А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Разве контрразведчики бывают четными.
- Не бывают. Но все равно, у вас должна быть совесть. Мы боремся не
против вас, Союза, мы боремся за людей, за их выживание.
- Вы меня не убедили господин полковник, но в отношении со мной вы
поступили не как зверь. Действительно операция, которую вы провели, была
выше похвал. Но это я. Операция с другим, обошлась бы по-другому. Я ненавижу
ваше заведение, но уходя от сюда, хочу сказать. К сожалению, не все
кончилось.
- Значит, где-то крутятся остатки наркотиков. Это надо понимать так.
- Я все сказал.
- Жаль. Но и на этом спасибо. А хотите, - вдруг оживился полковник -
обмен. Вы мне свою информацию, а я вам скажу, кто главный хозяин вашей
банды.
Я задумался. Вообще, мне все это надоело. Убийства, кровь, касатки. С
другой стороны, я хотел порвать со всем этим и даже пообещал Мариам сбежать
с ней, узнав, кто руководит этим кошмаром.
- Хорошо, я согласен. Говорите первый.
- Главный хозяин - это верхушка вашей компартии, во главе с ЦК КПСС. По
данным интерпола и европейского отдела по борьбе с наркотиками, деньги от
преступных операций идут на счета подставных лиц, завязанных на управляющего
делами ЦК. Мало того, Россияпервое государство, которое использует свой
военный флот для транспортировки наркотика в разные страны. Мы выяснили, что
деньги, полученные таким преступным путем, идут на обеспечение
коммунистических партий других государств и на беспрерывные войны в Африке и
Южной Америке. ЦК КПСС давно занимаются этим бизнесом, но последние новые
веяния в Союзе, ослабило ее влияние среди международных гангстеров и те
решили вытеснить соперников. Вот таким путем.
- Я вам верю. Теперь слушайте, что я вам скажу. Остался самый сильный и
опасный наркотик - СТД. На сумму 44 миллиона долларов.
- Черт возьми.
- Так что операция продолжается, господин полковник.
- Выходит так. Вас куда отвезти Алекс? Машина там внизу, скажите
шаферу, куда надо он отвезет. До свидания.
- Алекс, наконец-то приехал.
Мариам поцеловала меня в щеку.
- Я все утро прогулял с твоим отцом.
- Ну и как?
Она тревожно посмотрела на меня.
- Ничего. Он очень хорошо рассказывает. Я его заслушался.
- Знаю я эти сказки. Лучше скажи, как у тебя дела? Надолго к нам?
- Скоро буду надолго. Пойдем на пляж.
Мы удрали из ее дома и пошли не на пляж, а шляться по красивым местам
Бизерты.
- Завтра нас приглашают на помолвку Селима и Альмы.
- Как Альмы? Разве Альма... Ну и дура же я.
- Так идем?
- Идем. Знаешь, я так есть хочу, пойдем куда-нибудь, поедим.
Я пришел в офис отца Альмы, как договаривались, в 9 часов. Меня никто
не ждал. Альмы не было, ее отца тоже. Я просидел минут 30. Вдруг офисные
служащие, загудели и забегали.
- В чем дело? - спросил я их.
- Дочь хозяина погибла вчера вечером, - на ходу сообщил клерк.
- Как, Альма?
- Она, господин.
Я помчался в дом Альмы.
В гостинной меня встретил Селим. Он ходил из угла в угол, белый как
снег.
- Что произошло, Селим?
- У нас большое несчастье, Алекс. Вчера Альме кто-то позвонил. Она
сразу собралась и ушла. Сегодня утром, прохожие нашли Альму на пляже. Она
была убита. Доктор говорит, что у нее проломлен череп.
- Что полиция?
- Ничего. Они ни чего не могут сказать. На сыпучем песке, следов
преступника найти невозможно.
- Сволочи, что ж они делают?
Я примчался на "Павлов" и бросился к Федотову.
- Николай Васильевич, я написал новый рапорт. Вчера я был приглашен на
беседу с полковником Морисоном и имел с ними длительную беседу. Я прошу вас
внимательно прочесть рапорт.
Федотов долго читал рапорт. Когда он поднял голову, я его не узнал. Это
была маска мертвеца.
- Саша, неужели это правда?
- Да.
- Гады, что ж они делают. В их авантюрах мы - разменная монета. Но кто
стоит за этим? Ты знаешь?
- Да. Знаю.
- Что мне делать с этой бумагой? Я ее двинуть не могу, оставить у себя
тоже.
