А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Дэвид рассмеялся.– Только не сегодня. Мне нужно доделать кое-какие дела, а твоя мама, наверное, захочет познакомиться с домом. – Он, прищурившись, посмотрел на Ханну. – Уолтерс расскажет тебе, что здесь к чему.– Здесь где-нибудь есть парк или лужайка? – Молли потихоньку начинала действовать Ханне на нервы.Проснувшись, она обнаружила, что дочь стоит на красивом, но шатком стульчике и разглядывает наряды в шкафу, многие из которых казались весьма нескромными. Ханна сама не знала их назначения, но сочла чересчур вызывающими для такой юной девушки, как сестра Дэвида. Впрочем, как говорится, не судите и судимы не будете. Она отогнала Молли от шкафа и плотно прикрыла дверцу.– Да, здесь есть парк, и утром в нем весьма спокойно. Иди, спроси Уолтерса, как туда дойти.Молли спрыгнула со стула и стремглав выбежала из комнаты. И тут же всю веселость Дэвида как рукой сняло. Обернувшись к жене, он натянуто произнес:– Ханна, к сожалению, некое срочное дело требует, чтобы я на время покинул Лондон.– Так скоро? – удивилась Ханна; за те несколько недель, что Дэвид прогостил в Миддлборо, он ни с кем не общался и не стремился окунуться в городскую суету. Может, за время отсутствия у него накопились дела? – И когда же ты вернешься?– Меня не будет по меньшей мере несколько дней, прости. Не хочется бросать тебя, ведь ты первый день в этом городе, но дела не терпят отлагательства. Надеюсь, ты меня понимаешь.– Что ж, поезжай, раз так надо, – рассудительно решила Ханна.Лицо Дэвида затуманилось.– Я делаю это ради тебя и Молли; хочу обеспечить вам достойное будущее.– Ну да, я все понимаю. – Ханна вздохнула. – Мы будем по тебе скучать, но долг – превыше всего.– Так я и знал, что ты это скажешь, – Дэвид усмехнулся.После завтрака он попрощался с Молли и велел ей слушаться маму, затем вскочил на своего породистого серого жеребца. И тут Ханна заволновалась. Не годится, если она просто помашет ему рукой на прощание: как-никак он ее муж. Нагнувшись к ней, Дэвид прошептал: «Прощай» – и чмокнул ее в щеку.– Надеюсь, когда я вернусь, ты встретишь меня с улыбкой.– Так все и будет! – Ханна обрадовалась, что он нашел выход из положения. Потом они с Молли долго смотрели ему вслед.Остаток дня они знакомились с домом. Служившая кухаркой миссис Уолтерс сразу же полюбила Молли, и девочка захотела помочь ей с выпечкой, что несказанно удивило и умилило кухарку. К вечеру они совсем сдружились.Пока Молли пекла хлеб, мистер Уолтерс показывал Ханне дом. Он вполне оправился от потрясения, и Ханна сочла, что вчера у нее просто разыгралось воображение. Дэвид никогда не бросит их в беде; пусть они даже переберутся в менее роскошные апартаменты, он и там сумеет о них позаботиться.Следующие несколько дней мать и дочь исследовали окрестности, ходили в парк, бродили по улицам, любовались красивыми витринами и экипажами, наподобие тех, что иногда проезжали через Миддлборо. Дамы были разодеты очень нарядно, равно как и джентльмены. Ханна невольно отметила, что костюм Дэвида, который в Миддлборо казался верхом изящества, не представлял по здешним меркам ничего особенного.Миссис Уолтерс сказала, что поблизости находится рынок, и Ханна решила сводить туда Молли. Они прихватили из кухни корзинку, взяли денег и отправились сначала на кукольное представление, а потом бродили мимо прилавков с овощами, цветами и фруктами. Впервые за много лет Ханне не нужно было покупать продукты к обеду, так как эта обязанность возлагалась на миссис Уолтерс, и она могла бесцельно бродить по рынку, держа дочь за руку. Ей также не нужно было постоянно поторапливать Молли. Под конец они купили клубнику у толстушки, торговавшей рядом с оперным театром, и не спеша отправились домой, потому что Молли устала и едва волочила ноги. Она пошла бодрее, лишь когда Ханна посулила ей чай с печеньем.Очутившись дома, Молли первым делом бросила шаль на пол и принялась стягивать шляпку.– Мама, я хочу есть! – заявила она, теребя ленточку, которая зацепилась за подбородок.– Потерпи. – Ханна поставила корзину и развязала бантик. – Ну вот, теперь можешь пойти к миссис Уолтерс и попросить чаю.