А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Мы договаривались, что после перехода в эту компанию будем поддерживать постоянную связь, – объяснила женщина.
– Может, в АБТеке у него не было возможности связаться с тобой? – предположил Питер.
Она кивнула:
– Я тоже так думаю. Тролль сложил руки на груди:
– Эти соображения мы и положим в основу нашего плана.
– Ты, как всегда, начнешь корчить из себя полного идиота? – с улыбкой спросила Лайсон.
– Нет, теперь я предстану в образе вполне здравомыслящего научного работника. Как уже предложила Брина. – Он подошел к Катарине и отдал ей полотенце. Потом обратился к Лайсон: – Послушай, тебе сегодня придется поработать. Прямо сейчас, не откладывая… Необходимо как можно тщательней проверить всю информацию, которую Гарнер мог собрать против Катарины. Все, до самой мельчайшей детали. Влезть в его домашний компьютер, в тот, что установлен на рабочем месте. Кроме того, собери всевозможные сведения насчет АБТека и «Джинииринг». Они потребуются Брине для колдовских обрядов. И все же, Брина, – тролль внимательно посмотрел на девушку, – придется очень осторожно проверить АБТек в астральном плане. Это можно выполнить?
Брина бросила на него удивленный рассерженный взгляд, Питер сразу поправился:
– Если, конечно, ты сочтешь удачной эту идею.
– Не надо расшаркиваться, Питер. Если они в состоянии воздействовать магическими обрядами на созревающие в животах несчастных женщин плоды, значит, с колдовством у них все в порядке. Вряд ли они позволят мне войти в свою обитель. Я в этом уверена. Я могу сделать кое-что другое, – добавила она. – С тобой, например.
– Со мной? – переспросил Питер. – Что ж, заметано. – Он отправился в ванную. Там принялся вытирать волосы бумажными полотенцами. – Что ж, – еще раз крикнул он оттуда, – это будет хороший подарок для доктора Клериса!
Лайсон времени не теряла. Она сразу же погрузилась в Матрицу. Вооружившись специальными кодами и словесными паролями, которые сообщила ей Катарина, проникла в компьютерную сеть «Исследований клетки». Они хихикали, словно школьницы, извлекая данные из личного компьютера Гарнера. Затем Лайсон добралась до Франции и внесла в компьютеры сведения о существовании некоего тут же выдуманного ученого в корпорации «Джинииринг». Брина тоже не дремала. Она позвонила Нону, заказала нескольких приличных призрачных бегунов и хороший транспорт. Потом занялась подготовкой предметов для магического ритуала. Закончив с делами, отправилась спать.
Питер успел передохнуть и прийти в себя, взял на время у Брины ее персональный компьютер, вставил туда одну из трех дискет, спрятанных за цветочным горшком, и занялся работой. Он не заметил, как работа увлекла его, сразу же улучшилось настроение, растворилась усталость. Пальцы тролля мелькали над клавиатурой как заведенные. Он что-то пел себе под нос и похохатывал. Лайсон и Катарина то и дело бросали в его сторону удивленные взгляды.

* * *

Чья-то рука коснулась его щеки – Питер проснулся. И в полудреме решил, что это отец будит его. Так часто случалось в детстве.
Открыл глаза – перед ним стояла улыбающаяся Катарина.
– Доброе утро, соня, – сказала она.
– Доброе, – откликнулся тролль.
– Не хотелось просыпаться, не правда ли?
– Как ты угадала?
Питер уселся на своем брошенном на пол матрасе. Тело ныло. Он в общем-то не отдохнул ни капельки. Но делать было нечего – наступивший день обещал быть очень трудным.
– Как поработалось? – спросил он Катарину.
– Лучше не придумаешь. Теперь я понимаю, почему Итами выбрал именно Гарнера. Амбиций у него выше головы, а вот мозги заметно подкачали. Итами правильно рассчитал, что подобный человек рано или поздно начнет свою собственную игру и непременно зарвется. Ему потребуется помощь, он обязательно придет к нему. Не могу избавиться от ощущения, что Гарнер в этой игре не более чем пешка. Ему кажется, что он действует по своему разумению, а на самом деле его просто берут за голову и ставят на нужную клетку.
– Как насчет письма из Франции и прочих документов?
– Лайсон заканчивает.
