А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Они бежали, крича от ужаса, роняли оружие, сбрасывали тяжелые мантии. Келы преследовали их, топча осколки стекла, разбрызгивая кровь.
«Всем наружу!» — закричал Ньюн, желая остановить это безумие. Он понял источник его: это умирал дус Тэйза. Этого хотел зверь — хотел умереть, последовав за своим избранником во Мрак.
Ньюн остановился. Он указал на проход, на ближайший пролом в стене. Вскоре они уже были среди ветра и песка. Дусы догнали их. Постепенно они перешли на шаг и двинулись с обычной скоростью. Ньюн отступил в сторону, чтобы осмотреть колонну. Белая мантия Мелеин… Дункан… кел'ейны… Сен Боаз, которую несли двое кел'ейнов. Мантия эли на ней была забрызгана чьей-то кровью. Мантия Мелеин тоже была в крови. Они шли вперед, поднимаясь по склону, чтобы добраться до нагромождения камней, где можно было бы отдохнуть.
Дусы и те, кто был с ними связан, собрались вместе. Тревога висела в воздухе. Безумие все еще владело ими, и вдруг все кончилось.
— Он мертв, — хрипло сказал Дункан. Рас, Хлил, Риан прижались крепче к своим дусам, опасаясь за них.
— Мьюк, — сказал Ньюн. — Безумие дуса. Оно чуть не увлекло нас всех во Мрак. Боги… боги… боги…
Мысли вновь стали ясными. Разум восторжествовал в его теле. Он поднялся, подошел к Мелеин, опустился около нее на колени, боясь за ее рассудок. Но от нее исходило спокойствие. Она посмотрела на него ясными глазами, сжала его пальцы.
— Какие потери у нас? — спросила она.
— Кел Тэйз, его дус… — он обернулся к кел'ейнам и услышал еще несколько имен.
Погибли Диас и Десаи… Ньюн прикусил губу, с горечью сознавая тяжесть потери. Убитые были и в других племенах. Лучшие из лучших навсегда ушли во Мрак.
— Мое благословение павшим, — сказала Мелеин. Лицо ее внезапно осунулось, усталость наложила тяжелую печать на его черты. Мелеин крепче прижала раненую руку к груди.
— Сейчас нам нужно выяснить, как дела в лагере.
— Лучше, чем здесь, — сказал голос, очень молодой, женский. Через ряды кел'ейнов пробралась девушка, юная кел'е'ен без шрамов, без вуали. Девушка опустилась на колени перед Мелеин, склонив голову. Мелеин пальцем приподняла ее подбородок, и юные глаза с трепетом взглянули на госпожу.
— Ты…
— Кел Туас, Мать. Кел Сэйрас послал нас, когда начался обстрел. В лагерь не попала ни одна бомба. Мы пришли и, прячась за камнями, смотрели, чем мы можем помочь. Мой брат пошел в город. И я думаю…
— Он не дошел до нас, — сказала Мелеин.
— Я так и знала, — печально сказала девушка. — Я ждала, ждала. Могу я сообщить Сэйрасу, что вы в безопасности, госпожа?
Мелеин, взяв лицо девушки в руки, поцеловала ее.
— Ты можешь идти, кел'е'ен?
— Да, Мать.
— Тогда беги.
Кел'е'ен поднялась и бросилась бежать, но Ньюн схватил ее за руку, снял Знак Чести со своей мантии и вложил в ее холодную ладонь.
— Кел'ант, — прошептала она. Она была из джей'эном; теперь он вспомнил ее, юную, стройную, невинную, как Тэйз. Значит, племя живет. Умирают опытные воины, закаленные в боях, но на смену приходят молодые, полные сил.
— Беги, — сказал он. — Жизни и чести, кел Туас.
— Да, — выдохнула она и по-змеиному гибким движением проскользнула сквозь ряды кел'ейнов и исчезла. Она была не единственной. Юные кел'ейны других племен, легкие и быстрые, как тени, побежали к лагерям своих племен.
