А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Он перевел взгляд вниз. Теодор смотрел на него с таким трепетным ожиданием, что Хэнк смутился. Он даже не подозревал, что может чувствовать себя виноватым.
Теодор быстро запрятал драгоценные стекла в свои необъятные карманы и вытащил оттуда какой-то предмет. Он поднял перепачканную руку, и в ней оказался доллар, весь покрытый слоем песка. Хэнк воззрился на доллар и усмехнулся. Только что он сказал себе, что не отвел бы глаз от Смитти и за вагон золота, а тут один доллар – он отвел взгляд от невыразимо прекрасной картины.
Его провели как мальчишку. Он встряхнул головой. Такой всегда была его жизнь.
Сундуки, выловленные из моря, были для Маргарет и спасением, и развлечением. Ей представлялось, что она нашла клад. Надо отдать должное Хэнку: он очень ловко открывал их все подряд. Маргарет, правда, воздержалась от изъявления благодарности. Она была занята: просматривала содержимое одного из двух найденных сундуков.
Вдруг она вскрикнула от испуга: «Где Аннабель?», выпрямилась и тут же вспомнила, что она спит рядом. На всякий случай она проверила, где ребенок. Девочка действительно спала спокойным сном. Затем Маргарет обернулась к детям, крепко зажав в руке свою находку.
– Смотрите, – сказала она громким шепотом, протягивая им кусок французского мыла. Лидия и Теодор, надо отдать им должное, не были потрясены случившимся. Мыло, как и ранее найденные зубные щетки и порошок, не вызвали у них слез умиления.
Маргарет в упоении продолжала говорить:
– Видите? Это мыло. Настоящее мыло. Мы можем принять ванну и наконец вымыть голову. Ванну, настоящую ванну. – Она вздохнула и еще крепче прижала мыло к груди.
Теодор фыркнул.
Маргарет скрестила руки на груди и внимательно по смотрела на мальчика.
– От ванны, молодой человек, не умирают.
Молодой человек вздернул веснушчатый нос.
Она почувствовала на себе взгляд Хэнка и посмотрела на него. Казалось, он тоже созерцает мыло.
– Это я оставлю себе. – Маргарет поторопилась положить мыло в глубокий карман юбки, куда раньше уже были надежно спрятаны зубной порошок и щетки. Впрочем, никто из присутствующих и не претендовал на ее сокровища.
Она и Хэнк последние полчаса все время спорили, что необходимо им в борьбе за существование, а что нет. В результате Маргарет «отвоевала» одежду, расчески, зубные щетки и ленты. Только это последнее привлекло внимание Лидии. Хэнку достался складной нож, инструменты и кремень. Открыв очередной чемодан, он быстро откинул крышку и просмотрел содержимое. Маргарет увидела, как он выудил кепку с большим козырьком, посмотрел на нее и надел на голову. «Сидит прекрасно, наверное, большого размера», – машинально отметила она.
Хэнк нагнулся и стал быстро откладывать в сторону все, по его мнению, ненужное. В это время к нему подошла коза и бросила что-то у его ног. Хэнк нахмурился, нагнулся, взял в руки какой-то предмет, состроил гримасу и закинул его далеко в воду.
Коза что-то проблеяла и направилась вдоль пляжа, видимо, надеясь найти то, что он бросил.
– Что это было?
– Старая никчемная бутылка.
Хэнк нагнулся над ящиком и выбросил еще что-то.
– Ты просто не можешь не выбрасывать вещи.
– Они ничего не стоят, – пробормотал он, продолжая рыться в сундуке.
Маргарет уперлась в бока руками.
– Что это было?
– Это? – Хэнк приподнял за завязки корсет.
Она упрямо приподняла подбородок и твердо сказала:
– Мне это нужно.
Хэнк уставился на нее, как будто увидел в первый раз, потом на корсет, повертел его в руках, снова оценивающе оглядел ее фигуру и деланно нахмурился:
– Думаешь, подойдет?
– Ох, какой ты умный! – оборвала она.
Хэнк хихикал еще минуты две, довольный, своей остроумной шуткой.
– О, вот нечто полезное, – сказал он, доставая из сокровищницы колоду карт и тасуя ее с ловкостью шулера, родившегося с картами в руке. Затем проделал небольшой карточный фокус.
Теодор, естественно, не пропустил такой момент. Затаив дыхание, он робко спросил, нельзя ли ему тоже научиться показывать такой фокус.
– Нет, – резко ответила Маргарет.
– Обязательно, – одновременно сказал Хэнк.
Она бросила на него значительный взгляд.
– Он ведь еще ребенок.
– Тем легче ему будет учиться. – Он отдал карты Теодору, и тот, сидя на песке, попытался перетасовать колоду. Карты летели куда угодно, но только мимо руки мальчика. Озадаченный, Теодор собрал их и отдал Хэнку.
