А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

"
Жизнь сложилась так, что только в двадцать два года Амундсен впервые ступил на борт судна. В двадцать два он был юнгой, в двадцать четыре - штурманом, в двадцать шесть впервые зимовал в высоких широтах.
Руал Амундсен был участником бельгийской антарктической экспедиции. Вынужденная, неподготовленная зимовка продолжалась 13 месяцев. Почти все болели цингой. Двое сошли с ума, один умер. Причиной всех бед экспедиции было отсутствие опыта. Амундсен на всю жизнь запомнил этот урок.
Он перечитал всю полярную литературу, стремясь изучить достоинства и недостатки различных рационов, различных видов одежды, снаряжения.
Вернувшись в 1899 году в Европу, он сдал экзамен на капитана, затем заручился поддержкой Нансена, купил небольшую яхту "Йоа" и приступил к подготовке собственной экспедиции.
"Любой человек не так уж много умеет, - говорил Амундсен, - и каждое новое умение может ему пригодиться".
Он изучал метеорологию и океанологию, научился проводить магнитные наблюдения. Он прекрасно ходил на лыжах и управлял собачьей упряжкой. Характерно, уже позже, в сорок два года, он научился летать - стал первым гражданским летчиком Норвегии.
Он хотел осуществить то, что не удалось Франклину, что не удавалось до сих пор никому, - пройти Северо-Западным проходом. И три года тщательно готовился к этому путешествию.
"Ничто так не оправдывает себя, как затраты времени на подбор участников полярной экспедиции", - любил повторять Амундсен. Он не приглашал в свои путешествия людей моложе тридцати лет, и каждый из тех, кто шел с ним, знал и умел многое.
На "Йоа" их было семеро, и в 1903 - 1906 годах они осуществили за три года то, о чем человечество мечтало в течение трех столетий.
Через пятьдесят лет после так называемого открытия Северо-Западного прохода Мак-Клуром, в 1903 - 1906 годах, Руал Амундсен первым обогнул на яхте Северную Америку. От Западной Гренландии он, следуя указаниям книги Мак-Клинтока, повторил сначала путь несчастной экспедиции Франклина. От пролива Барроу он направился на юг проливами Пил и Франклин к северной оконечности острова Кинг-Вильям. Но, учтя гибельную ошибку Франклина, Амундсен обогнул остров не с западной, а с восточной стороны - проливами Джемс-Росси и провел две зимовки в гавани Йоа, у юго-восточного берега острова Кинг-Вильям. Оттуда осенью 1904 года он обследовал на лодке самую узкую часть пролива Симпсон, а в конце лета 1905 года двинулся прямо на запад, вдоль берега материка, оставляя к северу Канадский Арктический архипелаг. Он миновал ряд мелководных, усеянных островами проливов и заливов и, наконец, встретил китобойные суда, прибывшие из Тихого океана к северо-западным берегам Канады. Перезимовав здесь третий раз, Амундсен летом 1906 года прошел через Берингов пролив в Тихий океан и закончил плавание в Сан-Франциско, доставив значительный материал по географии, метеорологии и этнографии обследованных берегов.
Итак, более четырехсот лет - от Кабота до Амундсена - понадобилось для того, чтобы одно малое судно, наконец, проследовало Северо-Западным морским путем из Атлантического в Тихий океан.
Следующей своей задачей Амундсен считал покорение Северного полюса. Он хотел войти в Северный Ледовитый океан через Берингов пролив и повторить, только в более высоких широтах, знаменитый дрейф "Фрама". Нансен одолжил ему свое судно, но деньги приходилось собирать по крохам. Пока шла подготовка экспедиции, Кук и Пири объявили, что Северный полюс уже покорен...
"Чтобы поддержать мой престиж полярного исследователя, - вспоминал Руал Амундсен, -мне необходимо было как можно скорее достигнуть какого-либо другого сенсационного успеха. Я решился на рискованный шаг... Наш путь из Норвегии в Берингов пролив шел мимо мыса Горн, но прежде мы должны были зайти на остров Мадейру. Здесь я сообщил моим товарищам, что, так как Северный полюс открыт, то я решил идти на Южный. Все с восторгом согласились..."