А те, кто остался, немного успокоились, узнав о том, что весь огонь обрушился на Эли'ит, оставив нетронутыми их лагеря. Теперь Келы занялись собой. Дункан перевязал рану Ньюну, Хлил трудился над раной Рас… не было никого, кто остался бы невредимым. У всех были раны, ожоги… И дусы печально завывали, зализывая свои раны. И их раны не были смертельными.
Сен Боаз сидела среди них.
— С тобой все нормально? — спросил Дункан. Она качала головой, тяжело дыша, завернувшись в мантию эли. Драгоценные камни сверкали в свете звезд.
И это была не единственная подобная мантия на равнине.
— Смотрите, — сказал Риан, указывая на город, откуда выходила толпа эли. Бледные лица, белые гривы волос, сверкающие драгоценности мантий среди серых камней.
— Пусть идут, — сказал кел Кедрас, — если они совсем сошли с ума.
Но эли оставались вблизи города и многие из них были маленькими — дети.
Ярость Келов улеглась, напряжение спало. Они говорили между собой, но не об убийстве.
Ньюн опустил голову на своего дуса и почувствовал его боль, боль ран всех кел'ейнов. Ньюн постарался успокоить дуса прикосновением руки, успокоить и облегчить страдания.
— Они не придут, — сказал он Дункану. — Ни регулы, ни земляне. Боги, я не знаю, сов-кел. Я думаю… — но он не посмел высказать то, что отчаяние владело его душой. Келы сидели вокруг него. Он взглянул на сен'е'ен из землян. — Она говорит, что земляне придут, но она не может знать этого. «О!» — Ньюн и Дункан посмотрели на небо с надеждой и страхом.
На западе в пески упала звезда.
И все.
— Они придут, — сказала Мелеин и все кивнули, надеясь, что так и будет.
Дункан, Риан и Рас опустились на песок подле своих дусов, ища тепла и покоя. Они снова ощущали друг друга, и только не было среди них Тэйза с'Сочил, юного и беззаботного.
— Ай — сказал кто-то. Наступал рассвет. Громкое «Ай!» послышалось с утеса, где находился часовой.
Ньюн вскочил на ноги, за ним все келы и сены. Поднялась и Мелеин. Последней, с трудом, поднялась Боаз. Все глаза устремились в небо.
Там вспыхнул яркий свет, затем появилась точка… и послышался невообразимый грохот.
— «Флауэр»! — выкрикнула Боаз. И хотя Келы ничего не поняли, они увидели ее радость. Возбуждение охватило всех, даже дусов.
Эли тоже увидели огонь наверху. Многие, которые проводили ночь под открытым небом, бросились в город, другие побежали прятаться в камнях.
«Флауэр» снижался. Он выпустил длинные опоры и стал походить на странного огромного зверя. Дусы при виде его попятились и тревожно завыли.
Но вот грохот смолк, песчаная пыль улеглась. Открылся люк, и из него спустился трап.
Ожидание.
— Позвольте мне пойти к ним, — попросила Боаз.
Молчание.
— Если мы скажем «иди», — наконец заговорила Мелеин, — ты войдешь в корабль, и он улетит. В каком положении окажемся мы, Боаз? Без корабля, без машин… Земляне должны понять это.
— Вы хотите сделку?
Снова молчание, еле более длительное.
Ньюн прикусил губу так, что ощутил привкус крови. Жар охватил его. Впервые мри оказывались в таком положении.
— Нет, — наконец сказала Мелеин. — Иди. Иди, и пришли сюда своего кел'ена, который примет вызов и будет драться за корабль.
— У нас так не делается, — запротестовала Боаз.
— Тогда, — Мелеин сложила руки на груди, — иди и делай, что сможешь.
Боаз нерешительно двинулась к кораблю, поминутно оглядываясь. Но затем она ускорила шаг.
