А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Кто предложит самое деликатное объяснение? – Джейн выразительно закатила глаза. – Я серьезно, папа. Подумать только, вот так «торговые операции»!
Уэйленд беспомощно пожал плечами, и Джейн со вздохом подумала, что на этот раз отец был полностью откровенен с ней. Чего никак не скажешь о ней самой. Джейн так и не объяснила, почему Хью отослал ее домой. «Кто знает, что у него на уме? – уклончиво заявила она отцу и Куину. – Хью не раз говорил, что недостаточно хорош для меня…»
– Джейн, ты уверяешь, что все прекрасно, но мне так не кажется. Вид у тебя не слишком счастливый.
Да, она готова была завыть в голос, как только поняла, что Куин приехал ее забрать. Рыдания душили ее, но Джейн не пролила ни единой слезинки. Потерянно собирая вещи, она пыталась справиться с собой, потому что знала: стоит дать волю слезам, и остановиться будет уже невозможно.
– Вы правы. – Она осторожно приложила запотевший от холода бокал к распухшей скуле и поморщилась от боли, заставив Уэйленда испуганно вздрогнуть. – Мне нелегко свыкнуться с мыслью, что все вокруг было обманом. Я вижу вас, Куина, Ролли, и меня не оставляет ощущение, что передо мной незнакомцы. – Поначалу Джейн пыталась напустить на себя строгость, держаться с домашними твердо и уверенно, но вскоре гнев уступил место настороженности и тупому безразличию. – А Хью? Мы знакомы с детства, я думала, что хорошо знаю его. Теперь… я поняла, как сильно ошибалась.
Джейн не сердилась на Хью за то, что тот скрывал от нее правду. Он честно нес свою службу, а после разговора с отцом Джейн поняла всю серьезность и важность его миссии. Одна его пуля способна была предотвратить бессмысленную войну и сберечь множество человеческих жизней, но удел стрелка – одиночество, недоверие и вечная опасность. Наемник ходит по лезвию бритвы, зная, что, стоит ему оступиться – пощады не будет. За него никто не заступится, все отрекутся. Джейн простила Хью за скрытность, но найти оправдание отцу было куда труднее…
– Что же касается вас, – Джейн укоризненно посмотрела на отца, – вы бы могли и не слишком усердствовать, уговаривая меня вступить в брак с наемным убийцей. Просто в голове не укладывается!
Уэйленд опустил глаза, не решаясь встретиться взглядом с дочерью, Джейн заметила, что во время разговора он избегал смотреть и на портрет покойной жены.
– Я сожалею о своем поступке. Клянусь, я верил, что Хью одумается и поступит правильно, ведь он так давно тебя любит. Вдобавок он человек чести. Да ты и сама это знаешь. Я был безмерно счастлив и горд, оттого что ты выбрала такого мужчину, как он. Ты разглядела в нем то, чего не замечали другие. Мне казалось, вы двое просто созданы друг для друга.
«Это почти правда…»
– Ты уверена, что была с ним достаточно откровенна? Призналась, что любишь его и хочешь сохранить ваш брак?
Джейн горько вздохнула:
– Вы и понятия не имеете…
Уэйленд поспешно вскинул руки вверх:
– Ладно-ладно, молчу.
– И что мне, по-вашему, делать? – Джейн повернула успевший нагреться бокал и прижала к щеке холодной стороной. – Теперь, когда я получу все деньги, выделенные мне в приданое? – Отец выжидающе приподнял брови, но благоразумно промолчал. – Я действительно не представляю, как следует вести себя женщине в моем положении.
– Джейн, я помню, что обещал тебе уладить дело с Фредериком, но… – Уэйленд оттянул душивший его воротник. – Боюсь, из этого ничего не выйдет. От Фредди теперь мало толку.
– Почему? – безучастно поинтересовалась Джейн.
– Он помолвлен с Кэндис Дамферр. Ее муж скончался, не оставив наследника, она отхватила приличный куш. Бидуорт, гм… чуть с ума не сошел, узнав, что они оба свободны.
Если бы Джейн вышла замуж за Фредди, то оказалась бы в незавидном положении теперь, когда его давняя возлюбленная неожиданно обрела свободу. Пусть Хью и не сумел стать для Джейн хорошим мужем и наполнить ее жизнь любовью, но он помог отцу избавить ее от брака без любви.
– Я рада за Фредди.
– Ты серьезно?
– Да. Я бы все равно не смогла вернуться к нему.
– Понимаю. Я дал тебе опрометчивое обещание, потому что был уверен: у вас с Хью все получится.
