: ведь Сюзанна до сих пор лелеяла на его счет определенные надежды, которые он вовремя не пресек в корне.– В таком случае прощайте, мадам, – отчеканил Маркус и пошел к двери.– Эксетер! Постой! – Леди Уиллоби бросилась к нему. – Ну как ты мог? Мы так много значили друг для друга, и вдруг я узнаю… Меня прилюдно унизили и растоптали!Она разрыдалась, стиснув железной хваткой запястье Маркуса.– Похоже, этого вам мало, раз вы решили разыграть сцену перед моими слугами, но я не думаю, что этот спектакль облегчит ваше положение.У Маркуса вдруг появилось нехорошее предчувствие: он уже догадывался, какую весть ей сообщили. Знать бы еще, как об этом разнюхали! Сюзанна чуть отстранилась, ее грудь тяжело вздымалась.– Об этом даже написали в «Таймс», подумать только! – воскликнула она голосом трагической героини. – Теперь все знают, что мне никогда не быть твоей герцогиней. И после этого ты еще хочешь, чтобы я соблюдала приличия? Как мне после этого жить, об этом ты подумал?– Я никогда не предлагал вам стать моей герцогиней, – зловещим голосом произнес Маркус. – И потом – откуда лондонскому свету стало известно о твоих поползновениях?Сюзанна отстранилась, в ее глазах мелькнул испуг.– Похоже, вы сами неосмотрительно проговорились приятельницам о своих несбыточных надеждах, ибо никак иначе я ваши помыслы назвать не могу. Извиняться перед вами я не стану, потому что ничего вам не обещал.– Ледышка, – прошипела леди Уиллоби. – Правду говорят, что в жилах у вас течет не кровь, а вода. Я ни за что бы не стала с вами спать, не будь вы Эксетер.– Я тоже никогда не стал бы этого делать, не будь вы столь доступны, – тихо ответил герцог. – А теперь я вынужден откланяться.Он повернулся и направился прочь, успев услышать, как Сюзанна визгливо приказала дворецкому подать карету.Войдя в кабинет, Маркус направился к столу, на который кто-то уже услужливо положил газету. Он пролистал номер и наткнулся на объявление. Так… Значит, Дэвид вдобавок ко всему решил обнародовать свою проделку. Маркус выругался. Расторжение брака, несомненно, унизит его в глазах общества, но он все равно добьется своего. Лишь бы; только эта дамочка поскорее уехала.Рухнув в кресло, он провел рукой по лицу. Одна радость: наконец-то Сюзанна от него отцепилась. Об их связи знал весь город, но эта дама перешла всякие границы, когда начала распространять слухи об их грядущей помолвке. Какие только уловки женщины не пускают в ход, чтобы заполучить себе мужа! Сначала Сюзанна, потом эта, как ее, Ханна Престон… И обе, конечно же, надеются стать герцогинями Эксетер.Черт его дернул уехать в Кент смотреть чистокровных скакунов! Если бы не заболел его секретарь и в результате не пришлось поручить дела этому придурку Адамсу… Это он не переслал вовремя письмо Уолтерса, где сообщалось, что Дэвид остановился на Холли-лейн. Тогда Маркус еще мог пресечь эту затею в зародыше, и он, разумеется, не позволил бы поместить объявление в «Таймс», а также успел бы догнать Дэвида, который теперь исчез в невесть каком направлении. Пока он сидел и размышлял, какого наказания достоин его брат, раздался негромкий стук в дверь.– Кто там? – буркнул Маркус.На пороге появился Харпер.– Мистер Тиммз, ваша светлость.Маркус прикрыл глаза и обреченно махнул рукой. Харпер исчез, и вскоре на его месте возник румяный здоровяк.– Вот это новость, Эксетер! А я-то думал, у тебя и так хлопот полон рот. Что ж, прими мои поздравления.Маркус открыл глаза и обжег его взглядом, но Тиммз, черт бы его побрал, лишь добродушно посмеивался.– Послушай, дружище, я предпочел бы, не предавать свою личную жизнь огласке.– Ну, в таком случае вряд ли стоило публиковать объявление в «Таймс». – Тиммз заметил лежавшую на столе газету и усмехнулся. – Похоже, насчет леди Уиллоби ты уже все выяснил: я видел, как она отъехала, и вид у нее был крайне недовольный.– Сама виновата. – Герцог поднялся. – Теперь ее заботит лишь одно: как бы выпутаться самой.– Выходит, ее использовали?Маркус кивнул:– Думаю, да. Сама она не может продумать такую схему, умом не вышла.Тиммз вздохнул.