– Спасибо, мамочка! – Молли ринулась на кухню. Ханна с улыбкой покачала головой. Когда она снимала шляпку, появился мистер Уолтерс; вид у него был какой-то неуверенный.– Простите, мэм, с вами кое-кто желает увидеться.– Да? – Ханна очень удивилась, так как в Лондоне она никого не знала. Может, кто-то из ее родственников? – Спасибо, мистер Уолтерс. Будьте добры, отнесите это миссис Уолтерс.Она пригладила взъерошенные ветром волосы. Уолтерс взял у нее корзину с ягодами.– Слушаюсь, мэм.Он кашлянул.– У вас болит горло? – сочувственно спросила Ханна. – И голос у вас какой-то странный. А вы выпейте ромашкового чая…Уолтерс выдавил из себя слабое подобие улыбки.– Благодарю, мэм, – пробормотал он. Ханна поправила юбку и направилась к двери. Когда она вошла в гостиную, высокий человек, стоявший у окна, обернулся.– Ах! – радостно воскликнула Ханна. – Я не ждала тебя так скоро!Она бросилась к мужу, но он стоял без движения. Тогда она остановилась и пригляделась повнимательнее. На первый взгляд перед ней стоял Дэвид, но разница все же была заметная, хотя и незначительная. Рот мужчины был плотно сжат, тогда как на губах Дэвида всегда играла плутоватая усмешка. Он был стройнее, держался прямо и носил более короткую стрижку.Человек направился к ней, ступая легко и грациозно, словно пантера, а ведь походку Дэвида особенно отличала легкая непринужденность.– Простите, сэр, – извинилась Ханна.Незнакомец прищурился.– Я приняла вас за другого. – Она нерешительно шагнула к нему. – Я миссис Пр… То есть Риз.Мужчина долго ее разглядывал. Одну руку он завел за спину, в другой держал том в кожаном переплете, задумчиво постукивая им по бедру.– Ну, конечно же, Дэвид, – протянул он ледяным тоном.Голос у него был ровнее и строже, чем у ее мужа, и Ханна вскинула голову.– Да, – сказала она. – Вы его знаете?Губы незнакомца растянулись в сухую улыбку, но выражение глаз не изменилось.– Не так хорошо, как мне казалось до недавнего времени, но, пожалуй, получше, чем вы.Ханна оцепенела.– Его нет дома. Я непременно сообщу ему о вашем визите.Мужчина склонил голову набок и окинул ее внимательным взглядом.– Вы все еще девственница? – неожиданно спросил он.Ханна была до того ошарашена, что даже охнуть не смогла и взирала на грубияна в немом гневе.– Впрочем, какая, в сущности, разница, – вздохнул мужчина и возвел глаза к потолку. – Никакой. Так что вам наобещал Дэвид?Ханна больше не видела необходимости соблюдать правила вежливости.– Извольте покинуть мой дом!Похоже, эти слова изрядно позабавили незнакомца; его губы снова расползлись в улыбке.– Ваш дом? – повторил он. – Ну-ну, интересно.– Я велю мистеру Уолтерсу вас проводить. – Ханна повернулась и направилась к двери.– Я Эксетер, – внезапно заявил гость, словно это все объясняло.Ханна остановилась и медленно обернулась.– Велеть мистеру Уолтерсу подозвать ваш экипаж, мистер Эксетер?Мужчина тяжело вздохнул и зажмурился.– Я не мистер Эксетер, девчонка, а герцог Эксетер.– Да? И что вам здесь нужно? – огрызнулась Ханна.Ее давно никто не называл девчонкой. В конце концов, ей двадцать шесть лет, она жена и мать! Впрочем, этот господин явно неспроста сюда заявился. Конечно, ведет он себя не слишком вежливо, но вдруг Дэвид разозлится, если она возьмет да и выставит из дома герцога, который к тому же похож на него как две капли воды?– Я хотел с вами поговорить и уладить кое-какие дела. Дай-то Бог, чтобы это заняло немного времени. Что именно наговорил вам Дэвид?– О вас он мне ничего не рассказывал. – Ханна вскинула подбородок. – И неудивительно: ведь вы не отличаетесь вежливым обхождением и манерами.В темных глазах герцога вспыхнул огонь…– Вы ставите под сомнение мои обхождение и манеры? – удивленно спросил он. – Этим вы оскорбили мою порядочность, мадам. Что ж, это самая лучшая шутка из всех, которые я до сих пор слышал. – Эксетер раскрыл зажатый в руке фолиант, и Ханна сникла под его проницательным взглядом.– Да кто же вы? – Она отступила на шаг, потом еще, тогда как герцог приближался к ней, не сводя с нее глаз.– Я, – он чеканил каждый слог, – Маркус Эдвард Фицуильям Риз, герцог Эксетер, и довожусь братом Дэвиду Чарлзу Фицуильяму Ризу, коего я старше на десять минут. – С этими словами Маркус сунул ей под нос книгу.