А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Пока он возился с лодкой, девушкой и собственной раной, его подсознательные запреты перебрались на уровень здравого рассудка и выстроились в неопровержимую систему умозаключений. Он не был уверен, достаточно ли оправилась от шока Саманта, чтобы понять его, и решил дать ей еще немного времени.
Из озера он принес холодной воды в ладонях, напоил девушку. Когда она судорожно глотнула воду; ее взгляд упал на повязку поверх комбинезона.
- Ты ранен? - прошептала она.
- Зацепили... Это пустяки.
- Но ты сможешь идти? Я имею в виду - далеко? Кто знает, где здесь ближайшая дорога...
- Идти я смогу, - ответил Шалимов. - Но прежде чем куда-то идти, скажи мне вот что. Ты понимаешь, что с нами произошло?
Она неуверенно вопросительно покачала головой. Локон мокрых волос упал на лоб.
- Кажется, да... Этот ужасный Ратников... Он мне с самого начала не нравился! Он сговорился с кем-то на станции "Маунтин", и они посадили нас прямо в лапы террористов... Так?
- НЕ ТАК, - раздельно проговорил Андрей. - Не совсем так. Мы стали жертвами не просто преступления, а разветвленного заговора, и Ратников тут - винтик. Чтобы похитить космический корабль, нужен ряд вещей. Знать все о нашем полете, вплоть до мельчайших подробностей. Знать секретные коды станции "Маунтин". Каким-то образом раздобыть русскую подводную лодку, и еще тысячи деталей, о которых мы с тобой даже не догадываемся и которые не по зубам обычной террористической группировке. Это люди с невероятными возможностями, они везде - в России, в спецслужбах, в Пентагоне, в НАСА.
- Ну и что? - Саманта не сразу осознала сказанное.
- А то, что мы единственные свидетели. Только мы знаем о Ратникове, и они не остановятся ни перед чем, чтобы найти нас и уничтожить.
- Боже! Как я не подумала... Тогда тем более скорее в полицию!
Шалимов печально усмехнулся.
- Помнишь убийство президента Кеннеди?
Читала о том, сколько свидетелей обращалось в полицию? И чем это кончалось? Они исчезали. Никому из них не дали и рта раскрыть. А здесь народ покруче, чем те, которые убрали Президента. Стоит лишь кому-то, хоть одному полицейскому или чиновнику, или сотруднику спецслужб пронюхать, что мы живы, и через полчаса об этом по цепочке узнают ОНИ, даже если наш полицейский чист, как алмаз. И тогда нас ничто не спасет. Теперь поняла?
- Я не дура, - недружелюбно сказала Саманта. - Но что же тогда делать? Мы не можем вечно скрываться. Да мы вообще не можем скрываться.
Мы знаменитости, а после гибели "Атлантиса" - суперзвезды. Любой мальчишка узнает нас за милю.
Если бы мы были еще не так приметны... Но твой акцент, мой цвет кожи... И у нас нет денег.
- Все это так, - согласился Шалимов. - Я и не собираюсь всю жизнь прятаться в норе, как крот.
Мы придумаем способ, как нам выбраться и разоблачить наших врагов. Но для этого надо хотя бы остаться в живых. Для начала достать нормальную одежду, автомобиль.
- Как ты себе это представляешь?
- Гм... А где мы примерно находимся?
Саманта помолчала, прикидывая.
- Где-то в Луизиане. Ближайшим городом к западу должен быть Порт-Артур... Нет, погоди, ЛейкЧарлз поближе. На юге - Батон-Руж, хотя нет, я все перепутала. Юг прямо перед нами, в океане, Батон-Руж на севере. А к востоку - Лафайетт, озеро Понтчартрейн и Нью-Орлеан, но он слишком далеко.
- Да нет, от городов лучше всего держаться подальше... Есть тут какие-нибудь фермы?
- Не знаю, какие тут фермы, сплошные болота да леса Эх, вот если бы угнать вертолет, - вздохнула она.
- Ты умеешь водить вертолет?
- Конечно. У меня и свой есть. "Хани Би".
Правда, сейчас он в ремонте.
Шалимов начал натягивать просохший комбинезон наизнанку, чтобы скрыть броские эмблемы НАСА. Девушка поняла его и быстро оделась подобным же образом.
- А если бы у нас был вертолет, - развил тему Шалимов, - куда бы мы улетели?
- Ко мне в Висконсин. У нас с мамой там домик на берегу озера Мичиган, очень уединенный.
И деньги там найдем.
- Отлично. Вот туда-то ОНИ и явятся в первую очередь. Впрочем, идея мне по душе, хотя бы чтобы раздобыть деньжат. А задерживаться там нельзя.