– Не знаю, то ли горевать, то ли радоваться. Хотелось бы найти истинного преступника.Маркус пожал плечами.– Ну так ищи. Не одна Сюзанна Уиллоби замечена в использовании фальшивых банкнот.«Неплохо бы узнать, не получала ли Ханна Престон денег от Дэвида», – мельком подумал он. В последнее время волна поддельных купюр захлестнула Лондон, но Маркусу не хотелось собирать улики против родного брата. Тиммз и другие банкиры обещали, что Дэвид не понесет наказания, если он замешан в производстве фальшивых денег, и все же… Была же какая-то причина тому, что последние недели Дэвид его избегал. При сложившихся обстоятельствах это не могло не тревожить.– Да уж, иного выбора у нас нет. – Тиммз снова покосился на газету. – Что ж, прощай, Эксетер.Маркус кивнул. Когда Тиммз удалился, он обогнул стол, открыл ящик, вынул тонкую папку и выложил на стол листы, потом уселся на стул и изучил записи.Во-первых, нужно исключить Сюзанну. Маркус черкнул рядом с ее именем пару заметок. Он не знал, чему рад больше: то ли тому, что ее имя исчезло из списка подозреваемых, то ли тому, что они наконец-то расстались. Он вовсе не намеревался крутить с ней амуры, но она сама предложила, а он не преминул воспользоваться сим выгодным предложением. Маркус не чувствовал за собой вины: да, он руководствовался корыстными целями, но она тоже надеялась урвать лакомый кусок, доказательством чему служил ее утренний визит.Но если не она штампует банкноты (в чем Маркус не сомневался), откуда же они тогда к ней попали? Его взгляд упал на листы бумаги, на которых значилось десятка два имен. Некоторые были уже оправданы, другие оставались под подозрением, но сейчас Маркуса интересовало лишь одно имя, крупными буквами написанное посреди листа: Дэвид Риз. С Дэвидом прямо либо косвенно могла быть связана половина значившихся здесь субъектов. До сих пор сам Дэвид не был замечен в использовании фальшивых банкнот, зато уличили многих его друзей и сообщников, и Маркусу это не нравилось: слишком уж подозрительное совпадение. Подделка денег каралась смертью либо, если фальшивомонетчик был знатного происхождения, ссылкой, и пусть Дэвид не ангел, но Маркус не мог бросить брата на произвол судьбы. Тиммз по настоянию шурина, который, обыграв Дэвида в карты, обнаружил, что ему всучили стопку фальшивых купюр, явился к Маркусу и предложил сделку. Если Маркус, воспользовавшись своим положением в обществе, отыщет истинного фальшивомонетчика и положит конец его махинациям, Тиммз сделает так, что Дэвид не понесет никакого наказания, даже если он помогал проворачивать эту аферу. Маркус согласился: все же будет лучше, если он сам займется Дэвидом, ему не привыкать.Он пробежал глазами список подозреваемых. Все эти люди – представители высшего света: фальшивые банкноты были замечены именно в элитных лондонских заведениях. И все они так или иначе связаны с Дэвидом: друзья, школьные приятели, бывшие возлюбленные. Это все, что мог с уверенностью сказать Маркус. Многие из тех, через чьи руки прошли фальшивые деньги, наверняка об этом и не догадывались, поскольку изготовитель поддельных купюр был мастером своего дела.Если за этим стоит Дэвид, непонятно, как это ему удается. Во время частых отлучек брата Маркус много раз обыскивал его дом, допрашивал слуг, которым тот вечно забывал платить жалованье, и ни разу ничего не обнаружил. Конечно, только полный болван будет печатать деньги у себя в гостиной, но Маркус даже чернильного пятна нигде не заметил. Слуги давали крайне скудные сведения: Дэвид прожигал столько же денег, что и всегда, ни больше ни меньше. Винный погреб полнехонек, свежее мясо присылают каждую неделю. Вот уже три месяца, как Маркус следил за каждым шагом Дэвида и отмечал все, начиная от неудачного романа с леди Барлоу и кончая сменой портного, но ничего относящегося к делу не выявил.И все же Маркус нутром чуял, что Дэвид каким-то боком замешан в этом деле. В последнее время брат стал еще более бесшабашен и беспечен. Интрижка с леди Барлоу – это еще цветочки. Маркус отложил ручку и вздохнул. Он так надеялся, что за время отсутствия Дэвида ситуация прояснится и поток фальшивых денег не иссякнет: тогда всем станет ясно, что Дэвид тут ни при чем. Но, как назло, количество поддельных купюр тут же резко сократилось.