— Она ци'мри, — сказал Дункан. — Ты не должна была отпускать ее. Верни ее.
— Иди к ним сам, — тихо сказала Мелеин. — Если ты понимаешь их лучше, чем я. Но мне кажется, что она такая же, как ты, Дункан. Разве нет?
Он промолчал.
Боаз подошла к кораблю, оглянулась, затем выкрикнула какое-то слово, должно быть имя.
В отверстии люка появился человек. Он стал спускаться по лестнице. Боаз подошла к нему. Из корабля тем временем вышли еще двое.
Они долго стояли и разговаривали — Боаз и старик, что вышел первым, и двое молодых, таких же, как те, что были с Галеем.
Затем старик и Боаз пошли к Народу. У них не было с собой никакого оружия.
18
Боаз пришла. Дункан был рад тому, что в это последнее утро пришла именно Боаз.
Он закончил работу — переноску камней для строительства эдуна вблизи города, где машины еще действовали и давали воду. Он вышел, вытер пыльные пальцы о ткань одежды. Он был без оружия, так как на это место встречи все приходили без оружия. Джей'эном, хао'нат, джей'эйри, ка'эйномин, мэйри, пата, пат'андим, и еще хоумэй'ан, кесрит, и бихэй'и, и тэс'уэй, и ай'осей — все племена собирались здесь, многие пришли издалека, строя новый эдун в старом, старом мире; и Мелеин, Мать Матерей, госпожа Обещанного.
Даже эли, которые не могли оставить руины своего города, которые не переносили солнца и считали, что ветер слишком груб для их кожи, работали здесь. Днем они прятались в укрытия, а на работу выходили по ночам. Они заселяли равнину каменными столбами, изваяниями, статуями, похожими на них самих. Этим они утверждали себя перед мри и перед землянами: они есть, они живут. Они не приближались ни к палаткам мри, ни к эдуну — но они строили, таков был их удел.
Шесть рук дней: стены эдуна уже достигли в высоту роста кел'ейнов. Мри делали насыпь из песка, чтобы облегчить работу. Ведь наступит день, когда эдун будет таким же высоким, как эдун Ан-ихона. Он будет стоять в долине среди статуй, бросая вызов Мраку.
— Боз, — приветствовал ее Дункан, и они пошли рядом. Она в одежде цвета хаки, он — в черном. Дус подошел к ним, ткнулся носом в Боаз. Она погладила его, посмотрела по сторонам, на строительство.
— Галей должен был бы увидеть это, — сказала она.
— Я хочу сказать тебе кое-что… но только тебе. В священных записях, что хранятся в Пана мри, есть два имени землян; одно из них — имя Галея, — он заложил руки за спину: сейчас они шли мимо детей-катов, таскающих песок к стенам. — Второе имя — твое.
Боаз молчала. Впереди возвышались палатки лагеря: временное убежище, пока не будет построен эдун.
— Стэн, возвращайся с нами.
— Нет.
— Ты сможешь там бороться за мри лучше, чем я. Ты задумывался над этим?
— Госпожа запрещает.
— Это твое окончательное решение?
— Боз, — сказал он и остановился. Он опустил вуаль и Боаз увидела на его лице свежие шрамы, шрамы касты. Она поняла все.
— Между друзьями, — сказал он, — не может быть вуали. Поверь, я рад, что госпожа отказалась отпустить меня.
— Ты останешься совсем один.
Он улыбнулся.
— Нет. Я останусь один, если уеду отсюда. — Он направлялся к палаткам. На ходу погладил дуса, прижавшегося к его ноге. — Я верю, что ты сделаешь все для Народа.
Она вздохнула.
— Мы засекретили все записи, касающиеся регулов. Поэтому вы можете жить спокойно. Вряд ли Совет землян откроет эти записи регулам. Скорее всего, союз землян и регулов не будет заключен. Это не повторится.
