А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Дейлос криво ухмыльнулся.
– Возьмите его! – велел он своим людям. Акорцы стали подступать к Алексу, а Дейлос еще сильнее сжал горло Джоанны. – Эта женщина-ксенокс мне больше не нужна. Посвящаю ее смерть древним богам наших отцов, всемогущему быку, который изгонит всех осквернителей нашей веры со священных земель Акоры.
Джоанне казалось, что она слышит его откуда-то издалека. Кровь гудела у нее в ушах, ее легкие пылали, а из горла вырвался бы отчаянный крик, будь она в состоянии издать хоть звук. А потом ее взор затянула темная пелена, в которой плясали разноцветные круги. Из последних сил женщина пыталась оттолкнуть Дейлоса, не потерять сознание, но ее усилия были тщетны.
Внезапно палуба качнулась. Дейлос потерял равновесие и от неожиданности выпустил Джоанну. Она отлетела назад, успела глотнуть свежего воздуха и упала в воду.
Вниз, вниз и вниз… Прочь от света, от надежды… Она умрет. Нет, пожалуйста, нет, не надо… Прости, Алекс, прости…
Оттолкнув набросившихся на него воинов, Алекс схватил Дейлоса и упал вместе с ним на накренившуюся палубу. Мощно и безжалостно он бил его головой о доски, не успокоившись даже тогда, когда его руки обагрились кровью негодяя. Даркурт выпустил свою жертву лишь тогда, когда люди Дейлоса стали вновь подступать к нему. Алекс встал, поднял окровавленное, но еще не безжизненное тело Дейлоса и швырнул его на нападавших. Только тут он заметил, что Джоанны нет на палубе. Замешкавшись на мгновение лишь для того, чтобы перевести дух, Алекс прыгнул в воду.
– Джоанна! – крикнул он. Джоанна…
Такой тихий голос… Совсем тихий. И такой знакомый, как будто из сновидения… Джоанна…
Совсем другой голос, более низкий и такой любимый. Доченька…
Голоса над ней, над ней… Она должна приблизиться к ним. А когда окажется рядом, все будет хорошо. Она будет в безопасности, рядом с любимым…
Нечеловеческим усилием Джоанна заставила себя шевелить руками и ногами. Надо спешить, надо спешить к свету…
Он либо найдет ее, либо умрет. Иного не дано. Он будет нырять до тех пор, пока его легкие не лопнут, но ни за что не оставит ее в этой мрачной могиле. Услышав крики, Даркурт поднял голову и увидел, что шхуна сильно накренилась на левый борт и стала опускаться под воду. Люди Дейлоса забыли о своем предводителе и думали только о том, как спасти свою шкуру.
Алекс глубоко вздохнул перед тем, как вновь нырнуть, но вдруг неподалеку от него на волнах появилась рябь. Он оцепенело уставился на это место, не веря собственным глазам, не смея надеяться…
– Джоанна!
Она слышала его крик, но у нее не было сил даже голову поднять. Ветер становился все сильнее, волны – все выше. Джоанна поняла, что собирается шторм. Летние яростные штормы в Ла-Манше всегда начинались внезапно; один из таких штормов поглотил ее родителей.
И с тех пор преследовал ее в ночных кошмарах.
Впрочем, ни один кошмар не мог сравниться с реальностью. На кон поставлена ее жизнь: она либо проиграет и умрет, либо выиграет и выживет. Она должна сопротивляться, она не сдастся, ни за что!
– Алекс!
Даркурт поплыл к ней, уверенно взмахивая руками и преодолевая высокие волны. И вот наконец она рядом! Его рука обхватила ее талию, голова Джоанны прижалась к его груди.
– Держись, Джоанна! – крикнул Даркурт. – Держись!
Джоанна из последних сил вцепилась в него. Волны с головой накрывали их, ветер гудел. Решимость Джоанны и ее надежда спастись во что бы то ни стало таяли. Ее сердце противилось этому кошмару изо всех сил, ыо она знала, что им не выжить в этой буре. Что ж, хотя бы они умрут вместе.
А может быть, нет? Через плечо Алекса она заметила в серых волнах что-то темное и гдадкое. Кусок деревянной обшивки затонувшей шхуны! Джоанна закричала, указывая на доску, и облегченно всхлипнула, когда капризная стихия бросила их к ней.
Они держались за доску и друг за друга, а вокруг бушевал шторм. Ветер выл, море швыряло их с волны на волну, но надежда жила в их сердцах. Джоанна то и дело впадала в забытье, но Алекс был начеку, его сила и выдержка хранили их обоих. Даркурт знал, что море несет их на восток, и вот, когда волна подняла их на гребень, он заметил вдалеке узкую полоску берега. Людей Дейлоса нигде не было видно: похоже, разгневанная стихия поглотила их вместе с предводителем. Время шло, но Алекс не представлял, сколько минут или часов их несет по волнам.