– Вот как надо. – Хэнк наклонился, взял руки паренька в свои и аккуратно перетасовал карты.
Она ничего не сказала, да она и не смогла бы, увидев, как просиявший Теодор переглядывается с Хэнком.
Маргарет посмотрела на Лидию. Судя по всему, девочке тоже хотелось бы присоединиться.
– Может быть, ты и Лидию научишь?
– Я вовсе не хочу возиться с глупыми старыми картами, – фыркнула Лидия и, отвернувшись, отошла к козе.
Маргарет подождала, пока Хэнк выпрямится, и стала сверлить его глазами.
– Ты выбросил одежду, щетку, ленты как якобы не нужные. Но колода карт тебе необходима?
Он пожал плечами:
– Я бантов не ношу.
– Но Лидии они нужны.
Хэнк посмотрел вслед девочке.
– Она что, рыдать ушла? Из-за чего?
– Обиделась.
– Ей лучше не дуться из-за пустяков.
Маргарет возмущенно тряхнула головой. Здесь он ей не помощник. Лидия что-то шептала козе, крепко обняв ее.
Маргарет хотела подойти к девочке, но остановилась на середине пути, встретившись с Лидией глазами. Вернее, они посмотрели друг на друга одновременно. У Маргарет было такое впечатление, что Лидия прочитала ее мысли на расстоянии и намеренно повернулась к ней спиной. Маргарет остановилась. Она очень хотела бы помочь, но не знала как. И поэтому решила не трогать девочку и дать ей побыть наедине с собой. Маргарет также нужно было время, чтобы обдумать положение и попытаться найти какой-то путь к сердцу девочки. Она оглянулась на Хэнка. Он раскладывал вещи в различные кучи, причем делал это так быстро, что Маргарет и глазом моргнуть не успела, как он уже все закончил. Себе он отложил кости, кремень, пистолет, перочинный нож, черные штаны и пояс. Только кости нарушали картину и явно выбивались из ряда вещей.
Она с раздражением отметила про себя, что он откинул в сторону то, что им с Лидией могло бы пригодиться. Вдруг она увидела еще одну гору вещей.
– А это кому?
– Тебе.
– То есть?
– Ну это же твое хозяйство. То, что нужно женщинам.
Эта последняя груда состояла из нескольких горшков, кастрюль и сковородок. Там были также маленькая ручная щетка из тех, которыми служанки чистят одежду, утюг, передник и кружка.
Маргарет скрестила рукжна груди.
– Я никогда ничего не чищу, не умею шить и готовить.
– Ты же у нас ученая женщина. У тебя ум и образование, так что научишься. – Он замолчал. – Вспомните, госпожа советница, ваши собственные слова: «Мужчине – охота, женщине – плита!»
– Я привыкла, что мужчины, считающие себя высшей кастой, повторяют мои слова с раздражением.
– Я не считаю себя высшим существом. Я это точно знаю. – Он стоял с жутко самоуверенным видом и чесал свою черную бороду.
Маргарет молча за ним наблюдала. Он снова стал ожесточенно чесать, на сей раз шею.
– Знаешь, иногда мыло помогает.
– Чему помогает? – с недоумением переспросил Хэнк.
– Ты скоро себе все лицо расцарапаешь. Мыло успокоит зуд во всем теле.
– В какой части тела? – Он одарил се похотливой улыбкой.
Маргарет быстро посмотрела на детей, которые играли с козой совсем близко, и торопливо зашептала:
– Только не говори вслух.
– Чего не говорить? – Он нахально изображал невинное дитя.
– О чем бы ты там ни думал, молчи.
В ответ раздался противный смех.
– Ты и так думаешь за двоих. Вполне достаточно. Я не думаю, а делаю.
Маргарет склонилась над чемоданом, который перебирала, и выудила оттуда кожаный футляр. Протянув Хэнку вещицу, она посоветовала:
– Тогда попробуй вот это.
Он уставился на нее.
– Возьми, это – бритвенный прибор.
– Я и сам вижу.
– Там станок, стаканчик, кисточка, расческа и зубная щетка.
Хэнк открыл прибор, поскреб бороду в очередной раз и пожал плечами.
– Мне нужна мыльная пена.
Затем он спокойно повернулся и вознамерился кинуть прибор в кучу ненужных вещей.
– Остановись! Вот, держи.
Не раздумывая, Маргарет протянула ему свое чудесное маленькое мыло.
Хэнк так ловко подхватил мыло, как будто только этого и ждал.
– Спасибо, Смитти, мне и просить не надо было. – Он помахал драгоценной находкой перед ее носом и рассмеялся.