— Мы надеемся на это, — он натянул вуаль, ибо сейчас они шли по лагерю. Сен'ейны и кел'ейны ждали их возле палатки госпожи. Боаз и Дункан вошли внутрь.
Мелеин сидела в окружении нескольких сен'ейнов. Ньюн, Хлил, Сэйрас и дусы были тут же.
Когда они вошли, Хлил поднялся, подошел к ним и склонил голову.
— Я отдаю его не на службу вам, — заговорила Мелеин. — Но он будет подчиняться вашим приказам во время полета. Он — моя Рука, протянутая землянам: Хлил с'Сочил — второй среди Келов. Его дус тоже будет с вами.
— Мы благодарны за то, что ты посылаешь его. Мы сделаем все, чтобы ему было хорошо.
— Кел Хлил, — сказала Мелеин, поцеловав его и получив ответный поцелуй. — До свидания, сен Боаз.
И это было все. Формальности между мри и ци'мри были скудными. Боаз бросила последний взгляд на Дункана, коснулась его рукой, повернулась и вышла. Хлил обнял Ньюна, позвал дуса и тоже направился к выходу.
Возле входа Хлил остановился и посмотрел на Рас.
— Жизни и Чести, — произнес он и, немного помедлив, вышел.
Ньюн поднялся.
— Госпожа, — тихо произнесла Рас.
— Ты хочешь что-то спросить, кел Рас?
— Можно мне проводить его? Мы с Хлилом старые друзья.
— Подойди сюда, — сказала Мелеин. И когда Рас подошла, она взяла ее за руку. — Ты знаешь все. Ты понимаешь, почему я посылаю Хлила?
— Да.
Мелеин поцеловала ее и позволила идти.
— Торопись.
Рас из почтения к Святыне вышла медленно, шагом. Она была уверена, что догонит их. Ведь маленькая полная женщина не умеет ходить быстро.
Мелеин опустилась в кресло, посмотрела на Ньюна, на Дункана, на остальных кел'ейнов.
— Спросите всех келов, не хочет ли кто-нибудь лететь с Хлилом и землянами и там создать новый Дом? Кел Рас права: не нужно, чтобы Хлил остался один среди чужих.
Кел'е'ен Туас прибежала в последний момент перед взлетом корабля землян, чтобы отправиться с ними. Весь лагерь вышел, чтобы пожелать им счастливого пути. Мри долго стояли после взлета «Флауэра», провожая глазами удаляющуюся черную точку.
— Они увидят Кесрит, — пробормотал Ньюн. Уже была ночь, и они укладывались спать в палатке Келов.
— Ты тоже хотел бы лететь? — спросил Дункан. — Разве ты мало путешествовал?
— Часть моего сердца полетела вместе с ними, — вздохнул Ньюн, укладываясь на тюфяк. Дус лег рядом с ним, прижавшись к его спине.
— Я часто думаю, — заговорил Ньюн, — почему дусы выбирают? Почему я и ты, почему Риан, почему Рас и Хлил, почему Тэйз? Я думаю, сов-кел, что они выбирают тех, кто способен выйти наружу, кто не боится встреч с чужими, кто глубоко заглядывает во Мрак. Я думаю, они выбирают именно так.
Дункан помолчал, посмотрел на Ньюна.
— Может быть…
Это был огромный город, гигантские здания, купола, широкие улицы… Даже у ветра был тот же кисловатый запах, запах пыли. И свет… красный свет Арайна.
Должно быть, утром шел дождь. Площадь перед Номом была покрыта лужами. Боаз остановилась, чтобы осмотреться и увидеть перемены.
Трое кел'ейнов шли рядом с нею, стараясь не показывать любопытства. Они и так сделали слишком много, оставив дусов на корабле и придя сюда по просьбе землян.