Прошел еще час, а возможно, и больше, когда Джоанна вдруг поняла, что ветер начал слабеть. Волны, все еще высокие, уже не набрасывались на них с такой безумной яростью. Доска несла их вперед почти без усилий.
Постепенно море успокоилось, порывы ветра становились все реже. Где-то вдалеке пронеслась гроза, унося с собой бурю к берегам Франции или, может, к скалам Дувра.
Даркурт поднял голову и увидел, что сквозь клочья облаков проглядывает голубое небо.
Шторм закончился так же внезапно, как и начался. – Джоанна!
Она медленно подняла голову и посмотрела Алексу прямо в глаза.
Живы. Они оба живы.
Потрясенные, покрытые синяками, унесенные далеко в море, но живые.
Джоанна засмеялась. Она радовалась синему небу, солнцу и жизни. И смеялась, потому что так было проще всего сказать спасибо.
Наконец Джоанна произнесла:
– Мы живы.
– Черт возьми, если это не так, – откашлявшись, промолвил Даркурт.
Через некоторое время, чувствуя себя в безопасности в объятиях Алекса, Джоанна посмотрела на берег, и ей показалось, что перед ней оживает сновидение.
Потому что за скалистым берегом навстречу им поднимались гордые башни древнего Хоукфорта, темневшего среди зеленых полей.
– Мокрые крысы, – сказала Малридж. – Вот на кого вы оба похожи.
Джоанна с Алексом стояли на мощенном булыжником дворе Хоукфорта, древние стены которого скрывались под пышно цветущими розами.
– Ты же была в Брайтоне, – вымолвила Джоанна, оторопело глядя на старую няньку.
Малридж пожала плечами.
– Давно было пора вернуться домой. А теперь пойдемте-ка за мной, да осторожнее, а то нам несколько дней придется убирать за вами.
Им приготовили горячую ванну, принесли подогретые полотенца и сухую одежду. Они выпили в библиотеке перед горящим камином чаю, потом спали, а проснувшись, ужинали. На ужин подали рубиновое вино, говяжью вырезку и свежий сельдерей из огорода. Еду эту не сравнишь, конечно, с изысканными яствами из кухни принца, но обоим она показалась самой вкусной на свете. Но сначала, еще до того, как они приняли ванну, в Брайтон поскакал гонец с вестью о спасении.
На небе погасли последние лучи солнца, когда гонец вернулся. Ройс выражал радость по поводу того, что они живы. Любящий брат и все понимающий друг, он просил передать, что приедет в Хоукфорт… утром.
Ночь накрыла гордые башни. Джоанна взяла тонкую восковую свечу, зажгла ее в камине и вставила в подсвечник. Держа его в одной руке, другую она протянула Алексу. Он без слов последовал за ней.
Они поднимались по винтовой лестнице, каменные ступени которой были полустерты тысячами ног, что за многие века спускались и поднимались по ним. Наконец Джоанна привела Алекса в комнату, которая занимала почти весь верхний этаж башни.
– Это, – сказала она тихо, отворяя окованную железом дверь и входя в комнату, – самая старая часть Хоукфорта. Легенда гласит, что здесь жили первый лорд Хоукфорт и его жена. С тех пор ее только после женитьбы занимал каждый лорд Хоукфорт.
– Так, может, здешние духи будут против того, чтобы мы тут обосновались? – с улыбкой спросил Даркурт.
– Нет, они будут нам рады, – серьезно проговорила Джоанна.
Она обошла комнату, зажигая свечи в настенных подсвечниках, и вскоре все вокруг озарилось нежным золотистым светом.
Посреди комнаты стояла огромная кровать с тяжелым парчовым балдахином, укрытая мехами. Подойдя к ней, Джоанна повернулась лицом к Алексу.
– Я люблю тебя, – сказала она. – Я сейчас подумала, что должна признаться тебе в любви, и хотела, чтобы это произошло именно в этой комнате.
– Я тоже люблю тебя, – промолвил Даркурт. Он прежде не говорил ей о любви потому, что она уже стала неотъемлемой частью его жизни. Алекс сделал шаг к Джоанне, но она с улыбкой остановила его.
– Подожди.
Даркурт не был уверен, что он сможет ждать долго. Не переставая улыбаться, Джоанна медленно развязала тесьму, поддерживающую воротничок ее простого платья. Не отрывая от Алекса глаз, Джоанна высвободила из рукавов руки. На мгновение она удержала платье, а потом отпустила его. Платье медленно скользнуло вниз, обнажая ее нежную грудь, тонкую гибкую талию и округлые бедра, и шелковой волной упало к ногам.
Джоанна грациозно перешагнула его и подошла к Даркурту. Он с трудом сглотнул – во рту пересохло. Сжав руки в кулаки, Алекс едва сдерживался, чтобы не схватить Джоанну в объятия. Одно прикосновение к ее шелковистой коже – и он пропал.
– Твоя очередь, – прошептала она и принялась вытаскивать его рубашку из бриджей. Истинный джентльмен, Алекс тут же стал помогать ей. Он хотел было снять и бриджи, но Джоанна удержала его руки.