По крайней мере, теперь известно, где был Дэвид и что он затеял. Интересно, навязал ему эту аферу Перси, чтобы отвлечь от расследования, или просто хотел отомстить за то, что Маркус выдворил его из Лондона? Насчет последнего Маркус особо не переживал: все равно к утру ноги ее здесь не будет, – а вот первая догадка его тревожила. Дэвид не глуп и вполне мог что-то заподозрить. Возможно, женщина понадобилась, чтобы сбить его со следа. Было нелегко покрывать Дэвида без его ведома, но если он все знает, дело принимает и вовсе крутой оборот.О том, чтобы начистоту поговорить с Дэвидом, не могло быть и речи: когда брат чувствовал, что ему что-то вменяют в вину, он начинал яростно отбрыкиваться. Кроме того, Маркус надеялся, что, как бы там ни было, в итоге Дэвиду будет вынесен оправдательный приговор, поэтому не видел смысла обсуждать с ним эту тему. Он неплохо изучил брата и знал, что, если тот и впрямь угодил в серьезный переплет, правды от него не дождешься – даже если спросить его в глаза, он будет все отрицать. Лучше уж самому докопаться до истины.Маркус поднялся и налил себе выпить. Во-первых, нужно договориться с этой миссис Престон. С виду она обыкновенная деревенская простушка; такой достаточно сунуть денег, и она мигом испарится. Конечно, объявление в «Таймс» привлечет всеобщее внимание, но если невесты не обнаружится, а Маркус заявит, что в газете что-то напутали, сплетни быстро утихнут; по крайней мере, он очень на это надеялся. Глава 5 Ханна хотела уехать, и как можно скорее, но Уолтерс умолчал, что подъехавший к крыльцу экипаж, вовсе не вызван по ее просьбе. Лишь когда захлопнулась дверца, Ханна смекнула, что карета слишком роскошна, и забарабанила в стенку, за которой сидел кучер, но ответа не получила.Лишь когда карета остановилась у огромного особняка, и лакей помог Ханне спуститься, она поняла, что сбылись ее худшие опасения. Однако, поскольку иного выбора у нее не оставалось, она взяла Молли за руку и, кипя от негодования, последовала за слугой.Никогда прежде ей не доводилось видеть такого громадного здания: потолок высотой в три этажа был разрисован божественно прекрасными фресками, а пол, покрытый камнем молочного цвета с прожилками (Ханна решила, что это мрамор), простирался, насколько хватало глаз.Когда слуга ушел, оставив гостей одних, Ханна еще сильнее возненавидела владельца этих хором. Она никогда бы не бросила гостей у двери, не говоря уже о том, чтобы похищать кого-то и силой тащить к себе в дом.– Мама! – громко прошептала Молли. – Где это мы?Ханна стиснула ладошку дочери.– Пришли кое с кем попрощаться, – негромко ответила она, – потому что мы скоро уезжаем.– А Дэвид здесь? – Ханна уже объяснила, что Дэвид жив, но больше к ним не вернется, но Молли никак не могла взять в толк, как такое возможно.– Нет. – Заслышав звук шагов, Ханна осеклась на полуслове и выпрямилась, стараясь не струсить под презрительным взглядом герцога.– Боже, только не говорите, что это внебрачный ублюдок Дэвида, – простонал Маркус вместо приветствия, косясь на Молли.Вне себя от негодования, Ханна зажала ладонями уши дочери.– Я требую, чтобы мне немедленно вернули чемоданы, – прошипела она сквозь стиснутые зубы. – Я вам не негодная вещь, чтобы втаптывать меня в грязь. Немедленно извинитесь перед моей дочерью и вызовите нам карету, иначе я не ручаюсь за последствия.Взгляд герцога сделался непроницаемым.– Не запугивай меня, девчонка, – негромко процедил он. – Я не поддаюсь на провокации.– Да что вы такое говорите! – с неподдельным негодованием воскликнула Ханна.– Предлагаю вам двести фунтов стерлингов, – герцог сунул ей в руки лист бумаги, – в обмен на молчание, а также за то, чтобы вы побыстрее убрались отсюда.– Велите подать мои чемоданы. – Ханна даже не взглянула на бумагу, однако герцог продолжал наступать.– Возьмите. Если вы сейчас откажетесь, то больше этих денег не увидите.