В весенний день 19 октября 1911 года полюсная партия в составе пяти человек на четырех санях, запряженных 52 собаками, отправилась в путь. Они легко нашли прежние склады и дальше на каждом градусе широты оставляли склады продовольствия. Вначале путь проходил по снежной холмистой равнине шельфового ледника Росса. Но и здесь путешественники нередко попадали в лабиринт ледниковых трещин.
На юге в ясную погоду перед взором норвежцев стала вырисовываться неведомая горная страна с темными конусообразными вершинами, с пятнами снега на крутых склонах и сверкающими ледниками между ними. На 85-й параллели поверхность круто пошла вверх - шельфовый ледник кончился. Начался подъем по крутым заснеженным склонам. У начала подъема путешественники устроили главный склад продовольствия с запасом на 30 дней. На весь дальнейший путь Амундсен оставил продовольствия из расчета на 60 дней. За этот срок он планировал дойти до Южного полюса и вернуться обратно к главному складу.
В поисках проходов сквозь лабиринт горных вершин и хребтов путешественникам приходилось неоднократно подниматься и спускаться обратно, чтобы затем подняться вновь. Наконец они оказались на большом леднике, который, подобно застывшей ледяной реке, каскадами спускался сверху между гор. Этот ледник был назван именем Акселя Хейберга - покровителя экспедиции, пожертвовавшего крупную сумму. Ледник был испещрен трещинами. На стоянках, пока собаки отдыхали, путешественники, связавшись друг с другом веревками, на лыжах разведывали путь. На высоте около 3000 метров над уровнем моря были убиты 24 собаки. Это не было актом вандализма, в котором нередко упрекали Амундсена, это была печальная необходимость, запланированная заранее. Мясо этих собак должно было служить пищей их сородичам и людям. Это место было названо "Бойней". Здесь были оставлены 16 собачьих туш и одни сани.
"24 наших достойных спутника и верных помощника были обречены на смерть! Это было жестоко, но так должно было быть. Мы все единодушно решили не смущаться ничем для достижения своей цели".
Чем выше поднимались путешественники, тем хуже становилась погода. Порой они карабкались в снежной мгле и тумане, различая путь только под ногами. Горные вершины, возникавшие перед их взором в редкие ясные часы, они называли именами норвежцев: друзей, родных, покровителей. Самая высокая гора была названа именем Фритьофа Нансена. А один из ледников, спускавшихся с нее, получил имя дочери Нансена - Лив.
"Это было странное путешествие. Мы проходили по совершенно неизведанным местам, новым горам, ледникам и хребтам, но ничего не видели".
А путь было опасен. Недаром отдельные места получили столь мрачные названия: "Врата ада", "Чертов глетчер", "Танцевальный зал дьявола". Наконец горы кончились, и путешественники вышли на высокогорное плато. Дальше простирались застывшие белые волны снежных застругов.
7 декабря 1911 года установилась солнечная погода. Двумя секстантами определили полуденную высоту солнца. Определения показали, что путешественники находились на 88° 16' южной широты. До полюса оставалось 193 километра. Между астрономическими определениями своего места они выдерживали направление на юг по компасу, а расстояние определяли по счетчику велосипедного колеса окружностью в метр - одометру, привязанному сзади саней.
8 тот же день они прошли самую южную точку, достигнутую до них: три года тому назад партия англичанина Эрнеста Шеклтона достигла широты 88°23', но перед угрозой голодной смерти вынуждена была повернуть обратно, не дойдя до полюса всего 180 километров.
Норвежцы легко скользили на лыжах вперед, к полюсу, а нарты с продовольствием и снаряжением везли еще достаточно сильные собаки, по четыре в упряжке.
16 декабря 1911 года, взяв полуночную высоту солнца, Амундсен определил, что они находятся примерно на 89°56' южной широты, то есть в семи - десяти километрах от полюса. Тогда, разбившись на две группы, норвежцы разошлись по всем четырем сторонам света, в радиусе 10 километров, чтобы точнее обследовать приполюсный район. 17 декабря они достигли точки, где, по их расчетам, должен был находиться Южный полюс. Здесь они установили палатку и, разделившись на две группы, по очереди наблюдали секстантом высоту солнца каждый час круглые сутки.
Инструменты говорили о том, что они находятся непосредственно в точке полюса. Но чтобы их не обвинили в том, что они не дошли до самого полюса, Хансен и Бьоланд прошли еще семь километров дальше. На Южном полюсе они оставили небольшую палатку серо-коричневого цвета, над палаткой на шесте укрепили норвежский флаг, а под ним - вымпел с надписью "Фрам". В палатке Амундсен оставил письмо норвежскому королю с кратким отчетом о походе и лаконичное послание своему сопернику – Скотту.