Питер оглянулся и обнаружил за спиной Брину, пудрящую щеки. Она невозмутимо занималась туалетом, не обращая внимания на окружающих. Вообще, она была очень самостоятельная, себе на уме девица. Чем-то Брина напоминала кошку. Характером, наверное…
Заметив, что Питер несколько удивленно разглядывает ее, девушка спокойно сообщила:
– Я попыталась проникнуть в АБТек через астральное пространство. Как я и думала, ничего не вышло. Это место очень хорошо защищено. Оно буквально пропитано ужасом, он расползается от него во все стороны. Это они хорошо придумали – жуть, тем более неосознанная, кого хочешь отпугнет. Я попыталась поднырнуть под завесу страха. Куда там! Маги, по-видимому, у них классные. И не один, а целая группа.
Питер перевел глаза и увидел Лайсон, сидевшую на кушетке. Глаза у нее были полузакрыты, она почти не дышала. Наконец, привлеченная шумом и разговорами в комнате, очнулась.
– Я только что пробежалась по Матрице, – сказала девушка. – В АБТеке пока все спокойно. Правда, вокруг него наметилась какая-то суета. Я не могу сказать точно, но мне кажется, что именно сегодня Итами собирается захватить Клериса. – Она вытащила миниатюрное переговорное устройство в виде часов и протянула его Питеру. – Возьми с собой. С его помощью ты сможешь поддерживать связь.
– Связь – это хорошо, – кивнул тролль, – но следует подумать и о страховке. Брина, ты в состоянии навести на них какую-нибудь порчу, если дело не выгорит? Скажем, нагнать страху?…
– Вполне достаточно, если я сменю твое обличье, – ответила Брина. – Что в моих силах – так это проследить за тобой. Вряд ли они смогут засечь такой маленький лучик. Это все равно что пытаться рассмотреть, что там творится на дне озера Мичиган. Тебе нельзя долго задерживаться. Ты должен выбраться до того, как начнется стрельба. Что ж, Питер, готовься стать человеком.
Тролль не выдержал и посмотрел на Катарину. Она тоже смотрела на него. Непонятно почему, но у него сложилось впечатление, что она расстается с его теперешним обличьем с нескрываемым сожалением. Или с разочарованием… Словно никем, кроме как троллем, она его себе не представляла.
Питер едва слышно вздохнул и обратился к Брине:
– Я готов. Давай приступим.
Брина положила перед собой цветной, отпечатанный на факсе портрет мужчины. Нормального человека… Имя его было Томас Ваксман. Потом взяла серебряную пудреницу и посыпала тончайшим порошком портрет. Поместила над изображением руки с растопыренными пальцами-держала ладони параллельно бумаге. Сказала несколько слов, причем так тихо, что Питер ничего не услышал.
Искорки, короткие слабые разряды защелкали между пальцев девушки. Пудра, насыпанная тонким слоем, всплыла и почти коснулась ее ладоней, потом прозрачная завеса порошка легла на изображение. Так повторялось несколько раз.
Яркий свет ослепил Питера. Неожиданно припомнилось падение с моста, но в каком-то более общем, внушительном смысле – словно это и было символом прожитой им жизни. То ли он падал в пропасть, то ли с той же стремительностью взлетал куда-то вверх. Образы, воспоминания всплывали из глубины и мешались в памяти. В первый раз ему довелось быть объектом магического обряда. Массаж, который когда-то делал Томас, был не в счет. Только теперь он ощутил, как далеко шагнула магия в человеческие дела. Какие головокружительные перспективы открывало волхвование перед людьми! Надо же, через несколько минут он сменит облик, к которому привык за столько лет!
Сияние между пальцев Брины разгоралось все ярче. Сами собой появились мысли о тех мельчайших живых клеточках, из которых были созданы ее руки; о хранившихся в клетках цепочках ДНК; о неуловимых генах, которые придали этой девушке способность тюрить чудеса О тех самых осколках нуклеинов, которые тысячелетиями хранились в недрах клетки, из поколения в поколение передавались по наследству и вдруг внезапно ожили. Если, конечно, подобные гены когда-то существовали в природе… Вполне возможно, что волшебство еще только нарождается, заполняет собой мир, но и в этом случае все могло произойти только потому, что в процессе эволюции в клетке возник именно такой набор нуклеиновых цепочек. Магия уже не являлась каким-то исключением из правила – она была одной из полноправных сил, правящих миром.