– Надеюсь, что и вас тоже! – Ханна развернулась и схватила дочь за руку. – Пошли, Молли, заберем вещи и закажем карету.Неожиданно в дверь постучали, и, когда она распахнулась перед самым носом Ханны, к герцогу устремилась прелестная девушка.– Ах, Маркус! – воскликнула она и, шелестя рюшами и ленточками, бросилась к нему в объятия. – Вот хитрюга, хранил такую тайну! Когда Дэвид нам все рассказал, я чуть в обморок не упала, а матушка подумала, что это его очередная шутка. В итоге мы, посовещавшись, решили приехать и увидеть все собственными глазами!Герцог помрачнел, тогда как Ханна, воспользовавшись ситуацией, прижала к себе Молли и скользнула к выходу.– О чем ты, Селия?Ханна с удивлением отметила, что и герцогу не чужды человеческие чувства – его голос заметно потеплел.– О твоей невесте! – Девушка сверкнула глазами и рассмеялась, затем обернулась, и ее взгляд упал на незнакомую ей даму.– Вы, должно быть, Ханна. – Она приветливо улыбнулась. – Очень приятно познакомиться.С этими словами Селия не мешкая заключила гостью в объятия.Ханна оцепенела. Глянув через плечо девушки, она встретилась взглядом с герцогом; его лицо было на удивление спокойно, но чувствовалось, что внутри у него все так и клокочет от ярости. Что ж, в том, что случилось, нет ее вины, так что пусть выпутывается как хочет.– Боюсь, это ошибка.Девушка сжала перед собой руки, видно, для того, чтобы опять не броситься обниматься.– Простите, я от счастья совсем позабыла о приличиях! Я – Селия Риз, сестра Маркуса. Зовите меня просто Селия. Я так рада, что мы породнились! Дэвид рассказал нам о вас в письме. Какой же ты шалопай, Маркус, что сам не сообщил о своей невесте! Зато теперь все уже позади, и я очень рада за вас и за Маркуса! Мы с матушкой чуть не расплакались на радостях!– Нет, погодите… – начала Ханна, но Селия ее перебила:– Надеюсь, вы простите наш неожиданный визит, но нам ужасно хотелось с вами встретиться. К тому же мы вам пригодимся: вы ведь не местная и наверняка даже не знаете, где здесь магазины, а у мамы полгорода ходит в знакомых! – Она снова обернулась к брату: – Ах, Маркус, ты обязательно должен устроить бал в ее честь!Пока Ханна пыталась собраться с мыслями, Молли тихонько хныкала, уткнувшись ей в юбку. Успокаивая дочку, Ханна даже не услышала, что ответил герцог на нелепое предложение сестры.– Не бойся, – прошептала она. – Скоро мы поедем к себе.– Мама, я есть хочу. – Глаза Молли блестели от слез, подбородок дрожал. – Когда будет чай?Рядом послышался шорох: это Селия опустилась перед ними на колени.– Ты, наверное, Молли? – с нежностью спросила она. – Я твоя новая тетя, меня зовут Селия, и я привезла тебе подарок. Хочешь взглянуть?Молли вскинула на мать огромные глаза, полные слез, но Ханна и сама не знала, как теперь быть. Конечно, не стоило обижать юную леди и пугать Молли, но с этой неразберихой надо было как-то кончать.– Да, – ответила Молли, вынув палец изо рта, и выпустила юбку Ханны.Только тут Ханна заметила пожилую женщину, которая вошла вслед за Селией: должно быть, она приходилась ей матерью. Когда Селия взяла Молли за руку, женщина приблизилась.– Добро пожаловать, милая. – Она легонько пожала Ханне руку. – Рада познакомиться с вами и с вашей дочкой. Прелестное дитя!Ханна снова попыталась объясниться.– Все совсем не так, как вы думаете…И тут же ее перебила Молли, громко взвизгнув от радости: Селия протянула ей большую коробку, принесенную слугой, и Ханна обмерла – она в жизни не видела такой нарядной упаковки.– Мамочка, гляди! – радостно закричала Молли, разрывая обертку.Ханна стремглав бросилась к дочке и схватила ее за руки.– Нет, Молли, нет! Мы… мы сейчас уезжаем.– Ну, мамочка! – На глаза Молли снова навернулись слезы, и когда она с грустью посмотрела на красивую коробку, Селия присела рядом.– Только не плачь! Это тебе, и никому больше. – Она неодобрительно покосилась на Ханну. – Я специально для нее выбрала этот подарок…Ханна огляделась. Был бы здесь хоть кто-нибудь, кто мог прийти ей на помощь, в отчаянии подумала она и огляделась.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30