Губернатор Ставрос уже умер, умер давно. Боаз узнала об этом еще когда корабль не совершил посадки. Так что перемены здесь большие, и не только в облике города.
— Идем, — сказала она своим спутникам, заметив, что возле них уже выстроился военный эскорт. Они вошли в двери Нома, прошли знакомыми коридорами и вошли в холл, где ее ждали распростертые руки и нервные улыбки, а ее спутников — косые взгляды.
— Губернатор ждет вас, — сказал кто-то, указывая на дверь, так хорошо знакомую ей. Она пошла вперед, кел'ейны — за ней.
Ставрос умер, и не только он. Изменилась форма служащих, изменились официальные эмблемы. У Боаз внезапно появилось ощущение, что она попала не туда, не в то время. Кесрит превратился в административный центр большого региона Галактики. Изменилась конституция, изменилась структура государственного аппарата, возникли новые общественные институты, восстановились старые, которые были аннулированы во время войны.
Боаз с тоской вспомнила о Луисе. Он тоже умер в мире желтой звезды, названия которой земляне не знали. И мри не знали. Луис умер во время прыжка через гиперпространство. Умер там, где человеческая плоть не существовала. Умер между фазами. Луис всегда прибегал к наркотикам. И она тоже, до последнего времени… В тот раз она и еще несколько человек из команды решили сделать как мри — обойтись без наркотиков. Она во время прыжка играла с мри в шон'ай.
«Твои руки не приспособлены к оружию», — сказали они ей.
Она моргнула и протянула руку мужчине средних лет, который поднялся ей навстречу. Губернатор Ли.
Ли нерешительно протянул руку кел'ейнам. Боаз хотела предупредить, но не успела. Хлил, пряча смех под вуалью, коснулся пальцами ладони губернатора. Туас сделала то же самое. Рас заложила руки за спину, но это не выглядело оскорблением.
— Мы получили сообщение, — сказал Ли, — что с остальными нашими кораблями и кораблем регулов случилось несчастье.
— Несчастье? Да, — ответила Боаз. — Но я вижу, что сейчас здесь нет регулов.
Ли отвел глаза в сторону. Он предложил Боаз и мри сесть и сам уселся за стол. Боаз села в кресло, а кел'ейны предпочли сесть прямо на пол возле стены, откуда они хорошо видели губернатора.
— Нам известно, что регулы покинули Кесрит и все ближайшие миры, — сказал Ли. — Правда, мы не знаем причин. Они вообще теперь избегают соседства с землянами. Вы не можете объяснить, почему?
— Они не любят нас, — сказала Боаз.
— Это не так. Однако многие, что были в тесном контакте с землянами и оставались здесь, покончили жизнь самоубийством, — он поерзал в кресле. — Мри… Они понимают нас?
— Каждое слово.
— Они согласны на мир?
Боаз покачала головой.
— На условиях контакта с нами, самого тесного. Регулы боятся мри. Мри — исследователи космоса.
— И наемники, — добавил Ли. — На нашей стороне? Таково их предложение?
— Мы действительно наемники, — сказал Хлил, — если вы понимаете под этим словом то, что мы предлагаем.
— Но это, вероятно, очень дорого?
— Очень, — сказала Рас.
— Сколько же? Что вы хотите в уплату?
— Место для жизни, — сказала Рас. — За это Келы будут служить вам, пока это место будет принадлежать мри. И еще, конечно, нам нужна пища — мы не фермеры. И корабли. Они нам тоже нужны.
Ли потер нос.
— Это вы предлагали и регулам. Какую же пользу извлекли они?
— Вы неправильно ставите вопрос, губернатор, — вмешалась Боаз. Ее ладони вспотели. — Спросите «зачем?» — и вы получите ответ.
— Зачем? — повторил за ней губернатор и, после некоторого колебания, добавил: — Зачем вам нужна такая сделка?
— Мы разведчики космоса, губернатор, — сказала Рас. — Мы дали регулам много миров.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24