- Но вертолета-то нет, - уныло напомнила Саманта.
- Ладно. - Шалимов потянул ее за руку. - Пошли.
- Куда?
- Куда глаза глядят. Если наткнемся на ферму, подождем темноты и попробуем что-нибудь... гм...
взять в долг.
Они шли на север, пока не уперлись в бетонную полосу автострады Бомонт - Нью-Орлеан. Машин не было. Они поспешно пересекли дорогу и снова углубились под сень леса.
- Стой, - внезапно скомандовал Шалимов.
- Что?
- Вон там.
Среди плотно стоящих деревьев проглядывал деревянный забор, а за ним верхушка двускатной крыши.
- Ферма? - шепнула девушка.
- Черт ее знает... В лесу-то? - усомнился Шалимов. - Во всяком случае, это дом. А коли так, в нем живет кто-нибудь, кого можно обокрасть.
- Ты прямо заправский гангстер, - покачала головой Саманта.
- Станешь тут... Как бы узнать, не пустует ли он? Тогда залезем прямо сейчас.
То, что сделала Саманта в следующую секунду, было настолько неожиданным, что Андрей не успел вмешаться. Она подобрала увесистый камень и размашистым движением перекинула через забор. Зазвенело разбитое стекло, глухо залаяла собака, очевидно, запертая в сарае. Ожидаемых проклятий и появления владельца дома с двустволкой не последовало.
- Ну, ты даешь, - восхитился Шалимов.
- Пошли. - Девушка схватила его за руку и легко побежала к калитке. Нехитрый засов они открыли без проблем и очутились в ухоженном дворике.
Под навесом стоял джип, на который восторженно указала Саманта, и старый пикап. Два сарая с пудовыми замками примостились у забора - пес лаял из дальнего.
- Какой смысл заводить собаку, если она не охраняет имущество, проворчал Андрей.
- А она для того и заперта, чтобы не укусила случайных гостей вроде нас, - пояснила Саманта. - Американцы приветливые люди. Не в городах, конечно. Но уже в ста милях от Нью-Йорка никто не закрывает дверей на ночь.
Они подошли к скромному двухэтажному коттеджу из некрашеного дерева. Снаряд Саманты попал в центральное окно мансарды. Дверь оказалась не только открытой - на ней вообще не было замка. Саманта первой вошла в уютную светлую комнату. Мебель незамысловатая, но везде чистота и порядок. Ни телевизора, ни радио.
- Это домик лесничего, - заключила она после беглого осмотра. - Вот его фуражка, а вот ружья.
Знаешь, мне неловко грабить такого доверчивого человека.
- Мы не грабим, а только одалживаем, - успокоил ее Шалимов. - Когда доберемся до Висконсина, вышлем ему Деньги за все. Только надо убедить хозяина не обращаться в полицию.
- Как? Дождаться его возвращения?
- Нет. Он не должен нас видеть... - Андрей побарабанил пальцами по дубовой крышке. - Вот что. Мы напишем записку.
- Какую? - заинтересовалась девушка.
- Напишем, что мы два друга - да, так луч
ше - двое мужчин, ограбленных до нитки во время рыбалки. У нас украли все, включая одежду, нам надо как-то добраться домой. Пообещаем вернуть все взятое. И при первой же возможности обязательно вышлем деньги.
- Не очень-то я верю в такую записку, - вздохнула девушка. - Но делать нечего, пиши.
(Старый лесничий Том Хантер и без всякой записки не стал бы беспокоить полицию. За сорок лет его одинокой жизни в Национальном парке Луизианы, куда забрели Саманта и Шалимов, он не сталкивался с плохими людьми и непоколебимо - по-своему, по-простому - верил в человечество.
Он верил, что если люди взяли у него что-то, так потому, что отчаянно в этом нуждались, и непременно отплатят добром).
В шкафах нашлась только грубая мужская одежда. Саманта в полотняных брюках и простой куртке выглядела забавно, как хулиганистая девчонка из предместья. Шалимов прихватил лопату, чтобы зарыть комбинезоны в лесу. Ключа зажигания обнаружить не удалось, и пришлось напрямую соединить оборванные провода под приборной доской джипа. Когда мотор зачихал и завелся, девушка захлопала в ладоши.
Шалимов загнал машину подальше в лес по заросшей дороге, которой по виду не пользовались лет десять. Там они похоронили комбинезоны. Шалимов забросил лопату в кусты, достал из кармана найденные в домике деньги (они взяли примерно половину суммы) и пересчитал.
- Сто двадцать шесть долларов ноль-ноль центов. Таков наш оборотный капитал. Будем экономить, случай пополнить запас может подвернуться не скоро.
