А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мысль об отъезде завтра утром с халфлингом и, что еще хуже, с омерзительным магом не доставляла ему ни малейшего удовольствия. Но его кошелек был почти пуст и не собирался становиться более тяжелым самостоятельно. Поездка в Нешкель, если бы он собрался туда, стала бы малоприятной без денег. Он уже решил предоставить Монтарону и Кзару топать своей дорогой без него, и поискать хорошо оплачиваемую работу здесь, в Дружественной Руке, когда вспомнил, зачем он здесь оказался. Горион, умирая, послал его сюда, чтобы найти… – а вот имена Абдель вспомнить не мог.
«А провались оно все в Абисс», – пробормотал он, – «В любом случае это уже не важно».
Абдель заказал четвертую пинту пива у женщины – гнома, которая обслуживала клиентов, сидящих у стойки бара. Он заплатил ей, потратив еще часть своего истощающегося запаса монет.
«Вот», – сказала она ему, когда он положил еще четыре медных монетки на влажную стойку бара, – «и еще возьми вот это и протри клюв».
Абдель кивнул, принимая выпивку у женщины, затем взял у нее влажную тряпку, которую она протягивала ему. Он вытер кровь с лица и коротко рассмеялся, когда увидел, что женщина не ушла, а продолжала стоять, уставившись на него.
«Тебе следует сделать эту проклятую дверь прозрачной», – сказал он, – «тогда посетитель сможет увидеть, что полетит в него прежде, чем он откроет её».
«Я обдумаю твое предложение!» – рассмеялась она, ожидая, когда он прикончит четвертую пинту и держа наготове пятую.
«Приятно встретится с вами, добрый сэр», – произнес голос с акцентом рядом с ним.
Абдель медленно повернулся к говорившему и огонь, вспыхнувший в его глазах, ясно говорил худощавому жителю Эмна, что в его кампании, он, Абдель, ничуть не нуждается. Эмниец вздрогнул и внимательно посмотрел на него.
«Ты – Абдель, верно?» – спросил он, – «Абдель Эдриан».
«О боги», – выдохнул Абдель. Значит это и есть тот человек, с которым хотел встретиться Горион?
«Значит это правда ты, Абдель», – уверенно сказал эмниец, – «Тогда, где Горион?»
«Мертв», – с трудом сказал Абдель, почувствовав, как перехватило горло, – «А что еще за Эдриан?»
«Разве ты не Абдель Эдриан?» – спросил эмниец.
«Я – Абдель, сын Гориона, но больше имен у меня нет».
Такой ответ сильно озадачил эмнийца и он в недоумении уставился на Абделя. Мужчина, очевидно, был полуэльфом. Его вытянутое и тонкое лицо и уши указывали на эльфийское происхождение, еще более веским признаком были ярко – фиолетовые глаза. Остальные признаки уверенно выдавали его эмнийское происхождение; у него был большой, длинный нос и темная оливковая кожа. Он был одет в помятую броню, в которой ему, очевидно, было тесновато. На нем был шлем, что, принимая во внимания царившие в таверне порядки, было неплохой идеей. Его губы кривились и подергивались. Он был сильно взволнован.
«Тем не менее, ты прибыл сюда, чтобы встретится со мной», – сказал эмниец. «Я – Кхалид».
Это было оно. Кхалид – последнее слово, которое произнес его отец, пока его жизнь вместе с кровью утекала через пробитый глаз.
«Джах», – Произнёс Абдель, – «я должен был встретиться с Кхалидом и Джах».
«Джахейра, да», – сказал Халид, улыбаясь от уха до уха, – «она – моя жена. Она здесь».
Эмниец повернулся к столу, находившемуся на другой стороне зала, но он был загорожен толпой.
«Пойдем», – сказал он, – «посиди с нами и расскажи, что произошло с твоим отцом. Он был великим человеком, в какой-то степени героем, нам будет не хватать его».
«Что ты знаешь обо всем этом?» – спросил Абдель так, как будто желчь внезапно заполнила его целиком. Его голос был полон угрозы. «Кем он был для тебя?»
Кхалид уставился на Абделя, как будто наемник внезапно превратился в кобру. Он был немного напуган и сумел скрыть это.
«Он был моим другом», – ответил Кхалид, – «это все. Я не хотел оскорбить тебя».
Абдель захотел сказать эмнийцу что-нибудь грубое, но не смог. Вместо этого он стал вылавливать в кармане деньги на шестую пинту пива. Улов составил только три медные монетки.
«Баал! «– громко выругался он, встал и бросил монеты в толпу.