- Дело все в том, что Васильков знает, что меня увезли в управление.
Контр разведка сделала это демонстративно, перед таверной. Васильков позже
узнает также, послали вы рапорт или нет.
- Саша, я уничтожу этот рапорт, ты напиши другой. Хочешь я тебе
продиктую содержание?
- Нет, Николай Васильевич. Этого делать я не буду.
- Но зачем, зачем они провели эту демонстрацию?
- Им нужно было удостовериться, что операция не окончена и этой
демонстрацией они ее ускорят. И уже добились первых результатов.
- Что еще?
- Здесь, в рапорте, написано, что связным у Василькова была девушка
Альма. Так? Альмы нет. Ее вчера убили.
Федотов еще раз углубился в рапорт.
- Откуда Васильков знал, время отправления "Павлова", дату, маршруты?
- Об этом знали только трое: вы, я и капитан корабля. Один из нас
сообщал все Василькову.
Федотов оторвал голову от бумаги.
- Саша, ты не думаешь, что это я?
- Нет.
- Я сейчас пойду к командиру базы и отдам этот рапорт ему.
- Васильков все предусмотрел. Приказом командующего флотом, командир
базы не имеет права вмешиваться в наши дела. Вы нарушите приказ, если
появитесь у него с такой бумагой.
- Все равно, пойду.
- Дело ваше, Николай Васильевич. Но попытайтесь все передать в центр
лучше сейчас.
- Господи, во что мы вляпались.
Федотов не пошел к командиру базы, а все предал в центр.
Меня вызвал к себе капитан Васильков.
- Здравствуйте, товарищ капитан-лейтенант.
Впервые, за время моей службы в Бизерте, он пожал мне руку.
- Как служба? Вы все мотаетесь по морям и побеседовать по человечески
не когда. Вчера мы за вас все переволновались. Шутка ли, сам полковник
Морисон увез вас в неизвестном направлении.
- Да, со мной побеседовали.
- А о чем, если не секрет?
- Я обо всем написал рапорт и отдал его своему командиру, Федотову.
- Вы образцовый офицер и четко выполняете требования устава. Это
похвально. Но сегодня вас опять ищет полковник Морисон.
- Откуда это известно?
- Он сам позвонил мне и просил организовать эту встречу. Причем он
хочет, что бы на этой встрече присутствовал я.
Ну и штучки выкидывает полковник. Опять придумал очередную пакость.
- Что вы мне предлагаете, товарищ капитан?
- Давайте встретимся, поговорим. Но не забывайте и держите марку
Советского офицера. Он оставил телефон, я ему сейчас позвоню.
Васильков набрал номер телефона.
- Господин полковник? Да, это я. Давайте сейчас. Здесь, как раз сидит
капитан- лейтенант Новиков. Мы сейчас выезжаем.
Капитан задержал руку на прихлопнутой к аппарату трубке телефона.
- Что ему еще надо? Поехали, товарищ капитан- лейтенант.
Полковник Морисон ждал нас в ресторане. После церемонии встречи, он
усадил нас за стол и заказал крепкие напитки.
- Итак господа, начнем с водки. Говорят русские очень любят водку.
- Мы любим, но только русскую водку, - важно произнес Васильков.
- Да, да. Я знаю, русская водка - самая лучшая водка.
Мы закусили.
- Вы знаете, что произошло вчера? - обратился ко мне полковник.
- Да, господин полковник. Я узнал о гибели Альмы, в офисе отца Альмы.
Сегодня утром.
- Как вы очутились там?
- Вчера утром Альма была в "Морском волке" и пригласила меня на
помолвку с Селимом. Там же она попросила, чтобы я утром зашел в офис ее отца
и встретился с ней.
- Потом, вы поехали в дом Альмы и там все узнали подробно?
- Да.
- Зачем же она вас приглашала? Это меняет многое в нашей версии. Ну а
вы господин капитан, знаете о гибели Альмы?
- Кто это? Я ни чего не знаю.
- Вот это да... А у нас есть даже фотографии ваших встреч. Хотите я
покажу?
Полковник вытащил из под стола кейс.
- Не надо господин полковник. Если вы имеете в виду Альму, которая
живет на улице Свободы, я ее знаю.
- Я говорю именно про нее, господин капитан.
- Повторяю, я ни чего не знаю о гибели Альмы.
- Да вы пейте и закусывайте, закусывайте господа.
Мы опять выпили.
- Альму могли убить только два человека. Либо вы, капитан, либо
Селим.
- Вы уверены в своих выводах, господин полковник?