- Куда теперь? - спросила Саманта.
- Пока никуда. Подождем здесь, пока стемнеет, а потом поищем какой-нибудь мотель.
- Ты с ума сошел?
- Нет. - Шалимов засунул деньги обратно. - Если один из нас снимет комнатку, а второй потом заберется в окно, это не опасно. Кто станет разглядывать в потемках нас и нашу машину? И психологический момент на нашей стороне. Что бы ты сказана, если бы к тебе на огонек завернул Мик Джаггер?
- Сказала бы, что это не он.
- Правильно. То же скажет и портье в мотеле, если ему напомнят кого-то наши лица. Но вряд ли.
Через мотели проходят тысячи людей.
- Но зачем нам этот мотель? - с досадой проговорила Саманта. Переночуем в джипе, в лесу.
- Чтобы посмотреть телевизор, - объяснил Шалимов. - Я хочу быть в курсе новостей.
- Ага .. Тогда вот что. Если портье или хозяин окажется белым, заказываю номер я, а если черным - ты.
- Почему? - удивился Андрей.
- Потому что белым все черные кажутся с первого взгляда на одно лицо, и наоборот.
- Гм... Не такая уж ты черная.
- Моя мать, миссис Ларрена, черная, как эбеновое дерево. Она потомок рабов из южных штатов.
Отец, напротив - слоновая кость Он приехал из Европы.
- Значит, ты сборный экземпляр? А мои предки из-под Самары. Есть такой город посередине России. А что означает "Л" в твоем имени? полюбопытствовал он.
- Лолита.
- Саманта Лолита Ларрена? Красиво.
До темноты они почти не разговаривали. Саманта специально захватила простыню из коттеджа лесничего, теперь она разодрала ее на полоски и несколько раз меняла повязку на раце Шалимова.
Рана не гноилась, хотя вокруг расползлось покраснение. Саманта боялась инфекции, но прошло еще недостаточно времени, чтобы утверждать что-либо наверняка.
Когда вечером они увидели неоновую рекламу мотеля "Суитуотер", стоящего недалеко от дороги, неброского и явно не перегруженного постояльцами, Шалимов остановил джип и погасил фары. В большом окне за стойкой виднелась фигура белобрысого веснушчатого парня, а стало быть, идти предстояло Саманте. Шалимов напутственно стиснул ее руку - сильнее, чем хотел.
Девушка ушла вниз по подъездной дорожке.
Шалимов наблюдал через окно, как она разговаривает с портье. Долго, как долго! Сердце колотилось, будто пневматический насос. Саманта повернулась к двери, портье протянул руку к телефонной трубке.
Куда он звонит?! Зачем?!
На бетоне автострады послышалось шарканье ног Саманты, обутых в громадные реквизированные ботинки. Все в порядке, - крикнула она издали и показала ключи.
- Куда он звонил? - от напряжения у Шалимова пересохло во рту.
- Это ему позвонили... Он не узнал меня, да и не мог узнать. Он пьян в зюзюку. Он бы мать родную не узнал..
Шалимов облегченно рассмеялся. Саманта запрыгнула в кабину джипа.
- Наш домик вон тот, с краю. Но давай развернем машину так, чтобы в случае чего не возиться с выездом.
Шалимов поставил джип радиатором к автостраде, пока девушка отпирала дверь. Они вошли в похожую на мансарду комнату - потолок снижался в обе стороны. Кровать была только одна, зато широкая, как танкодром. Обшарпанный телевизор стоял на тумбочке у окна. Шалимов сразу включил его, но на всех каналах передавали выступление Президента, посвященное экономическому развитию индустриального севера. Андрей не удивился этому. Безусловно, в начале речи Президент выразил скорбь и соболезнования, а теперь давал понять, что жизнь продолжается и не все так ужасно.
Что ж, подождем новостей.
Саманта ушла раздобыть чего-нибудь съестного, хотя Шалимов уговаривал ее не светиться. В конце концов он махнул рукой: ему и самому хотелось есть. В ожидании он рассматривал комнату. Лакированное дерево потолка, которому особо теплый оттенок придавал желтоватый свет бра, по-деревенски простоватый уют занавесок на окнах, потертый палас, монотонное бормотание телевизора - все это согревало и умиротворяло. Шалимов представил себе, что они с Самантой не бегут от надвигающегося ужаса, а приехали на уик-энд или того лучше, совершают свадебное путешествие. Не хватает только бутылки шампанского.
Этот пробел восполнила вернувшаяся Саманта, правда, в роли шампанского выступила литровая бутылка "Джонни Уокера". Девушка накупила чипсов, сладкой кукурузы, ветчины в банках. Все это она выгрузила на стол из бумажного пакета. Алюминиевые складные стаканчики нашлись в тумбочке. Шалимов скрутил пробку, разлил виски.