А когда магия разовьется в нечто цельное, крепкое, глубинное, исчезнет всякое неравенство между людьми… И между предметами… А может быть, между людьми и предметами… Вот о чем подумал в ту минуту Питер. Мир окажется насыщен все и вся питающей, все взращивающей жизненной силой. Тогда-то явятся новые понятия, новые взгляды на все вещи предметного мира, основанные не на злобе, ненависти, страхе и жажде власти, а на подлинном равенстве. В таком мире не будет места рабству, окрику, унижению. Все станут равны в желании делать добро, и каждое существо будет отличаться от другого. Вот он… Кем он сам себя мыслит?…
Теперь пудра плыла между пальцев Брины. Сияние все усиливалось.
– Присядь, – сказала девушка, обращаясь к Питеру. Тот опустился на колени, и она мягко, кончиками
пальцев коснулась его лица.
Питер испугался, закрыл глаза – так было легче сдержать истерическую веселость, напавшую на него. А может быть, это были рыдания… Он не знал, что именно рождалось в его душе, что рвалось наружу. Может, истошный животный вопль? Он с трудом сдерживал себя – пытался приструнить то неосознанное, мохнатое, темное, что шевелилось в глубине, искало выхода. Не дай Бог помешать Брине, свободному истечению ее чар!
Он почувствовал, как девушка убрала руки, но страх и то непонятное, что продолжало ворочаться в сознании, остались. Новые ощущения захватили его всего, словно мурашки побежали по коже – сначала закололо в области шеи, потом мелкая игольчатая дрожь добралась до груди и перекинулась на ноги…
Неожиданно Брина вскрикнула.
Глаза у Питера расширились – он со страхом смотрел на нее. Девушка покачнулась, согнулась в поясе. Лайсон бросилась к ней, обняла за плечи.
– Здесь я, здесь, – горячо зашептала она и поцеловала Брину в лоб.
– Что с ней?! – заволновался Питер.
– Такое случается, – ответила Лайсон. – Наверное, стегануло откуда-то из черноты. Колдовство – тоже нелегкая работа.
Питер повернулся к зеркалу, висевшему на стене. Там отразилась его прежняя тролличья морда, но за этими уродливыми чертами уже проступали контуры другого человека. Питер как бы раздваивался на глазах – перетекал из одного облика в другой и обратно. Тот второй, рожденный чарами человек тоже был высок – более двух метров, волосы у него были светлые. Одет в классический деловой костюм.
Он был привлекателен и, проявляясь с каждым мигом все четче, сразу же сумел понравиться Питеру. Но отождествить себя с тем человеком тролль не мог. Вот он сам в глубине зеркала – видимый смутно, словно намеком, а этот, выступивший на передний план, – чужак.
– Что-то изображение дрожит, – засомневался Питер. – Может, заклинание не сработало?
– Я тоже замечаю какое-то мерцание, – подтвердила Катарина. – Ты явно двоишься.
– Это потому, что вы оба присутствовали при совершении обряда. Вы знаете, какой облик настоящий, – объяснила Лайсон, – поэтому вы не можете до конца поддаться иллюзии. Профэссор понарошку стал иным, но для других иллюзия окажется полной. Они же не знают, кто он на самом деле. У них нет причины подозревать, что за этим образом скрывается другая личность. Даже камеры наблюдения не смогут обнаружить подделку. Она, – Лай-сон указала на Брину, – сделала все, что могла, а может она многое. Видите, это превращение все силы из нее высосало.
– С ней все в порядке? – Питер с тревогой посмотрел на свернувшуюся калачиком на кушетке Брину.
– Думаю, да. Так всегда бывает. Но вам лучше пока уйти из комнаты. Она отдохнет и наведет еще чары, чтобы закрепить колдовство.
– Может, мне лучше вернуться к своему собственному виду? Подождать пока?…– робко предложил Питер.
– Нет, – ответила Лайсон. – Риск всегда присутствует в этом деле. Давным-давно Брина предупредила меня об этом. Так и случилось. С магией надо обращаться осторожно – здесь нельзя все взять под контроль. Всегда могут возникнуть осложнения, так что приходится быть готовым ко всему.