Один из завсегдатаев пробормотал какие-то извинения, будучи подбитым одной из брошенных медных монет. Абдель привлек к себе много внимания и гораздо больше чем один человек, понеслось искать себе угол потемнее. На верхней губе Кхалида явственно выступил пот.
«Боги», – прошептал эмниец, – «что он сказал тебе?»
Абдель посмотрел на него сверху вниз, но ничего не сказал.
«Я буду рад угостить тебя пивом», – произнес тихо Кхалид, – «пойдем со мной. Мы ведь не хотим лишнего внимания, так?»
Абдель фыркнул и позволил провести себя сквозь толпу. Он заметил Монтарона, но только на мгновенье. Халфлинг держал в руках шелковый кошелек и Абдель был уверен, что он подмигнул ему.
Абдель несколько раз глубоко вдохнул, чтобы пробовать успокоиться, но когда Кхалид сказал, – «Вот она», – и Абдель поднял глаза, его дыхание внезапно сделалось прерывистым.
Джахейра была красива. Полуэльф, как и Кхалид, она, должно быть, также имела человеческого родителя из Эмна. Эти двое выглядели странно похожими, но представителям и эльфийской и человеческой сторон Джахейра показалась бы более красивой. Ее лицо было широким и темным, губы полными и яркими, умные глаза были такими же голубыми как у Кхалида. Ее лицо было обрамлено густыми волосами, которые были бы черными, если она была полностью человеком, но ее эльфийская кровь придала им цвет меди. Даже, несмотря на то, что она сидела, Абдель мог наверняка сказать, что она была очень сильной. Джахейра носила корсаж из твердой кожи, которая была сильно поцарапана, наверняка ударами лезвий.
Когда их глаза встретились, он увидел, что она онемела от изумления. Абдель сел, не посмотрев, куда садится. Он не мог оторвать от нее глаз и она не отворачивалась от него. Её полные губы кривились так же как у мужа. Она тоже нервничала и хотя Абдель никогда не вставал между мужем и женой, но не мог не надеяться, что она была возбуждена по совсем другим причинам, чем Кхалид.
«Зачем меня послали сюда?» – спросил их обоих Абдель, продолжая смотреть на Джахейру. «Мой отец умер раньше, чем успел рассказать мне».
«Как умер Горион?» – спросила Джахейра.
«Наемники», – ответил Абдель, – «вроде меня. Нас заманили в засаду на Дороге Льва. Я убил тех, кто напал на нас, но не достаточно быстро».
«Похоже кое-кто не хотел, чтобы мы повстречались», – сказал Кхалид, – «Горион знал это. Поэтому… (эмниец заколебался и Абдель подумал, что он мог лгать) поэтому Горион хотел, чтобы ты пришел с ним на встречу с нами».
«Мой отец был монахом», – сказал Абдель, – «священником, человеком книг и всего такого прочего. Узнал ли он, что еще за силы выступили против него? О чем вообще вы говорите?»
Абдель снова начал сердится. Он не мог обвинить наемников в смерти Гориона. Те люди просто делали то, что он сам делал с тех пор как стал взрослым. Кто – то заплатил им, а на то, чтобы нанять пятерых опытных убийц для засады в глухой местности, требуется очень много денег.
«Есть… силы», – начала Джахейра и ее голос музыкой прозвучал в переполненной комнате, – «которые хотят войны».
Миловидная девочка – прислуга поставила перед ними две пинты пива. Абдель любовался Джахейрой в промежутках между глотками.
«И что тут нового?» – саркастически спросил он, – «Я зарабатывал на жизнь в войнах одних сил с другими. Люди только этим и занимаются».
Джахейра была искренне смущена его последним утверждением, но когда она перевела пристальный вопросительный взгляд на мужа, Абдель понял, что она подразумевала кое-что еще, более важное и более пугающее. Кхалид кивнул и Джахейра снова взглянула на Абделя.
«Это совсем другое», – сказала она, ее голос прозвучал очень тихо и Абделю пришлось поднапрячься, чтобы расслышать ее, – «Это твой бра…»
Стеклянная бутылка разлетелась на куски об стену около затылка Абделя и Джахейре пришлось уворачиваться от многочисленных осколков. Абдель не потрудился вытереть брызги вина с головы или вытряхнуть осколки стекла из волос. Он встал и развернулся – толпа в тот же миг раздвинулась, как будто состояла из марионеток, прикрепленных к его рукам. В дверях стоял тот самый любитель метать стулья, которого уволокли три гнома-стражника.
Большой, воняющий мужчина был настолько пьян, что едва мог держаться на ногах. Абдель с яростью посмотрел на него и мир вокруг, казалось, начал расплываться.
Абдель услышал только пьяницу, который тупо спросил, – «Что?».