У Ханны пересохло во рту; она узнала регистрационную книгу из миддлборской приходской церкви. Посередине страницы она увидела свое имя. Ханна Джейн Престон – так она собственноручно написала пять дней назад. Но стоявшая рядом подпись…– Согласно миддлборскому приходскому журналу, а посему и пред лицом англиканской церкви…Крупным, четким почерком было выведено вовсе не «Дэвид Чарлз Фицуильям Риз», а другое имя: «Маркус Эдвард Фицуильям Риз».– Я ваш супруг. Глава 4 Некоторое время Ханна молчала, потом оттолкнула книгу и подняла взгляд на герцога.– Это невозможно. То, что здесь стоит ваше имя, ничего не значит!Эксетер захлопнул фолиант.– Зато это сильно усложняет положение. Чтобы все исправить, потребуется время. Так что же вам обещал Дэвид? Сейчас мы с вами заключим сделку, и вы отправитесь восвояси.Ханна не знала, на кого больше сердится: на Дэвида или на его несносного брата.– Будьте добры, уйдите, – прошипела она сквозь зубы. – Я не потерплю, чтобы меня оскорбляли в собственном доме.Она уже забыла, что этот дом ей не принадлежит. Герцог встретил это заявление иронической улыбкой.– Ваш дом, как вы изволите его называть, по праву принадлежит мне. Последней женщиной, которая здесь обитала и тоже называла его «своим», была моя любовница. Вы спите в ее комнате, мадам. Ну и как вам вкус Моники? По-моему, чересчур много розового.У Ханны упало сердце. Как посмел Дэвид уложить ее ребенка на простыни, на которых ночевала какая-то потаскуха! Ей еще никогда и никому так не хотелось влепить пощечину.Губы Эксетера тронула улыбка.– Дэвид об этом умолчал? Жаль.– Мне тоже. Что ж, если вы не желаете уходить, то уйду я. – Ханна повернулась и зашагала к двери.– Будьте так любезны собрать свой скарб, и чтобы к утру духу вашего здесь не было!Услышав за спиной голос герцога, Ханна застыла, ухватившись за дверную ручку.– Загородный дом Дэвида тоже принадлежит вам? – спросила она, не оборачиваясь.– Охотничья сторожка? Нет, это его собственность. Значит, вот где он вас соблазнил…Ханна что было сил хлопнула дверью и направилась на кухню; ее трясло от гнева. Молли, расположившаяся за столом на стульчике, обернулась, и ее глаза радостно загорелись.– Мама, я слепила булку! – Она указала на лежавшую перед ней кучку теста. – С корицей! Миссис Уолтерс говорит, если ее помазать маслом, будет очень вкусно!Ханна с трудом улыбнулась, и кухарка, взглянув на нее, тут же отвернулась.– Замечательно, дорогая. Миссис Уолтерс, можно вас на пару слов?Женщина кивнула и тщательно вытерла руки передником, а затем отошла вместе с Ханной в угол, подальше от Молли.– Кому принадлежит этот дом?Миссис Уолтерс вздохнула.– Его светлости. Я думаю, как только лорд Дэвид вернется, он все уладит, так что вам не стоит волноваться.Ханна с трудом владела собой; она уже не сомневалась, что лорда Дэвида они нескоро дождутся.– А ваш последний постоялец… – Ханна замялась. – Кто жил здесь до меня?– О! – Миссис Уолтерс поморщилась. – Так, одна француженка, которой очень тяжело было угодить. Я рада-радешенька, что она наконец съехала.Ханна кивнула. Все сходится. Значит, Дэвид провел ее как дурочку. Она прижала ладони к щекам. Да, ну и дала она маху! Главное, непонятно, как расхлебать теперь эту кашу.– Не убивайтесь так, мэм, его светлость человек суровый, но честный и о родных своих очень заботится. – Круглое лицо миссис Уолтерс прорезали участливые морщинки.Ханна осторожно перевела дыхание. Больше всего ей сейчас хотелось расколотить что-нибудь вдребезги или грубо обругать Дэвида, а то и разреветься в голос от унижения и злобы. Но, посмотрев через плечо кухарки и встретившись взглядом с широко распахнутыми карими глазами Молли, она подавила злость.– Спасибо, миссис Уолтерс.– Уж я так рада была, так рада, когда вас увидела, – пролепетала кухарка, вся лучась от счастья. – Только разумная женщина может исправить этого разгильдяя. Выше голову, милая. Зря, конечно, лорд Дэвид уехал и оставил вас одну объясняться с герцогом, но не сомневайтесь, он все уладит, когда воротится.В ответ Ханна постаралась изобразить улыбку, и миссис Уолтерс похлопала ее по руке, а потом опять занялась хлебом.