20

Питер быстро шагал по Мичиган-авеню. После многих лет пребывания в теле тролля теперь он чувствовал себя словно выставленным напоказ. Слабым, лишенным защиты… Прежде при виде гиганта тролля всякая уличная шваль сразу же пряталась по подворотням или делала вид, будто не замечает такого громилу. Теперь же, ступая по тротуару, он ощущал на себе оценивающие взгляды. Местная шпана что-то прикидывала, обменивалась, взглядами. Картина хорошо известная. Он свысока поглядывал на хулиганов и мелких воришек. Всем своим видом излучал уверенность в себе. От того, как он оценивает себя, во многом зависит и отношение к нему окружающего мира… Железный закон улицы… Ни при каких обстоятельствах нельзя выглядеть потенциальной жертвой!…
Проходя по мосту через реку Чикаго, Питер вытащил из кармана три захваченных с собой дискетки. На одной виднелась надпись «Снадобье для меня», на другой – «П. Клерис», на третьей – «ИК». Первую он сломал – раздавил между пальцев, а осколки выбросил в воду. «П. Клерис» положил в правый нагрудный карман, а «ИК» – в левый.
Район города, расположенный сразу же за мостом, был достаточно грязен и запущен. То там, то здесь виднелись открытые стройплощадки. Сюда съезжались автобусы из жилых пригородов на севере. Повсюду мелькали клерки и секретарши, спешившие на службу.
Удивительно! Теперь на него поглядывали не только мужчины – те бросали пристальные оценивающие взгляды. Посматривали на Питера и женщины – мимолетно, с интересом… Раньше, в обличье тролля, он ничего, кроме страха и опасливой подозрительности, не вызывал. Его сторонились. А если кто-то и смотрел ему в лицо – так только вынужденно. Вот раньше, когда он еще был человеком… К сожалению, то время напрочь забылось. Он не мог сказать, как в ту пору прохожие смотрели на него. Может, поэтому сейчас Питер испытывал некоторое смущение. Даже робость… Теперь в более-менее респектабельных городских кварталах в толпе подлинных людей ему было неуютно. Он боялся, что прохожие почувствуют охватившее его смятение. Это могло привести к печальным последствиям. Он остановился. Надо взять себя в руки. С таким настроем нельзя являться в АБТек! Оказалось, он мало что знает об окружающей его «человеческой жизни».
Раньше Питер мог позволить себе не замечать людей. Сначала он отверженным разгуливал по улицам; потом, попав в банду Итами, просто плевал на толпу. В те дни тролль поглядывал на шныряющих у его ног людишек исключительно как на «мясо». Стоило получить приказ, и он не задумываясь пускал их на распыл. Это было странное и жуткое чувство… Сознавать, что весь мир принадлежит тебе…
Теперь Питер не мог игнорировать толпу – он сам стал ее частью. Конечно, можно было принять позу наглого гордеца… Но такое вызывающее поведение могло быть чревато ненужными осложнениями. Да и не было теперь в его душе того прежнего пренебрежительного отношения к людям. Ведь когда-то он был добрым мальчиком, немного не от мира сего, замкнутым и угрюмым. Тогда в его сердце не было злобы. Не было ее и теперь. Неожиданно симпатичная незнакомка, проходя мимо, метнула на него заинтересованный взгляд и чуть улыбнулась. Уголками губ… Этого хватило, чтобы его сердце забилось гулко, радостно.
Он успел ответить ей улыбкой и сразу почувствовал удивительную легкость, уверенность в себе.
Боги, неужели все было так просто?!
Питер свернул за угол – где-то здесь его должна была ждать группа поддержки, присланная Ноном. Точно, впереди он увидал припаркованный к тротуару видавший виды автофургон, обычно используемый городскими ремонтными службами. Выкрашен он был в шоколадный цвет, краска местами облупилась, по ней ползли царапины, а из-под них проглядывал металл. Надпись на борту гласила, что эта развалина принадлежала некоему Бульдогу.
Все сходилось.
Питер встал на ступеньку и постучал в створку боковой двери.
– Привет! – донеслось из автофургона.
– Меня послал Нон, – коротко сказал Питер. Дверца чуть откатилась в сторону, и в щели Питер
увидел наведенное в его правый глаз дуло пистолета.
– Эй, парень, ты один? – спросил его человек, одетый в рабочий комбинезон. Судя по оставленным на нем следам краски, он все же имел отношение к малярным работам. Вместо правой руки из рукава торчал металлический протез.
Питер бесстрастно ответил:
– Да.
Маляр широко улыбнулся, сунул пистолет в карман.
– Заходи.
Питер шагнул в открывшуюся дверь. Мистер Бульдог отступил чуть в сторону.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41