Кинжал наемника сверкнул как молния, пролетая через комнату и нашел пристанище в груди пьяницы. Сила удара была такова, что сбила мужчину с ног. Он успел только дернуться пару раз и умер прежде, чем его голова ударилась о пол.
Абдель улыбнулся и позволил экстазу, возникшему после убийства, смыть гнев. Когда он вышел из этого подобия транса, то видел, что в таверне началось столпотворение.
Кхалид подтолкнул его сзади и прошептал что-то вроде, – «Что ты натворил?»
Гостиничная прислуга разбежалась, официантки побросали подносы, брызги пива и вина полетели во все стороны, в основном на ошеломленных гуляк. Странно, некоторые девушки из числа прислуги стали приближаться к Абделю и на секунду он подумал – а вдруг городские сплетни – правда и эти девушки действительно замаскированные големы. Абдель улыбнулся еще шире. Сейчас это его не волновало.
«Подождите!» – раздался знакомый голос.
Женщина – гном, стоящая за стойкой бара, пронзительно свистнула и девушки остановились. Даже Абдель замер на мгновенье, хотя уже протянул руку за спину за мечом. Голос принадлежал Монтарону.
«Ну и ворюга!» – крикнул халфлинг.
Монтарон стоял на коленях у тела убитого и вытаскивал один кошелек за другим из карманов штанов мертвеца.
«Он, должно быть, обчистил всех в этой забегаловке, включая и меня!» – сказал Монтарон достаточно громко, чтобы его услышали все вокруг.
«К счастью для тебя», – прошептал Кхалид все еще беззаботно стоящему Абделю, – «Иначе пришлось бы им объяснять, зачем ты совершил это убийство».
При звуках слова «убийство» руки Абделя покрылись гусиной кожей. Он мотнул головой и халфлинг, Кхалид и Джахейра подошли поближе.
«Нам лучше валить отсюда», – сказал Монтарон, когда подошел к Абделю достаточно близко, что только тот смог расслышать его шепот.
«Да», – сказал Абдель, – «Где мой кинжал?».
Монтарон слабо улыбаясь, вручил широколезвенный кинжал Абделю. Никакой крови на нем не было, хотя Абдель даже не заметил, когда Монтарон вытащил его из груди мужчины и вытер кровь. Даже будучи под парами, юноша восхитился ловкостью Монтарона.
Наемник был достаточно трезвым, чтобы понять – здесь он теперь не найдет никакой работы, несмотря на то, что пьяница оказался вором и даже на то, что он бросил последние три монеты толпе.
«Нешкель?» – спросил Абдель.
«Да», – сказал Кхалид голосом, преисполненным скептицизма, – «да, Нешкель. Горион знал, что как раз туда мы и планировали идти?»
Абдель обернулся и посмотрел на эмнийца, затем на халфлинга, который приветствовал Кхалида с каменным лицом. Кхалид вопросительно поднял брови.
Кзар появился словно из ниоткуда, – «Значит, нас теперь пятеро? Кто они, эти двое?»
Завсегдатаи таверны начали подтягиваться к кошелькам, лежавшим рядом с мертвым пьяницей и Абдель позволил повести себя к выходу из таверны. Он улыбался, хотя хотелось закричать. За свои грехи он позволит тянуть и толкать себя всю дорогу до Нешкеля.
Глава 5
«Мы будем не единственными, кто пытается помочь», – сказала Джахейра Абделю, в то время как они прошли очередную милю по казавшейся бесконечной дороге к Нешкелю.
«Я бы сказал нет», – пропищал Монтарон, встревая в разговор.
Джахейра неодобрительно покосилась на упитанного халфлинга, стараясь не обращать внимания на его высказывания, превеликое множество которых она успела наслушаться и от Монтарона и от Кзара за прошедшие семь с половиной дней.
Монтарон только улыбнулся ей и сказал, – «Слишком яркое сегодня солнце, а, девочка?»
Абдель предпочел сделать вид, что не видел огоньков в глазах халфлинга. Он был уверен, что Монтарон достаточно умен, чтобы не доводить дело до открытого конфликта.
«Эта нехватка железа», – продолжила Джахейра, доблестно пытаясь игнорировать выходки Монтарона, – «вполне может привести к войне между моими людьми и твоими».
Абдель остановился, но все кроме Джахейры, продолжали идти.
«Мои люди?» – переспросил наёмник. Он повернулся к Джахейре и в первый раз после того дня, когда они встретились в Дружественной Руке, их глаза опять встретились. Абдель нервничал в присутствии этой сильной, красивой женщины и такая ситуация смущала его. Ведь ее муж тоже путешествовал с ними.