- Да.
- Почему же вы не арестуете меня? Ведь по вашему законодательству,
подозреваемого человека можно арестовать на 48 часов.
- А вы неплохо изучили наше законодательство. Но здесь есть но. Вы
подданный, да еще военный, другого государства. Если б мы сразу доказали,
что вы убийца, то мы бы вас взяли. Но я собрал вас не для обвинений и
дебатов. Я хочу вам предложить сделку.
- Нам? Именно мне и капитан-лейтенанту?
- Да, именно вам и капитан-лейтенанту. Мое предложение ледующее.
Интерпол и европейский отдел по борьбе с наркотиками, предлагает премию тем,
кто передаст ему сильнодействующий наркотик СТД, в объеме 10% от его
стоимости.
- Но причем здесь я и капитан-лейтенант?
- Кроме того, - как будто не услышав реплики Василькова, продолжал
полковник - по решению правительства республики Тунис, мы не будем
возбуждать уголовное дело против капитана первого ранга, заместителя
командира базы Василькова, подданного России.
- Я не знаю о чем вы здесь толкуете, но раз разговор пошел о каких-то
наркотиках и каком-то преступлении, то я должен надлежащим образом
разобраться и собрать об этом информацию. Кроме того, я хочу запросить
информацию об этом в центре. Если я что-то найду, то обещаю вам господин
полковник, сразу же сообщить об этом.
- Меня даже устраивает, ваше зыбкое предложение. Господин
капитан-лейтенант, если вы тоже имеете сведения о наркотике, то предложение
интерпола остается в силе и для вас.
Мы сидели с Васильковым на заднем сидении машины и он разыгрывал передо
мной спектакль невинного младенца.
- И чего он к нам придрался? О каком-то наркотике, убийствах...
Вы товарищ капитан- лейтенант не принимайте всю его чушь всерьез. Я
занимаюсь воспитанием личного состава базы и все они проходят у меня перед
глазами. Я, конечно, попытаюсь узнать все что возможно, но прошу вас
придержать рапорт о нашем разговоре с полковником. Ну хотя бы дня на два.
- Хорошо товарищ капитан. Но ответьте мне на один вопрос. Почему в
контр разведке Туниса сидят европейцы? Почему полковник Морисон, судя по
всему, англичанин по национальности, является заместителем начальника
разведки Бизерты?
- Сложный вопрос. Раньше Тунис был колониальным государством и ведущие
посты в нем были заняты иностранцами. Сейчас Тунис независим, но арабы,
руководители этого военизированного государства, понимают, что без
иностранцев, работающих внутри государства, им все равно не прожить, как в
политическом, так и в экономическом отношении. Они не стали разрушать старые
кадры, старые связи, просто заменили руководящие кадры на арабов,оставив всю
структуру по прежнему.
- Выходит, полковник Морисон работает много лет.
Васильков помолчал и сделав длительную паузу, сказал.
- Да уж очень давно работает. Может лет 15, может и больше.
Федотов встретил меня отборной руганью. Правда он ругал не меня, а
шифровку, которую только что получил.
- Мать их за ногу! Они требуют, что бы мы срочно переправили груз в
Грецию на острова Миконос.
- Я получил только что предложение, продать груз за 10% стоимость.
- С ума сошел, бочки стоят 44 миллиона.
- 10% получишь ты, а не те кто продаст бочки.
- Иди ты в жопу. Приказ есть, через 2 часа отправляемся.
- Разрешите идти, подготовиться к отходу.
- Давай.
Мы прошли Крит и подошли к островам Киклоды.
- Саша, - подобрел Федотов - одну лодку поведешь ты, другую я. Я боюсь
уже кому либо доверять. Держимся вместе. Там у острова Миконос имеется
небольшой островок с западной стороны, там нас ждут. Это последняя операция
Саша, обещаю тебе.
- Хорошо, Николай Васильевич, только идите за мной.
Постарайтесь не отклоняться от курса и меня.
- Уговорил, Саша.
Он приятельски похлопал меня по плечу.
Помимо снаряжения аквалангиста, я взял с собой автомат и пистолет и
первым вышел под воду на своей малютке, с бочкой красного цвета во второй
кабинке.
Мы плыли без разведки района и это был безумный риск. Риск отчаяния.
Мне казалось, нас давно засекли гидрофоны и мы плывем к своей смерти. В
подтверждении этого, появились касатки, которые как почетный эскорт,
окружили лодку.
Мне стало тошно.