- За что выпьем? - шутливо спросил он.
- А за что принято пить в России?
- Когда как. За встречу, за знакомство, за удачу... Хотя нет, за удачу не пьют. Плохая примета.
- Я не верю в приметы, - тихо сказала Саманта. - Больше не верю. У меня есть талисман - керамическая собачка Топси. Я просила ее позаботиться о нашем полете... А все вышло вон как, Ратников...
- Что Ратников? - раздраженно перебил Андрей. - Можешь ты хоть сейчас не вспоминать о... - Он осекся и потрясение посмотрел на девушку.
- Что с тобой?
- Ратников! - чуть не закричал Шалимов. - Это невозможно!
Саманта с недоумением следила за разлетающимися из его стакана каплями виски.
- Ратников не должен был лететь, - отдышавшись, пояснил Шалимов. - Он дублер. Если бы не заболел полковник Данилин... Как это наши гангстеры могли быть уверены, что Ратников окажется на борту?
Саманта вынуждена была признать, что совершенно упустила из виду это обстоятельство.
- Может, они отравили Данилина, - предположила она. - Или Данилин и Ратников заодно...
- Только не Данилин, - убежденно возразил Андрей. - Я его знаю, как себя...
- Ты и Ратникова знал.
- Меньше. Он всегда был какой-то... Замкнутый, весь в себе. Хотя и пошутить мог, если надо, и товарища поддержать в беде... Но при этом в нем всегда оставалась какая-то запертая дверь, а он изза нее как будто милостыню подавал. Мол, вот вам, нате, отвяжитесь. Хотите, чтобы я был таким - я буду, но все равно я выше вас...
- И подобного человека терпели? - изумилась Саманта.
- А что ему предъявишь? Прекрасный специалист, опытный пилот, ни одного взыскания... А заглянуть человеку в душу ох как трудно... Вот я сейчас рассказываю тебе о нем - а ведь все это я раньше хотя и чувствовал, но не осознавал, гнал от себя. Мало ли что кому почудилось, по поступкам надо судить... Да пес с ним, с Ратниковым. Данилин - вот кто меня беспокоит.
Саманта поставила стакан на полированный столик и принялась вскрывать банку ветчины.
- Странно, что тебя это так поразило, - заметила она. - Мы же знали, что террористы орудуют и в России.
- Нет, ты не поняла... У Данилина был типичный грипп. Это не просто яд, а культура вируса или такая отрава, которая вызывает похожие симптомы.
Дихлофоса в кофе может плеснуть любой идиот, но это... Здесь чувствуется серьезный уровень. Видишь ли, если бы им удалось убить нас всех, Ратников остался бы вне подозрений как дублер. Не знаю, на что он рассчитывал дальше, но это факт...
- Ну и что же? - по-прежнему не понимала Саманта. - Что в этом такого нового и необыкновенного?
- А то, что рушится моя единственная надежда... Наша надежда, поправился он.
- Какая надежда?
- Россия, - горько сказал Шалимов. - Я надеялся... Мало, смутно, но надеялся, что если бы нам удалось каким-нибудь безумным способом установить контакт с Россией, то уж на своих-то я могу положиться, свои помогут и защитят. А теперь выходит...
Президент завершил речь, и на экране появилось знакомое всей Америке лицо самого популярного в истории телевидения комментатора Уолтера Кронкайта. Тема была одна - "Атлантис". По мере того, как Кронкайт углублялся в подробности, выражение лиц Шалимова и Саманты менялось от изумленного до растерянного, а под конец выступления они были совсем сбиты столку. Покоявшийся в волнах корабль показали один раз, и то издали, зато много времени уделялось погрузке цинковых гробов в специальный самолет на базе Черри Брэнг и перелету в столицу.
- Скорбный кортеж направляется в Вашингтон, - вещал комментатор, оттуда тела двух российских героев доставят на родину...
- Здорово, - буркнул Андрей. - Оказывается, мое тело уезжает на Родину. Как бы и мне к нему присоединиться, а?
Саманта была не склонна к подобному восприятию передачи.
- Как они могут так? - чуть не плача спросила она. - Что они делают - и Президент, и правительство? Они готовы обречь нас на смерть, лишь бы усидеть в своих креслах! Страшно подумать, что было бы, явись мы в полицию! Им пришлось бы оправдывать сказку о нашей смерти...
Андрей встал и выключил телевизор.
- Не надо преждевременной паники, - обернулся он к девушке. - Все это нам на руку, меньше шансов на случайное опознание.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47