Джейн равнодушно пожала плечами:
– Вам не стоит терзаться чувством вины. По крайней мере, по этому поводу. Вы сказали, что договоритесь с Фредди, – она небрежно взмахнула рукой, – если мой брак с Хью останется фиктивным. – Джейн подняла глаза и нахмурилась. – Интересный у вас цвет лица, папа. Красный, очень необычного оттенка. Удивительно.
Руки Уэйленда сжались в кулаки.
– Я его убью.
Вскинув брови, Джейн с наигранной подозрительностью огляделась по сторонам и понизила голос:
– Пожалуй, стоит внести ясность. Вы выразились буквально?
Всю последнюю неделю Хью прочесывал окрестности небольшой приозерной деревушки, пытаясь отыскать следы брата. День за днем обшаривая каждый куст, он ни на шаг не приблизился к своей цели и по-прежнему не знал, жив Итан или мертв.
Многие в деревне слышали выстрелы, а несколько лавочников видели, как двое мужчин тащили в переулок безжизненное тело Итана. Но в конечном счете брат исчез, и Хью не сумел обнаружить ни единой ниточки, ведущей к нему.
Он понятия не имел, куда идти и что делать.
Без Джейн все утратило смысл.
Раньше служба заполняла все его существование, но теперь он уже не знал, сможет ли вернуться к прежнему занятию. Служа короне, Хью давным-давно забыл, что такое обычная тихая жизнь, но Джейн изменила его. Да, черт возьми, он стал другим. И похоже, дорога назад для него заказана. Если Уэйленд и в самом деле вездесущ, как о нем говорят, то он уже знает, что Маккаррик скомпрометировал его дочь и отшвырнул прочь. Должно быть, Уэйленд с возмущением отвернется от подлеца.
Хью так и поступил бы на его месте.
На официальные донесения Хью Уэйленд отвечал по-военному четко, но холодно.
Боль от разлуки с Джейн казалась еще мучительнее, чем прежде. Она напоминала смертельную агонию. Теперь Хью слишком хорошо представлял себе, чего лишился. И самое ужасное, понимал, как больно ранил Джейн. Вспоминая их последнее утро, он горько сожалел, что позволил ей уехать. Но разве у него был выбор?
«Куда теперь держать путь?» В Кейп-Уолдгрейве он не был почти год. Может, укрыться там? Пожалуй, так и следует поступить: отправиться к морю, осмотреть свои владения и, возможно, заняться их благоустройством. Он сделает все сам, своими руками. Но прежде заедет в Бен-Акарэнн – это как раз по дороге. Можно заплатить Мораг, чтобы приглядывала за имением Корта. Останется лишь собрать свои вещи и запереть дом.
Бродить по пустым комнатам, где уже никогда не раздастся смех Джейн?
«Проклятие, кого ты хочешь одурачить? Ты вернешься туда, чтобы погрузиться в тоску».
Кузины окружили Джейн вниманием и любовью.
Клодия переехала в дом двоюродной сестры, а Белинда с Самантой старались навещать ее так часто, как только позволяли заботы о мужьях и детях. Вот и в этот день Клодия и Белинда перелистывали странички мод в журналах и, покуривая французские сигареты, обсуждали гардероб Джейн.
За последние две недели Джейн ни на минуту не оставалась одна. Ее возвращение вызвало всеобщий переполох. Родственники пришли в ужас, увидев ее разбитое лицо, но куда больше их испугала ее полная апатия, безразличие ко всему. Со временем синяки сошли, исчезли и головные боли.
Джейн часто задумывалась, зажили ли раны Хью.
Размышляя о своем коротком замужестве, она не раскаивалась ни в чем, кроме одного. «Открой мне свой секрет, и тебе не придется жалеть об этом», – сказала она Хью, и теперь ее терзало чувство вины, оттого что слова ее обернулись обманом. Муж рассчитывал встретить в ней понимание и сочувствие, а она обрушила на него всю свою ярость, все душившее ее разочарование.
Поняв, что теряет единственного мужчину, которого любила, и что все усилия завоевать его оказались тщетны, она не сумела совладать со своими чувствами. Больнее всего было сознавать, что разделявшая их преграда – всего лишь химера, мистика…
– Джейни, – ворчливо заговорила Клодия, – ты снова думаешь о Годах-и-Слезах? – Она укоризненно покачала головой. – Мы ведь, кажется, договорились выбросить его из головы, правда?
По вполне понятным причинам Джейн не рассказывала кузинам об истинном роде занятий Хью. Промолчала она и о проклятии, сама не зная почему. Узнав о пророчестве, сестры смягчились бы и посочувствовали злосчастному шотландцу, но Хью не понравилось бы, что его тайна стала известна посторонним. Из недомолвок Джейн сестры заключили, что Маккаррик прогнал ее из тупого упрямства или, принимая во внимание его прошлые поступки, из-за взбалмошности и непостоянства.