18 декабря норвежцы по старым следам пустились в обратный путь и через 39 дней благополучно вернулись во Фрамхейм. Несмотря на плохую видимость, склады продовольствия они находили легко: устраивая их, они предусмотрительно складывали из снежных кирпичей гурии перпендикулярно пути по обе стороны от складов и отмечали их бамбуковыми шестами. Все путешествие Амундсена и его товарищей к Южному полюсу и обратно заняло 99 дней. Приведем имена первооткрывателей Южного полюса: Оскар Вистинг, Хелмер Хансен, Сверре Хассель, Олаф Бьяланд, Руал Амундсен.
Через месяц, 18 января 1912 года, к норвежской палатке на Южном полюсе подошла полюсная партия Роберта Скотта. На обратном пути Скотт и четыре его товарища погибли в ледяной пустыне от истощения и холода. Впоследствии Амундсен писал: "Я пожертвовал бы славой, решительно всем, чтобы вернуть его к жизни. Мой триумф омрачен мыслью о его трагедии, она преследует меня!"
Когда Скотт достиг Южного полюса, Амундсен уже завершал обратный маршрут. Резким контрастом звучит его запись; кажется, речь идет о пикнике, о воскресной прогулке: "17 января мы добрались до продовольственного склада под 82-й параллелью... Шоколадное пирожное, поданное Вистингом, до сих пор свежо в нашей памяти... Я могу привести рецепт..."
Фритьоф Нансен: "Когда приходит настоящий человек, все трудности исчезают, так как каждая в отдельности предусмотрена и умственно пережита заранее. И пусть никто не является с разговорами о счастье, о благоприятных стечениях обстоятельств. Счастье Амундсена - это счастье сильного, счастье мудрой предусмотрительности".
Амундсен построил свою базу на шельфовом леднике Росса. Сама возможность зимовки на леднике считалась очень опасной, так как всякий ледник находится в постоянном движении, и огромные его куски обламываются и уплывают в океан. Однако норвежец, читая отчеты антарктических мореплавателей, убедился, что в районе бухты Китовой конфигурация ледника за 70 лет практически не изменилась. Объяснение этому могло быть одно: ледник покоится на неподвижном основании какого-то "подледного" острова. Значит, можно зимовать и на леднике.
Готовя полюсный поход, Амундсен еще осенью заложил несколько продовольственных складов. Он писал: "...От этой работы... зависел успех всей нашей битвы за полюс". Амундсен забросил к 80-му градусу более 700 килограммов, к 81-му - 560, к 82-му - 620.
Амундсен использовал эскимосских собак. И не только как тягловую силу. Он был лишен "сентиментальности", да и уместны ли разговоры о ней, когда в борьбе с полярной природой на карту ставится неизмеримо более ценное - жизнь человека.
План его может поразить и холодной жестокостью, и мудрой предусмотрительностью.
"Так как эскимосская собака дает около 25 килограммов съедобного мяса, легко было рассчитать, что каждая собака, взятая нами на Юг, означала уменьшение на 25 килограммов продовольствия, как на нартах, так и на складах. В расчете, составленном перед окончательным отправлением на полюс, я точно установил день, когда следует застрелить каждую собаку, т. е. момент, когда она переставала служить нам средством передвижения и начинала служить продовольствием..."
Выбор места зимовки, предварительная заброска складов, использование лыж, более легкое, более надежное, чем у Скотта, снаряжение - все сыграло свою роль в конечном успехе норвежцев.
Сам Амундсен называл свои полярные путешествия "работой". Но годы спустя одна из статей, посвященных его памяти, будет озаглавлена совершенно неожиданно: "Искусство полярных исследований".
К моменту возвращения норвежцев на береговую базу "Фрам" уже пришел в Китовую бухту и забрал всю зимовочную партию. 7 марта 1912 года из города Хобарта на острове Тасмания Амундсен известил мир о своей победе и благополучном возвращении экспедиции.