Маргарет, если бы ее попросили описать такого рода смех, сказала бы, что это похоже на карканье старой вороны. Это было бы самым приличным словом, которое она смогла бы найти. Она уставилась на счастливого обладателя мыла.
– Только подумай, теперь я смогу принять ванну. Настоящую ванну, – передразнил он ее и пошел вдоль пляжа женской, как ему представлялось, походкой. – Не скучай, милочка.
Маргарет смотрела ему вслед, и ей хотелось хлопнуть себя по лбу изо всей силы, а Хэнк стал вдобавок насмешливо насвистывать что-то про старую серую кобылу. Да, лучше уж было его треснуть чем-нибудь по лбу. Очень просто и ловко, без затей, он перехитрил ее.
В то утро Хэнк познал многое. В частности, когда он шел по пляжу, он понял, как быстро Смитти может выхватить у него прямо из рук вожделенное мыло. Он был свидетелем того, с какой скоростью она бегает. Вот уж чего он никак не ожидал. От этой самой неожиданности он остановился как вкопанный и, раскрыв рот, смотрел ей вслед, когда она убегала к скалам, за которыми находился водопад. Ее рваная юбка задралась гораздо выше колен, и он вдоволь полюбовался на пару самых стройных и быстрых ног, которые он когда-либо видел. Он понял, правда, еще кое-что. Смитти смеется тогда, когда считает нужным.
На бегу она однажды оглянулась через плечо: у нее был такой вид, как будто она ожидала увидеть его позади себя. Он помахал ей рукой, уселся на выступ скалы и стал ждать. Через некоторое время она высунулась из-за скалы.
– Я не могу решиться искупаться. Я тебе не доверяю.
Хэнк ничего не ответил, потянулся за бананом, сорвал его, затем медленно очистил и начал есть. Смитти вышла из-за скал и забралась к нему, на ходу пряча в карман зубную щетку и порошок. Усевшись рядом, она выудила из другого кармана мыло и задумчиво посмотрела на него, потом на Хэнка.
– Полагаю, ты не дашь мне слово, что будешь держаться на расстоянии, да?
Он доел банан.
– И не подумаю.
Помолчав, она вздохнула, бросила на свою драгоценность прощальный взгляд и протянула мыло Хэнку:
– Ты выиграл.
Хэнк отбросил подальше кожуру банана и засмеялся:
– Ты умеешь проигрывать.
Маргарет молча наблюдала, затем спокойно сказала:
– Зато ты не умеешь выигрывать. Я так и знала, что с тебя спрос невелик. Ты не мог выиграть и при этом не ржать, как ишак.
– Никогда не следует сдаваться, Смитти. – Он встал и подбросил мыло, искушая ее. – Ты же женщина ученая, должна бы знать.
Хэнк прошел уже половину пути, когда остановился и прокричал ей:
– Пока ты тут просто так время теряешь, помолись и попроси, чтобы к тебе с неба направили волшебницу-крестную или ангела-хранителя. А будешь хорошо себя вести, явится джинн из волшебной лампы. Или Санта-Клаус.
Довольный собой, он пошел к водопаду, а вслед ему полетел банан. К сожалению, Маргарет промахнулась.
Глава 12
У водопада Хэнк плескался добрый час. Три раза намыливался, стоя по пояс в воде. Смитти была права. Это было здорово. Никакого распорядка. Никакого графика. Никаких охранников с дубинками и кнутами. Никто не может наказать его за то, что он моется слишком долго. Ему не нужно больше быстро намылиться, сполоснуться и выходить, чтобы не быть жестоко и несправедливо наказанным. Хэнк обильно намылил подбородок и шею, обмакнул станок с лезвием в воду и стал бриться.
– Хэнк!
Он поднял голову и осмотрел скалы, отделявшие водопад с небольшим естественным водоемом от пляжа. Голос Смитти раздавался с другой стороны.
– Хэнк! Ты одет, ты прилично выглядишь?
Он громко и от души рассмеялся:
– Учти, я никогда не выгляжу как приличный человек.
Молчание.
Хэнк живо представил себе, как она стоит за скалой, уперев руки в бока и бормоча что-то под нос. Он хихикнул и стал аккуратно выбривать верхнюю губу, затем крикнул:
– Ты что-то сказала?
Пауза.
Он занялся подбородком.
– Я думала.
«Черт побери!» Хэнк посмотрел на небо и подумал, что сейчас должно быть около одиннадцати.
– Так рано?
– Что ты сказал?
– Да пустяки.
– Ты слушаешь меня?
– Ты, как всегда, предавалась размышлениям...
– Верно. Я считаю, мы должны работать вместе.
Он провел бритвой по лицу, в ярких красках представляя, чем именно они могли бы вместе заняться. «Если бы только она никогда не думала и не говорила».