Джейн призналась, что была близка с Хью, и кузины все вместе считали дни, желая убедиться, что их сестра не беременна.
Разумеется, Джейн испытала облегчение, когда ее опасения не подтвердились, но, как ни странно, к этому чувству примешивалась боль…
– Джейн, тоскуя по своему горцу, ты потратила впустую десять лет жизни, – выпалила Клодия, отбросив за спину гриву черных как смоль волос. – Не могу поверить, что приходится напоминать тебе об этом. – Она окинула Джейн пронзительным взглядом. – Ты не вернешь эти годы. Они ушли навсегда. Безвозвратно.
Когда Клодия в первый раз сделала замечание кузине, Белинда ее одернула, сказав: «Джейн нужно смотреть в будущее, а не копаться в прошлом». Но теперь она встала на сторону сестры:
– Клодия права. Это тянется уже две недели, Джейн. Пора бы начать отдаляться от него.
Клодия горестно вздохнула:
– Господи, Джейн, я не удивлюсь, если ты примешь его снова…
– Как ты смеешь так думать! – возмутилась Джейн. – Я не законченная идиотка, так и знай. Когда мужчина, которого ты любишь, бросает тебя дважды, нужно быть сумасшедшей, чтобы попасться на ту же удочку в третий раз.
– Тогда в чем дело?
– Слишком многое напоминает мне о нем. И всякий раз, когда я ловлю на себе папин виноватый взгляд, у меня внутри все переворачивается.
– Ладно, – кивнула Клодия. – Думаю, избавиться от Маккаррика будет намного легче, если ты отправишься в путешествие. Скажем, по Италии, где полно роскошных мужчин, знающих толк в любви. – Джейн недоуменно вскинула брови, и Клодия добавила: – Неужели ты никогда не слышала старую истину: «Чтобы выпутаться из любовных сетей, лучше всего спутаться с итальянцем»?
Глава 47
– Кортленд, ты говорил, что это место – сущий кошмар! – воскликнула Аннелия Лоренте Маккаррик, когда за поворотом извилистой тропинки показалась усадьба Бен-Акарэнн. – Но это просто чудо, не могу поверить, что здесь мой новый дом!
– О, женщина! Нельзя ли помедленнее? – хромая, проворчал Корт. Он едва поспевал за женой. Теперь, когда после долгой болезни Аннелия наконец окрепла, ему постоянно приходилось ловить ее, удерживая за яркие юбки. Его рана еще не затянулась, Корт был слишком слаб, и это крайне его тревожило.
Что, если Аннелия споткнется, а он не успеет ее подхватить?
Он мягко остановил жену, обхватив за бедра, потом перевел взгляд на усадьбу и замер, не в силах поверить собственным глазам. «Чей это дом, и что стало с моим?»
Ну конечно, кто-то воспользовался отсутствием владельца, захватил пустующую усадьбу и обустроил ее. Корт признал, что у захватчиков оказался недурной вкус.
Кто-то похозяйничал здесь на славу: заменил ставни и входную дверь, которая раньше едва держалась на ржавых петлях. Теперь усадьба сверкала свежей краской, а начищенный медный молоток так и манил к себе случайного гостя. Дорожки очистили от сорняков и посыпали гравием. Сад выглядел ухоженным и аккуратным – зеленые газоны, изысканные цветники, подстриженные кусты. Самоуправцы обновили крышу и вставили стекла в рамы. Корт разглядел сквозь широкие окна красивую мебель и ковры. Может, дом благоустроила мать?
Он растерянно стиснул бедра жены, и она, оглянувшись, ответила ему шаловливой улыбкой.
– Как, опять? – с певучим иностранным акцентом промурлыкала Аннелия. – Мой страстный шотландец.
В ее глазах читалось откровенное приглашение, и Кортленд тотчас забыл о доме.
– Значит, я недостаточно старался сегодня ночью на постоялом дворе? – хрипло шепнул он. – Или нынче утром?
Аннелия, смеясь, повернулась к нему лицом.
– Сомневаюсь, что смогу когда-нибудь насытиться тобой. – Аннелия обхватила узкими ладонями лицо мужа. – Кортленд, почему ты назвал свой дом ужасным, когда он просто великолепен? Ты говорил, что нам придется жить на постоялом дворе, пока усадьба не станет «пригодной для жилья». Помню, ты употреблял слова «ветхая», «развалина» и как там еще?.. Ах да, «свинарник».