"И вот... завершив задуманное, - пишет Лив Нансен-Хейер, -Амундсен в первую очередь приехал к отцу. Хелланд, находившийся в это время в Пульхёгде, живо помнит, как они встретились: Амундсен, несколько смущенный и неуверенный, неотрывно глядя на отца, быстро вошел в зал, а отец непринужденно протянул ему руку и сердечно приветствовал: "Со счастливым возвращением, и поздравляю с совершенным подвигом!".
Еще почти два десятка лет после экспедиции Амундсена и Скотта никто не был в районе Южного полюса.
В 1925 году Амундсен решил совершить пробный полет на самолете к Северному полюсу от Шпицбергена. Если бы полет оказался удачным, то потом он планировал организовать трансарктический перелет. Финансировать экспедицию вызвался сын американского миллионера Линкольн Элсуорт. Впоследствии Элсуорт не только финансировал воздушные экспедиции знаменитого норвежца, но и сам участвовал в них. Были приобретены два гидроплана типа "Дорнье-Валь". Пилотами были приглашены известные норвежские летчики Рисер-Ларсен и Дитрихсон, механиками - Фойхт и Омдаль. Обязанности штурманов взяли на себя Амундсен и Элсуорт. В апреле 1925 года участники экспедиции, самолеты и снаряжение прибыли пароходом в Кингсбей на Шпицбергене.
21 мая 1925 года оба самолета поднялись в воздух и взяли курс на Северный полюс. На одном самолете находились Элсуорт, Дитрихсон и Омдаль, на другом - Амундсен, Рисер-Ларсен и Фойхт. Примерно в 1000 километров от Шпицбергена мотор самолета Амундсена стал давать перебои. К счастью, в этом месте среди льдов оказались полыньи. Пришлось идти на посадку. Сели сравнительно благополучно, если не считать, что гидроплан ткнулся носом в лед в конце полыньи. Спасло то обстоятельство, что полынья была покрыта тонким льдом, который замедлил скорость самолета при посадке. Второй гидроплан также сел невдалеке от первого, но при посадке он получил сильное повреждение и вышел из строя.
Но взлететь норвежцы не смогли. В течение нескольких дней они предприняли три попытки подняться в воздух, но все закончились неудачей.
Положение казалось безнадежным. Идти на юг пешком по льдам? Но продовольствия оставалось слишком мало, они неминуемо погибли бы от голода в пути. Со Шпицбергена они вылетели с запасом еды на один месяц. Сразу после аварии Амундсен тщательно подсчитал все, что у них было, и установил жесткий паек. Шли дни, все участники полета работали, не покладая рук. Но все чаще и чаще руководитель экспедиции урезал норму питания. Чашечка шоколада и три овсяных галеты на завтрак, суп из 300 граммов пеммикана в обед, чашка горячей воды, сдобренная щепоткой шоколада, и те же три галеты на ужин. Вот и весь суточный рацион для здоровых людей, занятых почти круглосуточно тяжелой работой. Потом количество пеммикана пришлось сократить до 250 граммов.
Наконец, 15 июня, на 24-й день после аварии, подморозило, и они решили взлететь. Для взлета требовалось не менее 1500 метров открытой воды. Но им удалось выровнять полосу льда длиной лишь немногим более 500 метров. За этой полосой была полынья шириной около 5 метров, а дальше - плоская 150-метровая льдина. Заканчивалась она высоким торосом. Таким образом, полоса для взлета имела в длину всего лишь около 700 метров.
"Из самолета выбросили все, кроме самого необходимого. Пилотское место занял Рисер-Ларсен. Остальные пятеро едва уместились в кабине. Вот пущен мотор, и самолет тронулся с места.
Следующие секунды были самыми захватывающими во всей моей жизни. Рисер-Ларсен сразу же дал полный газ. С увеличением скорости неровности льда сказывались все сильнее, и весь гидроплан так страшно накренялся из стороны в сторону, что я не раз боялся, что он перекувырнется и сломает крыло. Мы быстро приближались к концу стартовой дорожки, но удары и толчки показывали, что мы все еще не оторвались ото льда. С возраставшей скоростью, но, по-прежнему, не отделяясь ото льда, мы приближались к небольшому скату, ведущему в полынью. Мы перенеслись через полынью, упали на плоскую льдину на другой стороне и вдруг поднялись в воздух..."
Начался обратный полет. Летели они, как выразился Амундсен, "имея ближайшим соседом - смерть". В случае вынужденной посадки на лед, даже если бы они уцелели, их ждала голодная смерть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107