– Позволь мне сделать это, – шепнула она с лукавой улыбкой.
В мерцающем свете свечей они принялись ласкать друг друга. Алекс нахмурился, заметив на ее хрупкой шее синяки, оставленные пальцами Дейлоса. А потом он осторожно поднял ее, и она ощутила в себе его восставшее естество. Джоанна улыбнулась, испытав новые ощущения, но быстро привыкла к этой позе. Отбросив волосы назад, она принялась ритмично двигаться, и когда наслаждение достигло апогея, с се уст сорвалось лишь одно слово – «Алекс!».
А потом, измученные дневными приключениями, они заснули и проснулись лишь глубокой ночью. Шел дождь, и Даркурт встал, чтобы затворить ставни. Джоанна ждала его, свернувшись клубочком под мягким мехом. Они долго молчали, наслаждаясь близостью друг друга. А потом снова и снова искали и находили все новые и новые ласки, которые возносили их на вершину наслаждения…
Уже рассвело, когда они проснулись в следующий раз. Дождь перестал; ветер, шуршащий за ставнями, нес с собой запах плодородной земли и цветущих полей. Почувствовав на себе тяжесть руки Алекса, Джоанна улыбнулась. Она повернулась лицом к любимому, думая о том, как чудесно просыпаться утром подле него.
«Ройс», – вдруг вспомнила она.
Вскочив с кровати, Джоанна завернулась в простыню и бросилась к двери. Она уже схватилась за дверную ручку, когда Алекс сел в постели, инстинктивно потянувшись за мечом, которого, однако, на этот раз при нем не было.
– Что случилось?
– Ничего! Ровным счетом ничего, только мой брат сказал, что приедет утром, а ведь уже утро, – ответила Джоанна. – Я хорошо его знаю и уверена, что Ройс будет с минуты на минуту.
Даже Алекс слегка побледнел. Быстро встав, он натянул бриджи и направился к двери.
– Вообще-то это лицемерие, – проворчал он. – Ройс знает, какие чувства мы испытываем друг к другу.
Джоанна кивнула, не отрицая, но и не подтверждая его слов. Ройс – лучший из братьев, но и его терпению есть предел.
– Потом, – проговорила она, поцеловала Даркурта в щеку и убежала вниз.
Джоанна приняла ванну, оделась и вышла, чуть запыхавшись, в главный холл как раз в то мгновение, когда Ройс въехал во двор замка. Алекс уже шел ему навстречу. Мужчины обменялись рукопожатиями и перемолвились парой слов, прежде чем войти в замок.
– Сестра! – воскликнул Ройс с радостью, привлекая Джоанну к своей груди. Несколько мгновений они стояли рядом, потом, чуть отстранив ее от себя, Ройс спросил: – Ты не пострадала?
– Всего несколько синяков. А известно что-либо о…
– Недалеко отсюда приливом к берегу прибило несколько тел – вероятно, это акорцы, – спокойно ответил Ройс. – Дейлоса не нашли, но это неудивительно. Течения…
Джоанна кивнула. Ей было хорошо известно, что попавшие в шторм в Ла-Манше обычно не выживали.
– Надеюсь, что в один прекрасный день я смогу извиниться перед ванаксом за то, что заподозрил его в неблаговидном поступке, – сказал Ройс. – Я ведь не сомневался, что попал в плен по его приказу.
– Я уверен, мой брат скажет тебе, что извиняться нет нужды, – заверил его Алекс. – А вот я должен извиниться – за то, что потерял бдительность. – Он с улыбкой посмотрел на Джоанну и добавил: – Мне с Ройсом надо кое-что обсудить.
Ройс кивнул, у него было несколько чопорное, но удовлетворенное выражение лица. Словно он уже принял решение и доволен им. Чего нельзя было сказать о Джоанне.
– Что это вы собрались обсуждать? – спросила она. Мужчины переглянулись.
– Предстоящую свадьбу! – заявил Ройс.
– О! – Как быстро, оказывается, ее щеки заливаются краской. – Что ж… Не хотела бы остаться в стороне от такого приятного дела, но вообще-то я еще не получила официального предложения.
Опрометчивое заявление, подумала Джоанна, но радость все равно переполняла ее. Внезапно лицо ее брата изменилось. Шутки в сторону, перед ними родовитый вельможа лорд Хоукфорт.
– Ты не сделал предложения? – суровым тоном спросил он Алекса.
Даркурт тут же поспешил исправить ошибку. Здесь, в древнем замке Хоукфортов, где жили и любили целые поколения лордов и дам их сердца, гордый принц Акоры преклонил перед возлюбленной колено, взял за руку и попросил стать его женой. В ответ на это Джоанна, забыв о присутствии брата, у которого, впрочем, теперь был весьма добродушный вид, опустилась на колени рядом с Алексом и пообещала навсегда отдать ему свое сердце.
Казалось, в это мгновение холл замка заполнили те, кто жил в нем прежде, и благодаря любви обрел вечную жизнь.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35