– Дом… не был таким, когда я уезжал. – Корт неохотно оторвал взгляд от лица жены и снова удивленно обвел глазами преобразившийся дом. Он верил, что когда-нибудь разоренная, заброшенная усадьба превратится в роскошный особняк, но и представить не мог ничего подобного.
Самое комичное, что Кортленд даже не знал, кого ему следует благодарить.
– Теперь я могу тебе признаться, – добавила Аннелия, – мне было не по себе, что ты везешь меня в какую-то жуткую шотландскую глушь. Ведь нам надо думать о малыше…
Кортленд боялся везти жену в Бен-Акарэнн, особенно теперь, когда стало известно, что она ждет ребенка. Его и прежде пугала эта затея, но, к несчастью, выбора у него не было.
Ради Аннелии Корту пришлось оставить ремесло наемника. Но, бросив службу, он сразу ощутил нехватку денег. Это дьявольское противоречие сводило его с ума. Кортленд не мог окружить возлюбленную роскошью, к которой она привыкла. Богатство и поистине королевская красота кастильской аристократки смущали гордого шотландца. О том, чтобы жить на средства жены, не могло быть и речи. Первая же попытка Аннелии предложить Кортленду деньги навсегда отбила у нее охоту заговаривать об этом впредь.
Корт собирался привести в порядок одну из комнат, поселить там жену, а затем заняться остальным домом. Но при виде преображенного особняка у него будто гора с плеч свалилась.
Аннелия задумчиво побарабанила кончиками пальцев по подбородку и прищурилась, разглядывая свежевыкрашенную конюшню.
– Кортленд, это не та лошадь, которую мой брат подарил Хью?
Корт проследил за ее взглядом. Аннелия была права. Александр Лоренте подарил этого великолепного жеребца его брату за то, что «редкие таланты» Хью помогли очистить Андорру от банды фанатиков – рехасадос. Кортленд и не подозревал, что Хью способен взорвать верхушку скалы и не моргнув глазом убить тридцать человек.
Так это Хью приехал и благоустроил дом для брата? Значит, это здесь он провел последние месяцы? Корт обшарил весь Лондон в поисках Хью и Итана, отправил им бесчисленные послания, спеша сообщить новости о «Либхар», о проклятии и о будущем. Теперь у всех троих братьев появилось будущее! Корт заезжал к Уэйленду, чтобы спросить о Хью, но старик, как всегда, был скрытен и немногословен. А Хью все это время скрывался там, где Кортленду ни за что не пришло бы в голову его искать.
Корт покачал головой, вспоминая, сколь многим обязан брату. Прежде всего Хью выгодно вложил его деньги, обеспечив Кортленду устойчивый доход, что позволило ему покончить с военной службой. А потом приехал и полностью привел в порядок дом, зная, что брат не сможет расплатиться с ним. По крайней мере, в ближайшее время.
Господи, Корт и раньше был в неоплатном долгу перед Хью, ведь брат спас жизнь Аннелии…
Заметив краем глаза какое-то движение, Корт повернулся и увидел, как из боковой двери выскочила молодая женщина и в ужасе бросилась прочь. Вдогонку ей неслось чье-то яростное рычание. Это явно не голос брата, решил Кортленд. Хью никогда не кричит, во всяком случае, без чертовски веских на то причин.
Хью взревел снова, и Кортленд настороженно замер. Выхватив из кобуры на поясе пистолет, он потянул Аннелию в дом, к лестнице.
– Анна, залезай в чулан. Живо! И не выходи, пока я не вернусь.
Изумленно округлив глаза, Аннелия безропотно проскользнула в спрятанную под лестницей кладовку. Корт грозно нахмурился, проворчав для острастки:
– Женщина, на этот раз я не шучу, черт побери.
Анна кивнула, и Корт бесшумно двинулся вверх по лестнице, благо плюшевая ковровая дорожка приглушала шаги, а скрипучие шаткие ступени Хью заменил на новые. Кортленд шел на звук: сверху доносилась громкая брань Хью, перемежаемая грохотом и треском. Должно быть, брат с кем-то дерется…
Вскинув пистолет, Корт распахнул дверь настежь.
В следующее мгновение лицо его вытянулось, а рука с оружием безвольно повисла. Кто-то подменил не только его дом, но и брата.
Всегда невозмутимый, сдержанный и подтянутый, Хью стоял посреди комнаты, всклокоченный, небритый, мертвецки пьяный, и сверлил Корта безумным взглядом.
– Эта маленькая ведьма забрала у меня виски, – проревел он и, пошатнувшись, взмахом руки указал на дверь.
– Кто?
– Экономка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34