Оставив Молли на кухне, Хана поднялась к себе в комнату и плотно прикрыла дверь. Что же теперь делать? Как мог Дэвид так с ней поступить? И как она сама не заметила подвоха? С самого начала все шло слишком хорошо, чтобы быть правдой. К тому же с чего это вдруг красивый, обеспеченный джентльмен повел ее под венец и поселил в своем богатом лондонском доме? Ей сразу нужно было догадаться, что здесь дело нечисто.И все же одного она понять не могла: зачем Дэвиду это понадобилось, и какая ему от этого выгода? В постель он ее не тащил, приданого у нее, увы, нет…Ханна покрепче прижала ладони к глазам. Единственное, чего Дэвид добился, так это перевернул с ног на голову ее жизнь и разозлил брата. А может, ради этого все и затевалось?Что ж, так или иначе, теперь ей нужно возвращаться домой, иного выхода нет. Она неплохо шьет и готовит: может, кто-нибудь возьмет ее в услужение и она сможет снять комнату. Родственникам она скажет, что Дэвид погиб, причем внезапной, мучительной смертью; возможно, ей станет легче, если она нарисует в душе картину его жуткой гибели.Подойдя к гардеробу, Ханна принялась вынимать из него свои вещи. Чем скорее они с Молли уедут из Лондона, тем лучше.Маркус зашвырнул регистрационную книгу на сиденье кареты. Жаль, что это не голова его младшего братца. Ну ничего, Дэвид еще поплатится за эту проделку! Похоже, женщина не ожидала его увидеть и, когда он намекнул, что можно договориться, на наживку не клюнула. Ладно, чем скорее она уберется из Лондона, тем лучше.Он достал из кармана записку Дэвида и развернул ее. Получив это послание, Маркус рассвирепел, но в глубине души понадеялся, что это просто неудачная шутка, пока не приехал в свой дом на Холлилейн и не увидел свою «жену».Он поднес письмо к свету.«Милый братец, спасибо тебе за письмо, в котором ты напомнил о моих многочисленных грехах и слабостях. Ты пробудил во мне чувство ответственности, и впредь я обещаю быть осмотрительнее. Свято веруя, что братья созданы для того, чтобы помогать друг другу в беде и в радости, я решил исправить одно твое упущение. Так как ты еще не обзавелся герцогиней, я взял на себя смелость подыскать тебе таковую. За подробностями обращайся к миддлборскому священнику. Осыплешь меня благодарностями потом, когда я вернусь в город.Навеки твой, Д. Р.».Маркус бросил записку поверх регистрационной книги. Он успел съездить в Миддлборо и обратно, и теперь у него от недосыпа слипались глаза. Он так и уснул бы, если бы не злость. Злился он на священника, который пожал ему руку и поинтересовался здоровьем супруги; на женщину, приказавшую ему убираться из собственного дома, и, уж конечно, на единокровного братца, подстроившего ему такую пакость. И надо же было ему родиться не одному, а с близнецом! В последний раз он жалел об этом, когда Дэвид обманул кредиторов, и те предъявили Маркусу список долгов непутевого брата, а еще раньше до этого – когда Дэвид, чтобы его не выгнали из Оксфорда, пытался выдать себя за него. Маркус пообещал брату, что перережет ему глотку, если он еще хоть раз сотворит что-либо подобное, и Дэвид на время угомонился, но, как оказалось, не надолго! Этот шалопай даже не смог выбрать порядочную особу – та сразу поняла бы, что ей здесь не место, и безропотно вернулась восвояси. Так нет же – он подсунул Маркусу самоуверенную особу, тут же возомнившую себя герцогиней. Женщина была среднего роста, с блестящими черными кудряшками, пронзительными синими глазами и полными губками. Может статься, при иных обстоятельствах она и понравилась бы Маркусу, но теперь он просто обязан был поскорее от нее отделаться и изменить запись в регистрационном журнале, пока кто-нибудь не раздул этот скандал.Карета остановилась перед резиденцией Эксетера, и когда слуга распахнул дверь, Маркус поднялся с сиденья, прихватил с собой регистрационный журнал и записку и прошел внутрь. Дворецкий тут же принял у него перчатки, другой рукой взял шляпу, и все это было проделано молча – Маркус не любил пустой болтовни. Но когда он направился к лестнице, дворецкий сообщил ему вслед:– Ваша светлость, здесь леди Уиллоби.Маркус обернулся, и Харпер, склонив голову, умолк.– Вы сказали ей, что я дома?– Разумеется, нет, ваша светлость, но она решила подождать.В это время кто-то громко хлопнул дверью гостиной.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30