Правая, здоровенная рыбина длинной 4 метра, ударила мою лодку,
вскользь. Меня только дернуло и я подумал, что это случайность. Второй удар
разрушил эту иллюзию. Это началась осада запрограммированных чудовищ. Меня
умышленно отклоняли от курса на глубокую воду. Удар, еще удар. Из рук рвется
штурвал, а глаз этой скотины идет параллельно моей кабине. В нем ни чего
нет, в нем пустота, в нем смерть. Федотов идет за мной и испытывает точно
такое же давление касаток, что и я.
Вдруг касатки исчезли. Я насторожился. Где-то слабо зазвенел зуммер в
шлеме. Мне уже было не до Миконоса, мне был нужен любой остров, который был
поблизости. Можно конечно переждать опасности, но кто знает какое у них
оборудование и не всадят ли они глубинную бомбу на любое скопление металла,
обнаруженное на глубине. Справа появился шум зуммера посильнее. Их двое, а
ближайший остров в двух милях. Я несусь к этому острову, но по звукам
чувствую, они быстрее. Шумы нарастают и приближаются к нам. Где же выход?
До острова миля. Я решился. Открываю кран продувки и чувствую, как
лодка начинает приближаться к светлому пятну поверхности воды. Добавляю еще
воздух, и пластиковый козырек выполз на поверхность и режет воду перед
собой. Сзади несутся два судна, до них метров 700. Федотов не поднялся, он
идет на глубине. Слева по курсу идут буруны воды, там отмель. Я сворачиваю
на отмель.
Впереди встает столб воды, сторожевики заметили меня и начали обстрел.
Мне наплевать, лишь бы проскочить мель. Вот и она. Глухой удар по днищу
подбрасывает меня, лодка ударяется днищем и вылетает из воды, потом с шумом
опускается и я чувствую, что почти спасен. Мель осталась сзади и
сторожевикам меня не догнать, если, правда, снаряд не сделает из меня
решето. Федотова нет, он пошел своим путем.
Впереди остров, заворачиваю за него, потом еще остров, еще поворот и я
в лагуне. Стена песчаного обрыва охватывает лагуну, но я несусь к ее
средине. Где-то справа, в стене обрыва показался темный проем, похожий на
пещеру или щель, я кладу руль на это темное пятно. Фонарь кабины с трудом
откинулся на сторону. Лодка несется к берегу. Я выползаю из кабины и
оттолкнувшись, выбрасываюсь из лодки. Я сижу в воде и вижу хвост подлодки,
выкидывающий с кормы фонтан воды. Прыжок на пляж и глухой удар в стенку
обрыва. Вдруг, гора насыпи, как бы подламываясь, обрушивается вниз. Легкая
пыль стояла на месте тарана. Лодка исчезла под обвалом песка.
Я выполз на берег и скинул шлем. Посторонние звуки природы обрушились
на меня. Где-то справа, раздавались глухие удары. Там сторожевики утюжили
Федотыча. Я кажется, уже отвоевался.
Иду вдоль берега, туда где долбали лодку Федотыча. На душе скверно.
Вдруг, из-за откоса берега появилось пять фигур аквалангистов, бегущих ко
мне. Я перетащил из-за спины автомат и приготовился к стрельбе.
Первый аквалангист, получив пулю, подпрыгнул и рухнул под ноги,
бегущего сзади. Я очередью снял сначала правого, потом левого. Остальные
двое, заметались, да и что можно сделать безоружному, против автомата. Они
побежали назад, но я застрелил сначала, последнего, потом другого.
Один из аквалангистов был ранен, но он умирал. Я подложил ему под
голову камень. Смерть медленно занимала каждый дюйм кожи его тела. Он
хрипел.
- Полковник Морисон..., предлагал вам сдать...
Он умер от дырки в кулак, которую делает пуля, из моего автомата. К
сожалению, она рассчитана на касатку или акулу.
Я нашел лодку Федотова. В нее не попали бомбой, но она взорвалась рядом
и это было достаточно, для ее конца. Пластиковая кабинка разворочена.
Федотов, раздавленный взрывной волной, сплющен в кресле кабинки.
Проклятая бочка, выброшена взрывом, и лежит в метрах 4 от лодки. Она
как решето, но я, для страховки, выпустил в нее всю обойму из пистолета.
Воздух и белая муть, выпрыгивали из нее после каждого выстрела. Пора плыть
обратно.
"Павлов" подобрал меня одного.
В Бизерте, на борт поднялся Васильков с приказом командующего флотом о
переподчинении гидрографического судна "Академик Павлов" командиру базы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155