– Я имею в виду хижину или навес, которые нам необходимы. Все утро я пыталась найти оптимальное решение...
Он сполоснул бритву и мыло со щек, потом провел пальцами по подбородку. Гладко, ничего не скажешь.
– Если бы ты только послушал меня...
Хэнк нырнул, отряхнулся, а она все еще говорила:
– ... разумеется, к которому мы можем прийти...
Хэнк откинул мокрые волосы назад, пригладил их, вылез из воды, надел черные короткие штаны, которые только что нашел в одном из сундуков, и застегнул их.
– ... Когда нет другого выхода, надо мириться с тем, что есть. Ради детей и ради нашего собственного блага мы должны объединить наши усилия и, добившись успеха...
Хэнк закинул свою старую одежду на плечо и направился в обход скалы.
– ... уверена, что ты тоже убедишься, что мы только выиграем...
В это время Хэнк появился из-за поворота, Он застегивал ремень. Смитти стояла и смотрела на него, открыв рот и широко распахнув глаза. Она молчала. Он обернулся, затем посмотрел по сторонам, потом опять на нее.
– Что-нибудь не так?
Она закрыла рот, но продолжала подозрительно безмолвствовать. Хэнк тут же встал в позу, скрестив руки на груди и устремив на нее мрачный взгляд, видимо, желая ее запугать.
После напряженной паузы он вдруг понял, что она стоит и практически не дышит. Наконец она отвела глаза и сказала, глядя куда-то вниз:
– Я предлагала соединить усилия.
– Для чего? – Он, напротив, смотрел куда-то поверх ее головы.
Она моргнула от удивления и объяснила:
– Давай построим вместе хижину.
– Что ты там болтаешь?
– Хижина, – сказала она быстро. – Я имею в виду совместное строительство.
– Почему?
– Вот почему. – Она показала на поляну, и они вместе уставились на то, что осталось от их строений.
– После шторма от твоей хижины остался каркас.
– Да.
– А циновки, которые мы с Лидией связали из пальмовых листьев и веток, выдержали ветер и дождь. Но все они разъехались, потому что упали опорные шесты. У тебя улетели стены, а каркас выдержал все удары стихии. Совершенно очевидно, что нам нужно построить хижину с твоим каркасом и нашими стенами. Работать надо командой.
Он посмотрел на нее долгим взглядом, потом – на остатки хижины. Он потер свою гладкую щеку и снова взглянул на нее.
– Будем строить, где я скажу.
– Но на самом деле мне кажется, что строить хижину надо поближе к воде.
– Чтобы нас смыло, когда пойдут дожди?
Она перевела взгляд с него на то место, которое ей так нравилось. Хэнк с самого начала знал, что ее площадка слишком низко расположена и, когда пойдут настоящие дожди, зимние муссонные хляби разверзнутся, ручей выйдет из берегов и затопит окружающую местность.
Он обернулся и поймал на себе ее взгляд.
– Муссоны... – начал он и понял, что она не слушает.
Рот Смитти был слегка приоткрыт, она прерывисто дышала, и тут он только понял, почему она так странно себя ведет. Кажется, не только у него проблемы!
Он не усмехнулся, хотя это стоило ему определенных усилий. Вместо этого он подошел к ней еще ближе. Она покачала головой, затем взглянула на него слегка расширившимися глазами. Хэнк подумал, что надо отдать должное Смитти: она уже собралась с силами и смотрела на него в упор, как обычно. Он сделал еще шаг вперед.
– Партнерские отношения? Между мной и тобой?
Она сделала шаг назад и кивнула:
– Партнеры на равных.
– Женщина – партнер?
– Вот именно. – Она сделала очередной шаг и уперлась спиной в скалу.
Хэнк пожал плечами.
– Это «да»?
Он кивнул.
– Хорошо, тогда... – Она замерла и оглянулась, как будто самым сильным ее желанием было отодвинуть его в сторону и побежать быстрее ветра. Но вместо этого Маргарет вздохнула и протянула ему руку: – Я согласна:
Хэнк был удивлен. Может быть, еще никогда он не пожимал руку женщине. Он помедлил, но все-таки ее ладонь скрылась в его. Хэнк улыбнулся ей, и Маргарет слегка расслабилась и ответила ему робкой улыбкой.
В этот момент он резко прижал ее к себе, одной рукой притянув затылок, другой – бедра, и закрыл ее губы поцелуем. Рот ее открылся от изумления, чем он сразу и воспользовался, ни на секунду не отпуская ее. Маргарет же уронила руки, ослабев до такой степени, что, если бы не Хэнк, она потихоньку сползла бы по скале вниз или даже упала бы на песок.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33