«Эмн и…» – она остановилась, сообразив, что, в общем-то, не знает, откуда он родом. – «Горион был родом из Кэндлкипа. Он усыновил тебя там, да?»
«Да», – ответил Абдель, еще больше забеспокоившись, хотя и не знал почему.
«Тогда…» – начала она снова. – «Ну, война между Эмном и Вратами Балдура… Кэндлкип окажется между ними».
«Кэндлкип сможет заботиться о себе», – уверил её Абдель. Он повернулся и пошел догонять остальных, но медленно, давая понять Джахейре, что он не против её компании.
Теперь они шли на несколько шагов позади своих спутников и Абдель рассматривал малоперспективную команду. Кзар развлекался изничтожением всяческих насекомых, дерзнувших приземлиться на его особу. Маг постоянно бормотал что-то себе под нос, но когда Джахейра присоединилась к отряду, Абдель отвлекался на неё достаточно часто и Кзар уже не так сильно беспокоил его. Монтарон оборачивался время от времени, очевидно, чувствуя себя не в своей тарелке или, по причинам, известным только ему, опасаясь чего-то. Кхалид шел вперед целеустремленно и не встревал в разговоры. Те несколько фраз, произнесенных им за прошедшие семь с половиной дней, были о том, что он называл «миссией».
Абдель, Монтарон и Кзар направлялись в Нешкель, чтобы найти работу по охране железных рудников. У Джахейры и Кхалида, казалось, были какие-то более благородные мотивы и женщина часто пробовала повернуть к ним сердце Абделя, который никак не мог понять, чем вызвана ее настойчивость.
«Люди воюют», – сказал он ей, игнорируя протестующее ворчание. – «Эмн и Врата Балдура, Эмн и Тетир, Тетир и Тетир…» – таково положение вещей, и этим я зарабатываю себе на жизнь».
«Так не должно быть», – вздохнув, произнесла Джахейра.
«Не должно быть чего?» – с улыбкой поинтересовался Абдель, – «такого положения вещей, или такого способа зарабатывать на жизнь?».
Идущий впереди Монтарон рассмеялся и юноша понял, что халфлинг слышал их. Это вызвало у Абделя улыбку.
«Кто – то преднамеренно срывает поставку руды из Нешкеля и других шахт», – продолжала настаивать Джахейра, давая понять, что скажет еще немного, затем оставит эту тему по крайней мере до следующего утра. Они были все еще более чем в десяти с половиной днях пути к северу от Нешкеля.
Монтарон остановился и, ухмыляясь, повернулся к Джахейре. «Прекрасная Джахейра», – обратился халфлинг, – «когда мы доберемся туда, мы прекратим срыв поставок, найдем преступников и получим за это очень большое вознаграждение».
Джахейра даже не соизволила ответить, проходя мимо него.
«Вознаграждение?» – заинтересовался Абдель.
«А как же, парень», – подмигнул Монтарон, хлопнув наемника по плечу, – «ты же не думаешь, что мы будем топать десять дней и еще три в придачу просто, чтобы свершить правосудие?»
«Да что ты знаешь о правосудии, вор?» – рявкнула Джахейра.
Глаза Монтарона вспыхнули на долю секунды и Джахейра отступила на шаг. Как будто ощутив конфронтацию, Кхалид остановился и обернулся, но не стал приближаться. Абдель внимательно следил за халфлингом.
«Легче, девушка», – хихикнул Монтарон, разряжая обстановку, – «Это ведь просто бизнес».
«Видели мы уже твой бизнес, Монтарон!» – не осталась в долгу Джахейра.
«Если ты про те кошельки в Дружественной Руке», – весело сказал он, – «то, возможно, вы должны поблагодарить меня, ведь я вытащил парня из передряги».
«Вытащил парня из передряги?» – переспросил Кхалид голосом, почти растворившимся в шуме ветра и воплях пролетавшей мимо вороны.
Монтарон посмотрел на него и улыбнулся.
«Несомненно!» – произнес довольный халфлинг, – «а также всех нас».
«Сонная молния!» – внезапно закричал Кзар, – «Сонная молния!»
Абдель, Монтарон, Джахейра и Халид уставились на не в меру болтливого мага. Кзар был почти в пятидесяти ярдах впереди и, очевидно, не слышал беседы. Абдель расхохотался первым, за ним Монтарон и Кхалид присоединился к ним, но Джахейра продолжала идти молча.
«Кстати, спасибо за помощь», – шепнул Абдель Монтарону.
«Да ладно парень», – подмигнул в ответ Монтарон, – «ты, в свою очередь, когда-нибудь поможешь мне, я уверен».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28